Сборник Драбблов BTS (Slash)

Чонгук вернулся в свой кабинет только под утро, когда первые лучи рассветного солнца коснулись широких окон. В здании было тихо, лишь изредка слышалось жужжание и звяканье роботов. Парень принял быстрый душ и, переодевшись в более легкую «домашнюю» одежду, сел в кресло перед благолепием навороченных мониторов. Система ласково поприветствовала хозяина мягким женским голосом, а затем экраны вспыхнули ярким свечением из-за матовой черной рамки. У него не выходили из головы слова Сокджина про его отца. Значит, Носителей действительно запирали на отдельном острове без средств связи с родными. С политической точки зрения, это было оправдано, ведь каким образом должен расцветать бизнес целого государства. Но чисто по-человечески данное решение никак не укладывалось в голове Гука. Ранее ему, разумеется, было известно об этих Старейших, но столкнуться с этим тет-а-тет — совершенно иное. Юноша быстро проверил в интернете сводки последних летописей, в которых упоминались Носители. В них говорилось, что розыскной департамент до сих пор ищет их прямых потомков. Сначала он подумал, что, может быть, в этом и нет особенной проблемы — отправят тебя к твоим же родственникам, семьям, или нет, но потом ряд существенных причин, будто огромный камень, придавил Чонгука к месту. Безусловно, все эти человеческие переживания, пустая трата времени на чувства ему не свойственны. Да и какому главарю нелегального бизнеса захочется отвлекаться от более важных проблем. Однако Чон на мгновение вспомнил собственного отца и подумал, как было бы легче, если бы тот помогал со всеми навалившимися делами. Все эти разборки с иными преступными группировками сильно выматывали, хочешь не хочешь, а на жизнь все равно не хватит. Чонгук вбил голосовую команду на поиск человека по фамилии Ким возрастом от сорока до пятидесяти пяти лет. На мониторах быстро замелькали сайты и новостные ленты, а затем все резко замерло. На дисплеях высветились фотографии мужчин, даже отдаленно не похожих на его пленника. Тогда молодой бизнесмен с легкой насмешкой решил проверить легенду на ее правдивость, ведь слушать всякую чушь и доверять этому на слово — удел простодушных болванов. Однако эти старые сказки, хоть и вызывали вполне очевидную саркастическую улыбку, но сеяли определенные сомнения в душе Чонгука. Как и неожиданное появление Джина в его жизни. Раньше он бы с присущей ему легкостью расправился с наглецом, но с недавних пор стал каким-то уж слишком мягким. Наверное. Тогда парень уточнил условия поиска, но заранее исключил летописные источники, ведь они являлись лишь фантазиями разных людей. А Гук не верил людям, привыкнув к тому, что машинный интеллект справлялся со своей задачей гораздо эффективнее. Тем не менее, система выдала даже видео- и фото-подтверждения: на снимках с высоты птичьего полета были отчетливо видны островки, причем даже спутниковая программа автоматически определяла происхождение объекта — искусственно населенные. Чонгук нахмурился и задумчиво оглядел пустой кабинет; на противоположной от взгляда стене вяло покачивался магический хлыст. Парень еще раз сверил ресурсы — неужели это правда? Он бегло просмотрел показания и интервью, а так же через управление андроидами проверил компоненты на подлинность. Результат поверг его в шок. 100% Значит, отец Сокджина и правда находится на одном из этих островов? Почему же тогда никто не пытался сбежать оттуда? Может, это лишь прикрытие государственных структур над человеческими экспериментами? Но мутная надежда закралась в черствое сердце мафиозного лидера. Мистер Чон сложил руки в замок перед собой и закрыл глаза. «С какой целью мне помогать ему?» — подумал он, ощущая странной формы тепло, гревшее грудь словно виски. Кстати о нем. С помощью телекинеза Чонгук открыл ящик спиртного, стоявшего в огромном шкафу у стены, налил немного темно-вишневого напитка и поднес к столу. Затем достал из морозилки несколько кубиков льда, и те со всплеском отправились в последнее плаванье в алкоголь. Первый еще теплый глоток неприятно обжег горло, а затем лед начал таять, целуя легким морозом пряные человеческие губы. С мыслями о холоде Чонгук и не заметил, как нить его размышлений привела к образу юного наглеца с его невозможно широкими и статными плечами. Он подумал, что попробовать найти его отца будет не так уж и сложно, не говоря уже о том, чтобы вытащить его из этого злачного места. Неожиданно в кабинет буквально ворвалась робот-брюнетка, самая роковая красотка из всех, кого удалось создать, но ее лицо в ту секунду украшала вовсе не улыбка. — Мистер Чон, — обратилась она в своей привычной манере, сбитой лишь нескрываемым беспокойством, — там… мистер Ким, он… заковал себя в лед. — Что? — поперхнувшись, воскликнул парень и подскочил на ноги. Чонгук даже не понял, как оказался рядом со спальней, которую накануне специально выделил под комфортабельные условия содержания пленного. С каждой секундой, что сердце пропускало очередной удар, Сокджин все меньше становился похожим на пленного. И только спустя несколько мгновений тщетного замешательства, Гук открыл дверь и зашел в комнату. Посреди нее стояла огромная глыба льда, больше напоминавшая айсберг посреди пустыни. Внутри было очень холодно, даже на стенах можно было различить витиеватые узоры морозного воздуха. Но юноше было не до рассматривания картин — он подошел к глыбе и вгляделся: внутри под большим слоем замерзшей воды находился Джин. Его губы посинели, а глаза стали похожи на стеклянные камушки, блестящие, но мертвенно застывшие. — AR 157 сюда, немедленно! — крикнул парень, забыв и про усталость, и про то, что нерешившуюся накануне сделку пришлось перенести из-за угрозы смертельной стычки. Все это отошло на второй план, ведь с каждой секундой время словно уходило из-под контроля. Вскоре в помещение вошел грузный робот, оснащенный мощным огнеметом. Чонгук приказал ему растопить лед без угрозы жизни человека, находившегося внутри, а сам отошел на безопасное расстояние, не забывая наблюдать за монитором на спине помощника. Прошли чуть больше десяти минут, прежде чем на экранчике мелькнула кардиограмма. Джин дышал, его сердце билось, и это оставалось главным. За окном уже мелькнула первые мириады огней проснувшегося города, когда андроид сбавил темп распыления огневого шквала. — Прошу меня простить, но дальнейшее распространения огня может поставить под угрозу жизнь человека, — доложил робот и, дождавшись приказа, скрылся. Чонгук самостоятельно подбежал к оставшимся кускам льда, а потом с помощью телекинеза оторвал от металлического карниза небольшую острую трубку, которой можно было бы разломать осколки. Бледная кожа Сокджина покрывалась румянцем из-за прилившейся к конечностям крови, и понадобилось еще несколько минут, чтобы лед, как высохший камень, рухнул по обе стороны «живой скульптуры». Чонгук успел аккурат вовремя — старший свалился в его разгоряченные объятия, намочив каплями воды чистую одежду. Молодой мафия не стал считать часы, проведенные у постели Джина. Пока последний, мирно посапывая, отсыпался в горячей постели за свои проделки, мистер Чон решал дела корпорации дистанционно, через отпускные приказы андроидам. И пока те проходили еженедельные тесты, скреплявшие верность делу, он думал о том, как будет решать проблемы с картелем давнего конкурента. Многие пытались пошатнуть семейный бизнес по продаже и активации способностей, чья рецептура была выкрадена из «высших» структур. Отец всегда смеялся, что «высшими» государственные органы назвать чересчур сложно, ведь нужно еще установить, кто кому подчинялся, если почти вся полиция в городе была куплена. Скольких денег хватало, чтобы устранить большинство навалившихся проблем, в том числе, подобная стычка уже совсем скоро будет решена примерно таким же способом, но вот Чонгуку попросту не хватало моральных сил, чтобы справляться с этим в одиночку. Конечно, с первых строк, что автор познакомил тебя с этим героем, было видно, что именно Чонгук обладает волей характера, чтобы стойко выдерживать удары судьбы. Но с появлением Сокджина все изменилось. Будто бы даже рассвет этого дня стал более персиковым, ярким. — Ч-Чонгук? — раздался хриплый голос, когда на дорогих часах тонкая стрелка показала десять. — Проснулся-таки, — парень сделал вид, что не сидел все утро рядом, а потому резко встал и отошел к двери. — Помнишь, что натворил ночью? — Мне незачем жить в твоем пропитанном лживыми деньгами доме. Я предпочел убить себя и оказаться в одном мире с лучшими людьми. Не с такими, как ты. — Я бы не стал делать таких громких заявлений, — драматично усмехнулся Чон, хотя слова старшего его немного ранили. — Кто же вытащил тебя из ледяных оков, мученик? — Почему ты меня не убиваешь? Не хочешь марать руки, так попроси своих бездушных приспешников расправиться со мной. Так же, как вы убили Юну, — Ким попытался оскалиться, но получилась гримаса, отдаленно напомнившая злость. Он еще не набрался сил, чтобы противостоять своему «врагу». — Юну? Ах да, ту девушку… Не нужно за нее переживать. Она сейчас в лучшем мире, как ты выразился. Джин молчал. Молчал и лишь легонько вздрагивал, глубже кутаясь в одеяло. Андроиды к этому времени уже успели удалить остатки льда со стен и провести их моментальную реконструкцию, чтобы те не отсырели из-за воды. — Слушай, я понимаю, что ты чувствуешь… — Ни грамма. — И тем не менее, — откашлялся Чонгук и осторожно присел на кровать. Он вспомнил одинокие всхлипы и то, как он молча ушел, оставив широкоплечего наедине с его эмоциями. — Я поискал в интернете кое-что про Носителей. Я не успел посмотреть ничего про твоего отца, но думаю, что если ты мне поможешь, мы его обязательно найдем. У меня есть связи, чтобы сделать это. — Не рассказывай сказок, пожалуйста. — Я не лгу. Только ответь, почему за столько времени они не воспользовались собственной магией, чтобы вызволить себя с тех островов? — Государство надежно охраняет эту территорию. К тому же, думаешь, что они настолько глупы? Если бы могли, то, наверное, воспользовались. Я не посвящен во все эти трения. — А как ты… все еще здесь? — Я бы ответил «магия», да и это прозвучит слишком глупо, — грустно улыбнулся Сокджин и перевернулся на спину, — хотя и правдиво. — Так ты мне поможешь? — Чонгук наклонился ближе, рискнув получить осколком в сердце, но едва ли Ким мог думать об отмщении. В конце концов, он предпочел верить, что именно Гук спас его жизнь. — Да.