Да что там гарем, саму историю изменю

Заранее извиняюсь за ошибки, проверяла с телефона, надеюсь на ваше понимание)

***

Я стою в своих покоях, но здесь слишком мрачно, забегаю в комнату детей — их нет. Где мои дети?! — Там же где и мой сын, — голос звучит из-за моей спины, и от него тело моментально пробирает дрожь. Я медленно поворачиваюсь и вижу перед собой Фатьму, её кожа белая как мрамор, а на шее тот шарф за который я её повесила. — Или ты настолько наивна, что правда думаешь, что у них будет долгая и беззаботная жизнь? — Я твоего сына не трогала! — кричу я, но слышится лишь тихий шепот. — А как же я? — она наклонила голову в сторону, как тогда, когда её нашли мертвой. — У меня не было выбора. — Ложь! Моим бы словам никто не поверил, и ты это прекрасно понимала! — я не могу двигаться, тело как будто окаменело, а она подходит, медленно, очень медленно. И всё это время не отводит глаза, свои чёрные, в которых только мое изуродованное отражение. — А насчёт детей, то ты убьешь не одного ребенка, на твоем счету будет много загубленных жизней. Посмотри, твои руки уже в крови. Она опускает взгляд, и я делаю то же. С моих рук медленно капают капельки крови, становится противно. Я пытаюсь её стереть, но она как будто въелась в мою кожу. У меня начинается истерика. — Ты её никогда не сотрешь, а скоро к ней добавится и кровь твоего ребенка. Тебе не будет покоя ни в этом мире, ни в том. Она снимает со своей шеи шарф, и подходит ко мне. Я бегу со всей силы, но остаюсь на том же месте. Я с криком просыпаюсь, меня всю трусит, дыхание сбилось. Осматриваюсь по сторонам и понимаю, что это всего лишь сон… очередной. Я в покоях Мустафы, в его кровати. На дворе уже день, а это значит, что он тихо ушел на диван, как всегда не захотел будить. Я очень медленно, с неким страхом опускаю глаза — мои руки безупречно белые, но сердце все ещё сильно стучит, а в следующее мгновение я почувствовала сильную боль в животе. Если бы мы были в моем времени, то я бы сказала, что ты станешь футболистом. — Прости, милый, мама больше не будет нервничать. У тебя очень плохая мама и она не будет исправляться, а станет только хуже. Наверное, я совру сама себе если скажу, что всё это для вас, ведь некоторые поступки я совершала из-за банальной жажды власти. Что б ты знал, я не жалею ни о чём, и готова заплатить за всё сполна, но есть то чего я боюсь. Я боюсь, что когда вы вырастите, то скажите, что ваша мать монстр и отвернетесь от меня. Боюсь, что не смогу вас уберечь, этого я боюсь больше всего на свете. Фатьма права, сумасшедшей вряд ли бы поверили, но это бы кинуло тень сомнения, а она как паразит бы каждый день грызла его изнутри. Это был самый простой вариант (хотя, как простой). Иногда хочется разрыдаться во весь голос, но что я этим добьюсь? Мои слёзы назовут крокодильими, а меня в лучшем случае слабой, да и проблемы так не исчезнут. — Моя жизнь ужасна, но я сделаю всё, чтобы ваша была прекрасной, и уничтожу любого, кто только подумает навредить моим детям. Румеиса, ты стала фавориткой, но это лишь затишье перед бурей.

***

Рана помогла мне одеться, и мы вместе направились в мои покои, но там меня ждала пренеприятная неожиданность. — Что ты здесь делаешь? — сначала травишь моих детей, а потом ещё хватает наглости возле них сидеть?! — Элиф Султан, я с Нихтан… — Я не хочу видеть тебя со своей дочерью, — я схватила её за руку и силой заставила встать. — Ещё раз увижу возле моих детей, пожалеешь, что на свет родилась! — я толкнула её в сторону двери. — Убирайся с глаз моих. — Как Вам будет угодно, — девушка поклонилась и быстро выбежала из покоев. Я сразу же подбежала к Нихтан, и осмотрела нет ли на дочери никаких следов. — Госпожа, — неуверенно начала Рана. — Нет никаких доказательств, что это она, мы осмотрели все её вещи. — Как тебя зовут? — проигнорировав служанку, обратилась я к девушке, что игралась с моим сыном. — Кая, я уже месяц у Вас служу, — сказала девочка со светло русыми волосами, на вид ей не больше шестнадцати. — Тогда ты должна знать, что посторонних в моих покоях быть не должно! А этой девки и подавно, она не то что прикоснуться, даже находиться возле них не имеет право! — я заставила себя успокоиться, дабы не напугать детей. — Она была так мила, предложила помощь- тихо шептала девочка. — Ещё раз увижу подобное — мигом отсюда вылетишь. Румеиса ворвалась в покои. — Вы так сильно боитесь меня, думаете, я Шехзаде у Вас уведу? — Да кто ты такая?! — я дала ей пощечину, и девушка упала и начала медленно от меня отползать. Сегодня настроение у меня ни к черту. Наверное, если бы не неожиданно возникший в дверном проёме Шехзаде, она бы от сюда с одним синяком не ушла. — Что здесь происходит? — я сразу же поклонилась мужчине, и только сейчас заметила, что за ним стояла Махидевран. — Недавно наших детей попытались отравить, из-за этого я очень испугалась, когда увидела, что дочь плачет, а возле неё посторонняя. — Выйди, — строгим тоном, Мустафа приказал фаворитке, и та с немного обиженным лицом без пререканий покинула покои. — Почему я об этом не знаю? — Это случилось вчера, слуги обыскали весь гарем, но безрезультатно. У тебя сегодня был важный совет, поэтому я решила не расстраивать тебя. — Валиде, оставьте нас, — Махидевран была единственным человеком, которого радовало происходящее здесь. Поэтому она вышла с лёгкой улыбкой и гордо поднятой головой. — Оставьте нас все! Ты понимаешь, что твоё отношение к Румеисе недопустимо? — спросил он, когда все вышли. — Прости, я знаю, что повела себя недостойно, но это всё из-за беременности — чем выше срок, тем чаще перепады настроения. Но поставь себя на моё место. Вчера я узнала, что кто-то попытался отравить детей, а сегодня я увидела, как наша дочь плачет на руках постороннего человека. — Твои волнения обоснованы, — он поднял моё лицо за подбородок. — И уверяю тебя, я переверну гарем, но найду человека, что это сделал. Тот, кто покусился на жизнь моих детей долго на этом свете не проживет, — вот мой мужчина: злой, сильный, властный. — Но подобных прецедентов, я более не хочу видеть. Ты Султанша, моя Хасеки, ты пример для всех моих наложниц, важнее и выше любой из них. — Ай, — я схватилась за живот, похоже малышу не понравилось, что отец отчитывает его мать. — Что случилось? Где болит? Мне позвать лекаря? — как же быстро изменился его голос, и выражение лица. Я взяла его руку и положила на живот, от чего на его лице сразу же появилась улыбка. — Он толкается, — мой Шехзаде радовался как ребенок конфете. — Мой сыночек, — он встал передо мной на колени и прислонил ухо к животу. — Ты моя самая большая ценность.

***

— Госпожа, — на лице Раны отражалось удивление вперемешку с испугом. — Махидевран Султан хочет с Вами поужинать сегодня. — Ты ничего не перепутала? — теперь шокированной была и я. — Я три раза переспросила, но это правда. Мне в подобной ситуации конечно нужно радоваться, но интуиция подсказывает, что ничего хорошего из этого не выйдет. Зачем ей это? Что задумала эта женщина? — Принесите платье, что я выбрала на сегодняшний халвет, и корону, для столь фантастического события я должна одеться подобающе. Вдруг это будет первый и последний раз в моей жизни. Передо мной встали шесть девушек, и каждая держала по-своему красивую корону, но мне понравилась та, что держала Кая. Хоть она пыталась не подавать виду, но её маленькие ручки дрожали. — Сколько тебе лет? — Что? То есть пятнадцать, госпожа. Ещё ребенок, маленький, милый напуганный ребёнок. Она похожа на фею, длинные светло-русые волосы, с золотым отливом, и большие цвета неба глаза. — Мурад ага лично выбрал её из всех девушек в гареме, — сообщила Рана. — Она будет Вам верно служить. — Тебе не следует меня бояться, я не настолько ужасна, просто ко всему, что касается моих детей отношусь с повышенной щепетильностью. Эта, — я указала на корону в руках блондинки, все остальные служанки моментально отошли. — Наша госпожа сегодня будет очень красивой. — Держи, — я протянула девочке небольшое украшение для волос, а та моментально начала благодарить так, как будто я ей жизнь спасла. — Через год, выдам тебя замуж, будет обидно если твоя красота и молодость пропадут в стенах этого холодного дворца. — Спасибо, я за Вас молиться буду, — сомневаюсь, что молитвы мне помогут. Эта Кая так похожа на мою двоюродную сестру. Семья… Интересно, как они? Как скоро заметили моё исчезновение? У мамы слабое сердце, надеюсь эта новость её не сильно подкосила. Если осмотреться, то все здесь оставили своих родных, а некоторые даже увидели их смерть. В сравнении с ними мне ещё повезло. На самом деле очень хорошо, что их здесь нет, не хочу, чтобы они видели меня такой. Пусть в их памяти я останусь милым, наивным, вечно улыбающимся ребёнком.

***

Приготовившись, я с некой опаской направилась к Махидевран. Служанки у входа мне приветливо улыбнулись, и быстро открыли двери. Все слишком добрые, всё слишком идеально. — Султанша, — поклонившись начала я.- Чем я обязана Вашему приглашению, это так неожиданно. — Давай поговорим, присаживайся сюда, — она рукой указала на подушку возле стола. Я внимательно осмотрела покои, но пока никакого подвоха не нашла. — Выпей это, его специально приготовили для тебя, — в бокале была какая-то жидкость, мне только от одного его вида уже стало плохо. — Госпожа. — Думаешь, это может навредить твоему ребенку? — и правда, она не настолько глупа чтобы травить меня в собственных покоях. — Ты родила мне внука, и возможно скоро подаришь ещё одного, поэтому я считаю неправильным, то, что столь долгое время не заботилась о твоем здоровье, — как вовремя она это вспомнила. — Я до глубины души тронута Вашей добротой, — со счастливой улыбкой сказала я, сделав маленький глоток из кубка. — По правде говоря, я уже и не надеялась на такое счастье. — Наша вражда останется в прошлом, особенно в такие тяжёлые для тебя времена. — Простите, но я не понимаю о чём Вы, я же беременна, моему счастью нет придела. — Беременность тебе очень к лицу, — а вот комплименты от неё — это очень странно. — Но теперь в сердце моего сына Румеиса, ты должна быть с ней поласковей, иначе можешь накликать беду. Вот истинная причина всего этого спектакля, решила насыпать соль на рану, но Вам следовало уже запомнить, что я всегда на шаг впереди. — Эта девица лишь одна из нескольких рабынь, а как Вы знаете наш Шехзаде очень влюбчив. Какое-то время он лишь Фатьму видел, потом в Елену так влюбился, что вопреки всем решил жениться, но где они? — У нашего Султана я тоже не первая. Сначала была Фюлане, потом Гюльфем, одним лишь взглядом я затмила их всех, и больше пяти лет была его единственной, но что в итоге? — Моих пять лет ещё не прошло, — с улыбкой сказала я. — Да, ты продержалась намного меньше меня. Ведь сегодня Румеиса вновь с Мустафой, — я чуть не перекинула посуду, улыбка сразу же исчезла с моего лица. — Он перевел её на этаж фавориток, подарил множество подарков, а ты всё ещё не поняла, что она твой конец? — Султанша, — в покои ворвалась Фидан. — Беда госпожа, у фаворитки нашего Шехзаде найдены следы оспы. — А что с моим сыном, он не заболел? — Махидевран вскочила с места. — Его проверяют. — Госпожа, — я встала, держась за живот. — Вы же гаремом управляете, как Вы могли допустить, чтобы больная наложница легла рядом с Шехзаде?! Не дождавшись ответа, я как можно быстрее побежала к покоям Мустафы, и когда я наконец туда добралась, меня не пустили. — Простите, госпожа, — начал Яхья. — Но Шехзаде приказал в первую очередь не пускать именно Вас, — что за бред? — Он сказал, что Вы ни в коем случаи не должны заразиться. — Мне наплевать, пусти меня к нему. — Вы же беременны, подумайте о ребенке. Мурад ага, уведи госпожу. — Нет, я хочу к Мустафе! Я кричала, плакала, но меня будто никто не слышал, из-за пелены слёз я даже не сразу поняла, что мы уже в покоях.