Музыкальный медальон

      Приходила я в себя медленно и то частично. Иногда в дальних отголосках сознания я слышала голоса, которые что-то обсуждали, после спорили. Чувствовала, как меня касаются, трогают, приподнимают, а потом опять ложат. Всё это сопровождалось не очень приятными ощущениями в районе головы, рёбер и ещё некоторых частей тела. Когда вся эта суматоха прекратилась, я почувствовала некое умиротворение и спокойствие вместе с осознаванием того, что смогу наконец-то отдохнуть. Но вдруг откуда-то пришла тревога. В памяти в один миг начало всплывать, что совсем недавно происходило со мной у чёрного выхода. И мне стало резко страшно и не по себе. Я начала ворочаться, причиняя тем самым самой себе дискомфорт, а после пыталась найти более удобное положение. Но оно как-то не хотело находиться. Тогда откуда-то со стороны повеяло волной тепла, которая прошлась по правой руке, после по плечу и в конце перешла на лоб. Я ухватилась за это приятное и тёплое ощущение, и мне самой стало тепло и спокойно. На столько, что я позволила себе уснуть сладким сном.       Причина моего пробуждения была до ужаса банальна. Нет, мне не хотелось в туалет, у меня кажется (именно, что кажется) пока ничего не болело, и мне впринципе было себе так довольно комфортно. Но голод не спрашивает когда ему приходить.       Глаза категорически не хотели разлепляться, а кушать хочется. Поэтому решившись на отчаянный манёвр, я начала в слепую искать, что-то съедобное или то чем можно вызвать медсестру или врача, если я в больнице.       Раз попытка я схватила рукой простыню. Два попытка скомкала одеяло. Три попытка… что-то мягкое на ощупь. — Мамочка… пожалуйста… пусть это будит кто-то милый и пушистый… — Отчаянно посылала я сигналы на небо и молилась, что бы меня там услышали.       Я медленно как это только возможно приподняла верхнее веко и глянула на свою руку, которая всё ещё лежала на этом чём-то мягком. И наткнулась на пристальный взгляд карих глаз. И в этот момент они показались мне такими красивыми-красивыми, что я серьёзно задумалась, почему не замечала этого раньше. От них исходило, что-то такое, что нельзя передать словами и просто выразить то, что чувствуешь при взгляде в эти карие омуты. И сейчас Ви казался мне таким милым при милым, что во мне впервые проснулось чувство, которое велело мне его затискать от переизбытка милости вдруг резко проснувшейся во мне. Но этой твари было суждено разрушить момент и он в одно мгновение стал прежним ехидным Тэхёном который игриво подмигнул мне. Желание затискать переросло в желание затискать до смерти. — Сгинь нечисть!!! — Крикнула я ему и он, залившись весёлым смехом, поднял голову с края моей кровати и сам плавно поднялся, продолжая дальше задорно смеяться, как будто специально заводя меня. И я завелась со злости метнув в него подушку, оказавшуюся у меня под головой. И пожалела о своих действиях, скрючившись вопросительным знаком на перине. — Какая ты резвая с одним переломом ребра и несколькими трещинами. А ещё средним сотрясения мозга, подвёрнутой ногой, вывихнутой рукой и большим количеством синяков и ссадин. Короче говоря, тебе повезло, — закончил он, переставая загибать пальцы. — И это ты называешь, повезло?! — Громче прежнего закричала я, мгновенно поморщившись, и уже более тихо продолжив. — Как я по твоем буду в школу ходить? Меня тут, по меньшей мере, на три недели запрут. А ещё у меня танцы… Как я буду танцевать? — Закончила я, схватившись за голову и сказав последние слова тихим шёпотом. — Поверь, всё могло быть хуже, если бы я не пришёл вовремя, — бросил Ви, садясь на стул и отворачиваясь от меня в другую сторону. Когда он это говорил, его голос изменился до неузнаваемости и из него напрочь вывелись нотки какого-либо веселья. Я слышала, как он так говорил только один раз, когда его друга чуть не убили, и он нашёл виновника. Такое лично я видело впервые поэтому надеялась, что больше не почувствую того животного страха, что испытала в прошлый раз. Хотя сейчас в нём были только отголоски того жуткого Ви, но всё шло к тому, что он мог сорваться. — Но… ты же пришёл. Тем более не думаю, что они могли избить меня ещё сильнее. А даже если и… — ДА ОНИ МОГЛИ ТЕБЯ ИЗНАЛИСОВАТЬ, А ПОСЛЕ ЭТОГО УБИТЬ!!! — Выкрикнул он мне чуть ли не в лицо.       И его слова прочно засели у меня в голове и ввели в некое подобие транса. Меня… ведь и, правда могли изнасиловать и убить… и… это не шутка… всё и, правда, могло приобрести именно такие обороты. А до меня это дошло только сейчас.       Слёзы неровными ручейками полились из глаз. Сначала это были только слёзы, а потом как-будто в нутрии меня прорвалась плотина и я зарыдала, уткнувшись головой в подтянутые к себе колени. Рыдала от осознования всей ситуации, от бессилия, от шока, от безысходности и благодарности. Господи… — … Как же я благодарна тебе Тэ… — Сквозь рыдания сказала я, наплевав на возникшую боль во всём теле и нежно, на сколько это, возможно обняла явно шокированного Ви. Сначала только я продолжала плакать и обнимать его, а после и он сам чуть подрагивающей рукой обнял мою спину и начал не спеша поглаживать её, успокаивая меня. — Отдохни. Поверь, тебе станет легче. И не накручивай себя. Ведь ничего плохого в итоге не случилось? — Ласково шептал Ким, беря с соседней койки подушку и бережно ложа меня обратно на кровать сверху укрывая одеялом. — В школе и баре я предупрежу, поэтому на счёт этого не волнуйся. Также я буду приходить к тебе каждый день, пока тебя не выпишут. — Обещаешь? — Последний раз, шмыгнув носом и смотря на парня заплаканными глазами спросила я. — Конечно, обещаю Свёколка, — прошептал Тэхён, гася свет и прикрывая дверь палаты.