Забери мою боль

      «Снова этот чертов песок. Он забился во все возможные места. Иногда даже слышно, как его частички хрустят во рту. И еще эта невыносимая жара. Мне сейчас хочется просто зарыться в него и свариться там заживо.       Продолжаю идти, понимая, что если сейчас остановлюсь, то упаду в изнеможении и стану легкой добычей для местных ночных хищников. Этого мне совсем не хотелось. Ноги ужасно болели. Я думала, что скоро кровь начнет просачиваться через ботинки.       Наконец, вдалеке я нашла небольшую скалу. Ускорив шаги, насколько это возможно, добралась дотуда в конце пути еле перебирая ногами. Рухнув бесформенной массой на разгоряченный от высокой температуры камень, оперлась спиной и откинула голову, глубоко вздыхая.       Я извлекла флягу с водой, в которой почти ничего не осталось. Сделала небольшой глоток теплой – почти горячей воды – и сунула ее обратно, приберегая на особый случай. Все мои раны горели огнем, и их требовалось промыть, но думаю, оазисов в этой дыре нет, так что могу потерпеть. Еще мне бы нужно немного поспать, и я сделаю это чуть позже.       Сразу после того, как найду, что можно постелить на пол пещеры, дыбы смягчить каменный уступ.       В моем рюкзаке не так много вещей, но из них можно сделать импровизируемую кровать, все лучше, чем заработать синяки. Сделав все как надо наконец, заваливаюсь без сил. Еды и воды хватит еще примерно дня на два, так что надо что-нибудь придумать. Добыть провизию, вот только где? Замок остался далеко позади. При мысли о нем, вспоминаю брата. Джонатана. Вспоминаю, как острый меч, вложенный в мою руку, пронзил его насквозь, и как кровь хлынула чуть ли не водопадом из смертельной раны. Да. Он был злом. Он убил Макса и многих Сумеречных охотников. Но во всем виноват Валентин. Если бы не он, у меня был бы брат.       Нормальный брат, который защищал бы меня. Которого я любила бы. Но Джонатан, или Себастьян, теперь это не так важно – или наоборот?– Стал темным и неудержимым существом, наш отец сотворил с ним это. И я ненавижу его не только за это.       Впрочем, это все пустяк. Они оба мертвы, да еще и от моей руки. И я понимаю, что выбора у меня не было. Но неужели я не заслуживала цельную семью? Неужели Валентин не мог предугадать свои действия и последствия? Но теперь, когда лежу посреди пустыни, внутри какой-то чертовой скалы, я понимаю, что помешательство моего отца достигло предела и рано или поздно произошло то, что произошло. Нельзя изменить ход событий, как не пытайся это делать.       Ночью температура опускается ниже нуля, но камни сохранили тепло, накопившееся в них за день, и это помогает мне не замерзнуть до смерти. Я подожду еще пару дней, а затем снова вернусь в замок, наберу провизии и отправлюсь в другую сторону. О, Разиэль, ну когда же мне уже улыбнется удача?»       Кларисса очнулась, хватая ртом воздух. Судя по всему, на улице было предрассветное время. Девушка обвела взглядом комнату, но ее взор зацепился за фигуру, сидящую и склонившую голову. Алек. Он был здесь. Как долго? Он что, следит за ней? Нет, оберегает. Эта мысль заставила девушку нахмуриться.       Ей не нужна его забота – и это правда. Она научилась со всем справляться сама. Там. В пустыне. «Но неужели тебе не приятно?» - пискнул голосок надежды, внутри нефилимки. «Неужели забота другого человека стала для тебя чужда?»       Она отмахнулась от навязчивого голоса. Подобравшись поближе к юноше, рыжеволосая внимательно его осмотрела. Волосы парня были в беспорядке, словно он зарывался в них пальцами несколько сотен раз. Под глазами залегли глубокие синяки от недосыпа. А длинные темные ресницы отбрасывали тени на щеки. Клэри беспокойно облизнула губы, вспоминая тот поцелуй. Их единственный поцелуй и видимо, последний.       Ведь им нельзя отвлекаться от своей миссии. На первом месте она. А потом уже амурные дела. Александр беспокойно пошевелился и открыл глаза. В них была некоторая туманная дымка. Он несколько раз моргнул и сосредоточил взгляд на Клариссе. Она захотела спрятаться под одеялом, но было уже поздно, так как Лайтвуд нахмурился, смотря на нее. — Что ты здесь делаешь? – Тихий вопрос. Это единственное, на что была сейчас способна охотница. — Я…Эмм… - Но нужного ответа он так и не нашел. И вместо того, чтобы нести чушь, просто замолчал, вглядываясь в ее зеленые глаза, словно прося понять его без слов.       И она поняла. Девушка откинула одеяло, в приглашающем жесте. Александр не стал сопротивляться. Просто скинул свои ботинки, снял футболку и лег рядом с рыжеволосой, притягивая ее к себе и уткнувшись лицом в ее волосы, вдыхая их аромат. Кларисса положила руку на его сердце, слыша и чувствуя, как оно бьется, ускоряя свой темп.       Как бы нефилимка не кричала о том, что ей не нужны привязанности. Привязанность по имени Александр Лайтвуд, была не так уж и плоха. Завтра она разберется с ним. И спросит, какого черта этот самодовольный охотник забыл в ее комнате. Ну а сегодня, этой самой ночью, они оба будут наслаждаться присутствием друг друга. И чтобы не случилось завтра или в ближайшее время, у них всегда будет этот момент.       Избежать привязанностей невозможно.