Hate me hard!

— Эй, Сосёнка! Сосё-ё-ёнка-а-а! Ну чего ты молчишь? Признавайся, соскучилась по мне, м? Демонесса, игнорируя все законы физики, зависла в воздухе вверх ногами, так что её улыбающееся лицо оказалось прямо напротив лица Пайнс. Девушка устало вздохнула и отвернулась, поправив козырёк любимой кепки с сосной пониже, как всегда делала, когда смущалась — в самом деле, вся эта сцена ей напомнила тот знаменитый поцелуй из «Человека-паука». «Только вот поцеловаться с этой чёртовой треуголкой мне не хватает… И так испортила мне весь вечер», — раздражённо подумала шатенка и, стараясь не замечать смеющейся демонессы разума, вновь открыла детектив на той странице, где была закладка. — Пожалуйста, дай мне спокойно почитать. Не понимаю, зачем ты вообще здесь появилась; я тебя не вызывала, — сквозь зубы произнесла девушка, пытаясь оставаться спокойной и отбирая свою кепку у настырной Сайфер. — Без тебя мне ску-у-учно! — надув губки, протянула блондинка и стала накручивать прядь тёмно-коричневых, как молочный шоколад, волос на палец. — Ну почему ты не хочешь хоть немного повеселиться? Хватит постоянно сидеть за своими книжками! Посмотри, здесь, на крыше, такой вид — всех мясных мешков в вашем городке видно! А ещё отсюда можно упасть и сломать несколько костей, как тебе идея, а? Сайфер резко встала и подлетела к краю крыши Хижины чудес. Она остановилась, когда носки её чёрных туфель уже оказались над пропастью, и обернулась к обеспокоенно следящей за ней темноволосой девушке. «Только вот не хватало, чтобы она разбилась на моих глазах! Хотя… Ничего с ней не случится, она же демонесса! Да и вообще, я только обрадуюсь, если она, наконец, умрёт и перестанет каждый вечер меня доставать!» — Прощай, Сосёнка! Пайнс уверенно встретила насмешливый взгляд золотых глаз и снова уткнулась в книгу, когда блондинка сделала шаг назад, и, расставив руки в стороны, полетела вниз. Секунда. Две. Три. «Да где же она?! Неужели и правда?..» Девушка захлопнула книгу и вскочила на ноги. На ходу отряхнув от пыли серые шорты, она подбежала к краю крыши и осторожно заглянула вниз. Внезапно в паре сантиметров от её лица появилась живая и невредимая демонесса, и, хитро улыбнувшись, провела пальцем в чёрной перчатке по её губам. Пайнс яростно ударила обнаглевшую блондинку по руке, и, быстро отстранившись, повернулась к ней спиной и пошла обратно, туда, где она бросила свою книгу. Прислонившись спиной к стене, она тяжело вздохнула и прикрыла карие глаза, чтобы не видеть повисшую рядом с ней в воздухе недовольную демонессу. — Больно же! Так нечестно!.. — ныла демонесса, но Пайнс довольно резко её оборвала: — Хватит! Ты мне уже надоела своими выходками! Иди помучай кого-нибудь другого, в самом деле! Я тебя ненавижу! — Что, смелость в тебе заиграла, Сосёнка? Говоришь, что ненавидишь меня? — вкрадчиво спросила демонесса разума. Недовольство в её голосе так быстро сменилось любопытством, что девушка про себя удивилась, как эта Сайфер вообще контролирует свои эмоции. — Знаешь, я ведь этого и желала… Ведь я тоже тебя ненавижу. Хочешь, покажу тебе, что значит моя ненависть? Закрой глазки, Сосёнка, ну же! — Я не хочу… — начала было Пайнс, но, увидев, что глаза демонессы внезапно из золотых стали красными, решила не рисковать и вновь отложила книгу, закрыв глаза. «Зачем я вообще это делаю? Не лучше ли уйти в дом, где брат и тётя? Почему я всё ещё сижу с ней на крыше?..» Вдруг девушка почувствовала, как цепкие пальцы схватили её за синюю жилетку, которую она по привычке набросила на красную майку, несмотря на летний зной. А затем произошло что-то совсем необычное… Пайнс резко распахнула глаза и хотела было отстраниться, но поняла, что уже поздно. Холодные, как поверхность зеркала, губы демонессы впились в её. Ветер, шумевший в кронах деревьев, застыл, казалось, всё время остановилось. Карие глаза ошарашенно смотрели на своё отражение в насмешливых золотых. Это продолжалось лишь несколько секунд, пока девушка не вырвалась и не вскочила, отирая губы тыльной стороной ладони. Сайфер, всё также смотря ей в глаза, облизнулась и кокетливо поправила упавший на лицо золотистый локон. — Ты… Ты абсолютно сумасшедшая! — возмущённо крикнула Пайнс, чувствуя, как сильно бьётся сердце. «Отдать свой первый поцелуй демонессе разума! Что может быть хуже?!» — Ну как, ненавидишь меня, Сосёнка? — пропела Сайфер, словно не слыша последних слов девушки. — Да как ты догадалась?! Ты… Ты… Не знаю, что ты хотела от меня ещё услышать после… После этого… Я ненавижу тебя, Сайфер! Блондинка, казалось, задумалась, смотря куда-то в даль, где заходило солнце. Закусив губу, она молчала, и шатенка, которая всё ещё тяжело дышала, хотела было уйти, как демонесса внезапно нарушила тишину: — Раз уж ты решилась меня ненавидеть, Сосёнка, то ненавидь сильнее! — Ч-что это значит? — удивлённо спросила Пайнс, никак не ожидавшая такой странной просьбы. — Ах, какая милая наивная Сосёнка! Прошу, ненавидь меня, как я ненавижу тебя! — рассмеялась Сайфер, но неожиданно осеклась, взглянув на неизвестно откуда взявшиеся золотые часы на цепочке. — Покорнейше прошу меня простить, Сосёнка, но у меня дела. И помни: реальность — иллюзия, вселенная — голограмма, скупай золото, пока! Демонесса с хохотом исчезла, а на опустевшей крыше, залитой алым светом заходящего солнца, ветерок тихо листал страницы никому не нужного детектива. — Я… Тебя… Ненавижу… — прошептала в пустоту девушка, и едва коснулась кончиками пальцев своих губ.