Культ

— Твою мать, Вика! Кто тебе дал это чертово приглашение?! Откуда этот флаер? — заорала я, подбегая к подруге, которая, рыдала навзрыд, растирая темные от туши слезы, рукавами. — У метро дали, — заикаясь, прошептала она. — Я же не знала, что здесь так… — проныла Вика. — Да! Это ты во всем виновата! Дура! Идиотка! — закричал на подругу Толстый, тряся ее за плечи. — Леша, успокойся! Этот флаер мог взять любой из нас! — попыталась я остудить пыл парня. — Теперь мы все сдохнем из-за этой рыжей стервы! — ударив кулаком в стену, провизжал Толстый. — Да умолкните вы, наконец, — тихо и серьезно произнес Ларин, вклиниваясь в нашу перепалку. — Все мы тут сдохнем. Неужели непонятно? — сказав это, он скинул светлую простынь с железной стойки на которой красовались различные части человеческого тела, в простых стеклянных банках, закупоренных под металлическими крышками. Увидев это, Толстый не смог сдержать рвотного позыва — его желудок буквально вернуло наизнанку. Он едва успел отвернуться от нас, чтобы не забрызгать. Только сейчас я смогла оглядеть комнату и увидеть, что находимся мы в каком-то помещении, ужасно напоминающем морг. На потолке тускло светила лампочка Ильича, периодически мигая. Возле нас стояли две окровавленные кушетки. Кровь на них была еще свежей, поскольку она каплями стекала на пол, образуя крохотную лужицу. На столе, возле двери были разбросаны медицинские инструменты и фрагменты человеческого тела — отрезанные пальцы, клочки волос, с кусками скальпа, уши… Неудивительно, что здесь так ужасно воняло. — Ребят, там труп качается, — указывая позади меня, сказала Вика. Действительно, сзади, на веревке болтался неизвестный нам, полуголый мертвый мужчина, а в ванне, рядом с ним, замоченная в желтой жидкости, очень похожую на формалин, лежала… Лилька. В эту самую минуту я окончательно и бесповоротно поняла — мы все умрем. Конец, кажется, совсем близок. Квест, обычная игра, превратилась в зверское, кровавое месиво с кучей трупов и отрубленных конечностей. Один неверный шаг — и ты пропал… навсегда… А, может, и шаги-то делать уже бессмысленно. Если нас намерены убить, вряд ли у нас получится бежать. — Рада, что, наконец, вы нашли свою подружку, — снова раздался голос из колонок. — Она была ничего. Да, блондинчик? — видимо, обращаясь к Яну, сказала администраторша. Вновь включился экран, на котором стали демонстрироваться сцены с недавними поцелуями Лильки и Ларина в туалете. Картинки сменяли одна другую. Поцелуи плавно перетекли сначала в минет, потом в секс. Ян сполз по стене, закрывая лицо руками. — Представляете, пока вы нянчились со своим побитым шокером дружком, в этом чудесном кабинете происходили такие страсти… — заинтригованно произнесла девушка, экран разделился надвое, где с одной стороны были показаны мы, сразу после того, как выбрались из лаза, а с другой Лилька, которая отчаянно пыталась выжить… Двое мужчин в черном ее насиловали, душили, выпускали кровь, снова насиловали, пока в конце концов, не перерезали горло. От увиденного, Вика рухнула в обморок. Я старалась держаться, но мне безумно захотелось последовать примеру подруги, чтобы хотя бы на какое-то время выпасть из этого кошмара. На ватных ногах, я дошла до Вики и стала бить ее по щекам. Едва открыв глаза, девушка беззвучно заплакала. Без слез. Их попросту уже не было. — За вас, мои вкусные, — на видео появилась блондинка с бокалом в руке. — Как вы думаете, что это? — указывая на красную, вязкую жидкость, спросила она. — Правильно, кровь вашей подружки. Еще тепленькая, — тут же ответила на свой вопрос администраторша и залпом осушила бокал. Толстый снова отвернулся, чтобы прочистить желудок. В воздухе витала смерть. Мне казалось, я полностью пропахла ею. Происходящее не в какие рамки осознанного не лезло. Мой разум отказывался воспринимать происходящее адекватно и где-то в глубине души я все же надеялась, что это все неправда. Это все мне снится… Больно ущипнув себя за руку, я поняла, что все наяву. Так. Необходимо собраться. Главное, не начать плакать. Надо попытаться быть сильной и попробовать мыслить разумно. — Ну, что стоите, как дурачки? Или вы уже смирились со своей участью? — хохоча, проговорила блондинка, затем на экране появился таймер. На этот раз нам давалось десять минут. Несколько секунд мы стояли тупо глядя друг на друга, переваривая шквал информации, свалившийся на нас. — Нельзя просто ждать конца, — первым принялся за поиски выхода Ян. Парень бродил по комнате, рассматривая каждый уголок, внимательно изучая помещение. Толстый последовал его примеру. — Это бесполезно. Все предрешено! Боже, я могла быть на месте Лили, ведь эта сумасшедшая изначально хотела оставить меня, — провыла Вика, обессилевшая от истерики. — Заткнулась бы лучше, курица, — рыкнул в ответ Леха, который, кажется искренне верил, что во всех бедах виновата подруга, потому что именно она взяла эту злосчастную рекламу возле метро. — У нас правда мало шансов, но попытаться стоит, — согласившись с парнями, сказала я, принимаясь искать хоть какие-то намеки на выход. Странно. Ни одной двери не было. Казалось, что мы находимся в изолированной от остальных помещений, вонючей комнате, из которой невозможно выбраться. — Не стой как истукан! Для приличия поищи какие-нибудь лазейки! — гневно заорал на Вику Толстый, заставляя ее помогать нам. Не сказав и слова, девушка послушно стала ходить из угла в угол, впрочем, не принося тем самым, никакой существенной пользы. От произошедшего она прибывала в шоке и мыслить рационально сейчас не могла. Совсем. Неаккуратно повернувшись, она снесла с кушетки пластиковое ведерко с мутной, розоватой жидкостью, напугав громкими звуками нас всех. — Вика! От тебя прока нет! Лучше не мешай и дальше стой на месте! — опять заорал Леха, подпрыгнув от неожиданности. — Я уж думал эти черти к нам ломятся, а это ты тут буянишь! — По сути, они не смогут к нам ломиться. Дверь-то, похоже, одна и она закрыта за засов изнутри, — предположил Ларин. — Нет. Тут определенно есть еще какой-то выход. Мужики в рясах же как-то выбрались из этого помещения, после того, как убили Лильку, — тут же опровергла я заявление Яна. — Ребят, давайте думать быстрее! Не зря же эти маньяки таймер врубили! Значит, что-то с нами все же случится и уже меньше, чем через восемь минут! — торопил нас Толстый, глядя на то, как медленно тают секунды на экране. — Выход есть, просто мы его не видим. Давайте смотреть внимательнее, — сказала я, предлагая не останавливаться и продолжать поиски. — Постойте! Вода куда-то делась, — обратил свое внимание на пол Ларин. — Она будто в пол впиталась. Лужи нет! — проговорил он, указывая на пустое ведро, которое совсем недавно уронила Вика. — Подвал! — почти в один голос прокричали мы с Яном и бросились рассматривать пол, в поисках входа в подземелье, найти который, оказалось не так просто. Лишь спустя пару минут, мы обнаружили маленькую, совсем незаметную дверцу, ведущую в подпол. Располагалась она под столом и, естественно, была закрыта на замок. — Сука! — раздосадованно прокричал Ларин, ударяя кулаком по дверце. — Давайте поищем что-нибудь, чем можно снять замок. Не думаю, что за пять минут нам удастся найти к нему ключ, — предложил Леха. — Жирный, ты гений! Только вот монтировки здесь нет. Да и нет ничего такого, что помогло бы вам сломать замок, — опять заговорила блондинка. — И время-то у вас на исходе. Скоро через вентиляцию сюда начнет поступать газ и распрощаемся мы с вами навсегда. Шутка. Газ лишь вас усыпит, а проснетесь вы уже в своих клетках. Так вот какой у них был план. Представить страшно, что случиться после того, как мы очнемся… Боже, эта ведьма слышала каждое наше слово, видела все передвижения… Наверное, еще поэтому перспектива выбраться отсюда в целости и сохранности была равна нулю. — А хотите, я подскажу, где заветный ключик? — звонко смеясь, предложила администраторша. — И где же? — прокричала я.  — Он зашит в кишках вашей подруги. Той, что расслабляется в ванной с формалином, — сказав это, блондинка снова отключилась. — Этого еще не хватало! Да ни за что на свете! — Ларин судорожно метался по вонючему помещению в поисках хоть чего-то, что помогло бы сорвать замок. — Я не собираюсь вскрывать Лилю! — Я попытаюсь, — решительно сказала я, прекрасно понимая, что скорее всего смогу с этим справиться. В конце концов, моя бабушка заслуженный хирург на пенсии, да и я, решив пойти по ее стопам и поступать в медицинский, перечитала уже столько литературы по анатомии, что наверняка смогу исполнить это на практике. Тем более, Лильке все равно уже ничего не поможет и боли я ей не причиню. — Вытащите ее и положите на кушетку, — сказала я, пытаясь унять дрожь в руках и коленях. Ребята брезгливо переглянулись. Естественно, трогать мертвую Лильку никто не горел желанием. — Чего встали-то? Шевелитесь! — закричала на них Вика. — Или хотите, как Лиля, остаться тут? Пока парни прикидывали, как лучше и быстрее извлечь труп из формалина, я нашла на столе запачканные кровью медицинские перчатки и натянула их на себя. Затем взяла в руку скальпель, острие которого было давно затуплено. Едва обнаженная, изрезанная Лилька оказалась на кушетке, Толстый побежал блевать, а Ян схватив какую-то тряпку со стула начал насухо вытирать свои руки. На лице его застыл леденящий ужас. Еще некоторое время назад он трахал Лильку в туалете, а теперь она лежит перед нами мертвая, с огромным шрамом на животе, в котором хранился ключ к нашему спасению. Времени оставалось катастрофически мало. Я сделала глубокий вдох, наполняя легкие смердящим, тяжелым воздухом. Всего одно движение. Надо всего лишь снять швы со продольного разреза и найти чертов ключ. Руки тряслись. И дело было не в том, что я боялась резать Лильку, просто было дико препарировать одноклассницу, которая совсем недавно была жива здорова, а сейчас бледная, почти синяя, лежит на кушетке. — Давай же, Карин. Давай, — шмыгая носом подгоняла Вика, потому что электронное табло давало нам чуть больше минуты. С нажимом я прошлась вдоль шва, открывая внутренности Лили и запуская в них руку. Вика сразу отвернулась и облокотилась на стену, видимо, чтобы устоять на ногах Толстый даже подойти не решался, а Ларин смотрел себе под ноги, ожидая, когда же весь процесс завершится. Хорошо, что ключ был на поверхности и мне не пришлось долго ковыряться в органах одноклассницы. Едва заветный кусок железа оказался у меня в руках, я бросилась к дверце на полу. Тем временем табло замигало, отсчитывая последние секунды. Противно завыла какая-то сирена, а из решеток вентиляции, как и обещала блондинка, пошел газ. Забыв все страхи, я откинула крышку подпола и сиганула вниз первая. За мной последовала Вика и Ларин. Толстый спускался уже самый последний, порядочно надышавшись ядовитым газом. — Вы только не бросайте меня, пожалуйста, — попросил Леха, пытаясь откашляться, держась за железную лестницу. — Не бойся. Прорвемся, — подбодрил его Ян, окидывая взглядом подвал. Сейчас мы оказались глубоко под землей, в огромном, холодном помещении, в котором пахло сыростью и крысами. Но даже этот противный запах был намного приятнее того, что витал наверху. Перед нами было две дороги, в виде длинных, тускло освещенных коридоров. — Браво! — послышался голос администраторши. — Не ожидала, что вы доберетесь до сюда. Аплодирую вам стоя, смелые ребята, — из динамиков зазвучали характерные хлопки ладошами. — Только не торопитесь думать, что все закончилось. — Куда теперь? — скинув, наконец, с себя окровавленные перчатки, спросила я у ребят, глядя на длинные коридоры, ведущие в неизвестность.