Без эмоций - не без чувств

POV Рин

Я уже и не помню когда это началось. Месяца три назад, кажется… Мы просто встретились ненароком перед моей академией. Не представляю, что ты там забыл. Хотя было уже поздно, небось хотел втихаря искупаться. Вряд ли ты ожидал, что я пашу как проклятый с утра до ночи, чтобы обойти тебя этим чертовым вольным стилем, который у меня уже в печенках сидит. Ты как всегда безэмоционален и если и был удивлен встрече, то мастерски сжал своё лицо, предав ему какого-то скучающего выражения. Хотя, наверное, на самом деле больше всего ты был разочарован сложившейся ситуацией, ведь теперь твое воссоединение с водой придётся отложить на некоторое время. Разговор надолго не затянулся, ты лишь любезно заметил, как подавлено я выгляжу. Ну, а чего ты хотел? Я уже на протяжении месяца раньше просыпаюсь, чтобы потренироваться в одиночестве, а потом задерживаюсь до самой ночи, пока силы окончательно не покинут меня и я просто физически не смогу продолжать. Я и сегодня выдохся, три с половиной часа без единой передышки, еще и ужин пропустил. А всё ты виноват! Ты и твой грёбаный талант! Да, наверное, ты скажешь, что мне стоит быть спокойнее, не придавать всему такого огромного значения. Но я не ты! У меня есть чувства и цели в жизни! Я был зол на тебя, на твой пофигизм, на отсутствие эмоций. Но ты не поймешь моей злости, это не в твоих силах. Даже если я сейчас дам тебе по роже, ты просто зажмуришься на секунду и снова распахнешь свои бездонные глаза, в которых может уместить весь мир, но есть лишь пустота… Мне так хочется научить тебя чувствовать, спасти от этого сна, разбудить и заставить жить на полную. Я не знаю, почему для меня это так важно, но я хочу, чтобы ты познал счастье. Всё еще нервный, дрожащими руками я хватаю тебя за ворот спортивной кофты и целую… Мягко и нежно, что никак не соответствует моему внутреннему состоянию. Но ты успокаиваешь. Я как будто падаю со скал в твой океан, мне не больно, волны легко подхватывают меня и уносят прочь от грубых камней. Твои губы холодные. Разум затуманивается, и перед тем, как окончательно отключить сознание, я успеваю разорвать поцелуй. Секунд пятнадцать мы просто смотрим друг другу в глаза, и я замечаю в твоих удивление, ярко-выраженное и такое чужое на твоем лице. Уголки моих губ приподнимаются в победной улыбке, какая-то часть меня ликует, что сумела пробить это стекло, скрывающие тебя, как человека, целиком. Но вторая всё еще пытается осознать, что именно это было и почему на душе так до жути спокойно. — Хару… — я первый прихожу в норму и пытаюсь оправдаться, хотя и дураку понятно, что ничего уважительного я выдать не смогу. — Я просто… — я опускаю глаза, больше не могу выдержать этот взгляд величиной с океан. Но не успеваю вдохнуть, как рука нежно касается моего подбородка, настойчиво тянет вверх, заставляя снова посмотреть в глаза, и Хару притягивает меня для второго поцелуя, на этот раз страстного и требовательного. Да, ему определённо удалось выбить из меня всё сознание и перечеркнуть правила здравого смысла вдоль и поперек. Холодный язык проник мне в рот, и я, сам того не контролируя, начинаю отвечать, прижимаясь ближе и постепенно зарываясь руками в мягкие волосы. С того момента прошло несколько дней, прежде чем я снова смог взглянуть тебе в глаза. Дело в том, что всё это время мы и не подумали обсудить случившееся, ты всё также смиренно плыл по течению, не намереваясь что-либо предпринять, а я просто напросто боялся открыться тебе целиком. Но тянуть больше некуда, если мы конечно не хотим лишиться друг друга во всех возможных вариантах, и после очередной тренировки я таки пришел к тебе домой. Ты появился на пороге почти сразу после того, как я позвонил. На тебе были шорты и легкая домашняя футболка, волосы на половину мокрые и растрёпанные. Я невольно улыбаюсь, ты выглядишь довольно мило. — Рин… Я поддаюсь моментному желанию и целую тебя, сразу проникая языком. Ты отвечаешь, и мы оба понимаем, что слова нам не нужны, я подхватываю тебя на руки, а ты закидываешь ноги мне на бедра. Поцелуй становиться жарче и я чувствую, как что-то твердое упирается мне в живот. Признаться честно, раньше я и не представлял, что у тебя может быть сексуальное влечение к кому-то, не то что бы я считал тебя импотентом, но сам факт, что ты чувствуешь да еще и страсть, не укладывался у меня в мозгу. Мы продолжаем целоваться, а ты попутно стягиваешь с меня футболку, несу тебя в комнату и кладу на кровать, нависая сверху. Мы оба готовы отдаться друг другу полностью, без единого слова, и так оно и происходит. Секс с тобой, это неописуемо, ты всё так же стараешься скрыть эмоции, но стоны непроизвольно слетают с твоих губ. Иногда ты закрываешь рот ладонью, но я грубо зажимаю запястье и прижимаю твою руку к кровати. — Мне нравится, когда ты кричишь, — шепчу тебе на ухо, резко входя, и ты взвизгиваешь, царапая мне спину в кровь. Я снова победно улыбаюсь, осознавая, что единственный, кто может увидеть такого тебя. Наш секс всегда горячий и почти бессловесный. Мы никогда не просим об этом, не договариваемся, я просто прихожу к тебе, когда сам сочту нужным, и ты встречаешь меня страстным поцелуем. Это были прекрасные отношения, секс без обязательств, о чем еще может мечтать восемнадцатилетний парень? Но в один прекрасный момент в моём сердце что-то ёкнуло и я понял, что просто физической близости мне не достаточно. Я захотел обнимать тебя по утрам, дарить глупые подарки по типу плюшевого дельфинчика, невинно целовать в лоб, хотел держать тебя за руку, когда мы идем рядом. Я захотел отношений. Я не раз заводил эту тему, сначала намёками, а потом подошел и прямо всё выпалил, но каждый раз ты лишь отворачиваешься и безмолвно уходишь. Как я и сказал это продолжается уже около трёх месяцев. Мы всё равно занимаемся сексом, но каждый раз я лишь больше влюбляюсь в тебя, в твою мимику, а ты всё так же закрываешься от меня. Вот и сейчас я проснулся рядом после горячей ночи, в голове всплывают твои стоны, спина немного печёт. Почему-то каждый раз, когда мы просыпаемся в одной кровати, ты лежишь, отвернувшись от меня, на определённом расстоянии. Я придвигаюсь ближе и обнимаю тебя со спины. Холодный как всегда. Я знаю, ты не спишь, ведь, когда моя горячая рука ложится на твой подтянутый живот, ты вздрагиваешь. Я сначала просто обжигаю дыханием твоё ухо, а потом шепчу вопрос, который последнее время повторяю непростительно часто. — Хару… Что между нами? — я замираю в ожидании, но от тебя никакой реакции. Как же меня это бесит! Так больше продолжатся не может! Свобода каждого человека заканчивается там, где начинается свобода следующего, но ты так зациклился на своей вольности, что не замечаешь, как я завишу от тебя! — Я получу ответ сегодня! — я повышаю голос, и в нём слышны нотки истерики, — или это будет последний раз, когда мы просыпаемся рядом! — я выпаливаю на одном дыхании и понимаю, что только что сам лишил себя любимого человека… навсегда… Моё сердце бешено колотится от злости и страха, а Хару лежит всё также неподвижно, будто и не слышал меня. Хотя может, эти слова действительно ничего для него не значат. Я резко впиваюсь ногтями ему в плечо и насильно поворачиваю к себе лицом. Хару подчиняется, но предварительно закрывает глаза, избегая моего жесткого взгляда. — Смотри на меня! — рявкаю я, и он покорно распахивает свои бездонные синие глаза, заглядывая прямо мне в душу, всё с таким же безразличием на лице, как и обычно. Но в этот раз океан вышел из берегов, и по его щекам потекли слёзы. Я замер в немом шоке, злость испарилась, и в груди защемило от осознания того, что я причинил боль. Я еще мгновение смотрел на бледное безэмоциональное лицо Хару и прозрачные слёзы, которые уже достигли подбородка парня. Моя психика не выдержала такой картины и я крепко прижал Хару к своему сердцу. — Прости, — прошептал я, поглаживая его вздрагивающие тело, — я рядом. Я всегда буду рядом… обещаю… Хару высвободился из моих объятий и наши взгляды снова встретились. Он притянул меня к себе за подбородок и поцеловал так нежно и мягко. Я вспомнил наш первый поцелуй, впервые с того времени мы целуемся без страсти и похоти, просто с глубокими чувствами, о которых не в силах произнести в слух. — Я люблю тебя, Рин, — его голос дрожит, но звучит уверенно. Я не могу собраться с мыслями, просто смотрю ему в глаза и чувствую, как слёзы невольно скапливаются в уголках, — и я хочу быть с тобой по-настоящему… только так я смогу быть свободным, — он проводит большим пальцем по моей щеке, вытирая мокрую дорожку, я лишь содрогаюсь и, не в силах больше себя контролировать, начинаю плакать. — И я тебя люблю… — выдавливаю сквозь всхлипы я и чувствую, как сильные руки обнимают меня. А ведь три месяца назад я думал, что Хару не способен даже на удивление, а сейчас понимаю, как много он на самом деле чувствует.