perfidy doesn't mean betrayal

      Просиживая ненавистный факультатив по английской литературе, Малик подумал про себя:"Все не так уж и плохо, по крайней мере, я мог сидеть с ужасной Хлоей, которая занимала почти три места", правда, эти мысли не особо помогали Зейну в тесте о биографии Рэя Брэдбери, поэтому он решил проанализировать сегодняшний день, который не принес ничего полезного. Он сидит со своим бывшим парнем, который когда-то ему изменил. Да-да, именно так. Лиам Пейн и Зейн Малик были парой. Поправочка, влюбленной парой. Вспоминая те дни, которые они проводили вместе, брюнет, краснея, улыбается во все тридцать два. Он бы хотел вернуть те прекрасные отношения, которые длились со времен старшей школы, но Пейн все испортил сам, изменив с кудрявой сучкой по имени Даниэль. Его мысли были прерваны голосом Хорана:       - Малик, если ты думаешь, что я не проверю этот тест, то ты глубоко заблуждаешься. Ну, возможно не глубоко, но ты заблуждаешься! - Хоран пытался подавить улыбку, но он был безуспешен. Зейн лишь зыркнул на учителя взглядом, аля "да что ты говоришь", и продолжил смеяться над блондином. Возможно, сидеть на факультативе не так уж и скучно и уныло. Все еще смеясь, Зейн вспомнил про своего соседа по парте, и сразу же замолчал. Возможно, ему до сих пор нравился шатен с карими глазами, цвета древесной коры, но он почти отказывался это признавать, поэтому снова начал перечитывать задание, отчаянно забыв его. Вздохнув, он погрузился в чтение.

***

- Я никогда бы не подумал, что Мистер Питерсон настолько безнадежен! Ты видел, что он пытался закадрить ученицу, но та поймала его, и заржала над ним? Блять, если ты не видел, то ты просрал всю свою жизнь! - именно с таким энтузиазмом рассказывал Луи Эль про экономику с Питерсоном. По правде, этот преподаватель всегда его раздражал, поэтому Зейну не было стыдно, что он смеялся над своим учителем. - Эй, ребят, я за сэндвичем, кому-нибудь что-то нужно? - спрашивал брюнет у своих друзей. Все лишь откивались, и Зейн, пожав плечами, скрылся от их стола. Обычно он берет еду с собой, но сегодня, проклятье, он забыл, поэтому ему пришлось встать в длиннющую очередь в кафетерии. Как только он занял очередь, он засек время, сколько же он простоит здесь. Едва лишь он подумал о своем не сделанном домашнем заднии по высшей математике, у пакистанца зазвонил мобильник. Когда он увидел, что на экране написано "Мама", он невольно улыбнулся, зная, как они с мамой отлично ладят. Она была для него самым лучшим помощником и другом, и он всегда любил с ней разговаривать. - Ало? - хриплым голосом спросил Малик. - Привет, сынок! До тебя еле дозвонишься, ты такой занятой, - с улыбкой сказала Триша. - Да, привет, мам, приближается сессия, поэтому очень много времени провожу за уроками, - и это было чистой правдой. Он правда очень переживал за полугодовую сессию, и старался подтянуть пару предметов, чтобы сдать их на отлично, - как дела? как девочки? - У нас все отлично, вчера был ужин с парнем Валии, на самом деле, он мне не понравился, но надеюсь твоя сестра будет счастлива с ним, - женщина всхлипнула, и Зейну в ту же минуту захотелось ее обнять. Он ужасно не любил, когда его мама расстраивалась, но еще больше не любил, когда это происходило из-за младших сестер. - Все будет хорошо, ты не должна так сильно за нее переживать, - пытался поддержать ее Зейн, - прости, мне нужно бежать. - Да, ты наверное прав. Ладно, пока, люблю тебя! - Я тебя больше.       Не успев сбросить, он понял, что стоять здесь бесполезно, поэтому пошел к общему столу, где ждали его друзья. Он ненавидел кафетерий, а очереди в ней еще больше. Только ему нужно быть внимательнее, потому что он врезался в кудрявую голову. И сразу понял, что это Даниэль. - Ой, Зейн! Как рада тебя видеть, как ты? - улыбаясь, спросила Дани. - Взаимно, все нормально, как ты? - притворно улыбнулся ей Малик. - У меня тоже все отлично. Спасибо, что спросил. Вот, недавно с Лиамом отмечали полгода отношений, и хотим закатить большую вечеринку, я надеюсь, что ты придешь! - искренне предлагала ему Пизер. - Поздравляю, надеюсь, что планы не совпадут с вашей вечеринкой, - подчеркнув слово "с вашей", еще притворнее ответил Зейн. - Спасибо! Прости, нужно бежать, пока!       И тут брюнет понял, что день начинался как никогда отлично, а закончился как обычно: слезами в подушку, одинокой постелью и мыслями о Пейне. Что ж, ничего не меняется.