Гарри Поттер и древняя магия Поттеров

      То, что портрет был прав, я понял довольно скоро.       Во время ужина Джинни постоянно поглядывала на меня, она вела себя очень странно, когда я был рядом, постоянно краснела, не знала, куда деть свои руки. Я не понимал, что с ней творится. Сегодня она что-то задумала, ибо села за стол рядом со мной. Гермиона обычно сидевшая рядом, как-то по особенному поглядывала, то на меня, то на Джинни. Фред и Джордж Уизли, тоже с интересом наблюдали, что творится возле меня. Только Рон, насколько я мог судить, также как и я не понимал, что творится с его сестрой.       Ужин быстро подходил к концу, я собрался было встать, но ко мне ястребом подлетел Снейп, шурша своим плащом и пугая своим видом первокурсников. Джинни хотела было опередить его, но грозный голос заставил девушку замолчать: — Мисс Уизли, поговорите с мистером Поттером немного позже.       А теперь уже обратился ко мне, скривив при этом, свое и так не очень приятное лицо. — Мистер Поттер директор желает Вас видеть. Сейчас же!!! — похоже, последние слова уже были обращены не ко мне, а к Джинни.       Я немного удивившись этому странному и позднему вызову пошел было к директору, но на половине дороги к двери вспомнил про пароль. — А какой же пароль у директора? — спросил я у Снейпа. — Леденцы… — не то сказал, не то выплюнул Снейп, и резко завернувшись в плащ, пошел прочь.       Горгульи у директора уже ожидали меня и пропустили едва я произнес пароль.       Поднявшись по лестнице я вошел в кабинет, где кроме самого Дамблдора был еще смутно знакомый гоблин. — Позволь представить, — начал директор, — управляющий банка Гринготс. — Приятно видеть Вас в здравии, мистер Поттер, — ответил гоблин.       Я вспомнил, что видел его в свой первый визит в Гринготс. — Ну можем начинать, — обратился нетерпеливо гоблин к Дамблдору. Директор только кивнул. — Дело в том, — начал гоблин, смотря мне в глаза и поглаживая подбородок, — что сегодня произошло в банке из ряда вон выходящее событие. В старом, архивном гроссбухе, первые записи которого датируются временами Мерлина, задолго до открытия банка, появилась новая запись. И она касается Вас, мистер Поттер.       Гоблин поднял тяжелые страницы книги, лежащей перед ним, и прочитал запись. Гарри вспомнился второй год в Хогвартсе — гоблин читал на неизвестном Гарри языке, но подростку слышалась понятная речь. «Гарри Поттер, прямой потомок древнейшего Рода Поттер с сегодняшнего дня обретает магию Рода. Теперь и отныне он должен величаться „Гранд-Лорд Поттер, величайший из своего Рода“. Кроме того он обретает право жить в родовом замке, и право наносить метки родовой магии на гобелене Рода Поттер».       Директор напрягся. — А можно по-английски? — спросил директор, — а то мне, как и мистеру Поттеру, непонятно, что Вы сказали. Да, Гарри? Я только мотнул головой. Гоблин довольно коряво перевел текст. — Гарри Поттер получает титул Гранд-Лорда Поттер и должен называться древнейший Гранд-лорд Поттер. Еще он получает замок в Уэльсе и родовой гобелен, — произнес гоблин. — И что теперь? Где ключи от замка и зачем передавать гобелен? — спросил директор. — Мы сами ничего не понимаем, — ответил Гоблин, — и хотели задать все эти вопросы Гранд-Лорду. Последний хранитель этого гроссбуха умер лет двести назад. — окинув меня странным взглядом продолжил, — Насколько, я понимаю, сам Гранд-Лорд Поттер ничего не понимает? — спросил у меня гоблин. — Да, — еле произнес я. — Нам все равно, главное мы огласили текст, дальше дело за Вами, — гоблин пошел к выходу. И уже перед самой дверью выдал: — Гранд-лорд, наш банк всегда открыт для Вас.       Дверь захлопнулась, минут пять стояла тишина, прерываемая только сопением портретов, которые внимательно смотрели за этой сценкой. — Ты, что-то слышал об этом? — спросил у меня директор. — Ничего, директор Дамблдор, — ответил я. — Ну… тогда можешь идти…       Я вышел в коридор и задумался. Надо было бы расспросить об этом портрет Аберкромба. Но внутреннее чувство говорило, что сейчас этого делать не стоит. После второго курса я привык полагаться на свое чутье, а оно пока меня редко подводило.       Я вернулся в общую спальню, где меня героически превозмогая сон, ожидала Джинни. — Гарри! — Что тебе надо, я хочу спать? — Гарри, я знаю, что у тебя нет девушки, поэтому хочу спросить, а не хочешь чтобы твоей девушкой была я? Вопрос поставил меня в ступор, я никогда не задумывался, что Джинни — девушка, причем довольно красивая. Я не знал как реагировать и, следовательно, стоял в растерянности хлопая глазами. Мне больше нравилась Гермиона, а Джинни я всегда считал просто подругой. Я давно хотел пригласить Герми на свидание, но то мешали обстоятельства, то Рон. Если бы подобный вопрос задала Чжоу, с которой у меня так и ничего не получилось, то с ней все было ясно. — Джинни… — начал я.       Но тут в дверь ввалился Невилл. Он был весь в каком-то неаппетитном веществе. — Гарри помоги, отведи в больничное крыло! — Джинни давай поговорим завтра…       Джинни послала лучи ненависти Невиллу, но пошла спать.       Я мысленно поблагодарил растяпу Невилла за его умение появляться в нужный момент, в отличие от Рона имевшего привычку возникать в самое неподходящее время. За это я решил ему помочь, и не повел его в больничное крыло, а сам быстро снял с друга чары. — Гарри, откуда ты знаешь подобные заклятия? — спросил меня Лонгботтом. — Вычитал в библиотеке — быстро выдумал я. — А научишь меня нему? — Невилл, давай завтра, я хочу спать!       Уже в постели я решил, что обязательно наведаюсь к портрету. Все-таки последние события изрядно выбили меня из колеи, что даже смерть крестного отошла на второй план.       Утром следующего дня я наблюдал, как появление Невилла вызвало удивление у слизеринцев. Они-то думали, что он от их заклятия будет оправляться недельку-другую. — Кто из них это вчера с тобой сделал? — спросил я. — Драко! Только прошу не надо за меня мстить. — Надо, Невилл, надо. Моя месть будет страшной.       Я постарался позавтракать побыстрее. Гермиона села рядом, хотела поговорить. Но невесть откуда взявшийся Сычик, забрызгал девушку, упав в кувшин с молоком. Он принес Рону очередное письмо от родителей.       Первым уроком была история Магии, поэтому я решил прогулять ее и пойти к портрету предка. Что нового я на ней узнаю-то? Как обычно все спать будут. Ну и не только спать, но это уже отдельные личности.       Аберкром улыбнулся, увидев меня. — Ну, рассказывай, Наследник!       Я поведал ему о вечернем разговоре с гоблином. — Откуда я знаю староваллийский? — Ты же не замечаешь, что говоришь на староваллийском со мной? Вместе с титулом тебе перешло множество знаний от всех твоих предков, спрятанные от всех глаз. — А замок он где? — В Уэльсе. — И как до него добраться? — Просто нужно сильно захотеть в него попасть… — А что значит писать родовой магией на гобелене? И что это за гобелен? — Это самое интересное, — начал портрет. — Это старый гобелен где обозначен весь твой Род. — Но у меня в доме в Годриковой долине был семейный гобелен? — Это не семейный гобелен, это гобелен — Родовой. На нем обозначены все твои предки и связи с другими родами и семьями. На нем ты найдешь и меня. Писать магией означает заносить на гобелен имя девушек, которые становятся твоими сексуальными рабынями. Это основа нашей родовой магии. Даже если девушка никогда до этого не видела тебя, она мгновенно в тебя влюбится, и будет желать только одного удовлетворить тебя. У меня допустим, были целые деревни рабынь… — Хватит!!! — крикнул я, — Дальше не надо… — но мою реплику портрет лишь усмехнулся. — Тебе начать надо, а дальше магия сделает дело. Кстати, портрет Мерлина мечет молнии. Как это, его магия рассеялась?! — А Дамблдор не узнает от него про меня? — Нет, Мерлин слишком высокомерен, чтобы доходить до разговора с каким-то директоришкой. Если что, я тут всегда буду висеть, заходи, рассказывай как дела.       Попрошавшись с предком я вышел в коридор, урок еще не закончился, а идти на нудные уроки призрака не хотелось. «Вот бы поглядеть на замок», — мелькнуло в голове.       В этот момент все расплылось перед глазами. «Черт, неужели я попался в ловушку слизеринцев»       Но вместо этого я оказался перед огромным красивым замком. «Поттер-касл — родовое гнездо Поттеров», — опять мелькнуло в голове.       Когда я зашел за огромные железные ворота с родовым гербом Поттеров, тут же появилось множество домовиков. — Мы ждали Вас хозяин, не одну сотню лет ждали, — загомонили они.       Замок оказался на удивление чистым и современным. В отличие от Гримо 12, местные домовики смотрели за порядком.       В огромной гостиной я заметил и гобелен с сотнями голов предков и их связей. Из того что рассказали мне домовики, нет ни одной семьи в магической Европе и Америке с которой я не был бы близким, или дальним родственником. Моя голова как главы Рода была окружена ореолом.       Я задумался, как быть с Джинни, то, что она влюблена, я осознал только возле гобелена. С меня как будто спали какие-то ограничения. Но мне больше нравилась Гермиона. Я понял, что борьба двух девушек за меня неизбежна. Но нужна ли она мне эта борьба? Я хотел было попросить перо, но сама рука поднялась, я направил палочку на гобелен и произнес: «Джинни Уизли». Произошел хлопок, и портрет рыжеволосой девушки появился справа от меня. — Гермиона Грейнджер, — и появился портрет слева, но не маленький, а большой равный моему, с золотой подписью «Девушка Гранд-Лорда». — О, это будущая хозяйка! — ойкнули домовики. Они следовали за мной всей толпой, показывая дорогу.       Появилась вспышка света и мой и Гермионин портрет появился снова, но в картуше, немного снизу встал портрет Джинни.       Мне показалось, что это некрасиво и произнес Чжоу Чанг. Портрет девушки появился симметрично Джинни. Что-то во мне перевернулось мне не захотелось, чтобы девушка отвергнувшая меня не была наказана за это.       Только теперь я понял, сколько сил забрала у меня эта магия. Домовик мгновенно материализовал подо мной кресло, а другой подал бокал напитка. — Это поможет Хозяину восстановить силы.       Напиток обжег мне горло, но через секунду я понял, что снова полон сил.       Посмотрев на часы, я понял, что мне пора возвращаться назад.