Елецкий и Рейтар

Дома мать заахала, заскакала козой, теребя меня, допытываясь, с кем я подрался. Я честно прикинул ее реакцию на фразу: «Приставал к учителю, получил в морду» и решил, что проживет мамахен и без некоторых знаний. -На косяк налетел, - сообщил я. И потопал рассматривать себя в зеркале. Да уж, зрелище то еще. Вот же Димочка… Откуда в таком хрупком теле столько силищи? По-моему, если б меня лошадь лягнула, было бы куда меньше последствий. Затрезвонил телефон. -Да, алло, - мама прислушалась. И расцвела: -Что вы, Дмитрий Сергеевич, никакого беспокойства. Блядь. Ой, блядь. Я попал. -Ой, я так рада это слышать. Знаете, вы почти единственный, кто Марчика не ругает. -Я Марк! Мама продолжала что-то щебетать в трубку. Я топтался рядом, чувствуя себя совершеннейшим идиотом. -Ах, Марка позвать? Марк, тебя твой классный руководитель. Ебанутый он руководитель. Хотя да, классный все же. Особенно ноги. -Алло. -Купи в аптеке «Фастум гель». Наносишь и втираешь до полного впитывания. И завтра приноси его в школу. И гудки. Пришлось идти в аптеку, прикрыв пострадавшее место темными очками. И материться про себя семиэтажными загибами, костеря симпатичного стажера, решившего невесть с чего построить из себя целку. Хотя, кто его знает, с такими-то хорошо поставленными ударами. Видимо, тренировался долго и вдумчиво на десятке-другом морд. Утром и впрямь синяк заметно так притух. Я даже видел вполне себе. -Ну ладно… Я ввинтился в недавно купленные черные джинсы. Примерно на седьмой минуте ввинчивания я уже начал мечтать о мыле, но тут они соизволили уже надеться. Рубашку я выбрал тоже черную. А что, красиво смотрится, учитывая, что я природный платиновый блондин. Солнцезащитные очки тоже пришлось напялить. Не сверкать ж синяком на всю округу. Зеркало отразило такого чмошного мачо, что я туда чуть не плюнул. Побоялся, что кислотой дырку прожгу в поверхности. Рубашка была уже маловата, давно я ее не носил, мускулатуры прибавилось с тех пор. Однако я опаздывал уже хронически, так что вместо нее пришлось, недолго думая, надевать синюю, шелковую же. Класс меня встретил тихим посапыванием. Пока не начался урок, все мирно дремали себе на партах. -А где Димочка? -Не Димочка, а Дмитрий Сергеевич, Елецкий, - поправил меня ядовитый голос. И с первой парты поднялся какой-то совсем мне незнакомый парень в сексуально драных джинсах и футболке с каннабисом. -А…Э… На опознание стажера мне понадобилось примерно минуты четыре. После чего я мысленно въебал себе хорошую оплеуху. День прошел насмарку. В том смысле, что я, желая хоть немного приподнять мнение о себе в глазах Димочки, выпендрился со своими знаниями, похватанными из записи прошлого урока, аж на пятерку в журнал. Однако, кроме совершенно делового общения, ничего больше не произошло. Я, в своей благородной рассеянности, даже контрольную по алгебре на четверку нахуярил, размышляя о Димочке, пока руки сами писали решение. -Ваш новый классный руководитель будет вами доволен, у вас необычайно высокие результаты. Впервые ни одной двойки. Мы переглянулись. Нет, определенно, мы имеем все шансы четверть закончить более-менее нормально, если стажер и дальше будет нас поддерживать в таком тонусе. -Сегодня седьмым уроком классный час. -У нас ж пять уроков, - сообщил Васенька. -Значит, шестым уроком у вас либо окно, либо переписывание контрольной по химии, - злорадно сообщила директриса. Мы застонали. Я – громче всех. Не готов я, блядь. И отпиздеться никак. Если только списать с помощью какой-то матери. -Значит, переписывание. Вот мы и сели на переписывание. По листочку передо мной весело бегали хуи на тонких ножках, мешая рассмотреть условия задач. А все равно, знаний… Ни в пизду, ни в Красную Армию… -Елена Викторовна, можно вас? – ангельским голосом позвал Димочка, просовывая голову в дверь. – Там в женском туалете мышь, девочки в кабинках заперлись и не выходят, зато орут. Директриса ринулась устранять неполадку. -Списывайте в темпе, - сообщил Димочка. – Я за второй мышью в подвал не полезу. Класс познал дзен и ахуй. Затем быстро-быстро зашуршали шпаргалки. Когда химичка вернулась, мы уже усиленно изображали бурную умственную деятельность. -А я читал, был такой педагог, Януш Корчак, - сообщил нам на перекуре Васенька. - Он вместе со своими учениками в газовую камеру пошел. Еще шутил и им говорил, чтоб не плакали. Ему немцы предлагали спасаться, говорили, что он уйти может. А он детей обнял – и с ними в камеру. -И что? -У нас, походу, свой Януш Корчак объявился. Я только хмыкнул. Лучше б он Чайковским был. -Ой, Януш Сергеевич, вы тоже тут? Димочка только бровь приподнял. -Вообще-то… Урок уже. На новое имя он никак не отреагировал. Вернее, что-то такое в глазах мелькнуло, смешливое. Ну, конечно, им ж всех этих педагогов перечисляли. Классный час протекал весело. Димоч… Януш Сергеевич вспомнил свою школьную молодость. И устроил нам сюрприз – чаепитие. Это было круто. По-настоящему круто. Он как-то сумел нас всех втянуть в болтовню. Сам он разговаривал мало, только чай отхлебывал. А потом прилетела директриса. -Дмитрий Сергеевич, зайдите ко мне, - тоном, ничего хорошего не предвещающим, сообщила она. Васенька нырнул за ними следом. Вернулся скоро. -Она его увольнять собралась. Или выгонять. Короче, орала за это все, - он показал на стол, - что он права не имеет детей задерживать после уроков. И что мероприятие не согласовано с администрацией. Класс зашумел. -А ну все хлебальники заткнули! – рявкнул я. – Что разорались? -А что делать? Она ж его выгонит. -Что делать, что делать. Отбивать Димочку. -Аттестаты попортят, - вякнул Васенька. -Ебло я тебе сейчас попорчу, - пообещал я. – Дети, между прочим, за Корчаком в газовую камеру пошли. -Ну что ж вы прямо так? – раздался от порога спокойный голос. Димочка стоял, прислоняясь к косяку. Вертел в руках снятые очки. -Сворачивайте столы. И по домам. -А она вас не выгнала? – спросил кто-то. -Ограничилась строгим выговором. Так, по домам. Внезапный праздник был непоправимо испорчен. -Может, в кафе? – предложил кто-то. -Я приглашаю всех, - выскочил Костя. – У меня у родителей есть летнее. Оно сейчас закрыто. Но мы столы вытащим на веранду и все, на улице ж тепло. -Без меня, - сообщил Димочка. – Нам запрещено водить детей вне школы куда-то без согласования… -Это мы вас ведем, нам можно, - осмелел я, подхватывая его под локоть. – Правда, можно. Устав не запрещает похищать стажеров и утаскивать их на принудительное чаепитие вне школы. Он чуть улыбнулся. И, о чудо, руку не отнял. -Ну, ведите. Ура, дело сдвинулось с мертвой точки.