От дружбы к любви.

Бабушка уехала к родственникам в другой город, поэтому как минимум дней пять Дюпэн-Чэн будет одна. Пока она что-то писала в дневник поздним вечером, уже в пижаме, раздался звонок в дверь. — Иду! — крикнула она настойчивым гостям, которые звонили не переставая, и вскочив с кровати побежала к выходу из квартиры. Открыв железную дверь перед её глазами встали два человека — неухоженный мужчина и такого же рода женщина. Куртка разорвана, в руках бутылка водки, да и от них очень несёт алкоголем, от чего у синеволосой в голове сразу пришла мысль о том, что этот запах за километром можно почувствовать. — Здравствуйта, — вежливо поприветствовала их она, — а Вы кто? — Доченька! — воскликнула женщина и протянула к ней руки, пытаясь её обнять, но Дюпэн-Чэн сразу отпрянула и стала отталкивать от себя, так называемых, «родителей», закрывая дверь обратно. А ведь учили её перед тем, как дверь открыть, в глазок смотреть. Когда ей все-таки удалось их выпроводить то снова поступали звонки в дверь и постоянные пинки в неё, которые было невозможно не услышать. Вскоре Маринетт это надоело и она набрала номер полиции, чтобы успокоиться. *** Девушка стояла, облокотившись об дверной проем и наблюдая за тем, как сотрудник полиции тащит пьяную женщину, прикрикивая на неё, если она снова падала. — Спасибо, до свидания! — она попрощалась и, закрыв дверь, громко, но с облегчением вздохнула. Буркнув себе под нос что-то вроде «как же все достало» она пошла в свою комнату и села за стол, на котором лежал ноутбук. Маринетт зашла в соц. сеть ВКонтакте и стала писать Агресту, который, кстати, был онлайн о произошедшем. Эдриан: Офигееть Эдриан: А что с ними теперь делают в полиции? Маринетт: Не знаю. Возможно посидят просто и отпустят. Я в этом не разбираюсь Игнор. Маринетт: Я просто хочу, чтобы они не возвращались опять. Они мне правда никто. Меня воспитывала бабушка, она была единственным человеком, который всегда был рядом. Даже если они попросят прощения — я не буду прощать. Я даже не знаю, зачем они пришли. Эдриан: Мне придти? Маринетт: Да Маринетт: Быстрей Маринетт: Пожалуйста *** Друзья сидели за столом на кухне. У обоих была горячая чашка с чаем, от которой ещё издавался еле заметный пар. Брюнетка мирно молчала и мешала ложкой сахар в своей кружке, облокотивши голову об ладонь. Пугающая тишина будто давила на уши даже больше, чем сотни кричащих людей в одном помещении. Маринетт даже не знала, о чём говорить. Всё это ужасно нагнетало — и настроение, и атмосферу. — Как думаешь, они могут придти во второй раз? — вдруг решила прервать тишину Мэри. Он пожал плечами и сделал глоток горячего чая, от чего Дюпэн-Чэн взбесилась, но решила этого не показывать, нервно стуча пальцами по поверхности стола. — Да Эдри! — возмущённо воскликнула она, резко встав со стола. Агрест испуганно поднял голову и вопросительно кивнул в её сторону. — Вообще-то, я переживаю тут, нервничаю, а от тебя ни шиша. Ты друг мне или кто? — Ну, во-первых, — с ухмылкой произнёс парень и встал из-за стола, подходя к ней ближе, — я твой парень. А во-вторых, всё будет хорошо. Они тебе в крайнем случае ничего не могут сделать, тем более если они будут тебя доставать, то просто позвони в полицию. Он успокаивающе положил руки ей на плечи, а она чуть нахмурила брови и посмотрела ему прямо в глаза. Девушка кинулась ему на шею и прижалась к нему. Ей хочется чувствовать себя маленькой, невинной, защищённой. Если первые два у неё есть, про последнее она не уверена. *** — Представь, а в будущем, лет через 5-6, мы переедем в отдельный дом. Будем жить вместе, работать. А может, у нас вообще будут дети? — мечтательно произнесла девушка, чья голова расположена на грудь Агреста. Он засмеялся и поцеловал её в макушку. — А ты уже представляешь? — спросил он, поглаживая её по плечу. Она кивнула и улыбнулась, поднимая голову к его лицу, чтобы получить поцелуй. «after 8 years.» — Ровно? — спросил Агрест с фотографией в рамке, которую он придерживал на стене. — Вроде да, — Маринетт отошла, нахмурила брови и задумчиво надула губы, — да всё-равно, никто выглядывать не будет. Она махнула рукой, нежно улыбнулась и подойдя к Эдриану чмокнула его в губы, а затем пошла в уже запланированную, но не обставленную гостиную. *** Тёплый вечер за застольем, чоканье бокалов с алкогольной жидкостью внутри, радующиеся родственники и друзья, которые разговаривают между друг другом. Это та обстановка, о которой мечтала всю жизнь Маринетт. Когда она была совсем маленькой, она часто думала о том, какой у неё будет парень, какие у них будут отношения, внезапные сюрпризы, подарки, переезд. Семейный ужин в кругу родственников и дорогих друзей. Родственников? Ах, да, у Дюпэн-Чэн же почти нет родственников. Хотя, морально есть. Мама и папа Эдриана были ей как родные родители, несмотря на небольшую ссору по поводу экзаменов Агреста в 9 классе. Что с бабушкой? Бабушка... скончалась. Года два-три назад. У Мэри была депрессия, даже пара нервных срывов, но всё время Эдриан, который был рядом, помогал ей пережить это всё, и Дюпэн-Чэн почти забыла про смерть, но воспоминания про самого родного человека, который вырастил её, воспитал, кормил остались, и осталось их очень много. Сейчас Маринетт была, как ей казалось, самым счастливым человеком. В руках бокал шампанского, который совсем немного пьянит её, рядом любимый человек, с которым вы совсем недавно стали совместно жить. Что может быть лучше этого? *** — Я тебя очень сильно люблю, — тихо прошептала девушка ему прямо в губы, чьё тело освещал лишь лунный свет. — Я тебя намного больше. Он обнял её и прижал к себе сильнее, а она уже устало закрыла глаза и посапывала носом. Да, дружба между парнем и девушкой конечно же существует, но не в этом случае.