«Весь израненный, он жалобно стонал...»(с)
30 октября 2017 г., 13:37
Писано лета 2015, августа месяца, 12 дня.
– Мяу! ... Да мяу, же!! – прискакавший с улицы Наёмник вовсю старался привлечь внимание охранника. – Чего шумишь? На ручки?!... Ой-йо... – поднявший кота охранник с тревогой рассматривал бандитскую морду. Котэ смотрел один глазом – второй заплыл. В ветеринарке успокоили – ничего страшного, похоже, укусило какое-то насекомое. Глаз промыли, дали антигистамин и обезболиливающее. На обратном пути Наёмник, явно почувствовавший себя лучше, тем не менее вовсю продолжал “страдать”, всячески намекая на то, что его, всего такого израненного, нужно ласкать. И кормить.* * *
Писано лета 2015, августа месяца, 16 дня.
Укус насекомого оказался неприятнее, чем рассчитывали – глаз у Наёмника загноился. В ветеринарке назначили промывание глаза три раза в день... Выписка из медкарты Наёмника прекрасно знают в местной ветеринарке. Он проходит как живущий при людях, боевой, серьёзный Кот. Поэтому, назначая лечение, ветеринар, с большим сомнением глядя на Котэ, добавил: “Конечно, хорошо бы делать компресс спитым чаем минут по 20... Но вряд ли он такое стерпит.” Медикаментозный квест Рекомендованное лекарство, наше, отечественное, стоит около 40 рублей. В ближайших аптеках его, разумеется, нет. Предлагается импортный “аналог” стоимостью около 800 р. Ладно, нашли капли, но тут же напоролись на вторую засаду: сейчас практически все “капельные” лекарства снабжены встроенными пипетками... Кроме вот этого самого, отечественного разлива. Поиск пипетки оказался куда сложнее поиска капель. У людей сложилось ощущение, что пипеток вообще в продаже нет, по крайней мере, в их районе. Когда пришло время закапывать глаз, отловленного для процедур котэ охранник принес в Конуру. – А я при чём? – удивлённо поинтересовалась Та-Кому... – Это ж не барбос! – Четыре лапы и хвост есть? Шерсть присутствует? Значит, ваш “клиент”, – выдал охранник аргумент. – Ну... Может, вы там сами как-нибудь?.. – Мэ-э-эм?! – укоризненно поинтересовался охранник. Скрученного, зафиксированного, орущего и яростно вырывающегося Наёмника с трудом держал здоровый мужик. Больше всего опасались, что тому удастся вывернуться и освободить лапы – тогда людям точно пришлось бы накладывать швы, но обошлось. Через несколько часов, во время второго промывания, орущего и выворачивающегося кота держали уже два мужика, поскольку сопротивлялся он ещё отчаяннее. Правда, в качестве "моральной компенсации" Наёмнику достался так любимый им нектарин... Ближе к вечеру, когда пришло время очередных процедур, охранник принёс в Конуру кота. У людей сложилось ощущение, что лекарство начало действовать и тот понял свою выгоду: он не пытался удрать, прекрасно понимая, что собираются делать. Правда, это не означало, что он готов “сдаться без боя”... Та-Кому... была раздражена, дел невпроворот, а тут ещё и это... Ей было банально некогда тратить время на борьбу с животным ради его же блага, поэтому она цапнула Наёмника за шкварник, оттянув кожу так, что вертеть головой коту стало крайне некомфортно. Видимо, поняв, что шутки кончились и сопротивляться дальше чревато (а может, и инстинкт сработал), Котэ прекратил всяческое сопротивление, не переставая, правда, орать. – Произвол! Я коллапсирую как личность! – орал он до тех пор, пока в поле зрения не оказался нектарин... Ночь прошла спокойно, а на “утренние процедуры” Наёмник прибыл, вольготно развалившись на руках охранника. Увидев пузырёк и пипетку, Котэ начал дежурно орать, вовсе не меняя положения на руках у человека. По завершению промывания, он тряхнул головой, сбрасывая капли с шерсти, и, аккуратно дотронувшись лапой с тщательно убранными когтями до руки Той-Кому..., вежливо мяукнул: – Я великодушно готов простить ваше возмутительное обращение. Кусочек нектарина и расстанемся друзьями?!
