Да что там гарем, саму историю изменю

Три недели спустя — Госпожа, — воскликнула Айше, когда увидела Махидевран Султан, на пороге своей комнаты. — Я так ждала Вашего возвращения. — Как мой внук? — Всё прекрасно, но у меня есть к Вам одна просьба…- опустив голову немного запинаясь, начала девушка. — Можно ли сделать так, чтобы Элиф Султан меня больше не навещала? — Махидевран встревоженно посмотрела на неё, и вся напряглась.- Она меня не обидела, но я её боюсь, в её глазах я каждый раз вижу свою смерть. — Фидан, как ты могла это допустить?! — Султанша, я не могла ей помешать, она ведь Хасеки нашего Шехзаде, а я служанка. Да и оснований для этого у меня не было. Она каждый день приносила ей сладости, их тщательно проверяли, но даже намека на яд в них не было. Её беременность проходит просто идеально. — Фидан! — Махидевран перевела взгляд на испуганную девушку, и быстро смягчила тон. — Айше, ты отдыхай, тебя больше никто не побеспокоит, если ещё что-то будет нужно, просто скажи. — Спасибо. Выйдя из комнаты, женщина резко остановилась, и повернулась к служанке. — Ты моя личная служанка, моё слово должно быть для тебя законом! Элиф и Хюррем виноваты в смерти моего первого внука, хочешь, чтобы и второй на тот свет отправился?! — Простите, подобное больше не повторится, но она правда ей не вредила, даже пару раз настояла, чтобы лекаря ей позвали. — Она что-то задумала, нужно быть внимательней, отныне ни на секунду Айше одну не оставляй, проверяй абсолютно всё.

***

Элиф сидела на большой подушке, и торопливо заплетала волосы в причудливую прическу. Мустафа тихо зашел в покои, приложив палец к губам, а затем жестом приказал всем выйти. За пару секунд, служанки быстро покинули покои оставив их наедине. Девушка вздрогнула, почувствовав, прикосновения к её волосам, и резко повернула голову. — Не пугайся, — успокоил он, осторожно вынимая из прически один из костяных гребней. — Прости, я хотела лично тебя встретить, — пробормотала Элиф, прикрывая глаза, пока он ловко расплетал одну из кос. — Все в порядке, для чего эти муки? — спросил он. — Чтобы быть красивой для тебя. Мустафа вынул второй гребень и расплел другую косу, расчесав волосы пальцами, девушка, наслаждаясь прикосновениями сильных пальцев, массировавших ей голову. Шехзаде повернул её спиной к себе, прислонив к своему плечу. — Для меня ты любой будешь самой прекрасной во всём мире, — пробормотал он, нежно поглаживая её золотые пряди. — Мне сказали, как хорошо ты обращалась с Айше, я был приятно удивлён. — Любовь делить очень сложно, я ревнива — это правда, и если мне кто-то нравится, то он должен принадлежать только мне. Но она под сердцем носит брата или же сестру наших детей — члена династии, только такого отношения и заслуживает. — Ты обещала мне прекрасную новость, все эти недели любопытство не давало мне спокойно спать, — его рука обвила талию. От него исходило тепло, а его мягкий голос так успокаивал. — Сначала скажи мне, что тебя так обеспокоило? Мне доложили, что ты прибыл грустным, расскажи мне пожалуйста. — Отец не хочет, чтобы я ехал с ним в поход, -Мустафа отвел водопад волос в сторону, и прижался губами к её шее. — Мне кажется, что он не хочет меня видеть. Девушка хотела бы сказать, что он ошибается, но не могла, ведь знала, что это только начало. Элиф прекрасно понимала, что это начало её и его конца. Осталось двенадцать лет на решение проблемы. — Не расстраивайся, я, — она взяла его руку и накрыла ею свой живот. — Снова беременна. Я подарю тебе семью которая никогда не разочарует, всегда поддержит, мы станем твоей опорой, и всегда будем на твоей стороне. — В своём несчастье одному я рад, что ты — мой грех, и ты — мой вечный Ад.

***

Четыре месяца спустя POV Элиф Я шла к покоям Айше, был такой прекрасный день, пока не получила новость про её роды. Господи, умоляю, пусть это будет девочка, я не хочу марать руки кровью невинного ребенка. Я никогда не была особо верующей, но, когда пришлось принять мусульманство, пришлось обмануть всех. Веру ради мужчины я менять не собираюсь, и даже спустя три года моё решение осталось неизменным. В любом случае, как бы там ни было, это последний раз, когда я с волнением жду приговора лекарши, больше ни одна из них не забеременеет.