Cherry

И даже после моего долгого отсутствия, ты вновь охотно принял меня. Без тебя — я ничто. Наступает раннее утро и мы вместе встречаем новый день. Никогда не отпускай мою руку, Я же никогда не отпущу твою.

— Юнги? — аккуратно произнес омега, боясь не спугнуть парня, словно дикого зверька, но он был нагло проигнорирован. — Юнги, нам нужно поговорить! Стой! Альфа замер, развернувшись в пол оборота, пробормотал, не поднимая взгляда: «Нас — нет. И мне с тобой не о чем говорить». Сердце беспощадно разрывалось. Хотелось подлететь к Хосоку и заключить в объятья и никогда не отпускать. Никогда. Но… Всегда есть это «но», которое соперничает с чувствами в сердце, которое хочет не испачкать всё чернотой. Лишь тяжело выдохнув, Мин может только разумно уйти, быстрым шагом покидая территорию школы.

Нас — нет…

Эти слова давили в грудь, разрывая напрочь лёгкие, но не вырывая надежду с корнями, что была в нем всегда, Ким не собирался так просто отступать. Собрав силы и чувства в кулак, он кинулся догонять темноволосого. Хоуп уже почти в плотную подошёл к Юнги, схватив за руку, дабы остановить и развернуть. Парень обернулся, чувствуя, как теплая ладонь Хосока обжигает его бледную и ледяную. Юнги слышит, как рыжеволосый омега зовёт его по имени прежде, чем упасть во тьму. Запах медикаментов, дурацкое пиканье приборов, заставляет немного насторожиться и вылезти из столь привычной темноты. Юнги очнулся в больничной палате и вокруг оказалось ни души. Пытаясь приподняться на локтях, парень потерпел неудачу. Обреченно выдохнув, он прикрыл глаза, и в то же мгновение дверь в помещение открылась и в палату вошли Джей-хоуп и младшая сестра. Омега тут же припал к кровати, обхватывая всё еще холодную руку Юнги. Лицо альфы осунулось, глаза так и не поднимаются, посмотреть на омегу, лишь смотрят в одну точку, одновременно облизывая бледные губы, немного закусывая нижнюю. — Юнги… — Мелкая, выйди на минутку. — нагло оборвал омегу хриплый голос Мина. Коротко кивнув, школьница с радостью покинула комнату. Настало им обоим поговорить по душам. — Хосок, я не смогу. Я совершил ошибку, с которой не уверен, что ты сможешь смириться, как и я. — не глядя на потерявшее эмоции лицо Хо, тихо проговорил альфа. — Я знаю. Я знаю, что ты сделал с Чимином. — спокойный голос прозвучал и раздался эхом у удивленного и потерянного Шуги, наконец-то посмотревшего с болью в глаза Хосока. — Я знаю, что ты сглупил и мечтаешь отмотать время назад, но не обрывать же на этом свою жизнь… — Ты делаешь это из-за того, что мы парные? — вдыхая полной грудью их приятный смешанный запах, в лоб спрашивает темноволосый. — Я… — не веря словам альфы, парень отрицательно качает головой, пытаясь сдержать слезы. Его голос дрогнул из-за засевшего комка в горле. Юнги привык защищаться и делать больно для того, чтобы защитить от неё в будущем. Нападающий защитник. Смешно. — Это всё, потому что… полюбил тебя… Каждое слово сказанное омегой ломает все стены, которые поставил Юнги, пряча свои чувства. Кажется, что они были из спичечных коробков для Хосока. Его слова, прикосновения, слёзы забирают всю боль. Боль пустоты, одиночества и отвращения к самому себе. «Я отдалился от тебя, жалея о нашей встрече. Боясь, что узнав ты отвернёшься и я больше не почувствую снова твоего тепла. Я пытался огородиться, как мог. Но вот ты вновь рядом, согревая и заполняя темную душу, подключая там электричество и вкручивая лампочки.». Резко вставая и прижав к себе плачущего Кима, Шуга умело прячет слёзы. Ведь альфы не плачут.

***

Вечером того же дня Юнги вернулся домой. Вот только его отпустили с условием приёма пищи вовремя и в приемлемых порциях. Парень уже мысленно послал все на три буквы, но встревоженный взгляд Хосока, заставил ёкнуть всему чему можно и открыть аппетит. Пару дней Хосок придерживался переписки, но потом пытался вытащить Юнги погулять. Да, вот он поздно понял, что угрожать, приказывать, умолять, шантажировать через трубку телефона бесполезно. Тогда он пришел в гости и с великим трудом поднял ленивую задницу с кровати, выгнав на улицу. Раз силком, два силком, три. Так продлилось весьма длительное время. Пока Хоуп не смирился, что альфа гуляет по настроению. И когда такового не было омега проводил почти целый день у Мина. Под музыкальные сочинения альфы Хосок придумывал хореографию, иногда помогал в сочинении и лирики, ближе к вечеру они наслаждались просмотрами фильмов, потом Юнги провожал омегу до дома. Миленько и романтично. Вот только Хосок замечал, что так просто Мина не отпустит. Да, он стал выглядеть живым, но у него на сердце до сих пор скребли кошки. Устроить встречу с Чимин это конечно хороший вариант, однако у самого Пака дела не лучше. Их сейчас лучше не трогать и ждать пока кошмары не утихнут.

***

— Хосок, — младший Ким успевший поймать брата перед тем, как он пропадет на целый день неизвестно куда. Тэхён подошел в вплотную, будто пытаясь что-то прошептать на ухо, слегка успев втянуть аромат омеги, почувствовал, как тот напрягся. — Вот значит, как хён, Юнги? — Тц, ты всегда имел острый нюх. — рыжеволосый досадно отвел взгляд. — Это дело твоё. Я лезть не собираюсь, но его к Чимину не подпущу. Только если Чим сам этого захочет и без твоего напора. — отпустив Хоби, на пониженном тоне произнес Тэ, не привлекая внимания родителей и Пака.

***

— Боже Юнги как тебя угораздило заболеть летом?! — не унимался Хоуп, переступив порог дома тут же одарив альфу многозначительным взглядом. — Может, не надо было меня толкать в фонтан? — распластавшись на диване, недовольно произнёс темноволосый. Чувствуется, что у того жар даже не проверяя температуру. — Ну, ты ведь потом и меня туда закинул, — доносился голос омеги из кухни, а в ответ тихое цоканье. Парень копался в пакете с лекарством, которые сам принес. Найдя аптечку, он достал от туда градусник, а из пакета какую-то микстуру. Присев рядом с Мином Хосок прикоснулся ладонью ко лбу вначале к своему, затем к Шугиному. Засунув градусник подмышку, тепло улыбнулся и заботливо подправил одеяло. — А где мелкая? — в полголоса проговорил альфа. Голова раскалывается, стреляя болью по вискам. — У неё с классом летняя поездка. Вчера она мне позвонила и попросила приглядеть за тобой. Из-за температуры, Юнджи не могла оставить тебя одно на целых 3 дня. — не отвлекаясь от изъятия инструкции из упаковки, сказал омега. — Ясно. — Юн натянул одеяло по самые уши и добавил — Иди домой, я сам справлюсь и тем более мне лучше, чем вчера. Иди, а то я тебя заразить могу. — Мечтать не вредно. Кстати, какое сегодня число? — спросив у самого себя, Хо стал шариться по карманам в поисках телефона. И наконец, нащупав гаджет, он кинул взгляд на дату. Нервно вдохнув, Хоби вытащил термометр. — 37, 8…

***

Целый день под чутким надзором Хосока не дал своих плодов. Вечером вновь подскочила температура. Ким хотел дать жаропонижающее, но чтобы дать её Юнги нужно было вначале хоть что-нибудь съесть, дабы желудок не разъело и не получить язву. Однако Мину и кусок хлеба в горло не лез и после небольшого нажима со стороны омеги он сделал это. Дав лекарство, Хоуп уже облегченно вздохнул и отправился на боковую, дождавшись пока альфа уснет, но все пошло под откос, когда действие микстуры не закончилось. Всю ночь рыжеволосый омега провел у постели Юна, меняя мокрую теплую тряпку со лба на холодную, принося по одной бутылки воды, проверяя температуру. Хосок от беспокойства не мог заснуть и дежурил у кровати, гладя Мина по волосам и засматриваясь на его бледное личико с лисьими глазами. Утром Шуга проснулся от жажды, приподнявшись его взор, опустился на омегу, который лежал не в самой удобной позе. Попытавшись потихоньку встать с кровати, но тем самым разбудил спящее чудо. — М? Юнги-я, ты проснулся? Где болит? Что-то принести? — на автомате сквозь сон болтает Хоби, пытаясь открыть глаза и привстать. Но только он двинулся, как низ живота резко пронзила боль. Еле сдержав болезненный стон, омега отрицательно помотал головой, когда Мин попытался ему помочь. Указывая на свою сумку, Хо попросил её подать. Получив предмет и порыскав в её содержимом, он находит баночку с обезболивающим. Ким побрел на кухню за водой, игнорируя все действия Юнги. — Хосок, что… — альфа застыл в паре десятков сантиметров от рыжеволосого, когда насморк временно отпустил и до него дошел сильный запах. «У него течка. Блять, как вовремя!». Оперившись руками об стол, потому что сладкий аромат приятно обжигал легкие, перед глазами слегка плыло. Всё таки течка истинного действует сильнее. Но сейчас состояние омеги куда важнее того, что Мин вот-вот упадет от жара. Пока Юн был в ступоре, Ким уже выпил таблетку и облегченно выдохнул, не смотря на то, что боль еще не прошла. — Юнги, ну-ка ляг, я сейчас приду, — укладывая послушное тело на кровать, омега отправляется в душ. Дело плохо, Хо не может принять блокаторы, а подавители вообще противопоказаны, уехать домой он сейчас не может, но и мучить альфу тоже. Обезболивающее, которые он выпил недавно, толком не делают то, что надо. Да, они притупляют боль, но не избавляют от неё полностью, не блокируют запах и выделения. Осталось надеяться на то, что болезнь возьмет верх и у Мина будет заложен нос настолько, чтобы запах не был слишком резок или в лучшем случае вообще не был услышан. — Хосоки, как ты? — при виде истинного парень попытался сесть, но был уложен обратно. Альфа долго прожигал дыру в Киме, ожидая хоть что-нибудь, но ничего не произошло. Омега никак не реагировал и это одновременно напрягало и давало облегченно вздохнуть. — Что не так? — Ничего, просто всё болезненно проходит. — нервно улыбнулся Хоуп, избегая встречу взглядов. — Хоби, почему? Я знаю вопрос нагловатый, но думаешь, я не имею право знать, как твой альфа? Вдруг я смогу чем-то помочь? — поняв насколько развратно звучала последняя фраза, Юн поджал губы, но по-прежнему смотрел на омегу. — Юнги-я, можешь мне кое-что обещать? — с мольбой в глазах спросил Хосок и, получив уверенное «Что?» продолжил. — Обещай, что узнав о моем изъяне, ты не оставишь меня. — Обещаю. — взяв его руку в свои ладони и посмотрев ему прямо в глаза, слегка улыбнувшись, твердо произнес Шуга. — Понимаешь, у меня проблема с обонянием. Я не могу уловить запах людей, я даже свой толком не слышу. — парень горестно усмехнулся. — Это у меня с восемнадцати, тогда меня с передозировкой блокаторов доставили в больницу. А случилось это потому, что течка у меня пошла не, как у всех в пятнадцать-шестнадцать лет, а в четырнадцать. Это было тяжело для ребенка, и я стал принимать таблетки. Вначале я не злоупотреблял пил только, когда совсем было худо. Но потом я принимал их во время всего периода течки. Врачи думали, что вообще бесплодным останусь, но после небольшой операции и курса лечения я отделался лишь сильным притуплением нюха. Мне было так тяжело, но я привык, а теперь мне снова отвратительно от того, что я не слышу твой аромат, я не смогу узнать, как ты пахнешь, ориентируясь только на красочное описание. Я не могу… По прекрасному лицу омега пробежались соленные дорожки и в комнате раздавались тихие всхлипы. Юнги, который вовремя рассказа успел принять вертикальное положение, притянув омегу к себе, поглаживал по спине, поцеловав в макушку. — Хо, ты этого стыдишься? Почему я должен был бросать тебя, если ты тоже принял меня с моим грехом. Мне… — Юн вздрогнул, будто что-то вспомнил и, встав с постели, парень направился к шкафу и стал рыскать по всем ящикам что-то бормоча под нос. — Секунду, это было где-то здесь… — Юнги, ты чего? — удивленно косясь на «бодрячка». Юнги немного пошатывало, но вчерашняя микстура дала свои плоды. — Что ты ищешь? — Ты же знаешь, когда у подростков вновь появляется запах, их же ведут к врачу на осмотр, да? — не отвлекаясь от дела, поясняет Мин. — И там приблизительно говорят о запахе истинного, а в конце спрашивают о том можно ли взять запах на пробу для духов или что-то в этом роде. Так? Так. Я, правда, уже не помню, как именно это проходило, но я дал согласие и… Нашел! Альфа достал из небольшого мешочка, флакон с полупрозрачной жидкостью желтого цвета. И победно поднял руку с находкой, показывая ее Хоупу. Открыв флакон, Юнги побрызгал пару раз на шею и подошел в плотную к Киму. Тот глядел в темные глаза. Но при следующем вдохе он уловил сладостный аромат, голова пошла кругом. «Шоколад…» — Я…я… Твой… — слова, как и мысли, сплетались и спутались. Хосок, ждущий разъяснений, взглянул в бездонные глаза альфы. — Это имитация запаха, Хо, я… — он не успел договорить, как тушка омеги повалила его на кровать, затянув в поцелуй. Переворачиваясь в сторону стены, парень ненароком задел возбужденное член Юна, заставляя того нервно прошипеть. — Прости — сладко улыбнулся Хоуп, уткнувшись в шею истинного.

Прошу, никогда не отпускай мою руку, Потому что я не отпущу твою во второй раз. Мое рождение и конец моей жизни. Ты будешь единственным свидетелем всего этого.