Игры демиургов. Воскрешение.

Ристал Дер Сеннет Я стоял и смотрел в окно. Что-то Лангарос задеррживается с докладом. Это злило неимоверно. Для чего я нанял этого выскочку? Чтобы он отлынивал от работы?! Злость поднималась из глубин души. Слуга подал мне бокал с вином. Недавно я отрезал ему язык, чтоб он не мог обо мне ничего рассказать. Яраэль уничтожит меня, узнай она, что за всем происходящим стою я. Ее безжалостность была поистине фанатичная и легендарна. "Ещё бы, она то мертвая. Не зря ее дружок прозвал ее Немертвой." – подумалось мне. Я всегда ненавидел Яру. За что, я даже сам не знал. Она умело манипулировала всеми, кем только могла. Играла даже близкими. При чем столь искусно, что мало кто это замечал. Даже своими любимыми. Теми, кто был дарован ей судьбой. Она представала перед всеми такой, какой хотела. Никогда не снимала маску. А я однажды видел ее настоящей. Три с половиной тысячи лет назад. Даррар. Тысяча лет. Что же они сделали с тобой, мой лютый враг? Я усмехнулся, летя на маленькой платформе, созданной мною для передвижения. Всюду стояла тишина. Этот мир давно стал филиалом Грани. Только тишина, степи, горы. И ничего живого вокруг. Я спустился сюда именно в ту точку, в которую отправили демоницу. Решил переместиться к ней порталом и шагнул в золотистое марево. То, что я увидел даже меня, одного из жесточайших, повергло в шок. На скале изломленной куклой лежало тело нежити тринадцатого порядка. А над ним в звериной позе сидела Яраэль. Она пила силу, что вложили в создание она и ее учитель. Пила жостко, рывками. Видимо физический голод она заглушала таким образом. Вся одежда была порвана, от нее мало что осталось. Она была словно скелет, обтянутый кожей. Худая, иссохшаяся, грязная. Она напоминала мне поднятое ветхое умертвие. Кожа на спине покрыта буграми шрамов. Да по-моему все ее тело было в таких рубцах. Загрубевшие практически до каменного состояния стопы, скрученные когтистые пальцы. Вместо волос была длинная пакля до ягодиц. И даже такая она притягивала взгляд. Но вот она обернулась и я ужаснулся. Впалые щеки, нос без крыльев, подсохшие и потрескавшиеся губы с запекшейся кровью. И яркие изумрудные глаза. Она по звериному оскалился и зарычал. Видно, что ее давно мучил голод и разговаривать она разучилась. Всем ее существом овладело нечто ужасное, звериное, воистину опасное. Она с шумом втянула воздух. А следом неуловимой молнией метнулась ко мне, желая впиться в мою шею клыками. Я еле смог ее скрутить и связать. При этом она успела ободрать мне лицо, руки и слегка задеть ребра. Морщась от боли я доставил сестру к брату. "Что же я с ней сделал? Во что я превратил прекраснейшую из демонов, что иногда и мой взгляд притягивала к себе. Никто не знал, что я приходил к ней каждую ночь, помогая справиться со зверем. Спустя месяц она прекратила попытки съесть меня и стала молча слушать. Через год я мог позволить себе погладить ее по волосам, не опасаясь, что демоница оттяпает мне руку по локоть. И так три года. Когда я узнал, что она вернулась в норму и смогла заточить в глубинах себя этого монстра, я вздохнул с облегчением. Меня мучило чувство вины перед этой сильнейшей демоницей. Что смогла вернуть себе прежний облик. Лишь искры безумия и голода проскакивали в ее глазах. Тогда то я и нанял Лангароса, подослал его в Гнездо и приказал шпионить за ней. От безумия окончательно ее спасла Хальдорра. Она так вовремя появилась в ее жизни. После я перестал наблюдать за ней. Но вот именно тогда я решил, что Яраэль не место на троне Безвременья. Кто знает, когда это существо снова даст о себе знать. Я думал, что хуже уже быть не может. Небо, как же я ошибался... То, что я увидел совсем недавно подтвердило мои догадки. Ее безумие прогрессировало. На моих глазах она безразлично выдрала глотку одному из слуг. А после вытерла ладонь об одежду погибшего и пошла дальше, словно не на ее руках только что была кровь. Но случались и просветы. Они были редки, но были. Видимо бороться ей было сложно. Тогда я запустил все звенья своей цепи. "Я уничтожу Яраэль!" – думал я тогда. Но теперь. Повстречав Алькару, я понимал, что безумная не могла воспитать такое чистое и прекрасное создание. Каждый поцелуй этой девочки был для меня глотком воздуха. Я стал сомневаться в правильности своего решения. Впервые за пять тысяч лет. Впервые за свою жизнь я пожалел о принятом решении. Но уже было поздно. Из раздумий меня вытащило тактичное покашливание Лангароса. – Мой господин, я сделал как вы сказали. Стычки с демонами Преисподней участились. Назревает паника. Такая же ситуация с Аментис. Мы делаем все, что вы сказали. Только вот эта маленькая дрянь ранила меня. Сильный учитель у нее был. – презрение смешанное с уважением. Это что-то новое в нашей практике. Я удивился и спросил, что за дрянь могла ранить лучшего наемника Ситриара. И он описал Алькару. Когда дошло до ее ранения, я был зол настолько, что хотел отдать его Яре с пояснительной запиской. Нет, я лично его убью. Никогда не думал, что сделаю с этим подонком то же, что она сделала со слугой. Моя рука превращается в чешуйчатую когтистую конечность, рука сама сжимает горло, пропарывая кожу и мышцы этого идиота. Миг, и я стряхиваю кровь с отметками внутренних органов на пол. А к моим ногам оседает мертвое тело наемника с расширенными от ужаса глазами. Я приказывал не трогать Алькару. Чтобы и волосинка не упала с ее головы. Скорее всего девочка обо всем знает. Теперь она не поверит мне ни на грамм. Небо, за что ты со мной так? Что же я сделать ещё должен, чтобы вымолить прощение? И как мне умолять мою девочку о благосклонности? Я готов был даже на коленях стоять перед ней, дабы она выслушала меня. Я сам виноват в том, что случилось. И мне никак не замолить вину перед Карой. Я поднял глаза в небо и с силой ударил рукой в стену. Посыпалась крошка и пять а в стене образовалась внушительных размеров вмятина. Быстро восстановив ее, я пошел в гостиную. Хотелось выпить. На следующий день дико хотелось сдохнуть. Я напился до чёртиков, что-то кому-то отсылал и любовался на изображение любимой. Создать его магически не составило труда. Но как я ни пытался вспомнить все, я не мог. Решил улучшить себе настроение показательным наказанием. Приказал привести всех, кто знал об Алькаре. Их было немного. Семь нелюдей. Я смотрел на каждого и хотелось стереть этих тварей с лица миров. Теперь я понимал Яру. И готов был поддержать во всём. Ненависть, которая душила меня тысячи лет уходила слишком быстро. Так ненавидел ли я ее на самом деле? Скорее всего заставлял себя ненавидеть. Дабы не пасть к ее ногам очередным влюбленным глупцом. – Я приказывал не трогать дочь Люцифера. Я обещал любому из вас долгую и мучительную смерть. И вас ждёт наказание за непослушание. Всех вас ждут пытки а потом съедение заживо. Увести! – приказал я страже. Последующие дни я насмотрелся на пытки и на кровь. В носу надолго поселился металлический запах, а в ушах крики ужаса и боли. Теперь я думал как все это остановить. Три дня назад я отправил Алькаре букет синих роз с запиской. Там было всего два слова: "Прости меня." Скорее всего их выкинули а записку сожгли. Я чувствовал ее боль и разочарование. Она больше не посмотрит на меня своими разноцветными глазами в которых горит огонек радости и смущения. Больше я не смогу ощутить вкус ее мягких нежных губ, не вдохну ее запах, не услышу голоса, не почувствую тепло ее тела. Я ненавидел себя за сделанную глупость. Но отступать было поздно. Мне так казалось на тот момент. И когда ко мне в окно постучался маленький черный феникс, я опешил. Гонец от Яраэль Тель Люцифер? Не возможно! Она бы явилась лично, чтобы убить. "Дорогой мой Ристал Дер Сенетт. Уж прости, что не явилась, чтобы лично надрать тебе задницу за Алькару. Но я обязательно сделаю это позже. Я все знаю, дорогой мой враг. И знала ещё давно. Мои слова сбылись, Ристал. Ты сомневаешься. Это уже радует. Особенно то, что ты понял свою ошибку сам и мне не надо это тебе вбивать в голову. Дай ей остыть, осознать, смириться с нашим прошлым. Она не знает что породило эту ненависть ко мне. Но это знаю я и прощаю. Да да, дорогой советник. Вам не показалось, я прощаю Вас. И, смею надеяться, что мы наконец начнем не вставлять палки в колеса друг другу, а объединимся и станем друзьями и союзниками. И да, я все помню. И спасибо тебе за то, что ты исправил свою ошибку. С надеждой на дружбу. Яраэль Тель Люцифер." Я стоял и перечитывал письмо раз за разом. Она все помнит. Помнит, как я выхаживал ее те три года, помогая справиться со зверем внутри. Небо... В таком шоке я не был ещё никогда. Она предлагает сотрудничество? Снова манипуляции. Я боялся угодить в сети этой девушки. Что она и мной будет крутить как и всеми нами. Но все же решил сделать шаг на встречу. Написав ответ, отправил птицу хозайке. Если это не игра Яры, то я согласен, лишь бы Алькара была счастлива.