Да что там гарем, саму историю изменю

POV Автор — Сколько эта дрянь не выходит из его покоев?! — было только утро, а злость Махидевран-Султан уже достигла максимума. — Уже третий день, — максимально тихо ответила служанка, боясь очередного всплеска гнева госпожи. А на него и не пришлось долго ждать, Султанша со злости рывком перевернула маленький столик с едой. — Она две недели была убита горем, мне даже сказали, что вскоре Элиф может сойти с ума, но каким образом эта девка оказалась в кровати моего сына?! — Хатун сказала, что Элиф попросилась в хамам… — А его что, перенесли в покои Мустафы?! — перебила её Валиде. — Я умоляю о прощении, — Фидан встала передней на колени. — Это был первый и последний раз, но есть ещё… — Что может быть хуже?! — Шехзаде попросил подготовить для Элиф комнату фаворитки, а также лично позаботился, чтобы к ней отправили два сундука с подарками. — Елену он одарил большими дарами, — задумчиво и уже более спокойно сказала Махидевран. — На Фатьму нет смысла надеяться, она родит мне внука и будет верной, но сын к ней охладел, а вот Елену можно использовать. Элиф всё ещё может иметь детей? — Да, моя госпожа. Лекарша сказала, что выкидыш, кроме как моральной травмы больше никак на неё не повлиял.

***

POV Элиф Я довольно потянулась на кровати и, поняв, что постель возле меня холодная, быстрым взглядом окинула покои. Мустафа как раз надевал кафтан напротив зеркала. Я, закутавшись в одеяло, тихо на носочках подошла и к нему и обняла сзади за талию. — Я тебя разбудил? — с улыбкой спросил брюнет. — Неа, ты куда-то уходишь? — Я не могу всё время быть здесь, меня ждут дела, — он повернулся ко мне и легко поцеловал в лоб. — Значит, мне тоже придётся уйти? — с наигранной обидой спросила я. — Но не в таком виде, — он окинул меня взглядом с ног до головы и, подойдя к шкафу что-то из него достал. — Его сделали специально для тебя, — в его руках было серо-голубое платье, украшенное драгоценными камнями. Я с довольной улыбкой подбежала к нему, и страстно поцеловав в губы, быстро забрала подарок и отошла в другую часть комнаты. — Не подглядывай, — строго сказала я, отвернувшись от Шехзаде, и начала надевать платье. Я услышала его смех, затем приближающиеся шаги и легкие поцелуи на плечах. — Ты куда-то должен был идти? — с лукавой улыбкой спросила я. — Ты ведьма? — Всё возможно, — я хотела сказать еще кое-что, но почувствовала что-то холодное на своей руке — это оказался серебряный браслет в форме змеи. — Я чувствую себя ужасно за то, что не смог защитить тебя и ты потеряла ребенка. Гарем — не самое дружелюбное место. Я хочу быть уверен, что в случаи опасности ты сможешь за себя постоять, — Шехзаде потянул за головку змеи и на мое удивление он вытянул маленький кинжал. — Я надеюсь, что тебе никогда не придётся его использовать. Выйдя с его покоев, я была очень счастлива и, естественно, сразу же отправилась в гарем, пусть все знают, что не стоит меня так рано скидывать со счетов. Но как оказалось, в гареме меня ждал еще один подарок от Мустафы. Меня перевели на этаж фавориток и теперь у меня есть своя комната. Странно, что я еще не видела Фатьму, уж слишком все гладко идет: ни Махидевран с криками, ни Фатьмы с упреками и оскорблениями. Плюс ко всему появилась ещё какая-то Елена, вот и вывод: Шехзаде одного не оставлять!

***

Тишина. В гареме не бывает тихо, хотя уже вечер, но ещё не время ложиться спать, почему же так тихо? Я вышла из своей комнаты и спустилась на первый этаж, девушки уже готовились ко сну, слишком рано. Эта обстановка мне не нравится, поэтому я отправилась в покои Мустафы, как кто-то сзади закрыл мне рот и надев что-то на голову утащил в неизвестном направлении, я вырывалась как могла, но моих сил оказалось недостаточно. Спустя какое-то время меня грубо швырнули на пол, когда же с моей головы сняли темную ткань, я сначала поморщилась от непривычно яркого света, а потом увидела стоящую перед собой Махидевран Султан. — Снимите повязку, — приказала мать наследника, и служанки быстро выполнили приказ, наконец, я могу говорить. — Султанша, зачем всё это? — сразу же спросила я. — Зачем? Всё это ради будущего моего сына. Принесите немедленно. Одна из рабынь пошла куда-то и уже через пару секунду стояла с подносом, на котором была какая-то тарелка. — Если хочешь жить — пей! — Что это? — с опаской спросила я. — Это лекарство, которое спасет тебе жизнь, и ты никогда не забеременеешь, — она сказала это с улыбкой. Она сказала это с ЧЕРТОВОЙ УЛЫБКОЙ! Боль от потери ребенка ещё не утихла, а она уже хочет убить еще не рожденных детей. — Если ты выпьешь, я спасу тебе жизнь, если нет — умрешь от моей руки. — Нет, не надо умоляю Вас! Я не могу, что я сделала не так? Я ведь уже не беременна, Вы уже убили мое дитя! — Как ты смеешь обвинять меня в подобном? — Перед поездкой мне стало плохо, Вы лично привели ко мне врача, а затем настояли, чтобы я ехала на лошади, я не дура, — я сказала это со злостью вперемешку со слезами. — Ты такая же, как Хюррем, мерзкая, лживая тварь! Я знаю, зачем она тебя послала и не допущу этого, влейте лекарство в рот этой дряни! Ко мне сразу же подбежали служанки и железной хваткой пытались заставить меня сидеть ровно. — Нет, Вы не имеете на это право! Я служу вашему сыну! — Чего ждете?! Мне запрокинули голову и больно сжали за подбородок, тем самым заставляя открыть рот, и начали вливать лекарство.