Bloodstream

***

Намджун недоверчиво смотрит на переполненный всеми возможными блюдами стол и поднимает глаза на Сокджина. Тот улыбается, мягко так, без налета сарказма, непривычно, но, все равно - тепло. Капитан представления не имеет, какими правдами и неправдами старший затащил его сюда, в дом Юнги, потому что сейчас смотрит в его глаза и понимает, с каждым разом уходить становится все сложнее. Зная своего соулмейта, Джун уверен, что тому от него что-то нужно, и величина требуемой услуги будет прямопропорциональна его вниманию и обходительности. Нам с невозмутимым лицом садится за стол, принимаясь за шикарный ужин – одна из его слабостей – и старается делать вид, что представления не имеет, зачем его позвали, - он ни в коем случае не облегчит Соку его участь, пусть сидит и подбирает слова. Джин минут пять наблюдает за тем, как его экс-бойфренд с прежним энтузиазмом уплетает его стряпню и опускает глаза на свои ладони на коленях. - Мне нужна твоя помощь, - говорит он тихо, - именно мне – не нам с Юнги. - Это касается RBS, я так понимаю, - чуть помедлив и прожевав, спрашивает младший. Сокджин кивает. – Выкладывай, - он отодвигает тарелку и складывает руки на стол. Джин с трудом подбирает слова, пока дрожащим голосом пытается объяснить всю ситуацию и обрисовать план действий. Пока он говорит, не поднимает глаз, зажевывает нижнюю губу и немного безысходно вздыхает. - … Я уверен, что, скорее всего, ты откажешься. Делаю это не ради галочки, - поспешно добавляет Сок, - но это, действительно, очень важно для меня. В этих наработках вся моя жизнь, - он в очередной раз делает какие-то нервные непонятные манипуляции со скатертью и салфеткой, а Джун продолжает молча слушать, так ни разу и не перебив старшего. – Мне не к кому обратиться, - заканчивает он шепотом, - я должен был хотя бы попытаться. – Капитан кивает, и они несколько минут сидят в полной тишине, во время которой Джун думает над ответом, а Сок рвет салфетку на мелкие кусочки. Смотря на Сокджина, некогда сумасбродного, обесбашенного и легкомысленного молодого человека, Нам лишь видит повзрослевшего со временем мужчину. Он представления не имеет, что тому пришлось пережить, пока самого нужного человека – его соулмейта – не было рядом. Намджун никогда не мог понять своего парня, он только лишь принимал его таким, какой он есть, оправдывая его поведение черной кровью и свято верил, что соулмейтам вполне достаточно той связи, что у них есть, чтобы всегда оставаться вместе. Джин же – наоборот, почему-то требовал, как казалось Джуну, объяснения всем своим решениям и поступкам, хотел всегда понимать, что важно для его парня, ради чего он поступает таким образом и выражал свое несогласие в любое удобное время. Только со временем Намджун понял, что сильнее из них двоих тогда любил именно старший, но они оба оказались слишком гордыми идиотами, за что и поплатились двумя годами разлуки. Нам встал со стула, подходя к сидящему на стуле парню и развернул его полностью к себе, сел перед ним на корточки, пряча его ладони в своих: - Скажи мне только одно, - начал он шепотом, - мне придется убивать ради тебя? - Нет, - Сок ответил так же тихо, но уверенно, - я не позволю. - Хорошо, потому что я сделаю это не задумываясь, - он поднес руки старшего к губам и аккуратно их коснулся, продолжая смотреть в наполняющиеся влагой глаза. Джин улыбнулся, и слеза все-таки сорвалась с его ресниц. Из них двоих именно он любил сильнее, и за время разлуки в его любви ничего не изменилось.

***

У Тэхена с трудом выходит очнуться, и он понимает, что его вырубили прикладом рукоятки пистолета сразу после того, как одному из похитителей он врезал по яйцам, а второму – чуть не откусил ухо. Ким открывает, наконец, глаза, думая сначала, что безбожно ослеп, но позднее привыкает к темноте и уже может различить очертания помещения. Это просторная сырая камера с семью двухъярусными кроватями по периметру, сто лет уже не работающим туалетом в углу и исцарапанными сплошь стенами в разные несуразные рисунки и надписи. Одинокий патрон под потолком, в котором когда-то была такая же одинокая лампочка, вовсе не радует, давая понять, что буквально через час тусклый свет из маленького зарешеченного окошка исчезнет, погружая Кима в полный мрак. Он, пошатываясь, встает на ноги и идет вдоль стен, смотрит на детские рисунки, пока не останавливается возле точно так же, как и все остальное, выцарапанной аббревиатуры «KTMY». Если приглядеться, между парами букв можно различить почти затертый маленький плюсик. Тэ проводит пальцами по надписи, находя ее знакомой.

flashback

- Мы скоро вернемся домой, хен? – пятилетний Ким Тэхен смотрит на бледного и болезненно худого мальчика чуть старше него самого. - Я верну нас домой, - шепчет тот, прижимая к себе дрожащего младшего. - Я хочу домой, - как в бреду, уже проваливаясь в сон на теплой груди, продолжает Тэ. - Еще немного, потерпи еще чуть-чуть…

flashback

В его голове впервые всплывают эти воспоминания. Он не помнит ничего, что было до его прибытия в детский дом, но это место: его запах, температура и надписи на стенах – кажутся знакомыми, но так отдаленно, как из прошлой жизни. Он трясет головой, разгоняя скопившуюся боль от всплывающих воспоминаний и пытается понять, где он так конкретно накосячил, что его решили похитить. В голову не приходит ничего. Разве что казино, но эти парни так не работают. Ему остается надеяться на Чимина. Он более чем уверен, что друг найдет его, чего бы ему это не стоило.

***

Чонгук поднимает над головой маленькую карту памяти, демонстрируя ее Чимину. Последний заканчивает обслуживание посетителя и спешит к столику, за которым разместился Чон. - Как ты достал ее без полицейского удостоверения? – спрашивает Пак, пока Гук вставляет карту в планшетный компьютер. - Я умею быть убедительным, - на чуть скривившееся выражение лица, продолжил, - я никому не угрожал. Пока. Какое-то время младший просматривает записи с камеры видеонаблюдения, в то время как Мин бегает туда-сюда, обслуживая посетителей и спрашивая как успехи у Чона. В этой видеосвалке нужный файл удалось обнаружить с огромным трудом, но когда Гук в душе заликовал, его настигло разочарование – машина стояла под таким углом, что номера ее не видно, но вот лица амбалов камера запечатлела отлично. - Ну как? - Не то, чего хотелось бы, но тоже неплохо, - резюмирует Гук, - я постараюсь отследить движение автомобиля, чтобы засечь номера, нужно будет взглянуть еще на одну-две записи. – Он встает, принимаясь собирать вещи со стола, - я могу обратиться к одному человеку, который не брезгует грязной работой, он поможет мне найти этих парней в полицейской базе данных, но ничего не обещаю, - Пак кивает. – Мне нужно на работу, - от этой фразы старшего передергивает, а Чон старается сохранить невозмутимость, - полный перечень частных камер найти нереально, потому пройдись по направлению, в котором уехала машина, подумай, откуда лучше всего могут быть видны номера, чтобы нам не пришлось обходить все местные заведения и дома. - Я понял, - Чон уже развернулся к выходу из кофейни, когда Мин его окликнул, - Чонгук, спасибо тебе за все. - Не за что, - говорит он спокойным тихим голосом, - надеюсь, ты тоже окажешь мне услугу, - он коротко улыбается и поспешно выходит из заведения.