Сборник Драбблов BTS (Slash)

Чимин еще несколько дней после встречи давнего одноклассника приходил в то самое кафе, но злополучный столик как назло был пустым. Парень любил перечитывать записи из черного блокнота, но не потому, что это «позорные откровения». Нет, совсем по иной причине. Строки, написанные от руки, страницы, перемазанные чернилами, притягивали, заставляли читателя идти дальше. Пак плохо спал все эти ночи, а потому нередко оставался чуть ли не до утра за чашкой остывшего чая и открытыми записями перед носом. Пальцы плавно скользили по бумаге, словно впитывая в себя аромат обладателя. Да, каждый из нас хоть раз нюхал развороты свежих книг, да и у старых, в том числе, есть свой чарующий шлейф. Но только этот черный блокнот пах одеколоном Тэхена… Чимин всматривался в восходящее за окном солнце и вспоминал школьные деньки: как он грубо и жестко обращался с Тэхеном, заставлял его отдать все деньги, что давала мама с утра. Он хорошо запомнил день, когда в старшей школе Ким сдавал зачет на турнике, но не смог подтянуться и упал на землю. Все над ним смеялись, даже девочки, и только Пак в тот день понял, почему все это время пытался привлечь к себе внимание. «Я обязан найти его, - думал парень, отпивая глоток из холодной чашки, - но не могу же я просто взять и ворваться к нему домой». Почему же? Может! Как только страх перед последствиями пропадает, унося с собой и остатки здравого смысла, мы готовы совершать самые безумные поступки, на которые, порой, не способен подтолкнуть даже алкоголь. Но Чимин ясно представлял, чего хочет, а потому незамедлительно отправился по знакомой дороге. Раннее утро: юноша стоял перед входной дверью в квартиру Тэхена и нервно сжимал кулаки, боясь постучать. Но, к счастью или, к сожалению, делать этого не пришлось – сонный хозяин сам отворил дверь, впуская незваного гостя внутрь. — Привет, Тэхен, - Чимин просто не придумал ничего лучше, чем просто поздороваться. Ким ответил слабым кивком. Только недалекий не заметит, как эти двое тают под взглядами друг друга, как часто и прерывисто бьются их сердца, сбивается дыхание. – Я твою тетрадь принес. Тэхен на мгновение замер и завороженно уставился на свой черный блокнот, торчащий из сумки Пака. — Т-ты читал? – голос юноши предательски подрагивал, выдавая все его волнение. – Отдай сейчас же. — Радуйся, что его не забрал кто-нибудь другой, - Чимин ухмыльнулся и вытянул руку в сторону, крепко зажимая записи в ладони. – Ну же, отбери. Тэхен медленно подошел к парню и сделал резкий рывок в сторону тетради, но промахнулся. Пак затеял интересную игру, выставляя давнего одноклассника в качестве собачки, пытающейся достать кусок колбаски. Он убегал по квартире, вырывая блокнот из-под носа в самый последний момент, пока не понял, что оказался зажатым между стеной и… Тэхеном. Глаза в глаза, оба томно дышат, успокаивая сердцебиение. На секунду Ким сомневается, мечется в раздумьях, поглядывая на записи и в глаза Чимина. Темные, такие глубокие, словно в них затаилась целая маленькая вселенная… Тэ не понял, как его губы сами нашли чужие. Он запомнил лишь тот самый приторно-сладкий привкус вишневой газировки, хотя Пак уже давно не пил ее. Казалось, этот невинный, робкий поцелуй – все, чего они оба добивались, сами не осознавали, как их души тянулись друг к другу, кричали и царапали грудь изнутри. И вот, когда эта боль утихла, они могли вдоволь насладиться этой волшебной идиллией. Чимин одним рывком повалил Тэхена на кровать, снимая с того домашние штаны, а после разделся сам, нетерпеливо осыпая чужое тело жадными поцелуями. Ким извивался и постанывал; охваченный смешанными чувствами, он и представить не мог, что предмет его фантазий, плод воображения и тайного желания сойдет со страниц черного блокнота, чтобы подарить эту манящую близость. Для них это не было чем-то пошлым, обязательным, как будто секс – единственное, что должно произойти по окончанию типичного фанфика. Чимин был нежен и внимателен. Его пальцы скользили по коже так же нежно и плавно, как недавно очерчивали изгибы бумаги. Сейчас он был автором собственного творения, вспоминал прочитанные отрывки и искренне желал подарить Тэхену свою заботу, показать ему те чувства, о которых тот так сокровенно писал. Киму немного страшно, но так абсолютно ново. Он завороженно смотрел, как Пак, оставляя влажные дорожки на ключицах, медленно спускался все ниже и ниже. Дрожащей рукой он осторожно достал из тумбы массажное масло, которым сам любил частенько пользоваться, вспоминая обрывки школьных дней. Чимин не хотел спугнуть парня, причинять ему боль, заставляя перекручивать в памяти издевательства в средних классах. Он аккуратно смазал собственный член вязкой маслянистой жидкостью, затем немного капнул на кожу Тэхена, отчего тот невольно вздрогнул, а после вплотную приблизился к его проходу. — Чимин, - прошептал Ким, как только член заполнил его изнутри. Жжение и острая боль мгновенно сменилась блаженством, о котором он и сам писал на своих страницах. Чимин мягко улыбнулся и, переплетая пальцы, приблизился к губам парня. Поцелуи, прерывистое дыхание чередовались с постепенно нарастающими движениями. Оба растворялись в совершенно новых ощущениях; а ведь испытывать плод фантазий на собственной коже гораздо приятнее, чем читать об этом со страниц чужого блокнота. Пак ускорялся, заполняя комнату хриплыми стонами, смотрел Тэхену в глаза, целовал его лицо и что-то невнятно шептал на ухо. В комнате стало невыносимо жарко, и Пак, войдя до основания, бурно излился внутрь юноши, вплетаясь пальцами в простынь кровати. Ким кончил следом, испачкав собственный живот. В это мгновение казалось, что соитие произошло не между двумя телами, а между душами. Их сердца нашли друг друга, наконец, сливаясь в унисон в едином ритме. И кто знает, что было бы, не Чимин не забрал тот самый блокнот из того самого кафе…