Главное сокровище для дракона

Тэхен смотрел на свое отражение. Он был бледен, словно призрак, но даже это не останавливало его от того, чтобы не пойти на похороны. Тэхен поправил теплую черную мантию, расшитую золотистым драконом - символ траура королевской семьи. Енджэ, непривычно молчаливый, подал ему теплые перчатки. На улице было холодно, словно Тэхен снова оказался в своем замке, и это ему не нравилось. Но Богиня Погоды на то так и зовется - ей все равно, что хотят люди, поэтому морозы были достаточно сильные даже здесь. Но хотя бы зима была достаточно короткой. Тэхен поймал себя на мысли, что думает о чем угодно, только не о том, что ему нужно выйти из покоев и отправиться на похороны. Одна мысль об этом выбивала почву из-под ног. Он не успел познакомиться с родителями Чонгука, но был уверен, что, так или иначе, они окажутся такими же хорошими людьми, точнее драконами, как и их единственный сын. Джин все эти несколько дней подготовки к похоронам был рядом с Чонгуком. Мальчик не отпускал Джина ни на секунду и часто цеплялся за Тэхена, который принимал участие во всем и старался поддержать их в меру своих сил. Своих дядю и тетю, короля с королевой, мальчик, почему-то не подпускал. А к вечеру у него часто случался приступ истерики, и Юнги, изловчившийся готовить сироп каждое утро, приносил им небольшую бутылочку. Тэхен помогал ребенку выпить его, а потом тихо напевал ему песни, которые знал из своего детства. - Ваше Высочество, пора, - тихо сказал Енджэ, вырывая Тэхена из мыслей. Тот поправил мантию и вздохнул, отворачиваясь от своего отражения в зеркале. Енджэ отошел в сторону, пропуская его - он тоже был весь в черном, как и все слуги. Приказ Его Величества. Снаружи покоев его уже ждали Джин с Чонгуком. На Джине был темный мундир, а верхний утепленный жилет так же украшен золотистым драконом. Чонгук сразу же уцепился за ладонь Тэхена, который подошел к ним ближе. Джин кивнул ему, и они пошли вперед по коридору. На каждом шагу стояли гвардейцы. Но Тэхена сейчас это мало волновало, он просто смотрел вперед, и его маленький мир сузился только до него, Джина и Чонгука, который продолжал крепко держаться за него. Когда они вышли на улицу, Тэхен подавил вздох. На улице действительно было ужасно морозно, и холод сковал его легкие, а лицо защипало. Руки тоже начало покалывать, и он вспомнил, что перчатки остались в кармане. Но он ни за что не собирался отпускать доверчивую ладонь ребенка. Уж лучше Тэхен потерпит. Народу на похоронах было... достаточно. Королевская семья, включая Тэхена, министры со своими семьями, которые пришли выразить свои соболезнования. Другие представители содружественных Королевств - он заметил делегацию от магов, после взгляда на которых Джин помрачнел, отряд гномов, несколько светлых эльфов, представительницу дриад и даже парочку фей. Всех их было легко отличить друг от друга, все-таки, Тэхену не зря вдалбливали в голову физические и видимые различия между расами. Просматривая их ряды, Тэхен заметил своего старшего брата, и даже не удивился. Не станет же отец сам приезжать сюда, чтобы выразить свои соболезнования, так ведь? А потом Тэхен опустил взгляд и увидел, что Намджун держит за руку... ребенка? По первому взгляду можно было сказать, что он примерно одного возраста с Чонгуком. Тэхена это несколько удивило - значит, это точно не сын Намджуна. Тогда откуда, а самое главное, когда у него появился этот мальчик? Намджун поймал взгляд брата и кивнул ему в знак приветствия. Заметил его сосредоточенный взгляд на их руках и сдержал улыбку, которая точно была бы неуместной в данной ситуации. Церемония началась без лишних слов. Тэхен смотрел на темно-синие гробы, которые после должны будут снести в склеп королевской семьи. Гробы, как и ожидалось, были закрытыми. Джин еще накануне сказал ему, что от родителей Чонгука остался только пепел, поэтому в гробах разложили цветы. Они тоже завянут. Без воды, света и воздуха превратятся в ужасные подобия себя. В бездушные скелеты, которыми бы когда-то стали тела. Тэхен будто наяву почувствовал запах горелой плоти и прикрыл глаза, стараясь успокоиться. Вообще, цветы были сегодня везде - они скопом закрывали гробы, не давая разглядеть дерево, но, наверное, так было лучше для Чонгука. Для них всех. Король говорил речь, проводя церемонию. На него было жалко смотреть - за одну ночь он будто стал старше на несколько лет. Юнхи стояла рядом и старалась поддерживать мужа хотя бы своим присутствием. - Мой брат нашел свою избранную пару в четырнадцать и провел с ним большую часть своей жизни. Благодаря их чистой и безграничной любви у них появился прекрасный сын Чонгук, которому посчастливилось выжить в страшном пожаре, произошедшем в Восточном дворце, - голос Сонеля был несколько хриплым, но Тэхен не мог его винить, так как сам сдерживал рвущиеся наружу слезы. - Я стою здесь и клятвенно обещаю позаботиться о нем, как о своем собственном сыне. Несколько особо расчувствовашихся женщин и омег промокнули глаза шелковыми платками. Тэхен почувствовал короткий взгляд, которым наградил его Джин. Тэхену нельзя было плакать сейчас. За закрытыми дверями - пожалуйста, сколько хочешь. Но сейчас, когда здесь собралось столько людей, а он стоит в облачении, которое может носить только королевская семья, Тэхен не имеет права даже позволить одной слезинке пролиться. Таков удел королей и принцев. Чонгук тоже держался. Сжимал ладони брата и Тэхена, но не позволял себе снова плакать, хотя мысль о том, что вон там недалеко его родители, заставляла сердце ребенка сжиматься. Перед выходом сюда Джин дал ему выпить сироп Юнги, что тот покорно сделал, понимая все. Чонгук не сердился. Ему просто было больно от того, что он больше никогда не увидит папу и отца. Король закончил речь, а затем началась церемония прощания - каждый должен был подойти и забрать по цветку, который лежал на гробах, а затем бросить его в пылающий костер. Драконы когда-то появились из огня, и в огне же они завершали свою земную жизнь. Первой, по обычаям, начинала семья, которая потерпела потерю, а в данном случае - правящий король и королева. Они сделали все быстро, без лишних слов и прощаний, сразу же отходя в сторону, куда потом будут подходить остальные, чтобы выразить свои соболезнования. - Пора, - тихо сказал Джин и, наклонившись, поднял Чонгука на руки, а потом взял Тэхена за руку, ведя его вперед, к гробам. Мантия позади Тэхена струилась, и если бы солнце выглянуло сегодня хотя бы на несколько секунд, то вышивка на ней засветилась бы великолепным светом. Тэхен забрал одну из ярко-синих роз, Джин же взял желтый цветок. Чонгук наклонился вперед и, забрал цветы с двух гробов. - Пока, папочка. Пока, отец. Я буду хорошо вести себя, а вы наблюдайте за мной и не волнуйтесь. Братик и Тэхен защитят меня. Тэхен прикрыл глаза, коротко выдыхая. Джин тоже выглядел сильно подавленным после этого. Затем они отошли к костру и бросили туда цветы, которые забрали. Огонь ярко вспыхнул, принимая подношение. А после потянулась длинная вереница приносящих свои соболезнования министров и их семей, затем делегации из разных Королевств. Тэхен лишь кивал, выслушивая всех, иногда отвечал на пожатия рук, если ему протягивали ладони. Но в основном он просто стоял рядом, кутая Чонгука в свою мантию. Мальчик не выдержал такого и плакал, уткнувшись носом в его рубашку, а Тэхен укутал его, скрывая от посторонних глаз. Церемония закончилась, когда последний цветок отправился в костер. Его тут же начали тушить водой, оставляя недогоревшие дрова и остатки сгоревших роз. Король хлопнул в ладоши, и несколько гвардейцев подняли гробы. Те были легкими, ведь тел внутри не было, но знать об этом остальным было необязательно. По шесть гвардейцев на каждый гроб, они строем замаршировали и понесли их в сторону королевского склепа. Чонгук выбрался из мантии Тэхена, смотря им в спины. Он больше не плакал, но красный кончик носа выдавал его с головой. - Все хорошо, - тихо сказал Джин, взяв его за руку. - Все уже закончилось. Чонгук только кивнул. Ладонь брата была теплой, а у Тэхена - холодной. Это создавало некий контраст, и немного отвлекало ребенка от мыслей о родителях. А затем он что-то почувствовал. Его внутренний дракон начал разгораться и требовал осмотреть здесь все, поэтому Чонгук начал с усилием осматривать все вокруг, но никак не замечал того, что так требовательно хотел узнать дракон. Чонгук был еще слишком маленький для того, чтобы понять, какие чувства пробудились внутри него. Родители не успели ему рассказать об этом, и скоро, когда он спросит сам, то старший брат расскажет ему о том, что все это значит. Он удивленно уставился на кончик носа, на который опустилась снежинка и тут же расстаяла. Пошел первый в этом году снег. Все подняли головы наверх, смотря, как с темно-серых небес падают белые хлопья. В толпе все зашептались о благословении небес и принятии новых душ. Чонгук отцепил руки и выставил ладони вперед, позволяя снежинкам падать на них. А потом он поднял голову и наткнулся взглядом на маленького мальчика-омегу. Он был одет в черное, как то и подобает, и тоже смотрел на снег, выставляя вперед руки и ловя падающие снежинки. Этот день стал для Чонгука самым худшим, но он принес ему что-то большее, чем тот ожидал и вообще мог представить. В день, когда Чонгук распрощался со своими родителями, он встретил свою избранную пару.