Скиропуль

В городе, равномерно покрытым водой и грязью от постоянных дождей и разрастающимся каменными трёх- и двухэтажными постройками, позавчера открылся не то постоялый двор, не то церковь, где в данный момент в ожидании напитков сидели два человека, а ещё два десятка пришли на вечернюю службу. Вышло так, что я как раз являюсь одним из двух вышеупомянутых господ, которые не заинтересованы в религии в этот вечер, и имя мне Симитис Костас. В обиходе жителей Скиропуля давно вошло такое понятие, как «привоенный город». Такие места представляли собой в равной степени обители застоя и быстрой жизни. С торговой точки зрения они представляли интерес только как место, где торговцы могут остановиться на день-другой, собраться с силами, обменяться советами, а также запастись необходимым друг у друга, но так получалось, что лишь в малых масштабах. Чтобы такие городки не привлекали излишнего внимания, часто бывает, что на их территории местные власти контролировали ввоз слишком больших сумм и больших объёмов какого-либо товара. В одном таком городе в качестве помощника главного кидемонаса (что означает «страж»), а позже в качестве самого кидемонаса я провёл в сумме 8 лет, однако на момент моего повествования мне предстоит выбрать новый род деятельности. Дело было в том, что текучесть посетителей, вызванная близостью постоянной войны, давала большой простор для действий, ведь имело место быть практически полное отсутствие писаных законов и отчётности кому бы то ни было. Однако военные усилия приносили плоды и порядок вокруг Диадрома — города, где я и заседал как глава закона — начал восстанавливаться, а значит, люди начали оставаться подольше, некоторые навсегда, и снова появилась нужда в конкретных законах и контроле населением действий власти. Потому я и сидел в религиозном пабе, а не в своём офисе или казённой комнате в мэрии. Месяц назад я пошёл к нашему градоводу и, не вдаваясь в такие детали как здесь, сказал ему, что более кидемонасом Диадрома я не являюсь.