(Не)подарок

Когда мне было шесть лет, как и многие дети в этом возрасте, я просила у родителей братика или сестричку. Мама с папой вечно отнекивались, ведь были заняты раскруткой небольшого кондитерского магазинчика. Денег в семье катастрофически не хватало, необходимо было вкладываться в бизнес и растить совсем мелкую меня. Родители пытались обеспечить мне беззаботное детство, какого не было у них. Но второго ребёнка они попросту бы не потянули. Спустя годы наша семья встала на ноги, родители открыли несколько магазинов по всему городу, но сочли себя слишком старыми, чтобы обзаводиться вторым ребёнком. Всё это время я продолжала мечтать о брате, каждый Новый год писала письма Деду Морозу, прося лишь об одном подарке. Я просила об этом на свои дни рождения, но всегда получала только кукол, красивых, как на подбор, но всегда не соответствующих моим ожиданиям. Пару лет назад я совсем отчаялась осуществить детскую мечту и позабыла о ней. Но я никогда не думала, что когда мне исполнится шестнадцать, моё желание осуществится. Правда, совсем не так, как я ожидала. Вместо забавного младшего братика я получу загадочного старшего брата, который, к тому же, совсем не подарок… Это случилось в начале лета. Отец поздно пришел домой и с сожалением сообщил, что после долгой болезни умерла жена его сводного брата. Её семнадцатилетнего сына наверняка теперь отправят в детский дом, ведь его отец уже несколько лет сидит в тюрьме за финансовые махинации. Я не придала особого значения этой новости, ведь мы никогда не были особо близки с этой семьёй. Виделись разве что на редких семейных праздниках, но их сына я вовсе не помню. Конечно, было жаль несчастную женщину, но не более того. Уже на следующий день я позабыла об этом известии. Зря. Ещё спустя неделю родители вдруг заявили, что решили забрать «несчастного мальчика» в нашу семью. Я была против. Мало того, что отец этого страдальца мотает срок, так ещё и почему-то никто из ближайших родственников не изъявил желания забрать парня себе, несмотря на солидный счёт в банке и довольно богатое наследство. Явно не потому, что боялись испортить этого «ангелочка». Но меня лишь обвинили в бесчувственности, и уже через пару дней папа носился с документами по всем инстанциям, а мама готовила комнату для моего двоюродного/родного брата. Ох, ну, я ведь предупреждала. Сегодня суббота. Я впервые за последний год решила прогулять уроки танцев, чтобы вместе с родителями дождаться приезда Алекса. Именно так его величали избалованные европейской культурой родители, последние три года жившие в Лондоне. На самом же деле по паспорту он Алексей, и я бы не советовала ему называться как-то иначе в обычной русской школе. Вчера папа утренним рейсом отправился в столицу Великобритании, чтобы лично сопроводить в нашу скромную провинцию господина Миллера (фамилия досталась от матери, у неё немецкие корни). Ох, чувствую, несладко будет парню. Слышится звонок в дверь, и мама, навесив на лицо самую приветливую улыбку, спешит открывать. Я чисто из любопытства выхожу в прихожую, и лениво прислоняюсь к стене, желая поскорее покончить с семейным цирком и свалить в свою комнату. Хотя, посмотреть на родственничка любопытно, конечно. Далее всё в лучших традициях подростковых фильмов. Открывается дверь, и входит ОН – мечта девочек от четырнадцати до тридцати. Высокий статный брюнет с печальными карими глазами. Из-под рукава футболки, идеально облегающей торс, виднеется край татуировки в виде паука, в руках лишь небольшой чёрный рюкзак, который парень небрежно бросает на пол, чтобы тут же отточенным жестом правой руки взлохматить волосы. А он умеет произвести впечатление… Портит картинку разве что неаккуратный фингал под левым глазом и сбитые костяшки. Он, что, так довёл отца по дороге, что тот ему врезал? Тогда я точно должна начать волноваться, ведь мой папа человек неконфликтный. - Кхм… у Алексея был конфликт с одним из одноклассников, - поясняет папа в ответ на мамин изумлённый взгляд. – Он нелестно отозвался о его семье. - Эмм… может быть, нам лучше познакомиться за обедом? – предлагает мама, немного помедлив. – Я испекла вкуснейший яблочный пирог. Думаю, вы оба проголодались после долгого перелёта. - Я могу отправиться в свою комнату? – холодно интересуется Алекс, и эта холодность задевает меня. Мог бы хотя бы изобразить вежливость. Мама ведь так старалась. – Хочу побыть один. - Но пирог… - бормочет мама, грустнея на глазах. Я сейчас его ударю. – Да, конечно… Но как только проголодаешься, заходи на кухню. Мы все тебя ждём. Евгения, пожалуйста, покажи гостю его спальню. А почему сразу я? Хочу было возмутиться, но мама выглядит такой растерянной, что я не решаюсь возражать. Бросив ленивое «пошли», направляюсь к лестнице, ведущей на второй этаж, где находятся моя спальня, папин кабинет и парочка гостевых, одну из которых оккупировал новый член семьи. Надолго ли? - Прошу, - бурчу, открывая перед ним одну из дверей. - Ты не особо вежлива с гостями, - усмехается он, бросая на пол в углу уже многострадальный рюкзак. – Что ж, могло быть и просторнее, но в целом сойдёт. - Думаю, в сиротском приюте тебе бы выделили шикарное место, - фыркаю, ядовито-вежливо улыбаясь. – Но раз уж мы вытащили тебя из зоны комфорта, изволь довольствоваться скромной спальней с личной ванной и видом на парк. Прежде чем он успевает ответить, захлопываю дверь и ухожу в свою комнату, которая находится прямо напротив. Устраиваюсь с ноутбуком на кровати и включаю музыку погромче, чтобы заглушить совесть, которая голосом матери настойчиво напоминает, что могла бы быть и повежливее, ведь мальчик совсем недавно потерял мать. Я игнорирую её. Спустя какое-то время я понимаю, что проголодалась и спускаюсь в кухню, надеясь найти что-нибудь вкусненькое. В квартире тихо. Наверняка родители уехали по очередным рабочим вопросам, которые невозможно отложить. Прекрасно, я осталась наедине со своим новоиспечённым братом. Когда возвращаюсь в спальню с куском пирога, замечаю, что дверь открыта, хотя я точно её закрывала. Захожу и вижу весьма неприятную картину. Алекс сидит за моим рабочим столом и беззастенчиво рассматривает мои фотографии и награды за участие в соревнованиях. - Ты танцуешь? – спрашивает он, совсем не смутившись от того, что застала его врасплох. - Тебя учили, что вваливаться в чужую комнату и рыться в вещах – невежливо? – ворчу, отставляя тарелку с пирогом на тумбочку и отбирая у парня мою медаль. - Тебя учили, что пялиться – невежливо? – передразнивает парень, вставая из-за стола. - О чём ты? – удивляюсь, инстинктивно отступая на шаг назад. Он подходит ближе, и в конце концов я оказываюсь зажатой между ним и стеной. Мне в нос ударяет запах сигарет и каких-то довольно дорогих духов, фирму я так сразу не назову, но подобными пользуется кто-то из моих мажоров-одноклассников. - Думаешь, я не видел, как ты пялилась на меня в коридоре? – хищно улыбается Алекс, поставив одну руку возле моей головы. - Я… я не пялилась, - качаю головой, вскинув подбородок. – Впрочем, если и пялилась, то что? У тебя фингал под глазом и кулаки сбиты. Мало ли, может, ты убил кого-то? Чего ожидать от того, чей отец уголовник? - Немедленно забери свои слова обратно, - рычит парень, и его без того тёмные глаза чернеют от злости. – Ты ничего не знаешь о моей семье, чтобы так спешно делать выводы. - Если ты думаешь, что я буду жалеть несчастного сиротку, как мои родители – ошибаешься, - шиплю, бесстрашно всматриваясь в черноту его глаз. – Меня ты так просто не обманешь. Я слежу за каждым твоим шагом, и я уничтожу тебя, если ты хотя бы попробуешь навредить моей семье. Я чувствую, как напряжено его тело, когда он придвигается ко мне совсем близко. Так близко, что дыхание обжигает кожу. Невольно вжимаюсь в стену, но всё равно бесстрашно смотрю в его глаза. - Будешь досаждать мне, уже через пару дней вся твоя школа узнает, что ты шлюха, готовая лечь под первого встречного, - угрожает парень, посматривая на меня с какой-то садистской ухмылочкой. Нет, он этого не сделает. - Но это ведь неправда, - возражаю, скрещивая руки на груди. Ему всё равно никто не поверит. - Не знаю, мне ты показалась вульгарной. У тебя, вон, лифчик сквозь майку просвечивается, - замечает он, нагло покосившись на вырез моей домашней майки. – Да и чего ожидать от той, чей дядя уголовник?