Если ты умрёшь, то и я тоже

Для Чонина штаны Кёнсу слишком малы, поэтому он остаётся в тех самых домашних шортах, футболку заменяют другой, однотонной и добавляют огромную даже для Кима толстовку на молнии с капюшоном. Кёнсу влезает в спортивные штаны и похожую футболку, после чего надевает тёмный свитшот и кепку. Так как поездка обещает быть на целый день, они собирают все оставшиеся продукты из холодильника хозяина квартиры и отправляются в путь. Чонин водит как заправский гонщик, от чего у Кёнсу захватывает дух. Ему нравится, как ветер обдувает лицо через открытое окно, как он треплет короткие волосы на его голове. Кёнсу отмечает, как ладонь Чонина расслабленно лежит на руле, пока он смотрит на дорогу. Блондин отвлекается от пейзажа и переключает своё внимание на человека, сидящего по правую руку от него. Он встречается с изучающим себя взглядом Кёнсу, отмечая про себя, что эта кепка очень идёт её носителю. Сил оторваться от ярких глаз просто нет, поэтому Чонин чуть ли не попадает аварию, выворачивая руль на последних секундах до столкновения. Кёнсу делает вид, что ничего не произошло и отворачивается к окну. Машина останавливается практически на пляже, поэтому при выходе Кёнсу сразу же практически по щиколотку проваливается в горячий песок. Он щурится, пытаясь рассмотреть место, куда его привезли. Пляж пуст, так как скрытая от моря и не видная с дороги бухта защищена скалами с обеих сторон. Кёнсу снимает обувь и идёт к воде, ступая ступнями по светлому песку. Ему нравится ощущение песчинок на коже, но он предвкушает момент, когда зайдёт в воду. Стоя у кромки воды, он подворачивает штаны, чтобы не намочить ткань. Кёнсу ступает на мокрый песок и жмурится от удовольствия. Белоснежные барашки, набегающие на берег, ласкают его ступни, от чего До улыбается. Чонин догоняет Кёнсу, когда он уровень воды достигает середины икры. Блондин может позволить себе зайти дальше, потому что его ноги абсолютно открыты до кромки коротких шортов. Кёнсу немного сопротивляется, но потом подаётся, позволяя утянуть себя в глубь. Штаны мокнут окончательно, и Чонин решает попросту обрызгать Кёнсу. Темноволосый, видя это, уворачивается, убегая. Ким решает на сдаваться и бежит за быстро набирающим скорость Кёнсу. После долгих догонялок, когда у Чонина окончательно сбивается дыхание, а обрызганный до самой макушки Кёнсу останавливается, блондин предпринимает отчаянный шаг: он бросается в ноги темноволосого и вместе с ним уходит под воду. Они выныривают одновременно и впиваются взглядом друг в друга. Кёнсу напряжён, готовясь к ещё одному нырку, в то время, как Чонин абсолютно расслаблен. Он смеётся, наблюдая за тем, как темноволосый отряхивается, так как видит, что ещё одного заплыва не последует. Абсолютно мокрые, но до ужаса довольные, они выходят на берег. Кёнсу протягивает Чонину огромное полотенце, после чего сам быстро раздевается до белья. Ким следует его примеру, отмечая про себя красоту подкаченного тела с очерченным прессом и сильными руками. «Интересно, какой он на ощупь?» - задумывается Чонин, бессознательно закусывая губу. Ему до одури хочется повалить этого загорелого красавца прямо на песок, после чего жадно расцеловать его всего, чтобы эти полные губы произносили только лишь его имя. - Раздевайся быстрее, а то простынешь, - Кёнсу закутывается в своё полотенце, закрывая даже голову. Чонин без зазрения совести снимает и бельё, после чего повязывает полотенце на бёдрах. Кёнсу отмечает про себя, что молодой человек абсолютно не стесняется своей наготы, козыряя собственным телом, от чего у темноволосого начинает тянуть где-то внизу живота. Ему нравится, как Ким лениво потягивается, позволяя каплям с волос прочерчивать дорожки до самого пупка и ещё ниже под полотенце. Чонин замечает это, но не подаёт вида, поворачиваясь к Кёнсу спиной, давая волю собственной фантазии. Ещё не время. Они обсыхают довольно-таки быстро, поэтому уже спустя несколько минут лежат на расстеленном пледе и поедают аккуратно нарезанный Кёнсу салат. - Почему ты согласился? – интересуется Чонин, запихивая в себя огромное количество свежих овощей за раз. - Потому что ты мне понравился, - Кёнсу решает, что смысла скрывать причину нет, поэтому отвечает честно. - У тебя есть кто-нибудь? – Ким перестаёт жевать, пристально наблюдая за собеседником. Кёнсу отрицательно качает головой. – У меня тоже, - Чонин ложится на спину, прикрывая глаза. – Давай отдыхать, - он похлопывает по месту рядом с собой. У Кёнсу есть три секунды на раздумья, после чего он спокойно ложится на предоставленное ему место, а Чонин по-собственнически просовывает под его голову свою руку, придвигая До к себе в плотную. Они остаются на берегу до вечера, и Чонин успевает ещё раз искупаться, а Кёнсу – поспать. Они одеваются в высушенные на солнце вещи и уходят, оставляя пляж таким же, каким он был до их приезда. Темнеет быстро, так что когда они добираются до машины, последние лучи солнца оставляют на воде яркие дорожки. Кёнсу любуется закатом, пока Чонин обнимает его сзади. Их первый поцелуй наполнен морем, тёплым песком и закатным солнцем. Он оседает на губах как морской бриз, оставляя после себя терпкое послевкусие и что-то ещё, непонятное для них обоих. Чонин отрывается от мягких губ Кёнсу, проводя по ним пальцем. Он улыбается, и его улыбка затмевает солнце, которое окончательно скрылось за горизонтом. Кёнсу без зазрения совести притягивает его обратно, продолжая начатое Кимом. Спустя долгие минуты, когда небо становится окончательно тёмным, они садятся в машину и покидают одинокий пляж. Дорога пуста, так что Чонин управляет автомобилем в полглаза, рассматривая спящего на переднем сиденье Кёнсу. Мягкая, покрытая плотным загаром кожа; пухлые, до безобразия пошлые губы; аккуратный нос; острые, будто высеченные скулы; длинные и сумасшедше пушистые ресницы – всё это привлекает и притягивает Кима. Он хочет припарковаться на обочине, после чего разбудить Кёнсу ласковым поцелуем, который перетечёт в страстное соитие. Но всё это только мысли и желания, которые ещё рано претворять в жизнь. Если бы Чонин хотел одноразовой встречи, то он так бы и сделал. Но в это раз хочется по-другому. По-особенному. Ким останавливается около минимаркета, дабы взять бутылку воды. Спустя несколько минут, Чонин возвращается, находя уже проснувшегося Кёнсу, который изучает окрестности. - Будешь? – он протягивает пластиковую бутылку, после того, как садится в машину. - Спасибо, - благодарит Кёнсу, соприкасаясь пальцами с пальцами Чонина. Их взгляды встречаются, и то, что в последние минуты не выходит из головы Кима, отражается в его глазах. Кёнсу нравится то, что обещают глаза напротив, поэтому он просто на просто прижимается своими губами к чониновским. «Вау!», - мелькает в голове Чонина, когда его нагло и грубо начинают иметь горячим языком в рот. Он стонет от удовольствия и осознания того, что это делает Кёнсу. Поцелуй изначально не мягкий. Кёнсу закусывает чужие губы, тут же зализывая укусы, проходится по ним влажным языком. Ему нравится, как Чонин отвечает на грубые ласки, посасывая чужой горячий язык. Им критически не хватает друг друга, поэтому они не просто целуются, они высасывают жизненную энергию из друг друга, забирая ровно столько, сколько и отдают. Под конец поцелуй становится мягким, тягучим, словно дикий мёд. Первым отрывается Чонин, хватая зацелованными губами воздух. - Поехали? – он смотрит затуманенным взглядом на тяжело дышащего Кёнсу. - Поехали, - До проходится языком по пухлым губам, и Чонин вновь срывается, забывая о машине, руле и дороге. На данный момент у него есть только эти губы, и всё остальное неважно. Когда сдерживаться, чтобы не притронуться к друг другу становится невыносимо, Кёнсу кое-как отрывается от ласкающего его Чонина и открывает окно. - Поехали, - командует он, и Чонин подчиняется. Оставшуюся дорогу они молчат, потому что любое слово чревато длительной остановкой с последующими ласками. Машина тормозит около ресторана, и Кёнсу непонимающе смотрит на водителя. - Я хочу есть, - заявляет Чонин, заглушая двигатель. До удивляется такому развитию событий, но следует за блондином. - Добрый вечер, господин Ким, - приветствует администратор на входе. – Ваш столик свободен. Прошу, следуйте за мной, - он провожает молодых людей в отдельное помещение, огороженное ото всех дизайнерским решением. Чонин делает заказ, пока Кёнсу по-особенному рассматривает обстановку. - Тебе не интересно, что мы будем есть? – интересуется Чонин, придвигаясь ближе к темноволосому. - Мне интересно, что ты выбрал, - Кёнсу откидывается в кресле. – Ничего, что мы слегка не по дресс-коду? – он показывает на свою одежду. - Здесь это никого не волнует, - Чонин кладёт свою руку на лежащую на столе кисть Кёнсу. – Здесь хорошая еда, спокойная обстановка и никаких вопросов, - он ласково поглаживает загорелые пальцы. - И часто ты здесь со своими парнями бываешь? – Кёнсу не убирает руку, но взгляд его становится адово ледяным. - Только с тобой, - Чонин не видит смысла врать. – Да, у меня были отношения, были встречи. Но сейчас у меня никого нет. Я свободен и открыт для тебя, - Ким сжимает чужие пальцы, привлекая к себе внимание. - Неужели? – взгляд До немного теплеет, но не до конца. - Я не хочу тебе врать. Спрашивай всё, что хочешь, - Чонин не намерен отступать. - Я тебе нравлюсь? – Кёнсу сужает глаза, пристально вглядываясь в поведение собеседника. - До сумасшествия, - Чонин облизывает пересохшие губы. – С того самого дня, когда ты вытащил меня из лифта. У меня была назначена встреча с потенциальным ухажёром, но я её сразу же отменил, - он привстаёт на стуле и перегибается через стол. – Сейчас для меня важен лишь ты, - он наклоняется так, что их губы разделяют миллиметры. – И я до безумия хочу тебя, - он впивается страстным поцелуем в чужие губы. Теперь, будто в отместку, Чонин жадно врывается в чужой рот, захватывая инициативу. Его рука, как влитая, ложится на чужой затылок, притягивая Кёнсу к себе. Он нагло забирается коленями на стол, второй рукой хватая будущего любовника за свитер. Влажно, пошло, горячо – этими словами можно описать то, что творится между двумя людьми, ожидающими своего заказа. - Ваш ужин, - сообщает официант, делая вид, что представшая перед его глазами картина двух целующихся мужчин его ни капельники не смущает. - Спасибо, - лучезарно улыбается Чонин, отрываясь от Кёнсу. Он в последний раз проводит языком по уже алым от поцелуя губам и возвращается в своё кресло. - Тебе не стыдно? – спрашивает Кёнсу, когда официант удаляется, оставляя молодых людей наедине друг с другом и едой. - Нет, - Чонин как ни в чём не бывало начинает трапезу. Ужин проходит в молчании, потому что сказать слово – значит разрушить ту атмосферу витающего в воздухе неприкрытого желания и странной близости. Чонин расплачивается, и они уходят, оставляя до неприличия большие чаевые. Они садятся в машину, когда у Кёнсу звонит телефон. - Да. Да. Понял. Буду через тридцать минут, - Кёнсу заканчивает разговор, пока Чонин вопросительно смотрит на него. – Мне нужно уехать. Это по работе, - До сообщает неутешительную новость для них обоих. – Не подбросишь до места, где мы в лифте застряли? - Сейчас? – расстроенно спрашивает Чонин. - Сейчас, - подтверждает Кёнсу. Автомобиль начинает движение, пока Кёнсу наблюдает за водителем. Чонин хмурит брови, так как он рассчитывал на абсолютно другое окончание вечера, но выбора у него нет. Он довозит Кёнсу до здания и глушит мотор. - Я могу проводить тебя? – интересуется Чонин, желая услышать положительный ответ. - Только до крыши, - Кёнсу не хочет уходить, но выхода у него нет. - Хорошо, - соглашается Чонин, следуя за До. Лифт встречает их холодным светом светодиодов и свежими воспоминаниями. Кёнсу нажимает верхний этаж, и автоматические двери закрываются. Чонин срывается, припадая к губам Кёнсу. Он целуется так, будто хочет насладиться ими на ближайшее время. Ему попросту необходимо кусаться, проходиться языком, исследовать им чужой рот. Протяжный стон Кёнсу оседает на стенках, заглушаемый громким стуком двух бьющихся в такт сердец. Лифт тоновым сигналом сообщает о прибытии на этаж, и двери плавно открываются. Молодые люди отрываются друг от друга, тяжело дыша. Кёнсу выходит, собираясь поднятья на крышу, где его ждёт вертолёт. - Кёнсу, возвращайся, - окликает его Ким. – Я буду ждать тебя, - еле слышно добавляет он смотря, как в стремительно закрываемом проёме мелькает яркая улыбка. - Вернусь, - обещает До, оставаясь по ту сторону дверей.