И даже смерть не разлучит нас

— Эй, Кагеяма, — прервал тишину рыжий волейболист, катящий рядом с собой велосипед. Время уже очень позднее, но это обычное дело для этих двоих. Дополнительные тренировки вдвоём после основной тренировки с командой — обыденно. Чуть ли не каждый день они вместе в столь поздний час идут по этим безлюдным, тёмным улочкам, освещёнными лишь высокими фонарями, и совсем не вымотанные. Хината с Кагеямой могли бы всю ночь проторчать в спортзале, если бы их оттуда пинком не выгоняли последние оставшиеся учителя. Волейбольные маньяки, что сказать. — Чего тебе? — чуть раздражённо спрашивает связующий, устремляя взгляд на Шоё, слева от себя. Хината глядит на него снизу вверх восторженными, блестящими глазами, которые так и хотят сообщить что-то, по его мнению, очень важное. Лёгкий ветерок проникается в рыжую прическу, тормоша её ещё больше, а край белой спортивной футболки чуть приподнимается, но нисколечки не оголяет плоский живот. — Ты же знаешь, что у меня завтра день рождения? — звучит слишком радостно, и смотрит на Тобио выжидающим взглядом. Под таким взором невольно на лице начинает появляться улыбка, но парень сдерживает лицо, стараясь сохранить своё обычное выражение лица — хмурость с нотками безразличия. — И сколько же тебе исполняется? — отвечает вопросом на вопрос связующий, сам не зная, зачем спросил такую глупость. — А сколько бы ты мне дал? — эта игра «отвечаем вопросами» становится забавной, а Хината как-то торжествующе поглядывает на товарища по команде. А торжествующе, потому что он старше своего хмурого связующего. — Я бы дал тебе не больше десяти лет, — оценивая детскую внешность и маленький рост центрального блокирующего, на полном серьёзе отвечает Кагеяма, усмехаясь надутым от обиды личиком Шоё. — Ты, вообще-то, младше меня! Значит, тебе девять лет! — Хината просто так не сдастся. — Придурок, я-то точно выгляжу старше тебя! — сейчас бы зарыться рукой в его рыжие волосы и потянуть посильнее, чтобы преподать урок. Кагеяма позволял себе иногда вот так подколоть Хинату, но, если сам Шоё подкалывал его, то всё… как говорится, «Казнить, нельзя помиловать!». — Старикашка, бе-е, — шутливо высунул язык и немного оттянул нижнее веко правого глаза. Сейчас Хината напоминал ему своего бывшего семпая, Ойкаву, который был таким же идиотом и делал подобные вещи. И это сходство чертовски взбесило Тобио. — Придурок!!! — взревел он, распугивая мирно спящих кошек, и попытался схватить Шоё за грудки, но тот ловко увернулся и отбежал на пару метров. Велик чуть не грохнулся, но Кагеяма вовремя успел придержать его руками. — Ты спас его! — восхитился Хината, вскидывая руки. — Я уже успел пожалеть об этом, — уже спокойным голос сказал он, но в конце всё-таки добавил своё излюбленное «придурок». — Спасибо! — и подбежав к нему, снова покатил. Кагеяма тоже двинулся с места, — У меня завтра день рождения, — снова повторил Шоё. — Я знаю. — А знаешь, что случается на шестнадцатилетие? — и снова радостный, выжидающий взгляд устремился на Тобио. — Старение. — Нет, дурак, не только это! Появляется метка соулмейта! — восхищённо выкрикнул он. — Ты что, веришь в эти сказки? — удивился Кагеяма. Хината, конечно, был тем ещё ребёнком, но Тобио совершенно не думал, что он верит в подобную чушь. — Это не сказки! Я таких людей в реальности встречал! — аргументировал парень, — У них левая рука такая интересная! Вся исписана информацией об их соулмейтах, а ещё она постоянно меняется! Круто, правда?! Кагеяма не видел в этом чего-то крутого. Вечно у тебя рука грязная, ну что здесь может быть крутого? — Это как слежка, — сказал связующий и добавил, — И рука грязная. — Нет, это круто! — настаивал на своём Шоё, — Я бы очень хотел иметь соулмейта, — он чуть погрустнел и вздохнул, — Но это такая редкость. Грустный Хината — это неправильно. Поэтому Тобио попытался подбодрить его хоть как-то. — Может тебе повезёт. — Хотелось бы, — всё такой же грустный и печальный, — Иметь соулмейта хорошо. Думаю, он был бы добр ко мне, помог бы в трудную минуту. Мы бы любили друг друга, — мечтательно сказал он. — Придурок! — взбесился Кагеяма, на этот раз точно хватая Шоё за грудки, притягивая ближе. Хината был удивлён и непонимающе смотрел на него, а в глазах появился еле заметный страх. — Тебе меня мало?! Зачем тебе кто-то ещё?! — кричал Кагеяма, осознавая, что сказал он то, чего совсем не планировал говорить. — Кагеяма, — почти шепотом проговорил рыжий, — Это значит, что я тебе нравлюсь? Тобио не знал что делать. Он вообще не планировал это говорить, просто его вспыльчивый характер подставил его, и теперь этот рыжий придурок обо всём догадался. Связующий отпустил Шоё, который ждал ответа на вопрос. Кагеяма, спрятав глаза под чёлкой, чуть кивнул. И он ожидал любой реакции от Хинаты: что тот может сказать, что Тобио противен ему, что парень не может любить другого парня, что ему уже нравится кто-то другой, или просто бы сел на свой велосипед и умчался бы прочь от него, но только не такой. Хината кинулся к нему на шею, крепко-крепко обнимая. — А ты ведь тоже мне нравишься! — воскликнул он, улыбаясь и щекоча рыжими прядями. Сказать, что Кагеяма был сражён такими действиями со стороны Шоё — ничего не сказать. Он осторожно приобнял парня в ответ, опуская голову так, чтобы можно было вдохнуть аромат ярких волос. Они бы ещё так долго молча стояли, наслаждаясь такой близостью друг с другом, но Хината вдруг отстранился и вопросительно взглянул на Кагеяму. — Получается, что мы теперь встречаемся? — сладкие карие глаза поражали своей красотой, заставляя отвечать, ведь невозможно было им сопротивляться. А зачем? Они оба признались друг другу, так что не было смысла тянуть кота за хвост. — Получается, что да, — и от осознания этого стало так хорошо на душе, счастье распирало сердце. Теперь даже ненавистные Тсукишима и Ойкава казались менее раздражительными. Хината расплылся в своей потрясающей улыбке, от чего Кагеяма сам неловко и неумело (потому что не делал это часто) улыбнулся, и Шоё в этот момент, глядя на теперь уже своего парня, готов был поклясться, что эта улыбка — самая красивая вещь, что когда-либо он видел в своей жизни. Даже красивее волейбола. Оба счастливые под неловкое молчание дошли до перекрёстка, где их пути расходились. Они уже попрощались и собирались разойтись, как вдруг Хината заговорил: — Кагеяма, давай завтра погуляем вместе? В город съездим, всё равно завтра выходной — кажется, он слегка покраснел. — Это свидание? — спросил брюнет. — Ну, я тебя и до этого хотел пригласить погулять. — Я согласен. Шоё подпрыгнул на месте с криками «Ура!». — Я зайду за тобой в 11, хорошо? — предложил Тобио. — Хорошо, — ответил центральный блокирующий и, ещё раз попрощавшись, уселся на свой велосипед и умчался в сторону своего дома. Кагеяма ещё немного постоял, смотря ему вслед, после чего сам отправился восвояси, светясь от счастья. Такая случайность, а они теперь встречаются.