Потому что дерьмо случается

Все началось с Бет. Его непутевая дочка появилась на пороге дома впервые за много лет, и не одна. - Ну пожалуйста, папа, всего на один день! - умоляла она, пытаясь всунуть Рику кулек со спящим младенцем. - А что, сидеть больше некому? У меня вообще-то нет времени! Но она и слушать его его не стала. Он даже не был в курсе, что уже полгода как стал дедушкой во второй раз, и тут... Рику очень все это не нравилось. Его дом не был приспособлен для детей. Но как-то этот злосчастный день он должен был протянуть! Ребенок лежал на старом диване, обложенный подушками, пока Рик, притащив свои чертежи в гостиную, усердно трудился, сидя на полу. - Мать твоя - дура, и отец твой - идиот, - между делом говорил он маленькому Морти. - Они, значит, шпёхаются на выпускном, а я потом следи за результатами их перепихонов... Вот изобрету портальную пушку и съебусь куда подальше от этой семейки... Съебусь, мелкий, вот увидишь... По счастью, внук ему особо не досаждал, вел себя тихо и начинал плакать, только когда надо было его накормить или сменить памперс. Но кто же мог предвидеть, что "всего один день" займет Рика на долгие годы вперед? Он всегда знал, что бестолковый зять загубит его дочери всю жизнь - но не буквально же! Этот гондон не справился с управлением в сильный дождь, машина слетела с обочины, и все погибли сразу - и сам горе-водитель, и Бет, и трехлетняя крикуха Саммер... Рику было плевать. Точнее, он ненавидел их - за то, что они умерли и оставили его с... Его жизнь не была приспособлена для детей. Запустевший, грязный дом стареющего недоизобретателя - не лучшее место для того, чтобы кого-то растить. Можно было бы отдать Морти бабушке и дедушке со стороны Джерри - но те, занятые лишь путешествиями и своим новым любовником, отказались наотрез. - Ты никому не нужен, пёс, - мрачно объявил Рик, покачивая ребенка на колене. - И я, собственно, тоже - не удивлюсь, если эти напыщенные бляди еще и трубку телефонную помоют после моих звонков... Дождавшись, чтобы Морти уснул, старик откупорил бутылку и приложился к ней, как к последней надежде. Когда он собирал свои наработки, его уже пошатывало. В большой ящик полетели все бумаги и чертежи, все изобретения - то, чем Рик дышал долгие годы... И он просто зарыл это все на заднем дворе. Это буквально были похороны самого себя. Если он хочет прокормить себя и Морти, о собственных амбициях придется позабыть. Вернувшись в опустевший гараж, Рик, даже не отряхнув перепачканные землей ладони, снова взялся за бутылку - и пил, пил, пока в глазах не начало двоиться, а по лицу не пошли мутные пьяные слезы... Почему он? Почему все это случилось именно с ним? Потому что Бог - распоследняя скотина, которой даже не существует. Потому что дерьмо случается - и иногда оно плюхается с неба прямо на макушку... День перемешался с ночью, а ночь - со днем. Санчез открыл у себя в гараже мастерскую по ремонту бытовой техники и трудился в ней, не покладая рук, параллельно пытаясь худо-бедно присматривать за Морти - надо ли говорить, что давалось ему все это ой как непросто? Впрочем, в этой ситуации был один, несомненный жирный плюс. Ему некогда было думать. Ремонт техники - ха, как это мелко для того, кто чуть не изобрел прибор для перемещения в иные миры! Ссаный ребенок, требующий постоянного внимания - можно ли представить более убогую вещь, которой только можно посвятить себя? В этой черной, беспросветной тьме, куда угодил Рик по воле случая, была только одна отдушина. Бухло. Один глоток - и он мог вздохнуть свободно, одна стопка - и работа шла быстрее, одна бутылка - и он забывал все... Пробуждения в лужах собственной рвоты давно стали обыденностью, и все чаще последним, что оставалось в пьяной памяти Рика, был детский плач. Когда в один прекрасный день он проснулся на диване - слава богу, что на диване - с гудящей головой, Морти стоял рядом и пристально смотрел на него. Ему было уже почти четыре года. Он скоро должен был стать старше своей сестры, когда та умерла... Рик едва мог вспомнить, как в принципе прожил все это время. - Дедушка Рик... В руке у него все еще была пустая бутылка - и Морти, нахмурившись, пытался выудить ее из цепких пальцев. - Дедушка Рик, не пей больше! На запястьях и шее мальчика виднелись отвратительно яркие синяки, при взгляде на которые Рика затошнило. От самого себя. - Не буду, - пробурчал он, нехотя потрепав Морти по голове. - Больше не буду... Принеси-ка дедушке воды, пёс... Внук убежал на кухню, а Санчез, проводив его взглядом, выронил бутылку, и она, грохоча, покатилась по полу. С того дня он больше не пил. Действительно - не пил. Ни капли. Если бы какие-то бюрократы из соцслужб забрали его Морти, он бы просто этого не выдержал! Ради этого ли он похоронил все свои мечты? Впрочем, одну лазейку он все-таки себе оставил. "Когда этот говноед наконец-то вырастет и уедет в колледж", - фантазировал старик, когда желание напиться становилось невыносимым. - "Когда он вырастет, я тааак наебенюсь! Устрою такую вечеринку, что от дома камня на камне не останется, блядь! Оторвусь, сука, за все годы лишений!" До колледжа еще было далеко, но Рик вдруг с удивлением обнаружил, что жить стало легче. Этого не было заметно сразу, но все же это произошло. Если еще не так давно он на полном серьезе думал оставить Морти на пороге детского приюта, то теперь мальчик из ярма на шее начал превращаться в помощника. Даже копаться в осточертевших холодильниках и стиральных машинах было уже не так скучно, если внук крутился рядом, играя с болтами и гайками, подавая инструменты или спрашивая о какой-то своей, детской фигне... Иногда, впрочем, Рика накрывали сожаления о былом. Но, в конце концов, его нынешняя жизнь оказалась не такой уж и плохой, как могла бы быть! В конце концов, рядом с ним был Морти, который его, старого беспутного алкаша, любил, несмотря ни на что. Так, как не смог бы никто другой. Гораздо больше, чем он любил сам себя. Когда Морти исполнилось семь, Рик почувствовал себя предателем. Видит бог, он не хотел отдавать своего малыша в эту ебучую школу, но совесть не позволила - в конце концов, его внук почти не общался с одногодками, а где еще это делать, как не в школе? Он прекрасно знал, что окружающие не любят "старого Санчеза" и смотрят с опаской на угрюмого соседа-сквернослова. Ему на это было насрать. Обычно они держались особняком ото всех, но первого сентября все было по-другому. Пожилой мужчина в заношенной одежде и грязном белом халате, бледный настолько, что казалось, будто он не видел солнца десять лет, тащился вслед за мальчиком, который выглядел прямой ему противоположностью - выглаженный костюм, яркий, явно новый, рюкзачок, начищенные до блеска ботинки... - Быстрее, деда Рик! - Морти приплясывал от нетерпения, сжимая руку старика, и тот, недовольно ворча, все же шел за ним, игнорируя все косые взгляды вслед. - Опоздаем же! - Ну и пусть, - фыркал Рик. - Скоро ты так рваться в эту богадельню уже не будешь... Кто знал, что его слова сбудутся так скоро? В тот же день, после первого учебного дня, Морти ввалился в гараж деда, захлебываясь слезами. На его лице красовались свежие ссадины, а одежду покрывали пятна грязи. - Ох ты ж, блядь! Кто это сделал, Морти? Ну же, не реви, не будь ссыкухой... Только скажи, кто, дедушка ему сразу глаз на жопу натянет! Тише, тише, Морти... Дерьмо случается... Да, иногда оно просто случается... Их оказалось трое. Рик орал и по телефону, и в чужие лица, как сумасшедший. Родители этих молокососов, скорее всего, сто раз захотели провалиться сквозь землю - во всяком случае, он на это надеялся. Но к Морти относиться лучше после этого не стали. Наоборот, все стало только хуже - его теперь обижали постоянно, каждый день. Морти начал заикаться, стал нервным и дерганым - а Рик ничего не мог поделать! Если бы он только мог сделать этот оскотинившийся мир безопасным... Однажды утром у внука случилась истерика - он просто боялся идти в школу, и, окинув тяжелым взглядом трясущегося, плачущего ребенка, Рик отвесил ему пощечину. - Заткнись! Никуда ты не пойдешь, сегодня школа официально идет нахер! Хватит выть! Морти, машинально схватившись за горящую огнем щеку, кивнул, по инерции хлюпая носом. - На... хер? - Именно, - опустившись перед ним на колени, Рик вытер его слезы. - Развел мне тут сырость, сука мелкая... Пойдем, приляжешь, сделаю тебе ебучего какао... Минут через десять Морти уже беспробудно спал - таблетка снотворного в чашке сделала свое дело. - Зато думать меньше будешь, а значит, меньше истерить, - накрыв его одеялом, Рик спустился к себе в мастерскую и погрузился в тишину. Его раздумья прервал только звонок учителя, который желал знать, куда делся Морти. Дав ему совет пожевать говна, Санчез выдернул телефон из розетки. Так больше не могло продолжаться. Окружающий мир был их врагом. И если Рик в силу возраста давно уже с этим смирился, то для Морти это было очень больно чувствовать... Что же делать? Найти бы только место, где его мальчику было бы хорошо... Целая вечность отделяла его от того дня, когда на него, старого, циничного, пропитого мужика, живущего только наукой, оставили младенца - и больше никого, кроме Морти, у Рика не осталось. И что - он так и будет смотреть, как то единственное, что держит его на плаву, безжалостно убивают другие? Если бы только они могли убежать! Остаться вдвоем... Рик и Морти навсегда. На сто лет. Навечно. Бесконечные Рик и Морти. Только Рик и Морти! Кто знал, что пройдет всего семь лет? Небо подернулось тучами, и хлынул дождь. На полу гаража остались жирные следы почвы. С размаха поставив грязный ящик на то, что некогда было его рабочим столом, Рик ухмыльнулся. - Вот мы и снова встретились, сученька! Записи попортило время, но их все еще можно было прочитать. Он помнил все расчеты так, как будто делал их вчера. И сегодня его мечта снова обрела крылья... Когда настал вечер, Морти проснулся от раската грома - и следом весь дом сотряс безумный хохот. Испугавшись, мальчик побежал в гараж - и первым, что он увидел, был светящийся зеленый портал, рядом с которым, подняв руки со вскинутыми средними пальцами, задыхался от смеха Рик. Увидев, что внук стоит на пороге, он без лишних слов схватил его за запястье, таща к порталу - и вместе они впервые пересекли границу миров. Рик и Морти. Только вдвоем. Навсегда. В поисках мира, где дерьмо не случается...