Слепая игра (старая версия, переписывается)

Глава 13. Напряжение. Я чуть ли не физически ощущала, витающее вокруг напряжение. Будто сам воздух сгустился, впитав в себя эмоции собравшихся в этом месте людей. Что же происходит, спросите вы? О, все очень просто. Сегодня я сдаю экзамен на А-ранг ирьенина. Самый молодой специалист в ирьениндзюцу за всю историю основания Конохи. Даже великая Цунаде Сенджу получила данный ранг только в двенадцать лет. При этом обучаясь у лучших специалистов своего клана, где в нее чуть ли не насильно впихивали наследие ее предков. Я шла до этой заветной ступени целых пять лет каждодневного труда и учебы. Естественно, не будь у меня в кураторах такого человека как Такеши-сан, и обучение бы затянулось как минимум еще на пару-тройку лет. Но тут мне несказанно повезло. Еще в самом начале обучения Кабуто мне как-то рассказал, что всем желающим выучиться на ирьенина приставляют кураторов всего-лишь на ранг выше, максимум на два, чем сами обучаемые. Причем, не редко на одного человека вешается несколько учеников. Мой случай был хоть и не уникальным, но довольно редким. Меня взялся учить один из лучших, если не лучший медик Конохи (после Цунаде, естественно) индивидуально. Один лишь этот факт уже возвысил меня в глазах окружающих. Все-таки в здешней культуре очень сильно различается понятие учитель и Учитель. В первом случае тебе просто вешают наставника, который подтягивает до определенного уровня, ничего особенного в подобном нет. Довольно распространенная практика. А вот во втором тебя не просто подтягивают, тебя именно Учат, передают весь багаж знаний, жизненные принципы, взгляд на мир, весь свой немалый опыт. В моем случае был как раз второй вариант. Такеши-сан дал мне очень многое, за что я ему безмерно благодарна. Естественно, на подобное действо явилось много заинтересованного народу. Несколько джоунинов, главы кланов и даже сам Хокаге… Чувствую себя диковинной зверушкой, выступающей в цирке уродов. Вот реально, чего они все приперлись? Ну подумаешь, А-ранг в десять лет. Чего такого. Ан нет, интересно им, видите ли. Теперь из-за этого все, кому не лень будут знать обо мне. Я конечно и раньше была на виду у власть имущих, но не очень сильно, там был в курсе довольно узкий круг людей. Сейчас же это дело может получить огласку, чего я не очень желаю… Совсем не желаю. Не для того я зарабатывала себе репутацию отмороженной, чтобы ко мне начали клеить всяких левых личностей. И ведь будут. Не смотря на запрет Хокаге, кланы все-равно попытаются меня обработать. Учитывая их сильный демографический кризис после войны такие как я будут нарасхват. Учитывая, что я еще и девушка - вдвойне. Ибо чем сильнее куноичи, тем более сильное потомство она может выносить. Особенности физиологии шиноби. Так как кейракукей плода развивается за счет кейракукей матери. Естественно: чем сильнее развита мать, тем сильнее изначально будет ребенок. Конечно там еще много всяческих “но”, однако примерно так обстоят дела, если говорить по простому. Для меня же ситуацию еще более ухудшает то, что я ирьенин. А ирьенины девушки ценятся на порядок выше, ибо они мало того, что должны иметь прекрасно развитую кейракукей, чтобы пользоваться медицинскими техниками, так и их чакра для развития плода подходит гораздо лучше. Там где ирьенины не могут взять количеством, они берут качеством. За счет специфики профессии, чакра у медиков имеет гораздо больший потенциал. А теперь представьте, насколько должна быть развита моя энергетика, если я уже сейчас, в десять лет, могу выполнять одни из сложнейших медицинских техник. Теперь представьте, как она будет развита к годам четырнадцати-шестнадцати. Фактически только три причины останавливают кланы начать за мной охоту: мой еще недостаточный репродуктивный возраст, отсутствие информации по моему генотипу и незримая поддержка Хокаге за спиной. Живи я во времена клановых войн, и меня бы просто повязали, притащили на свою территорию и заставили рожать, пока не сдохну. Да, в старые времена нравы были более жесткими, и я честно удивляюсь, как в то неспокойное время мог родиться такой человек, как Хаширама. Если хроники не врут, то даже не смотря на всю кровь и грязь, которая была в его жизни, он смог сохранить в себе любовь к людям. Сильная личность, достойная уважения. Тик-так. Прозвучали стрелки циферблата часов, висящих на стене напротив. Еще пять минут. - Волнуешься? - спросил меня подошедший и севший рядом Кабуто. Волнуюсь ли я? Нет, сейчас волнение и лишние эмоции будут только мешать, чего я себе позволить не могу. А вот напряжение из меня так и прет. - Нет, - краткий ответ, не отвлекаясь от сканирования соседнего помещения. - Хех, а вот я в свой экзамен сильно волновался. Тяжелый он выдался, да. Тем более сегодня столько народу собралось, даже сам Хокаге пришел, - разливался соловьем мой знакомый. - Я знаю, Кабуто-кун. - Хм? Ах, да. Все время забываю, - улыбнулся он. - Мда, твоя сенсорика - это нечто, Намида. Небось уже успела всех рассмотреть, да? На что я лишь кивнула. - Ну ладно, тогда не буду тебя отвлекать, - поднявшись, Кабуто утопал в то самое помещение через запасной ход. Ну да, он как один из немногих ирьенинов А-ранга обязан присутствовать на экзамене в виде экзаменатора и поддержки в случае чего. Однако посидеть в тишине больничного коридора мне не дали, буквально через две минуты из зала вышел Кото Хьюга, заместитель главы мед.корпуса, и пригласил внутрь. Как только я пересекла порог входной двери, на моей тушке сразу же скрестились десятки пар глаз. Мда, именно так должен себя чувствовать заяц перед удавом. Все смотрят только на тебя, взвешивают, оценивают. Неприятно, но терпимо. Только наши ирьенины не пытались во мне прожечь дырку взглядом, все-таки я почти со всеми из них была уже знакома в той или иной мере. - Что ж, не буду тут разводить длинные речи, все из здесь присутствующих уже знакомы с причиной нашего сбора, - взял слово Такеши-сан. - Поэтому, думаю, сразу и начнем. После прозвучавших слов в операционную ввезли больного на каталке. Хм, судя по состоянию, сильное отравление в купе с тяжелыми истощением. На теле стоит парочка фуин консервации. Видимо слишком сильны были повреждения, чтобы его можно было доставить в обычном состоянии, загнулся бы еще на полпути. Повезло ему иметь в команде одного из Узумаки, ибо никто другой не смог бы поставить подобную печать на живого человека, не навредив ему. По крайней мере не решился бы. Однако и срок действия подобного метода ограничен лишь парой суток, не больше. Потом начинается некроз клеток организма. - Большая диагностическая печать, - приказала я, а один из моих ассистентов подошел в центр комнаты, сложил несколько печатей и коснулся рукой пола, на котором загорелась мерным голубым светом вырезанная прямо в кафеле сложная фуин. Такие сейчас могут делать только парочка мастеров красноволосиков, проживающих в Конохе. Слишком громоздкая и сложная структура, чтобы ее мог повторить кто-либо другой. Другие двое аккуратно взяли тело пострадавшего и положили в центр рисунка. - Общее состояние организма? - очередной приказ. Мне в общем-то не сильно требуются подобные вещи, я сама себе сканер, однако инструкция требует. Да и есть некоторые моменты, недоступные даже моему восприятию, благо их немного. - Сложный нервно-паралитический газ разлагающего действия, кровь заражена, начальное отторжение тканей и деградация чакроканалов в левой брюшной полости, - в общем, подтверждение моих выводов. Не повезло данному шиноби нарваться на кукольника Суны, там очень любят подобные вещества. В невозможности переплюнуть своих оппонентов в грубой силе, кукольники направили свое развитие в сторону ядов, когда даже обычный порез может гарантированно убить или сделать калекой на всю оставшуюся жизнь, если повезло выжить… или не повезло, тут уж как посмотреть. Лечить тут придется не очень приятным и довольно болезненным методом. - Два тазика по четыре литра воды каждый, - сказала я стоящим около стены медсестрам. Будем выводить весь яд через поры при помощи жидкости, затем общее очищение организма, ускоренная регенерация поврежденных тканей. Затем останется только обеспечить больному длительный отдых с обильным получением витаминов. В малых количествах с подобным ядом организм шиноби может вполне справиться, если проходить реабилитацию под опытными руками ирьенина. К сожалению, за это время керакукей сильно ослабнет, борясь с вредным веществом, но тут уж ничего не поделаешь, главное чтоб саму процедуру очистки он пережил, ибо даже для здорового организма это очень сильный стресс, а тут он и так изначально ослаблен. Эх, если бы только у меня было на руках противоядие. Но чего нет, того нет. Шиноби Суны не зря хранят секреты своих ядоделов. Это одно из немногих направлений, в котором Сунагакуре превосходит другие деревни чуть ли не на целую голову. В общем задачка не столько сложная, сколько очень затратная по чакре и концентрации. Кто-то явно подсуетился, чтобы на экзамен попался подобный случай. Все-таки в контроле и знаниях меня сложно одолеть, поэтому, скорее всего, решили взять на измор. Блин, будут потом каналы болеть, но делать нечего. - Ики, Тензу, на вас кровеносная система, сердце и легкие, - двое довольно молодых парней кивнули. - Мивари, Хошигаме - малая цепь чакры, - девушка постарше и довольно взрослый мужик встали по бокам от пациента и опустились на специальные круги на фуин. У них будет побольше чакры, а вот поддерживать в тонусе кровеносную систему смогут и первые двое, пусть у них и не так много опыта в подобных операциях. - Снимаю печать, - сказала я и коснулась двумя пальцами фуин на его животе и середине груди. - Критическое давление в кровеносных сосудах! Учащенное сердцебиение! - выкрикнул Ики, а в это время пациент изгибался дугой, сил этих двоих явно не хватало, чтобы удержать бьющееся в конвульсиях тело. Я же в это время думала настолько быстро, насколько позволяло мое ускорение сознания. Это явно не типичная реакция, такое ощущение, что организм уже на последней стадии отравления, однако я же отчетливо видела зону поражения! Всего лишь пять-семь процентов тканей, это еще довольно далеко от критической отметки! Черт! Я вгляделась в организм пациента и мысленно припомнила всех темных тварей вместе взятых. Слишком быстрое воздействие яда на ткани и органы. Словно… Нет, сейчас не о том думаю! Мне нужна холодная голова. Требуется максимально замедлить воздействие отравления, ибо локализовать уже не получиться: яд распределился по всему организму. - Мивари, Хошигаме - максимальное напряжение, - мой холодный и спокойный голос послужил хорошей оплеухой уже начавшим паниковать ассистентам. Да и не только им, у остальных тоже начался небольшой мандраж, даже Такеши-сан хмурился. В следующее мгновение по моим венам словно прошелся раскаленный металл. Ну да, очень неприятно, когда тебе в каналы вливают чужую чакру. Я же сейчас впитывала количество чакры, равное как минимум джонину В-ранга. И пусть мне вливалась только медицинская энергия, но ее было слишком много, что отнюдь не добавляло приятных ощущений. Однако ничего нельзя поделать, мне ни в коем случае нельзя тратить свои запасы, ибо я сейчас ведущая в операции, центральный мозг, управляющий элемент, так сказать, если я свалюсь с чакроистощением раньше своих ассистентов, то это будет обозначать полный провал меня как высокоуровневого медика. Но сейчас не об этом. Зафиксировав требуемый поток, я положила свои руки на больного, и его тело полностью окуталось зеленым коконом. Тонким, облегающим тело коконом, настолько плотным, насколько позволял мне мой контроль чакры. Однако даже такая мера не сильно помогла: пациент все-равно умирал, верно и неотвратимо. Больше замедлить естественные реакции организма невозможно, иначе наступит кома. И тогда уже пиши-пропало. Из подобного состояния мы его точно вытянуть не сможем. Ну уж нет! Даже не думай помереть, скотина, только не в мою смену! - Срочная очистка организма, - все четверо ассистентов шокировано посмотрели на меня. Ну да, организм в таком состоянии, что любое серьезное вмешательство лишь приблизит его смерть, - полная. - а вот теперь они реально смотрели на меня, как на исчадие ада: полная очистка гарантированно его убьет. Но другого варианта нет, пусть и вероятность положительного результата в подобном случае меньше процента. В остальном мы сможем разве что продлить его агонию. - Выполнять! - мой голос понизился до арктического. Никаких эмоций, они сейчас только мешают… Итак, что мы имеем. Пациент загибается и уже собрался отходить в мир иной. Требуется радикальный метод, при данных условиях который может с очень высокой вероятностью привести к летальному исходу. Провести очистку могут и мои ассистенты, благо В-ранг есть у каждого из них. Самой сложной задачей становиться как раз удержать его от ухода в мир иной, которую придется взять на себя, ибо потребуется следить за слишком большим количеством деталей а также высочайший контроль, который лучше всего опять же у меня. Проблема в чакре. Мне неоткуда ее взять. Цепь придется распустить, а моей собственной чакры на подобное не хватит. Хотя если открыть врата… Нет, слишком большой разброс дармовой энергии. Порядка шестидесяти процентов телесной Ян будет расходоваться в окружающее пространство бесполезным грузом, да еще и может помешать исполнению операции. Требуется что-то еще… Эх, был бы у меня Инфуин… Стоп! Принцип действия Инфуина в активном состоянии! Дополнительные чакроканалы по всей поверхности кожи! Они могут выступить концентраторами, тем самым чуть ли не полностью убрав разброс, однако у меня не хватит контроля, для удержания подобных “каналов” и одновременной слежкой за организмом больного, только что-то одно. Однако за этим сможет проследить мой клон! Но тогда придется поделить чакру поровну, однако при четырех вратах я все же смогу нивелировать затраты… надеюсь. Тогда “материалом” для дополнительных каналов могут выступить мои тени, я ведь прекрасно помню положение развернутой Инфуин, а тут следует лишь повторить простую структуру… Стоит попробовать… POV. Якуши Кабуто. Внутри смотровой площадки стояла напряженная тишина, ибо все из присутствующих следили за ходом операции, которая буквально за пару мгновений превратилась в попытку не дать пациенту умереть. Причем именно попытку, ибо любой ирьенин, разбирающийся в лечении организма от яда при отсутствии информации о его компонентах, не поставил бы в данной ситуации и одного рё на положительный исход. Особенно если это яд Суновцев. Любой, но только не Кабуто. Ибо он был слишком хорошо знаком с той, кто проводила сейчас операцию, и с предвкушением ожидал, как она выберется из настолько неотвратимой ситуации. Он давно уже приглядывается к этой девочке. - Мивари, Хошигаме - максимальное напряжение, - произнесла Кори, а в следующее мгновение вокруг пациента засветился зеленый ореол. Плотный, облегающий тело ореол. “Поразительный контроль”, - подумал Якуши, и с ним были согласны многие из присутствующих. По крайней мере, это читалось в их глазах. Конечно подобный уровень контроля и должен быть у того, кто претендует на А-ранг, но где они, в большинстве своем состоявшиеся шиноби, развивающие свои способности на протяжении уже десятка, если не больше, лет, и где она - всего лишь еще десятилетняя малявка, не окончившая даже Академии. “Хотя вполне уже способная это сделать”, - тут же добавил про себя парень. - Срочная очистка организма, полная, - от этих слов многие “почтенные ирьенины” впали в ступор. В таком состоянии и все равно проводить очистку? Да она с ума сошла! - Выполнять! - хлестко ударил по слуху ее ледяной голос, заставив “почтенных ирьенинов” заткнуться и продолжить наблюдать за происходящим представлением. А Кабуто ликовал. Да, она снова сделала это! Многие бы давно отказались от настолько безвыходного положения, но только не она! Вероятность меньше процента? Плевать! Только Кори могла пойти на такой отчаянный шаг, вот только отчаянием тут и не пахло. Парень видел это: точные отточенные движения, голая логика, сосредоточенность и никакой бессмысленной паники. Она уверенна в своих силах. Она знает, что делает. “Давай, покажи мне. Что же ты предпримешь дальше?” - Якуши просто распирало от азарта. Словно хищника, перед вожделенной жертвой. Он хотел увидеть продолжение, и оно не заставило себя ждать. - Ики, Тензу - на вас выведение яда из организма через жидкость. - А как же… - начал было Ики. - Я уже перехватила управление, - прервала его Кори. - Мивари, Хошигаме - проводите репликацию клеток и тканей, как только будет удален яд, начинайте регенерацию и общую очистку, Ики, Тензу, будете работать на второй стадии батарейками, - ассистенты начали подготовку. Цепь чакры была разорвана, а Намида создала позади себя свою точную копию. “Теневой клон, да еще и без печатей? Сильно.” - подумал Кабуто, хотя и не понимал смысла данного поступка, ведь он отчетливо ощущал, что в клон была использована ровно половина чакры девчонки, при этом сама копия не стала ничего предпринимать, а осталась стоять за спиной оригинала. А дальше начались тяжелые минуты ожидания. Кори удерживала организм больного, ассистенты проводили операцию. Однако было видно, что она долго не продержится. На лбу девочки выступила обильная испарина, кожа побледнела, а нижняя губа была прокушена до крови. - Яд выведен, - отчитался Ики, когда последний литр воды был выжат через поры организма и помещен в специальную тару. Намида заторможено кивнула. - Приступайте ко второй стадии, - хрипло, но также уверенно прозвучал ее голос. - Ты уже на пределе, - произнес со смотровой площадки Кото Хьюга с включенным Бьякуганом, - пациента не спасти, отравлено более семидесяти процентов тканей. Заканчивайте эту бессмысленную операцию, мы и так видели достаточно. - Сказано все было с привычной высокомерностью и надменностью в голосе. Кабуто чего-то подобного и ожидал, ведь Кото-сан сразу невзлюбил ученицу Такеши-сана, считая ее очередной выскочкой, и всячески пытаясь высказать свое “Фи” делом или словом при любом удобном случае. И сейчас его должно быть очень радовала очередная возможность ткнуть “зарвавшуюся пигалицу” в грязь лицом. - Приступайте, - повторила свой приказ Кори для замешкавшихся ассистентов, никак при этом не отреагировав на выпад Хьюги. Ну да, на время проведения экзамена ее слова имеют наибольший приоритет, ведь именно она непосредственно руководит операцией. И никто другой не имеет права вмешиваться, будь он хоть заместителем главы мед. корпуса, хоть самим Хокаге. И вновь потянулись напряженные минуты ожидания. Группа ирьенинов отчаянно сражалась за жизнь шиноби, уже и сами ассистенты приобрели непривычную бледность кожи и изможденный вид, явно работая на износ, однако видя абсолютно аналогичное состояние Кори, продолжающей упорно делать свое дело, они не смели отступать. Ну да, никто бы не захотел проиграть в упорстве ребенку, пусть даже этот ребенок гений. Подобное стало бы самым настоящим позором для любого шиноби. - Падает уровень телесной энергии! Сердце начинает отказывать! Мы его теряем! - проговорила Мивари. “Плохо” - подумал Кабуто. - “Организм начинает перерабатывать сам себя из-за нехватки ресурсов для борьбы, да еще плюс отмирание клеток, что также уменьшает количество выделяемой Ян-компоненты. Как же ты поступишь теперь?”. И, словно вторя его словам, клон Намиды, до этого безучастно стоявший за спиной оригинала, положил на ее спину руки. А в следующий момент по коже девочки заструились черные линии, образуя своеобразный узор, очень напоминающий собой действие одной конкретной техники. “Инфуин?! ” - пронеслась в голове Якуши залетная мысль. А рядом начали шептаться остальные члены принимающей комиссии. В это же время от фигуры в середине операционной хлынул огромный поток чакры, вот только он не стал распылятся в окружающее пространство, а собирался вокруг нее в плотный голубой покров. Одновременно с этим черный полосы с рук Кори продолжили “расти” дальше, распространяясь уже на тело самого пациента. - “Нет, это не Инфуин, это что-то другое. Неужто новая техника? На как? Когда?”. Тем временем черные полосы наконец закончили свой рост, оплетя полностью как Намиду, так и пациента, и засветились насыщенным зеленым светом медицинской чакры, усилив такой же покров вокруг умирающего. Дальнейшие ход работ протекал в тишине, только краткие доклады Мивари и Хошигаме звучали время от времени. Постепенно синий покров вокруг Намиды стал спадать, теряя свою силу, а количество напитанных мед.чакрой темных линий исчезали с тела пациента, впитываясь обратно в руки девочки, по мере излечения тех или иных участков тела ее ассистентами. Все таки количество телесной энергии, которое она вбухала в тело больного могло позволить перенести даже остановку сердца на несколько минут без сколько-нибудь серьезных последствий. Вот наконец последняя линия, что проходила в районе сердца исчезла, и все замерли в ожидании. Один из ассистентов, такой же бледный и осунувшийся, как и все остальные, активировал диагностическую печать, и стал считывать состояние организма, заставив Кабуто и некоторых из принимающей комиссии аж задержать дыхание. - Состояние организма в допустимых пределах. Дальнейшее операционное вмешательство не требуется, - наконец прозвучали заветные слова… Хлоп, хлоп - раздались в абсолютной тишине хлопки от Такеши-сана. Хлоп, хлоп, хлоп - подхватил Кабуто, ибо его надежды не просто были оправданы. То, что он увидел на этом экзамене, превзошло все его ожидания. Хлоп, хлоп, хлоп, хлоп - подхватили остальные, и зал буквально взорвался, аплодируя группе медиков, что смогли вытянуть самостоятельно, казалось, уже совершенно безвыходную ситуацию. “Орочимару-сама это будет очень интересно”, - подумал Якуши. А Кори… Кори уже было абсолютно паралельно происходящее вокруг: изможденный организм отправил ее сознание в спасительную тьму. End POV. Пришла в сознание, просканировала окружающую обстановку. Больница. И первая мысль: “Как-то часто я попадаю в данное заведение с истощениями”. Конечно не чета тому же Какаши, тот вообще после каждой второй миссии попадает к нам с целым букетом различных травм, переломов и тому подобным, из чего истощение является еще самым безобидным, но все равно - часто. Внимание зацепилось за мигающее сообщение: Получена специализация “Ирьенин”! Желаете приобрести? (Цена: 1 очко умений) Да/Нет. А я то все думала, когда же смогу наконец получить такую нужную специализацию. Ирьенин (ур.1) Ирьенин - это не целитель, а в первую очередь врач и ученый. Каждый уровень специализации дает: +10% скорость лечения; +5% эффективность лечения; +2% контроль. Особенности: Потенциал чакры IV: +20% эффективности в использовании чакры при тех же затратах; +10% требования к контролю. Хм, есть такое желание сейчас кинуть в эту специализацию сразу девять очков и довести ее до максимального уровня, но пока решила не спешить. Специализацию в случае чего можно развить и своими силами, а вот открытие новых путей развития идет только с использованием очков. А вот кстати потенциал чакры порадовал и озадачил одновременно. Получается, что система все-таки регистрировала изменения в развитии моей кейракукей, ибо я не могла сразу заполучить четвертый уровень способности. Следовательно, он был у меня ранее, да и никаких изменений в своей чакре я не чувствую. Но почему тогда параметр проявился только сейчас? Получается, что у меня могут быть еще несколько вещей, которые скрыты от меня системой? Стоит взять этот вопрос на заметку. Кстати, а того чунина-то мы вообще смогли вытянуть или не смогли? Плевать на ранг, я в тот момент не ради него корячилась, но если все труды пошли насмарку, то обидно. Все-таки мне пришлось использовать прием, который вполне мог тянуть на новую медицинскую технику, при этом раскрывая способность по управлению тенями, хотя… Нет, думаю они скорее всего подумали на Инфуин или некий его аналог. Да и вообще, какая разница? Ну подумаешь, новое дзюцу изобрела, мало ли. Я вообще не ожидала, что мой клон за время своего бездействия сможет на коленке разработать что-то стоящее… Я вообще не ожидала, что он будет что-то разрабатывать! Хотя, просматривая его память, поняла, что сама пришла бы в конце-концов к чему-либо подобному, если бы все мое внимание не было обращено на поддержание жизнедеятельности организма того несчастного. Что, в общем-то, логично. От размышлений отвлекло знакомое присутствие чакры, а через минуту в палату зашел Такеши-сан. - О, ты уже очнулась? Отлично! - Сколько я провалялась без сознания? - тут же хрипло спросила я. К сожалению голос поддавался очень неохотно, а в горле поселилась пустыня. Видя это, Такеши-сан налил из стоящего на соседней тумбочке графина воды в стакан и приподнял мою голову, помогая ощутить прилив божественной жидкости. - Буквально десять минут, тебя тут кстати желали видеть. Однако если хочешь, могу сказать, что ты еще не готова к разговорам. - Кто? - прозвучал уже более уверенно голос. - Хокаге, - ответил Каору-сан и выжидательно уставился на меня. - Думаю для главы деревни у меня хватит сил на разговор, - хотя и очень не хотелось кого-либо видеть в данный момент. Такеши лишь усмехнулся и вышел за дверь. Ждать главу деревни долго не пришлось, уже через пять минут он был пред моими очам… кхм… точнее я предстала пред светлы очи главного убивца на деревне. - Удивила ты нас, Намида, удивила, - с ходу начал Намикадзе. - А-ранг в десять лет с настолько высокими навыками. Да еще и техника собственного производства, тянущая как минимум на В-ранг. Мда, и вот что прикажешь с тобой делать? По-хорошему мне бы следовало уже официально дать тебе ранг чунина и отправить на выполнение заданий, а не ждать, пока ты окончишь Академию. - Без протектора я все еще считаюсь ребенком, Хокаге-сама. И не в вашей власти что-либо изменить в данной ситуации. - Это говорит мне один из перспективнейших оперативников АНБУ, с довольно неплохим списком миссий? - вздернул левую бровь блондин. - По идее это идет в разрез с законами деревни, - мягко напомнила ему я. - По идее, - передразнили меня, - это оформляется как миссия ранга А+ с глубоким внедрением в круг общения охраняемого объекта. Так что “по идее” протектор у тебя уже есть, а учеба в Академии - лишь фикция и прикрытие. - И тут повязали, - “удрученно” произнесла я. - Ты сама на это согласилась, Лиса. - Я знаю, Хокаге-сама. - Знает она. Эх, своим экзаменом ты привлекла слишком много внимания к своей персоне. И твое политическое положение сейчас довольно сильно пошатнулось. Если раньше ты считалась просто специально подготавливаемым бойцом для охраны джинчурики, то сегодня многие увидели твои реальные возможности… и “впечатлились”. Учитывая, что ты девушка и ирьенин… думаю, мне не стоит объяснять дальнейшие последствия. Поэтому будь осторожна. Твое положение действительно очень запутано и шатко. - Это приказ? - уточнила я. - Это совет, - пришел лаконичный ответ. - Хоть ты и гений, но все еще ребенок и не застрахована от ошибок. - Детей не отправляют на миссии, - парировала я. - Я тебя предупредил, Намида, - припечатал Минато, - дальше думай сама. Я лишь надеюсь на твое благоразумие, - и уже повернулся, чтобы уйти. - Хокаге-сама. На какое число намечена операция по ликвидации Данзо-доно? Намикадзе развернулся и вперил в меня тяжелый взгляд. - Откуда? - требовательно спросил он. - Обычная логика, наблюдательность и знание того, куда и на что следует обращать внимание. - Не лезь в это дело, - веско произнес глава деревни. - Это совет? - Это приказ, - вновь припечатал Намикадзе. Я посмотрела на него своим шаринганом и распечатала из фуин с внутренней стороны запястья папку с документами. Каналы в руках нещадно заныли на столь несильное действие. После чего передала бумаги Четвертому. Он с вопросом посмотрел на меня, а потом открыл папку и углубился в чтение. Уже через пару минут его лицо было очень хмурым. - Откуда? - требовательно прозвучал его голос. Хм, мне кажется, или мы повторяемся? - Закрытые архивы Корня. Более важные данные хранятся в кабинете самого Шимуры-доно. Туда я пока еще не пробиралась, но могу это сделать. Правда это будет только разовая акция. Глава Корня быстро заметит пропажу важных бумаг. Минато с тяжелым вздохом начал тереть свою переносицу. - Я запрещаю тебе вмешиваться в ход этого дела и проявлять любую инициативу в данном направлении. Тебе ясно? - Но Хокаге-сама… - Это приказ, Лиса! - Но… - Это приказ! Тебе все ясно?! - в палате резко разлилось сильная Ки. - Да, - пришлось согласиться. - Я понимаю твое желание отомстить, - уже более мягко продолжил Намикадзе, - но здесь слишком многое поставлено на карту. Надеюсь это все, что у тебя есть? - и помахал папкой передо мной. Сволочь. Ну ладно, раз так… Я достала из соседней фуин еще одну папку (чакро каналы привычно заболели), но уже более тонкую. Потом посмотрела на нее, решаясь на следующий шаг, и с глубоким выдохом отдала ее Четвертому, словно отрывая от себя что-то ценное. Хотя так оно, по сути, и было. В этот раз Четвертый уже более серьезно отнесся к информации в папке и сразу приступил к ее изучению. - Я прошу обеспечить Наруко Узумаки защиту и условия, достойные химе клана Узумаки и дочери Хокаге, - произнесла я заветные слова, а лицо моего начальника по мере прочтения все больше и больше каменело и превращалось в изваяние, на котором лишь опасно сузившиеся глаза выдавали гремучий коктейль эмоций. И то я смогла рассмотреть это только при помощи шарингана. Со стороны, скорее всего, выражение лица Четвертого никак не изменилось. - Это точно? - слишком уж спокойно проговорил Намикадзе. - Полные данные по ее проверке находятся в восьмой лаборатории, комод справа от двери, третий ящик снизу. Можете провести свою экспертизу и все перепроверить: оставшиеся анализы там же. - Не волнуйся, мы все проверим, - все также “спокойно” произнес Хокаге. После чего также спокойно и не прощаясь развернулся и обычным шагом покинул мою палату. А я еще долго смотрела на закрывшуюся за ним дверь. Впервые я почувствовала себя неуютно, вдруг вспомнив, какие истории бродили по поводу Желтой Молнии Конохи во время Третьей Войны… Честное слово, лучше увидеть знаменитую ярость Кровавой Хабанеро, нежели такое “спокойствие”. Солнце аккуратно заглянуло через оконное стекло, и я подставила под его лучи свое лицо… “Правильно ли я поступила?” - раздалась в голове непрошеная мысль, но безоблачное небо ответило мне лишь молчанием. Посещение кабинета Хокаге оставило за собой сложные чувства. С одной стороны стало легче, ведь, как оказалось, родители у Лисенка живы, здоровы и вполне готовы вернуть потерянное дитя в семью. А также принести в максимально возможной форме извинения за все тяготы жизни, что довелось ей перенести на своих плечах. С другой… с другой стороны с этим следует повременить до разрешения вопроса с одноглазой мумией, ибо как заявление о найденной дочери Хокаге, считавшейся до этого мертвой, повлияет на дальнейший расклад ситуации не взялся просчитать даже Шикаку Нара, который также присутствовал на данном “собрании” из трех человек. Охранники АНБУ, и те были выгнаны из кабинета на время проведения мозгового штурма. И ведь не столько было страшно за мнение совета кланов и джонинов. Ибо будь Лисенок хоть сто раз “стратегическим оружием деревни”, но Намикадзе тут в своем праве. Да и никто не сможет обучить джинчурики лучше, чем другой джинчурики, особенно если это наследственное. Хоть многие и пытались доказать обратное. Сколько было страшно за безопасность и здоровье самого Лисенка. Ведь как поступит Шимура в случае утери независимости “демона” - неизвестно. В свете разворачивающегося противостояния - как угодно, вплоть до попытки перезапечатывания Лиса. Что, естественно, нас не устраивало категорично. Хокаге, кстати, все-таки запретил мне каким-либо боком влезать в операцию, при этом выведав у меня все, что я знаю. Даже про Цунаде пришлось рассказать и то, что я собиралась через нее как раз и легализовать Наруко в глазах шиноби. Все-таки мало кто будет сомневаться, если экспертизу проведет Сенджу. Намикадзе с Нара посидели, подумали и согласились, что подобный вариант был бы наиболее удобен. Минато же - мужик, знать, что у него есть живая дочь и при этом молчать ради ее же безопасности. Даже Кушина-сан еще не в курсе. А ведь молчать ему придется еще несколько ближайших месяцев. Пусть я и выступала на этом мозговом штурме в основном в роли слушателя, но то, что мне вообще было позволено в нем участвовать, а не ждать за дверью вместе с остальными АНБУ и затем получать приказ от высшего начальства в одностороннем порядке, выглядело как жест доверия. Не знаю, какие именно причины побудили Четвертого на подобное послабление в мою сторону, но приятно. Особенно когда в конце мне не приказали, а ПОПРОСИЛИ пока умалчивать данную информацию “во избежание”, так сказать. Ах да, еще отец Шикамару предложил заскакивать в гости на чай да игру в шоги. Мда, вот и начинают уже кланы подбивать клинья. Хорошо еще, что он только предложил, а не сделал приглашение официально по клановому этикету. Хвала легендарной лени Нара, иначе мне пришлось бы реально сходить в гости к аналитикам, ибо отказ мог быть воспринят как оскорбление. В общем, те еще заморочки. А вот что делать дальше - вопрос интересный. Все-таки то, что я не успела изучить в библиотеке корня, мои клоны уже утащили с базы, благо там оставалось все-ничего: несколько научных трактатов и данных проведенных экспериментов. Всего-то одна пятая библиотеки. Раз мне нельзя больше вмешиваться, то я и не буду. Только нужное мне заберу. Заодно провела диверсию: сожгла все, оставшееся в библиотеке. Ибо нечего таким знаниям попадать не в те руки. Тех доказательств, что я отдала Четвертому, хватит, а остальное… остальное пусть останется только в моей голове. Ибо умный и не слишком честный человек мог ой как нехорошо воспользоваться этими знаниями… Ой, да ладно, кого я обманываю? Меня просто жаба душит кому-либо передавать подобное сокровище. Я слишком эгоистична. Хотя и слова про умного и не слишком честного человека отнюдь не оправдание, а реально существующая опасность. Все-таки если посмотреть всю историю экспериментов змеиного санина, то можно увидеть, что все они являются кусочками чего-то большего. Словно деталями к какой-то ему одной ведомой цели, однако данных недостаточно. В библиотеке были отнюдь не все данные его экспериментов, то ли какие-то из них были уничтожены, либо вообще не записывались, либо есть еще несколько баз и лабораторий, на которых производилось все остальное. Единственное, что я могу сказать с уверенностью: Орочимару для чего-то проводил (а скорее всего и проводит) эксперименты с геномами и мутациями пытаясь прийти к неизвестному мне результату, и то, что он интересуется бессмертием, в крайнем случае - долгожительством. И если первое я понимаю и даже одобряю (сами исследования, а не методы их проведения), то вот со вторым не все понятно. Зачем ему бессмертие? Чтобы жить вечно? Глупо. Он не такой человек, насколько я успела понять из его трактатов, который стал бы тратить свое время и силы для достижения само по себе ничего не значащей цели. Бессмертие как цель в конечном итоге ни к чему хорошему не приведет. Значит оно лишь ступенька к чему-то другому. К чему? Не знаю. Но интересно… POV. Где-то. Коридор был укутан кромешными тенями, разгоняемыми нечастыми светильниками, развешанными равномерно с двух сторон. В этом месте не было никакого движения, даже сам воздух, казалось, застыл в неуверенности, не зная, как ему выбраться из этих голых стен. Тут издалека стали слышаться чьи-то шаги, а еще через несколько секунд в неверном свете появились две фигуры. В одной из них было несложно узнать молодого человека лет пятнадцати на вид. Его серебряные волосы, заделанные сзади в хвост, и большие круглые очки делали внешность довольно примечательной. Ибо глаз человека, смотря на него, всегда бы соскальзывал на эти два аспекта, абсолютно не задерживаясь и не запоминая других деталей и самого лица. Вторая же фигура по колоритности превосходила даже первую. Плавные, завораживающие черты в каждом жесте и движении, мягкие стелющиеся шаги, которые практически не были слышны даже в помещении с такой прекрасной акустикой. Белая кожа, причем именно белая, а не бледная. Это не выглядело болезнью или чем-то отталкивающим. И глаза, желтые змеиные глаза, что смотрели на мир с интересом опытного хирурга. Пожалуй его взгляд был самым необычным и пугающим атрибутом. - Вот как значит? - произнес второй. - Да, Орочимару-сама, - тут же откликнулся парень. - Как интересно, - сказал змей и облизнулся. - Ку-ку-ку, я хотел бы познакомиться с этой малышкой. - Но Данзо запретил вам появляться в Конохе. - Ку-ку, у Данзо сейчас совершенно иные проблемы. Этот старик уже отжил свое. Слишком многим он перешел дорогу, и кланы потеряли терпение. Так что с этой стороны проблем не предвидится, если мы не будем наглеть. - Хотите завербовать ее? - Посмотрим, Кабуто, посмотрим… End POV. Я с интересом вчитывалась в маячащие передо мной строчки системного сообщения. Внимание! Обнаружена возможность установления духовной связи. Установить? Да/Нет. Мое внимание переключилось с сообщения на лежащее передо мной небольшое яйцо. Ну как небольшое, сантиметров двадцать в высоту и пятнадцать в обхвате примерно. Нашлось это чудо в одном из свитков, утащенном моими клонами с базы Корня. Согласно их памяти, кстати, не хилая буча поднялась на базе после устроенного ими пожара. Так вот, не знаю чем именно, но это свиток привлек мое внимание среди ему подобных. Вроде бы обычная бумага, обычные держатели. Ни пометок, ни каких-либо указателей. Самый обычный свиток. Я бы даже назвала его безымянным. А внутри него обнаружилась обычная печать консервации, подав чакру в которую я и обнаружила заветное яичко. Нормальное такое яичко… окаменевшее. Я уже было хотела обратно запечатать его и отложить в категорию “не срочного”, как меня остановило какое-то зудящее чувство на переферии сознания. Тогда мое внимание уже более детально сосредоточилось на нежданном объекте. Только через пару минут до меня наконец дошло, что же именно напрягло интуицию: я не могла “увидеть” яйцо. Сенсорика легко воспринимала его форму и грани, но не могла пробраться внутрь. Словно что-то не давало это сделать. Мое нутро исследователя не могло подобного пропустить. Спустя пять минут различных механических воздействий, а также просмотра его во всех спектрах восприятия, включая шаринган, я наконец прибегла к методу на основе чакры. Он довольно банален: просто-напросто пропитать объект полностью своей чакрой. И именно во время попытки подобное провернуть и выпало подобное сообщение. На чем я, собственно и застыла, не зная что делать дальше, ибо система в очередной раз не давала никаких пояснений, а ставила перед фактом. Итогом недолгих размышлений стало решение повременить с неизвестным и сначала получить побольше данных. Словно вторя моим словам клон, дежуривший у входа в квартиру развеялся, сообщив, что в дверь постучали. Я быстро собрала несколько свитков библиотеки вместе с яйцом и запечатала их в большой свиток со специальным фуин-паролем (даже страшно вспоминать, сколько я отдала денег за этот уникальный предмет одному старому мастеру Узумаки). Который в свою очередь отправился под доски пола, в специальную нишу, закрытую на хитрый затвор, не имеющий никакой чакры. Чистая механика. После чего был развеян теневой купол: тонкий слой тени в форме сферы, созданный на голой воле и не позволяющий ничего за ним увидеть, услышать или почувствовать. Тут по комнате вновь разошелся стук от входной двери, и я отправилась ее открывать, мысленно вопрошая, что моей гостье могло понадобиться. Щелк - отзвучал замок. Дверь отворилась. А на меня уставился угрюмый взгляд Лисенка. - Я вызываю тебя на спарринг, - хмуро бросила Наруко. - Сегодня в восемь вечера на полигоне Академии, - после чего развернулась и утопала в свою квартиру, при этом негромко хлопнув дверью. Я осталась стоять, в недоумении смотря на только что закрывшуюся дверь. POV. Хината Хьюга. Хината сильно удивилась, когда ее после обеда навестила Наруко и попросила выступить судьей для спарринга. Еще больше она удивилась, когда узнала, что ее противником будет Намида-семпай. И стоило бы порадоваться. Ведь это может быть один из шагов к их примирению, которое так она желал. Да только вот слишком у Наруко был мрачный вид. Химе тяжело вздохнула и посмотрела на напряженную спину идущей впереди подруги. До полигонов Академии оставалось всего-ничего. С чего все началось Хината сказать не могла, однако вот уже почти пять месяцев как между Узумаки и Кори пролегла пропасть отчуждения. Причины этого были неизвестны, да и вообще Хьюга не ожидала, что две сироты, что с раннего детства были вместе, могут так серьезно поссорится. Причем если Семпай как всегда выглядела холодно и отчужденно, из-за чего нельзя было сказать что-либо по ее отношению к данной ситуации, то подруга каждый раз при присутствии рядом Намиды замыкалась, становясь очень неразговорчивой и местами даже колючей. А любые попытки Хинаты узнать подробности оборачивались… ничем не оборачивались: Наруко либо переводила тему, либо отнекивалась, не желая что-либо объяснять. Девочка еще раз тяжело вздохнула, они подходили к Академии. Солнце уже заходило за горизонт, освещая яркой дорожкой света третий полигон учебного заведения будущих шиноби. На краю полигона уже сидела Семпай в позе медитации и совершенно не обращала внимания на окружающее. Хотя Хьюга была уверенна, что она давно заметила их присутствие, просто не подает виду. Наруко, увидев своего противника, вся встрепенулась и стала, кажется, еще мрачнее. При этом во взгляде проглядывалась непонятная решимость. Вот подруга вышла на середину полигона и выжидательно уставилась на Кори. Та не заставила себя долго ждать и проделала тоже самое. Хината встала посередине, но чуть поодаль. - Никаких ограничений, можно использовать все, даже боевое снаряжение, - поставила условие Наруко. А Хината в шоке посмотрела на подругу. Боевой спарринг?! Немыслимо! - Наруко… - собралась одернуть ее Химе. Все-таки они еще не настолько опытны и умелы, чтобы проводить подобные спарринги. - Хорошо, - перебила ее Семпай. Теперь шокированный взгляд достался ей. Однако если обе стороны согласны на подобные условия, то она не может им противоречить. Поэтому Хинате осталось только сжать кулаки и дать отмашку на начало спарринга, после чего отскочить ближе к краю полигона, дабы не попасть под раздачу, коли такая будет. Наруко сразу отпрыгнула на несколько шагов и кинула в своего противника горсть сюрикенов. Да, у Наруко всегда было не очень с метанием различного железа, но она взяла количеством выпущенных снарядов. Однако это не помогло, из десяти запущенных в цель попали только три, два из которых были отбиты кунаем, а третий перехвачен свободной рукой и отправлен в обратном направлении, при этом оцарапав немного щеку подруги, из которой потекло несколько капель крови. Не сильно, но обидно. Да, Семпай никогда их не жалела. Во время спаррингов что Хината, что Наруко часто получали порезы, ушибы, отбитые конечности и даже была парочка слабых переломов. Как она говорила: “Боль - лучший учитель”. Однако все их болячки Намида все таки залечивала в конце очередного избиения. Поэтому Хьюга часто возвращалась домой в большей степени уставшей, нежели побитой. Узумаки дотронулась рукой до порезанной щеки и хмуро посмотрела на спокойно стоящую Кори. После чего распечатала еще несколько сюрикенов из печатей на руках. “Печати?” - удивилась Хината, ведь им еще не преподавали работу с фуин-печатями в Академии, однако ее подруга уже, по всей видимости, довольно умело применяла их в бою, ибо в Семпая полетел просто шквал железа. Не успевали одни снаряда распечататься, как тут же отправлялись в сторону противника. И пусть в лучшем случае в цель летело пять из десяти, но их было довольно много. Но и этого было недостаточно. Все железо отбивалось без какого-либо видимого напряга. Тогда, нахмурившись еще больше, Наруко достала кунай со взрыв тегом, и отправила в Кори… Хината ужаснулась, однако напрасно. Ибо рука с опасным содержимым была перехвачена на половине замаха. Причем момент, когда Намида оказалась на расстоянии удара не заметила ни она, ни ее подруга. В итоге: тенкецу в кисти выбит, а кунай с взрыв-тегом перекочевал в другие руки. - Это опасно, - спокойно произнесла Семпай и сделала подножку, заставив свое противника упасть на лопатки. После чего демонстративно оторвала взрыв-тег от куная и порвала его пополам. Наруко вскочила и с тихим рычанием бросилась на оппонента в рукопашную, пытаясь достать его своими неуклюжими ударами. К сожалению обо всех вбитых когда-то приемах подруга напрочь забыла, действуя только на рефлексах, а все остальное пытаясь компенсировать своей яростью и напором. Что, в общем-то, ей не сильно помогало. В противостоянии эмоций и навыков побеждали именно последние. Хината довольно хорошо знала, насколько могут быть опасны для шиноби несдержанность и беспокойный разум. Однако здесь все выглядело немного по другому. Было видно, что Наруко не потеряла голову, а просто пыталась подобным образом словно выместить что-то внутреннее, давно наболевшее. И видя, что это ей совершенно не удается, она только сильнее бесилась и делала больше ошибок, пока наконец не была поймана на очередной обманке и не прибита к земле болезненным ударом. Семпай никогда их не жалела на спаррингах. - Долго ты еще будешь дуться? - спокойно произнесла Кори. - Может хватит этих разводить эти детские обиды? - Обиды?! Ты вечно в каких-то своих делах, пропадаешь порой на целые недели! Или ты думаешь я не заметила, что Академию уже давно посещают твои клоны?! - взъярилась Наруко. “Клоны? О чем она?” - удивилась Хината, непонимающе посмотрев на Семпая. - Ты не бываешь дома, - продолжала тем временем подруга, - ты постоянно попадаешь в больницу, с тобой постоянно что-то случается! И ты ничего мне не рассказываешь! Почему?! - Кори наклонила голову на бок, будто рассматривая что-то новое и интересное. - Ответь! - Тебе… не стоит этого знать, - таким же спокойным голосом произнесла Намида с небольшой паузой между словами. - Не стоит… - тихо повторила Наруко, а Хината напряглась, сама не понимая почему, было что-то в последних словах чуждое и непонятное. А в следующий момент от фигуры подруги разлетелась ужасающая волна чакры. Хьюга тут же активировала Бьякуган и ужаснулась. От центра ее живота по каналам расходилась жуткая красная чакра, которая заставила Химе сглотнуть вязкую слюну. Слишком в этой чакре было много ярости и гнева… нечеловеческих ярости и гнева. Фигура подруги покрылась бледно красным покровом, а в следующее мгновение Семпай, о которой честно забыла Химе, подскочила к Наруко. При этом на кончиках пальцев ее правой руки горели несколько темно-синих символов. Вот она подобралась вплотную к ней, и ее рука опустилась на то место, откуда исходила эта страшная энергия. - Печать пяти элементов, - произнесла она и коснулась живота подруги. После чего поток ярости и гнева прервался, а непонятный покров стал растворяться в окружающем пространстве. Наруко упала на колени, словно пытаясь вздохнуть и держась за живот. - Ненавижу, - произнесла хрипло она. - Ты все знала с самого начала. О Кьюби, о том, что я джинчурики, - по щекам подруги покатилась тоненькая струйка слез. Семпай потянулась было рукой к ней, и Хината заметила, что вся ее правая кисть была обожжена, словно ее засунули в огонь. Однако Наруко была другого мнения. - Убирайся! - протянутая рука была отбита в сторону. - Не хочу тебя видеть! Ненавижу… Намида застыла соляным столбом, не шевелясь. Так она простояла несколько секунд, после чего поднялась, причем как-то механически, словно на автомате, почти не изменившись в лице. Только губы были сжаты в чуть более тонкую полоску. - Пусть будет так, - упали в мертвенной тишине ее слова, и Семпай исчезла, распавшись лоскутами тлеющей тени. На ее месте тут же появились из ниоткуда парочка АНБУ. Один из них подошел к роняющей слезы подруге и, коснувшись ее головы, перенесся куда-то шуншином. Второй исчез вскоре за первым. А Хината почему-то почувствовала себя в произошедшем чужой и совершенно лишней. End POV. Глава 14. И вновь монумент памяти, снова я всматриваюсь в имена погибших, пытаясь что-то увидеть среди наизусть выученных строчек иероглифов… Кинджи Хомото, Хьюга Саки, Нохара Рин… Что же я ищу? Что пытаюсь найти среди этих имен? Чего ожидаю? Может, что они даруют мне спокойствие в душе? Так я спокойна, настолько спокойна, что даже давний мертвец будет выглядеть на порядок живее и эмоциональнее. Ответы на вопросы? Их точно не стоит искать среди призраков прошлого, они ничего не поведают, да и не смогут. Душевное тепло? Уж это точно не сможет даровать хладный камень, с запечатленными на нем давно умершими людьми… Зрачок в беспорядке метался от столбца к столбцу, от иероглифа к иероглифу… Учиха Обито, Аки Терецу, Седзи Момо… Тяжелый вздох, небольшое облачко пара срывается с моих губ, и взгляд единственного видящего глаза устремляется к низко плывущим облакам, сквозь которые изредка проглядывают далекие светила. Сегодняшняя ночь выдалась на удивление прохладной. Мысли текли медленно и вяло, нехотя прокручиваясь в порядком забитой голове. Где же я ошиблась? Почему так все произошло? И самый главный вопрос: что теперь делать? По сути, осталось разобраться с одним древним ископаемым, что вполне может посягнуть на жизнь Лисенка, да убедиться, что ее действительно примут в семью, и можно быть свободной на все четыре стороны. Как я и говорила несколько лет назад Хокаге: меня тут держит только один-единственный человек. И за это время практически ничего не изменилось. Злюсь ли я за это… происшествие на Наруко? Как ни странно - сама не знаю. В этом есть не мало и моей вины. Все это время я сбегала от Лисенка, забываясь в работе, учебе, тренировках и библиотеке Корня. Лишь сейчас, посидев и подумав, я поняла, что смерть Шисуи и побег Итачи слишком сильно по мне ударили. Не только Наруко игнорировала меня, дуясь по ей одной понятной причине, но и я боялась к ней приближаться, непонятно чего опасаясь. Может не желая таким образом втягивать ее в то дерьмо, в которое сама вляпалась, может еще из-за чего. Однако желания докапываться до истины нет совершенно. Просто… Просто так получилось… - Кабуто-сан, долго вы еще будете следить за мной? - спокойно произнесла я, не меняя своей позы и все также вчитываясь в надписи на монументе. - И все-то ты замечаешь, Намида, - покачал головой товарищ по профессии, спрыгивая с ветки дерева на краю поляны, однако не пытаясь подойти поближе. - Вы что-то хотели, Кабуто-сан? - при этом я начала усиленно гонять чакру по организму, напрягая свое восприятие. Что-то было на краю сознания и сенсорики, что меня напрягало, однако найти причину раздражения я не могла. - Да так, мимо прохаживал, да учуял знакомую чакру, - с ухмылкой произнес парень. Угу, почуял он. В четыре часа ночи, учитывая, что я специально частично покрыла свое тело тенью, чтобы не отсвечивать выпускаемой чакрой для обычных сенсоров. Он ну никак не мог “случайно” меня учуять. Да и узнала я кое-что новое насчет этого неприметного шиноби, что так прекрасно притворяется хорошим ирьенином и бездарным боевиком. - Хм, - я повернулась вполоборота к нему, предварительно закрыв свои глаза. - Пришли по указке сверху? - невинный вопрос и дернувшийся глаз у очкарика. - И когда ты это поняла? - не стал пытаться играть в игру “обмани меня” Якуши. - Давно, - не стала вдаваться в подробности. Ну правда, не признаваться же, что это мне посчастливилось набедокурить в библиотеке Корня. А там были не только секреты кланов и научная документация, но так же и архив отчетов. В котором я мельком видела парочку бумажек за авторством одного “юного дарования”. Смешно звучит, если сравнивать наш биологический возраст. Все-таки я его на пять лет младше. Повисла тягучая пауза. Кабуто цепким взглядом рассматривал мое лицо, пытаясь увидеть что-то, я же пыталась определить источник раздражения. Но так и не придя к чему-либо конкретному решила пойти напропалую. - Выходите уже, кто бы вы ни были. Не очень приятно ощущать на себе взгляд вивисектора, не видя при этом самого палача. - Ку-ку-ку-ку, - раздался отовсюду странный смех. - Какая интересная малышка. Тут буквально из ствола дерева (Мокутон?), рядом с которым стоял Якуши, вылез… некто. Не знаю как еще назвать это существо. По крайней мере человеком я его точно уже не стала бы называть. Хотя шиноби сами по себе довольно сильно отличаются от обычных людей, да и вообще чакропользователи в целом, при этом я говорю не только про наличие чакры как таковой, но и про само строение организма, органы, ткани и внешний вид, но конкретно этот представитель категории “человек улучшенный” превзошел всех, кого я видела ранее. Дело в том, что его тело было просто испещрено дополнительными чакроканалами явно искусственного происхождения, некоторые органы были с дополнительными наростами, о предназначении которых я даже не подозревала, сердце вообще имело дублирующую систему кровеносных сосудов и было заключено в некий аналог перикарда, плюс отсутствующая диафрагма позволяла, как я поняла, перемещаться сердцу в определенных пределах внутри тела. Желудок представляет собой длинный “мешок” и переходил в довольно короткий кишечник, словно… словно у змеи… Вот тут-то мозаика и стала потихоньку складываться в понятную картину мира. Вылезший уже полностью из дерева (похоже все-таки Мокутон или его аналог) шиноби посмотрел на меня своим “жутким” взглядом, потом медленно облизнулся, увеличив свой язык на пару… тройку… десятков сантиметров. После чего так же медленно достал откуда-то из-за спины кунай и метнул его в мою сторону. Просто метнул, даже без усиления чакрой, даже не пытаясь сам бросок сделать более незаметным или быстрым. Не понимая смысла в данном действии, я банально перехватила железо двумя пальцами на подлете, чем явно заставила удивиться Кабуто и еще более заулыбаться маньячно растянутыми губами второго. Хм. И чего тут такого? Прислушалась к себе… А, ну да, очередной пафос, очередное давление Ки. Видимо они решили, что я должна быть пришибленна таким “ужасом”. Вот только это забыли сказать моему организму, который чхать хотел на давящие ауры кого бы то ни было. - Не думала, что так скоро удостоюсь возможности познакомиться с еще одним из тройки легендарных саннинов, - повертев и спрятав кунай в печати на кисти (не пропадать же добру), произнесла я. - Ку-ку-ку, ты знаешь меня? - наклонил голову на бок Орочимару. - Трудно не догадаться, - спокойно пожимаю плечами, хотя внутри все чувства и нервы были взвинчены по максимуму. Змеиный саннин - не тот противник, которого я смогла хотя бы оцарапать. Задавит и не заметит. Так что в случае чего мне требуется только попытаться избежать первой атаки и скользнуть в тень, а там уже ищи свищи ветер в поле. - Интересненько, - и вновь облизывается. Как ни странно, но подобное действие не вызывало во мне никаких чувств. Разве что легкий интерес по поводу того, как настолько длинный язык умещался внутри. Все-таки ирьенины - народ не из брезгливых. Когда приходится клепать больных на поле боя, вокруг тебя измочаленные трупы, а твой товарищ безуспешно пытается впихнуть свои внутренности из распоротого живота - тут уж не до брезгливости. Выжить бы, да людей вытащить за собой. Слава богу, что подобное было у меня всего-лишь один раз в жизни, да и то мы тогда с Шисуи уже подоспели к самой развязке, где оставалось только спасти тех, кого еще можно было спасти, и унести тела тех, кого спасти было уже нельзя. - Чем же моя скромная персона могла привлечь внимание столь знаменитой личности, Орочимару-сан? - Решил лично познакомиться с очередным юным гением, о котором уже столько наслышан. Все-таки не каждый день рождается настолько одаренное дитя, - с улыбочкой маньяка произнес он. Интересно, он это по собственной инициативе или тоже по указке сверху? Хм. - Что же, давайте познакомимся… POV. Минато Намикадзе. Минато хмуро рассматривал сидящую перед собой особу. Назвать по другому эту куноичи у него просто не поворачивался язык. Вот как? Как она в который уже раз умудряется влипнуть в очередное происшествие? В который уже раз это происшествие выходит за рамки нормальной логики. И в который уже раз его голова плавится от попытки продумать дальнейшие последствия. - Поправь меня, если я ошибаюсь. Ты просишь разрешения отправить тебя на трехгодичное обучение к одному из легендарных санинов, кроме всего прочего еще и являющегося нукенином S-ранга, за голову которого назначена награда в сорок миллионов рё? В ответ лишь спокойный кивок головы. Намикадзе почему-то очень сильно сейчас захотелось переложить одного человека (не будем указывать пальцем кого именно) через колено и хорошенько отдубасить по мягкому месту. Провести, так сказать, воспитательный процесс в полном и наиболее доступном варианте. Благо опыт данного метода уже имелся. И лишь понимание того, что, не смотря на юный возраст, перед ним сидит отнюдь не ребенок, а убийца с кое-каким стажем, останавливал его от подобного поступка. Хотя в последнем он уже не был так уверен. Все-таки ни один разумный взрослый не будет с таким упорством лезть в глотку к шинигами. “Может отдать ее Яманака? Пусть проверит мозги. Все-таки происшествие с Учихами, кажется, слишком сильно на ней отразилось”, - другого объяснения Четвертый просто не видел. - Ты сама хоть понимаешь абсурдность данной просьбы? Это равносильно изгнанию тебя из Конохи. Тебя не то что к джинчурики, даже в саму деревню не пустят, - хоть Минато и говорил довольно спокойно, но возникало ощущение, что его голос звенел, а взгляд пытался прожечь дырку в подчиненной. - Не вижу ничего абсурдного, - безапелляционно заявила Кори. А Намикадзе уже готов был биться головой об стенку. Полчаса, ПОЛЧАСА они ведут этот бессмысленный диалог, в котором одна из сторон с твердой уверенностью пытается доказать ошибочность выбранного пути, а вторая с детской непосредственностью не хочет этого понимать. И ведь просто так не прикажешь… - Хочешь окончательно разрушить свое и так шаткое положение? - Оно меня не сильно волнует. Если так радеете за меня, то просто обозначьте это как миссию по шпионажу. - И получу тогда в Конохе вторую Анко Митараши. Ты хоть представляешь как ей тяжело стало жить, после предательства своего учителя? - Как я говорила, меня не сильно волнует отношение окружающих, - абсолютно безэмоционально произнесла эта… эта… В общем - эта. Как же порой его раздражало то неизменное выражение лица Кори, с которым она практически не расставалась. Кто-то бы сказал, что этому наоборот надо радоваться, идеальный исполнитель ведь! Однако Минато только устало вздыхал, пока никто не видит. Да, он был правителем селения профессиональных шиноби, где умение убивать было привычным и отработанным ремеслом, а в некоторых случаях даже приравнивалось к искусству. Но, не смотря на довольно приличный опыт подковерзных игр, ведения диверсионных войн и вообще умения отправлять на смерть людей, он все еще не растерял юношеских взглядов и веры в лучшее. Минато действительно верил в Волю Огня, и пытался следовать заветам Первого. Немного глупое стремление для главы Деревни, но именно они и помогли ему выбиться в элиту шиноби, а затем и стать Хокаге. Это его путь ниндзя. Именно поэтому ему было трудно разговаривать с этой девчонкой, которая, в том числе и по его вине, сейчас, вместо того, чтобы заниматься всякой фигней, гулять с подружками да гоняться за парнями, идет на непонятный и безрассудный риск. “Хотя риск-то понятный - сила и знания, она вновь гонится за силой и знаниями” - подумал Четвертый. Аналитики АНБУ давно уже просчитали Намиду. Характер, увлечения, привязанности. Все-таки приглашать в столь серьезную контору настолько молодую куноичи и при этом не приглядывать за ней и не следить за ее состоянием - верх идиотизма. Им нужен адекватный и деятельный шиноби, а не съехавшая с катушек девчонка. Так вот. Просчитать-то ее просчитали, да только выводы, с которыми потом ознакомился Минато, ни сильно порадовали: ее совершенно не волновали окружающие. Нет, она с ними общалась, но это общение сводилось лишь к обмену информацией, не более. Только трое человек были допущены в “ближний круг”. Один из которых мертв, второй сбежал из деревни, а третья отвергла. А ведь Намикадзе прекрасно помнил слова, которые были произнесены в этом самом кабинете несколько лет назад… Еще одна черта его подчиненной - стремление к саморазвитию. Знания и сила. Кори все свое время тратит на тренировки и учебу, почти без отдыха. Подобное стремление даже можно было назвать зависимостью или одержимостью. Вот только раньше оно было направлено на оберегание и защиту ее подопечной. Сейчас же, когда предохранитель в виде Наруко отпал, Минато опасался возможных последствий. И последствия не заставили себя ждать: Уже через двое суток, после инцидента с вылезшей раньше времени (хотя Узумаки утверждали, что печать выдержит не меньше пятнадцати лет) чакрой девятихвостого, Лиса пришла к нему с просьбой об обучении у змеиного санина. Как?! Как вообще она умудрилась на него наткнуться?! Это, пожалуй, был один из самых неожиданных и опасных поворотов. Ведь эти двое, если присмотреться, имели довольно много общего. Еще более заставляло понервничать появление Орочимару в Конохе. Где это видано, чтобы нукенин S-класса спокойно разгуливал в центре селения?! Похоже его АНБУ проштрафились по полной: не заметить присутствие подобного человека. Да и сама выгода Белого Змея от появления ученицы непонятна. Не стал бы он лезть сюда ради одного ребенка, пусть этот ребенок и гений. Должно быть что-то еще… - Пока можешь быть свободна, - наконец выдал Четвертый после мозгового штурма, - решение получишь завтра. Намида спокойно поднялась, сделав глубокий поклон - знак уважения, и вышла из кабинета. А Минато откинулся на спинку кресла и устало потер переносицу. “Нару… кхм, дочь, ты даже не представляешь, какую свинью подложила своей подруге”, - мысленно обратился он к своему вновь приобретенному ребенку. Ведь если он запретит ей уйти, то велика вероятность, что Коноха получит еще одного нукенина, причем как бы не пострашнее самого Змея через пять-шесть лет. Если разрешит - то слишком все неопределенно и непредсказуемо, да и цели самого Орочимару неясны. А об устранении даже не стоит и думать - он не Данзо, чтобы решать дела столь радикальным способом. Тем более поводов к такому выходу из ситуации Кори пока еще не давала. Вот и получается патовая ситуация: отпустит - плохо, не отпустит - еще хуже. А чем задержать Кори в деревне глава деревни не представлял. Ибо ничего нового ей он дать не может. Подтянуть старые навыки - да, а вот остальное… Минато вновь устало потер переносицу. Учихи, Данзо, Орочимару… как же жаль, что Каге одной из великих деревень не может позволить себе отпуск. End POV. После общения с Четвертым я отправилась к лицам Каге, если быть точнее, то мной давно было облюбовано местечко на голове Тобирамы Сенджу. Все-таки кумир как-никак. Да и вид на селение оттуда открывается просто чудесный. Притом людей там практически не бывает. Не знаю почему, то ли из-за того, что рядом база АНБУ, то ли из-за того, что кроме убежищ ничего примечательного не найдешь, но как бы то ни было, а встретить кого-то на монументах правителей деревни было довольно сложно. Мне же требовалось кое-что обдумать и сделать. Слежки за собой я не боялась. Незаметно за мной подглядывать не смогут, хоть и есть некоторые способы обмануть даже мою сенсорику (Орочимару тому очень явный пример), но уж пристальное внимание я ощутить всяко сумею… избежать, впрочем, тоже. Итак, вопрос номер один: что делать с Наруко? Просто так оставлять ее на попечение АНБУ, пусть это АНБУ и усилилось в три раза решением Хокаге, я не могу. Да, Четвертый - ее отец и не позволит что-либо случиться с дочуркой. Но и особых мер принимать в данном отношении не будет до устранения Данзо и Корня. Усиление охраны не в счет: это вполне логичный поступок, учитывая будущую переделку власти. В данной обстановке “стратегическое оружие деревни” не должно пострадать. Все-таки Намикадзе, помимо того, что он - родитель, еще и глава селения, что, опять же, накладывает определенные ограничения. А мне требуется кровно заинтересованный в безопасности Наруко в мое отсутствие человек. И такой на примете имеется. Даже план по его введению в ситуацию давно обдуман. Только делать это надо уже после того, как мне дадут разрешение покинуть Коноху… Или не дадут, но это был бы не очень хороший вариант. Ибо тогда все довольно резко усложнится. Надеюсь Хокаге это тоже понимает. Да и предложение учиться у такого человека, как Орочимару, дорого стоит. Пусть он и является нукенином. И нет, этому змею я не верю ни на грош. Все-таки он слишком практичен и зациклен на своих собственных целях и нуждах. Он и ученичество-то предложил не по доброте душевной, а потому, что я ему полезна. И пока буду оставаться полезной - буду оставаться цела. Так что первой задачей при уходе из Конохи будет доказать Орочимару, что со мной гораздо приятнее и полезнее иметь дело в виде ученицы и помощницы, нежели подопытного кролика. Пусть он и увлекающаяся, судя по ходу проводимых им опытов, натура, но логики и здравого смысла при этом не лишен. Короче, это все дела хоть и ближайшего, но все-таки будущего. Пока стоит дождаться ответа от начальства, а там посмотрим. Сейчас же лучше от всего отречься хоть на пару часов. Кто-то скажет, что это странно. Все-таки я должна грызться из-за слов Наруко и накручивать себя сверх меры, но… Хм, даже не знаю. За последние два дня я обдумала много всякого и, наверное, просто-напросто уже перегорела. Со временем этот эффект конечно же ослабнет, если вообще не сойдет на нет, но сейчас мне он даже полезен. Ибо не позволяет скатиться в бесполезную и бессмысленную депрессию. Как-то так. Ну а пока… пока стоит завершить незавершенные дела. POV. Кушина Узумаки. Кушина неспешно шла вдоль главной улицы Конохи, рассматривая пестрые лавочки торговцев и собирающийся вокруг них люд. Где-то встречались знакомые лица, и тогда она дружелюбно здоровалась с ними. Где-то узнавали ее и приветливо улыбались, получая такую же улыбку в ответ. Все-таки жена Йондайме Хокаге - видная и довольно известная личность. Не узнать которую в лицо могли разве что заезжие купцы из других стран, да и то не все. Но скорлупа внешнего благополучия была лишь маской, иллюзией, под которой скрывалось нетерпение, напряжение и даже некоторая доля неуверенности. Что, наверное, изрядно бы удивило любого, кто был хорошо знаком с этой женщиной. Она и неуверенность - это настолько же несовместимые вещи, как день и ночь. Должно было произойти что-то поистине невероятное, чтобы выбить из колеи знаменитую Кровавую Хабанеро. И такое действительно произошло. Сначала вчера поздно с работы вернулся Минато. Это было хоть и не частое, но и не такое уж редкое явление. Все-таки глава деревни. Однако настроение у него было слишком уж напряженное. Весь вечер он ходил немногословным и мрачнее тучи. А на любые расспросы только отнекивался. Будь Кушина помоложе лет на пять, точно бы закатила мужу жуткую истерику и заставила силой поделится всеми его проблемами. А после настучала бы по голове, чтоб не вздумал от своей жены больше скрывать подобное! Они же все-таки семья, а в семье все решается сообща, тебане! Именно такие заветы передала ей Мито-ба-сан. Однако с возрастом приходит не только опыт, но также мудрость и понимание. Кушина понимала, что ее муж и так довольно сильно выматывается на работе, чтобы еще и дома вместо отдыха получать нервотрепку. Нет, конечно подобное стоит время от времени устраивать! В профилактических целях, так сказать. Но вчера был точно не тот случай. Поэтому она, как хорошая жена, весь вечер просто была рядом, даря тепло и моральную поддержку. Тем более, будь там что-то действительно серьезное, что могло касаться безопасности их семьи, Минато бы сообщил. А раз не говорит, то либо ей этого знать не стоит, либо пока еще рано. И Кушина доверяла своему мужу, ибо в семье без доверия никуда. На следующий же день, когда Минато на пару с Фугаку с утра пораньше ускакали в Администрацию, а Наруто с Ами отправились в Академию, Узумаки обнаружила в большой комнате в центре стола записку. И вроде бы обычная записка, да вот только она отлично помнила, что ее до этого там не было. Сначала она было подумала на детей. Мол, забыли. Однако отчетливо видимое ее имя на конверте заставило зазвенеть какой-то звоночек внутри души. Словно ожидание чего-то серьезного. К сожалению, она не обратила на этот звоночек сначала должного внимания. А зря... И вот теперь красноволосая женщина шла на встречу к некто, кто мог пролить свет на детали прошлого. Казалось бы, обычные слова: “Десять лет назад. Кьюби. Ребенок. Бомба Биджу… 12.00. Северный сквер, около старого дуба. Не опоздай.” Кто-то бы посчитал это розыгрышем или глупостью, но только не Кушина. Ибо именно эти несколько столбцов иероглифов заставили вновь напомнить о себе старые раны, а звоночки внутри души не просто зазвенеть, а разверзнуться противной, бьющей по мозгам трелью. Особенно последнее “Не опоздай”. Мог бы подумать составитель этого послания, что именно это “Не опоздай” было для Узумаки как хлесткая пощечина и насмешка из прошлого. Ибо десять лет назад она уже опоздала. Опоздала, когда ее демона вытаскивали из печати, опоздала, когда увидела формирующуюся биджудаму и поняла, куда именно была направленна эта страшная техника, так, что волосы на затылке встали дыбом. Не успела, не была достаточно быстрой, за что и расплатилась жизнью ее первого дитя. Ведь она могла успеть, совсем чуть-чуть, чтобы сформировать цепи чакры и оградить барьером разъяренного демона. Пусть химе была сильно ослаблена, пусть у нее было мало сил, но их бы хватило. Хотя бы на один раз. Пусть ценой жизни, но она должна была успеть… И сейчас… Нет, сейчас она не может опоздать. Выйдя к северному скверу, который по сути являлся неким аналогом парковой зоны, в котором любили отдыхать молодые люди, а также гулять родители с детьми, Кушина стала рассматривать окружающих, неспешно шагая в сторону старого дуба. Она прекрасно знала это дерево, ведь считалось, что именно с него Хаширама Сенджу и начал строительство Конохи. Однако женщина знала, что это не так. Просто совпало, что именно данное дерево оказалось центром деревни, равноудаленном от стен селения. И это смог заметить какой-то энтузиаст с развитым воображением. Ведь обычные люди так любят придумывать различные байки и истории. Шиноби на подобное смотрят с легкой иронией. Все-таки подобные присказки вполне безобидны, пусть и не являются в большинстве своем правдой. Уже подходя к этому не очень высокому, относительно других деревьев, но более старому раскидистому дубу, Кушина вновь и вновь пыталась просканировать окружающее пространство на наличие засады, но ничего не находила. То ли этой засады не было, то ли она была осуществлена на очень высоком уровне. Почему же тогда она отправилась на встречу? Потому что условия встречи были слишком неудобны для тех, кто решил бы устроить ловушку на нее. В начале дня, среди толп народа, а в этом месте гуляло довольно много людей, среди которых немало шиноби, да еще и в центре селения… Разве что самоубийцы какие-нибудь и могли на подобное решиться. Почему же тогда она ищет засаду? Ну, так мониторинг окружающего - профессиональная болезнь любого опытного шиноби, являющаяся залогом выживания в их неспокойном мире. Тут уж ничего не поделаешь. Однако на месте встречи ее ожидал тот человек, на которого она бы подумала в последнюю очередь. По крайней мере, никого другого под старым дубом видно не было. А десятилетняя девочка, лежавшая под лиственной кроной, дающей хорошую тень от жаркого солнца, ну никак не походила на возможного информатора. “И что она тут делает?” - мелькнула мысль в голове Узумаки, увидевшей девочку издалека. - “Спит?” - чуть удивленно заметила она, подойдя ближе. И правда, тихое сопение и расслабленное лицо явно указывали, что Намида пребывала в стране Морфея и навряд ли могла помочь Кушине в разрешении мучивших ее вопросов. Сама же Хабанеро, находящаяся в безызвестности: кого ей стоит ожидать, да и вообще стоит ли (все-таки она не отбрасывала варианта и с банальным обманом или розыгрышем, хоть они и были маловероятны), просто уселась рядом, все также продолжая мониторить окружение, и стала ждать. Ибо до назначенного времени оставалось еще порядка двадцати минут. Однако последующие минуты не принесли ей абсолютно ничего нового. Все-так же прохаживались то тут, то там молодые парочки и семьи. Щебетали птицы, грели землю солнечные лучи да шелестела густая листва. И Кушина сама не заметила, как постепенно успокоилась и привела бегающие мысли в порядок. Похоже не зря она пришла столь рано: запасенное время позволило успокоить эмоции и включить трезвую голову. Теперь она была готова, насколько это возможно, к встрече. Тут под боком началось какое-то шевеление, на поверку оказавшееся проснувшейся Кори. Девочка встала с травы, чуть потянувшись и заразительно зевнув, при этом выглядя по детски потешно, после чего провела ладонью по лицу, словно прогоняя всю сонливость и усталость. И действительно, тут же ее лицо словно по волшебству преобразилось, застыв восковой маской. От детской потешности не осталось и следа. Когда же девочка повернула свою голову в сторону жены Хокаге, та даже вздрогнула. Слишком резкой была разница между сонным личиком ребенка и этим изваянием, не проявляющим и грамма эмоций. - Хм, вы все же пришли Кушина-сан, - произнесла Кори. - Хорошо, идите за мной, - и развернулась, уже собираясь уходить. - Постой, значит это ты… - начала было Узумаки, немного сбитая столь быстрой сменой обстановки, но была перебита. - Не здесь, Кушина-сан. Слишком много посторонних ушей, - продолжая движение, сказала девочка. - И да, письмо - это моя личная инициатива, - чуть погодя дополнила она. А жене Хокаге осталось лишь молча последовать за нежданным информатором, ибо весь ее вид говорил, что в этом месте она не произнесет больше ни слова. Так, молча пройдя по главной улице и срезав путь через несколько переулков, они наконец выбрались к Госпиталю Конохи, что стало небольшой неожиданностью для Узумаки: она совершенно не понимала, что здесь могла забыть ее провожатая. Дальнейший же путь не сильно запомнился. Они спустились на подземный этаж больницы, куда допускались только ирьенины от В-ранга и выше, и, немного пропетляв по коридорам, зашли в помещение с табличкой на входной двери, которая уведомляла, что данное помещение является “Седьмой закрытой лабораторией с особым допуском”. Уже находясь внутри, Намида активировала спрятанные в стенах фуин-печати, тем самым отрезав данное помещение от остального мира, все-таки для подобных помещений главным критерием является изолированность, чтобы в случае неудачного эксперимента не могли пострадать окружающие. - Итак? - сложила руки на груди Хабанеро, предлагая Кори первой начать разговор. Но та, все также не говоря ни слова подошла к шкафам справа от двери, открыла один из них, и, порывшись в его внутренностях, извлекла на свет какую-то папку, которую и передала ожидающей ее Кушине. Та вопросительно уставилась на девочку. - Прочитайте, - последовал лаконичный ответ. “Так. Хм, генная проверка?” - быстрый взгляд поверх страниц, однако Намида все также невозмутимо стояла на месте, ожидая когда она закончит. - “Так-так, белки… гемоглобин… эритроциты… очередная медицинская терминология… Ага, генная корректировка внешности? Зачем? Хм, изменен внешний волосяной покров… совпадение генных аллелей… гомологичные хромосомы… Кровное родство - вероятность 96%... Что?!” Кушина тут же начал перелистывать страницу за страницей, пытаясь найти имя того, чьи образцы крови были взяты для этой проверки, однако во всех графах объекта было пусто. Лишь в самом конце стояла подпись и печать Хокаге, означающие, что именно по его инициативе была проведена процедура, и что он с ее результатами ознакомлен. - Кто?! - как-то хрипло прозвучал голос. - Чьи это данные?! - она сурово посмотрела на стоящую перед ней Кори, при этом неосознанно начав давить ее своей Ки. Однако та вновь осталась совершенно невозмутимой, даже, казалось, не заметив того давления, что вылила на нее Узумаки. - Той, кого вы считали мертвой на протяжении последних десяти лет… End POV. Так, свитки собраны, кунаи, сюрикены и сенбоны разложены по печатям. Небольшой запасец сухпайка со кладов АНБУ на пару дней в рюкзаке, там же сменная одежда и несколько вещей первой необходимости, в том числе небольшая аптечка. Большой свиток с оставшейся частью библиотеки Корня тоже за спиной, расположенный под рюкзаком. Кто-то скажет: “А не много ли вещей?” На что я отвечу, что для этого есть запечатывающие свитки. Фактически мой рюкзак состоит наполовину из этих самых свитков, на которые я потратила немалую сумму, оставшуюся на моем счету. Там сейчас остались только гроши. Да, на столь опасную авантюру все-таки дали зеленый свет. Правда перед этим почти пять часов ездили по мозгам. Первую половину данного времени меня еще пытались отговорить, однако надежды начальства были порушены моим полным игнорированием. До сих пор удивляюсь, что мою тушку не прибили же на месте. Хотя я прекрасно рассматривала такую возможность. Все-таки меня могли просто ликвидировать и не искать на голову лишних проблем. Однако неожиданно выдали полный карт-бланш. Это я про вторую половину времени: так как в невозможности остановить движение его следует возглавить. Вот мне и втюхивали: что, как, где и кто. Хотели было целый курс работы под прикрытием провести, но у меня не было никакого желания задерживаться тут еще хоть сколько-то. Поэтому ограничились коротким инструктажем. И да, когда я говорила про “пытались”, я имела в виду Хокаге, Фугаку и Шикаку. И если первый вроде как смирился, третий просто молча прорабатывал ситуацию и возможные последствия, то вот Фугаку отжигал. Причем неизвестно было, за что он больше волновался: за мою тушку или замою тушку, которая имеет Мангекье. С одной стороны его можно понять. Об интересе Орочимару к красным глазкам было прекрасно известно. И тут такой подарок на блюдечке с золотой каемочкой в виде меня идет ему прямо в руки, причем добровольно. Однако пыл данного Учихи был погашен всего лишь одним предложением с моей стороны: уничтожить шаринган, если Фугаку так за него опасается. В этот момент на меня посмотрели как на психически больную. Да я и сама понимала бредовость данной идеи. Но и сказано это было лишь для того, чтобы убедить главу клана, что я намерена даже ценой потери единственного для меня видящего глаза отправиться на обучение к змею. Сработало. Ибо к данной проблеме Фугаку-сан больше не возвращался. Меня же подобное его поведение привело к одной интересной мысли: почему он не потребовал тогда времени, чтобы подыскать вместо меня другого носителя? Вот ни за что не поверю, что они не пытались на всякий случай найти возможную замену. Значит, либо таких людей подобрать очень сложно, что говорит о довольно больших ограничениях на использование Мангекье, либо Учихи и сами не знают, как искать подобного шиноби. Возможно даже, что мой случай является первым в своем роде прецедентом. Не в смысле шарингана вообще, а в смысле его заключительной формы. Но это так, мысли в слух. Для остальных же, что в Академии, что просто знакомых, коих, к слову, совсем немного, я, как и еще несколько перспективных бесклановых, отправляюсь на обучение по специальной программе АНБУ. И да, такая программа действительно существует, просто до этого она была в разработке. Ее собирались запустить только через пару месяцев, но тут так уж совпало, что и программу надо запускать, и мне прикрытие придумать. Подвернулось в общем. Что за программа? О, все очень просто. При поступлении в АНБУ первые полгода обязательно к каждому новичку прикрепляется один из опытных старожилов, так сказать. Типичная стажировка, которую проходила и я, только у меня она была растянута на целый год, плюс предварительная подготовка в течении года у Итачи, Шисуи и Какаши. Так вот, видя насколько оказался эффективен для меня год подготовки у трех наставников, Хокаге вместе с советниками и главами кланов решили попробовать повторить данный опыт, только в более растянутой форме. Основными претендентами были опять же бесклановые, ибо клановым и так дают достаточную подготовку. А вот остальным, в особенности сиротам, просто-напросто негде, кроме как в Академии, обучаться нужным навыкам. Да и то там преподают хоть и хороший, но базис. И если выгода Хокаге и советников тут очевидна: первый сам сирота, вырвавшийся в элиту только за счет своей гениальности и легендарного учителя, вторым требуется сильная деревня, а для этого нужны сильные шиноби, то вот почему за эту идею схватились кланы не столь понятно. Хотя это как посмотреть. Дело в том, что кланы начали понемногу вырождаться. Пусть многие втихую и пошептывают, что это политика третьего и советников по ослаблению кланов привела к такому итогу, но я, как одна из медиков, кто имеет полный доступ к картотеке и исследованиям Госпиталя, авторитетно заявляю: это вполне закономерное явление, которое и без политики предыдущего Хокаге привело бы кланы к тому, что есть сейчас. Пусть и на пару десятилетий позже. Дело в том, что кланы очень уж болезненно относятся к попаданию своих секретов в третьи руки. На фоне массового шпионажа всех за всеми это привело к тому, что подозрительность к людям не из своего клана сильно увеличилась во время разрозненных войн, и даже объединение в скрытые деревни не слишком-то помогло. Подозрение хоть и ослабло, но никуда не делось. Поэтому принятие в клан посторонних было очень редкой процедурой до недавнего времени. И то эти “принятия” носили по большей части характер выгоды от получения сильного бойца, а не вливания свежей крови. В основном же браки заключались только внутри кланов. Как итог - вырождение. И если до третьей мировой войны шиноби это было не так заметно, ибо кланы имели достаточную численность, даже почти вымершие сейчас Курама насчитывали порядка сорока семей, то после нее вопрос “новой крови” встал очень остро. И казалось бы, подбери ты себе генетически подходящих бесклановых, да наделай детишек. Ан-н-н нет! Не смотря на критическое положение, даже слабые кланы не хотели просто так вводить непонятно кого. Так как лишь генная сходимость не являлась достаточным критерием для выбора, хоть и была одним из важнейших. Тут же получается как: берутся подающие надежду бесклановые, их обучают наставники из элиты АНБУ, которая в основном состоит из тех же клановых, при этом не выдавая никаких клановых секретов, но при этом уча расширенному курсу. Смотрятся навыки, характер, стремления, наклонности. Все взвешивается и проверяется. И на выходе, теоретически, мы будем иметь вполне себе развитых и обученных шиноби, что уже не являются тупым мясом и бойцами второго сорта. Более того, большинство из них к концу обучения будут уже на заметке многих кланов, и, если они пройдут полевую школу и выживут, то им будет, считай, обеспечена путевка в клан. Идеальная схема… теоретически, опять же. А как получится все в дальнейшем - посмотрим, увидим. За этими посторонними мыслями я и не заметила, как успела прибраться в квартире и навести последний марафет. После чего встала как вкопанная посередине комнаты, не зная, что делать дальше. Знаете, вот бывает такое, что вроде как крутишься-крутишься, делаешь-делаешь, а потом р-р-раз… и понимаешь: вот она - точка не-возврата. Последние три дня я готовилась к этому, доделывала все, что можно было доделать, распрощалась со всеми, с кем можно было распрощаться. И только сейчас осознала, стоит выйти из квартиры, сделать шаг за порог, и начнется новый виток моей жизни. А вот что он принесет - неизвестно. Неизвестность порождает страх, а страх дает неуверенность. Вот я и стояла сейчас в своей квартирке, что служила мне домом последние четыре года. Стояла и пребывала в сомнениях. Стоит ли вообще так рисковать? Стоит ли покидать Коноху? Зачем я вообще все это делаю? К чему стремлюсь? Вопросы, вопросы, одни вопросы, что не имеют ответов, а лишь порождают новые сомнения. Поэтому небольшим усилием воли я вновь загнала себя в то состояние, когда все чувства и эмоции покрывались коркой льда, позволяя унять так не кстати разошедшуюся буйную голову. Единственное, наверное, что меня терзает, так это правильно ли я поступаю, оставляя Лисенка одну? Нет, не одну. У нее есть настоящая семья, а не мой суррогат. Я уже попыталась дать ей домашнее тепло, и, как видно, это ничем хорошим не закончилось. Так что нам просто надо идти каждой своей дорогой. Наверное. Хотя с моей стороны это теперь действительно выглядит как бегство и предательство. Ту работу, с которой не смогла справиться, я просто скидываю на плечи других, а сама умываю руки. Но… не знаю… Если честно, мне просто страшно вновь посмотреть в глаза Наруко и увидеть там ненависть и презрение. По крайней мере себе я могу признаться в своих страхах. Да и если приглядеться, моя зависимость от подруги выглядела как-то странно. Видимо в ней я нашла свой якорь и островок спокойствия в новом мире, что позволил мне адаптироваться и привыкнуть к изменившимся условиям. Странная привязанность, но никак по другому объяснить такое отношение ко всему этому я не могу. А теперь… Теперь осталось только сделать шаг… Словно почувствовав мое настроение, хотя возможно так оно и было, из складок одежды вылезла маленькая антрацитово-черная змеиная головка с парой бусинок рубиновых глаз, которые уставились на меня с немым вопросом и ожиданием. Я двинула своей рукой, на которую тут же взобралась змейка, и поднесла ее к лицу, всматриваясь в своего неожиданного товарища. Хотя и получила его только несколько часов назад. - У нас ведь все получиться, Куро? - на мои слова она только чуть наклонила головку на бок, словно говоря: “Ты вообще о чем, хозяйка?” После чего залезла через воротник мне под рубашку и обвилась вокруг шеи, положив голову на плечо. Кто бы мог подумать, что из того самого яичка в свитке Орочимару появиться такая замечательная змейка. Действительно? Учитывая, что он имеет контракт со змеями, занимался физиологией змей, и наверняка пытался вывести какие-то новые их виды? Было бы глупо ожидать чего либо другого. Но меня действительно удивило то, что для “рождения” Куро мне понадобился почти весь мой резерв чакры, который без остатка впитался в яйцо. Не знаю как рождаются контрактные животные, и чем они вообще отличаются физиологически от обычных. Но это немного странно. Еще страннее то, что она переняла таким образом у меня и некоторые способности. А именно - родство с тенями. Эта прохвостка прекрасно умеет скрываться в темных местах, так, что я без нашей духовной связи фиг ее найду, да еще, как оказалось, может спокойно залезать в мою тень и, как я подозреваю, пользоваться теневыми тропами. Про нашу связь, по которой мы можем легко ощущать друг друга, вообще молчу. Я о таком даже не слышала и не читала. Причем эта связь постоянна и ее невозможно никак заглушить. Не знаю почему. Да и не было особо времени все это досконально проверить. На мои вновь ускакавшие мысли Куро в очередной раз вылезла из под рубашки и уставилась на мое лицо с ожиданием. Вот ведь, и не скажешь, что она только несколько часов назад родилась. Довольно умная уже. Может тоже от меня передалось? - Ладно-ладно, пойдем уже, - не стала я томить своего зверя и сделала наконец последний шаг… По чистой и полупустой квартирке разлетелся щелчок закрывшейся двери. В тоже время. Палата №46. Госпиталь Конохи. Просторная и чистая палата легонько обдувалась теплым ветерком из приоткрытого окна. Дневное солнце сегодня было очень ярким, из-за чего в палате практически отсутствовали тени. Шелест листвы же придавал этой картине ощущение уюта и спокойствия. К сожалению это касалось только самой палаты, а не ее обитательницы. На больничной койке лежала десятилетняя девочка с необычными полосками на щеках, по три с каждой стороны, и в задумчивости теребила в руках локон собственных волос. Посторонний бы сказал, что вполне нормально делать что-нибудь руками в задумчивости: кто-то при напряженных думах отбивает пальцами незамысловатые ритмы, кто-то крутит в пальцах небольшие предметы, а кто-то, как в нашем случае, теребит кончики волос. Да только задумчивость обитательницы палаты была направленна на сами волосы, а никак не на отвлеченные мысленные темы. Она с интересом рассматривала длинные пряди, отливающие насыщенным алым, словно цвет заходящего солнца, и силилась что-то для себя понять и принять. Однако не исчезающая из ее глаз задумчивость явно указывала, что с этим у данной юной леди были проблемы. Оно и было понятно: когда ты десять лет живешь с серыми, невзрачными и довольно непослушными волосами, а потом, проснувшись, вдруг обнаруживаешь, что они на самом деле у тебя цвета спелого помидора, причем яркого и насыщенного, да к тому же очень мягкие и шелковистые на ощупь. Начинаешь подозревать на себе воздействие какого-то очень сильного и мощного гендзюцу. Пусть обитательница палаты почти ничего и не знала о данном направлении искусства шиноби. Однако неожиданно сменившие цвет волосы были далеко не самой главной проблемой, мучившей девочку. Больше всего она пыталась осознать произошедшее недавно. Пыталась… и не могла. Каждый раз, возвращаясь к обуревавшим ее тогда эмоциям, она искала истоки, причины своего поведения. Почему она так поступила? Почему произнесла те роковые слова? Из-за чего? Однако мысли упорно сползали с выбранного направления, пытаясь перейти порой на совершенно абсурдные вещи. Да и что можно ожидать от десятилетнего ребенка с играющим в одном месте шилом, к тому же не приученного к столь долгой мыслительной деятельности и концентрации. Однако для самой девочки это было важно. Она сама до конца не понимала зачем, но интуиция назойливо нашептывала. Потому она и пыталась повторить в голове события произошедшего, найти причины. Пыталась… и не могла. Единственным, пожалуй, к чему она смогла прийти, так это то, что следует попросить прощения за свои слова перед тем человеком, которого она оскорбила. Ибо он ей был действительно дорог, а она… Ей было самой стыдно за подобное. Тот, кто сделал ей столько всего в жизни, тот, кто был ближе всех, когда это было нужно… На глаза стали наворачиваться непрошеные слезы. Да, пусть этот человек не все ей рассказывал, пусть у него были свои секреты, но на то должны были быть и причины, должны были быть… ведь так? Нет, успокоиться, стереть появившиеся соленые капельки на глазах! Она не имеет права плакать! Нет, сначала она выберется из этого дурацкого Госпиталя, найдет нужного человека и выяснит всю правду, обязательно выяснит. Да, так она и поступит! Тут дверь в палату открылась и на пороге замерла какая-то женщина, лет тридцати с виду, но при этом не растерявшая совершенно своей красоты. Это успела заметить девочка, начав рассматривать неожиданную гостью. Однако ее глаз начал замечать и еще различные странности, точнее даже не странности, а странно знакомые черты: чуть округлое лицо, глубокие глаза, мягкие губы и, соответственно, такие же насыщенно алые волосы. Правда откуда и почему она считала эти черты знакомыми - обитательница палаты объяснить не могла. Будь в помещении зеркало, и подобного бы вопроса не возникло. За этими мыслями она и не заметила, как женщина, еще секунду назад стоявшая в дверном косяке, вдруг оказалась прямо перед ней. А в следующее мгновение пискнувшую от неожиданности девочку сгребли в крепкие, но при этом довольно теплые объятия, начав лепетать на ухо всякие глупости пополам с всхлипываниями, из которых Наруко смогла разобрать только одну единственную фразу: - Ты все-таки жива, дочка, жива… Глава 15. Лес, птички, ветерок, посвистывающий в ушах от скорости. Вот-вот уже должна появится на горизонте Долина Завершения, в которой в свое время неплохо повеселились два основателя Конохи, и которая стала местом гибели одного из них. А за ней уже граница владений Страны Огня и, соответственно, владения Страны Рисовых Полей, где и обосновалась база Орочимару. Откуда я это знаю? Просто Кабуто мне передал очень уж подробные описания места встречи, где меня будет ожидать некий сопровождающий. Кто-то скажет, что это скорее всего уловка, и на вышеозначенной территории меня лишь встретят, а потом уже препроводят в нужное место. Может в ту же Страну Горячих Источников или даже Страну Железа, чем ками не шутит. Да вот только сдается мне, что в данном случае как раз подобная мысль и является ловушкой для отвода глаз. Обычный шиноби скорее всего так бы и подумал, учитывая их любовь к конспирации и различного рода хитростям. Так что копать в данном случае как раз и начали бы с соседних стран в случае чего, считая Страну Рисовых Полей лишь отправной точкой или перевалочной базой. Однако, как говориться, все гениальное - просто. А уж в гениальности (или как минимум в уме) Белому Змею отказать сложно. Но это все так: попутные размышления, помогающие скоротать время в пути и занять чем-нибудь голову. Вот из-за горизонта уже выглянуло две достаточно монструозные статуи, находящиеся по обе стороны от немаленького водопада, звук падающей воды от которого разносился на довольно большое расстояние. Стоит признать, что скульптор, который работал над каменными изваяниями Хаширамы и Мадары был настоящим мастером, и даже наскальные лики Хокаге нашей деревни не могли похвастаться столь чутким отношением к деталям и атмосфере. Даже просто находясь рядом с этими исполинами, ты ощущаешь какую-то внутреннюю дрожь от понимания что и это озеро, и этот водопад, и вообще вся Долина была лишь итогом многодневного сражения (если история тут не приврала) между богами шиноби. Хотелось бы мне однажды познакомиться с этими легендарными личностями, но, к сожалению, чего нет - того нет. Все-таки война немилостива ко всем, война забирает лучших. А эти двое несомненно были лучшими. С точки зрение силы, естественно. Все-таки они в первую очередь были воинами, шиноби. С моей же точки зрения, если бы мне кто-то предложил встретиться с тем же Хаширамой, либо с его братом. Я бы выбрала второго. Профессиональный интерес, так сказать. Хотя и с Первым, думаю, мы тоже смогли бы найти общий язык, особенно в плане медицины и обмена опытом. Вбежав на голову Мадары, я внимательно осмотрела округу своей сенсорикой, выискивая ориентиры, о которых говорил Кабуто, а также проверяя окружающую территорию на наличие возможного противника. Что поделать, профессиональная привычка, которая уже не раз спасала мне жизнь и еще не раз, надеюсь, спасет. Определившись наконец с направлением, я в достаточно шустром темпе отправилась к месту встречи. Надеюсь, мне не придется сколь либо долго ожидать сопровождающего, ибо просто так терять время я не намерена. Ведь мне дано всего лишь три года! Кто-то скажет, что времени достаточно, но я скажу, что его мало. И даже день промедления может дорого стоить. Все-таки от Орочимару я хочу взять все, что возможно, и даже больше. Однако и внимания терять не стоит. Как-никак я иду в пасть к змею. Мало ли какие он строит планы относительно меня. В данном вопросе наши ожидания могут сильно разниться, а альтруизмом никто из нас двоих не страдает. Каждому что-то требуется, каждый желает что-то получить от данного сотрудничества. Полагаться же на слова… ищите себе других дураков. Спустя примерно два часа я наконец добралась до нужного мне поселения: небольшая деревушка Судзиока, что расположилась аккурат на границе между двумя странами, по сути являвшаяся лишь придатком к тракту, через который проходят частые караваны, доставляющие потребительские товары в обе стороны. Хотя и деревенькой-то подобное назвать язык не повернется… так, два двора да трактир для путников. Вот и вся деревня. Собственно в трактир и направились мои стопы. Там я должна была дождаться некого Мисуми Цуруги. Правда, сколько ждать - не оговаривалось. Кабуто лишь туманно заявил, что мне, мол, не стоит об этом волноваться. Ну, я и не волновалась… Мое появление в трактире не осталось незамеченным, хоть и не привлекло особого внимания. На что, в общем-то, и надеялась, специально подбирая невзрачный наряд серых тонов. Со стороны я, должна была выглядеть как дочка купца мелкой руки. Ибо одета была вроде бы и в обычную одежду, но достаточно добротную и качественную. Такая среднестатистическому крестьянину немного дороговата. Плюс несколько деталей, отличающих торговый люд: пара неброских браслетов и кулончик из серебра. Крестьяне украшения, естественно, не носили, только по большим праздникам. Не проще ли тогда было использовать Хенге? Нет, не проще. Во первых - требовалось, чтобы мою тушку все-таки узнали те, кому это надо, и при этом не обратили пристального внимания те, кому это не надо. А Хенге достаточно заметен в плане чакры. Нет, техника очень даже хороша, и настоящие мастера могут даже такой “академической” техникой заманить в ловушку сильного противника, но… Везде есть это “но”. Техника пригодна только для небольших во времени действий. Для длительной маскировки она никуда не годится. Просто не тот профиль. Да и след чакры, как я говорила ранее, достаточно заметен любому мало-мальски опытному сенсору. Подойдя к хозяину заведения, я попросила выделить мне комнату на ночь “поближе к заднему двору”. Хозяин, понимающе хмыкнув, дал мне ключик, даже не спросив денег. Мда, видимо не я первая прохожу через эту точку сбора и переброски. Раз нужный человек уже достаточно привычно и буднично реагирует на кодовое слово. Поднявшись же в нужный номер, первым делом прошерстила комнату всеми доступными способами, выискивая скрытые ниши, ловушки и иже с ними. Однако, к моему немалому удивлению, комната оказалась… комнатой. Самой обычной и ничем не примечательной комнатой, которых в данном заведении еще таких же четырнадцать штук. Хм, либо я настолько никудышная в плане сенсорных способностей (что очень уж вряд ли), либо мною слишком завышены ожидания. Что вполне может быть. Потому еще раз внимательно осмотрев выделенное мне помещение, я наложила несколько сигнальных и барьерных фуин (посредственные, конечно, но хоть такие), после чего уселась в центр пола в позу для медитации и отрешилась от мира. Такая себе тренировка для концентрации и одновременно отдых разума. Покидать номер на данный момент не имело никакого смысла… Таким образом я просидела до глубокой ночи, время от времени контролируя окружающее пространство, пока под светом удивительно яркой сегодня луны не пожаловали гости. М-м-м, точнее гость, однако его ненавязчивый конвой, остановившийся в нескольких десятках метров от деревушки около ближайшего подлеска я все-таки заметила. Гостем оказался никто иной, как этот самый Цуруги. По крайней мере устное описание полностью совпадало с реальной внешностью. Парень незаметно (как ему казалось) проник в комнату, и стал осматриваться в поисках моей бренной тушки. Однако, так и не найдя ее на тут же лежавшем у дальней стенки футоне, он стал озираться по сторонам. Простояв так в неподвижности около минуты, к чему-то прислушиваясь и присматриваясь, Мисуми все-таки решил возвращаться, но, уже разворачиваясь к окну, заметил мой силуэт в углу и впал на пару мгновений в ступор. Ну да, не покажись я из тени, то он бы и не заметил меня, пройдя мимо. А так, он просто немного тормознул. Либо его что-то удивило в моей внешности (возраст, наверное), либо просто пытался понять, как не заметил меня ранее. Ибо конкретно в тот угол, где я до этого стояла, его взгляд падал четыре раза. - Кто возводит знание в абсолют, - наконец отмер парень. - Тот, кто желает познать истину, - пришел с моей стороны ответ-ключ. Цуруги только кивнул головой в сторону, зовя меня за собой, и выпрыгнул в окно, больше не произнеся ни слова. Я последовала за ним. Пока мы выбирались из деревни, парень был сильно напряжен, постоянно, видимо по привычке, поправляя очки на носу. И как с таким зрением вообще в шиноби пошел? Хотя не мне об этом говорить. Однако чем ближе мы подбирались к остальной группе, которая уже перебралась в сам подлесок и устроилась среди крон деревьев, тем более расслабленным и спокойным становился очкарик. Вот, оказавшись под одним из деревьев, на котором находились двое из поддержки, он наконец остановился и развернулся, начав наглым образом рассматривать и оценивать мою бренную тушку. Его взгляд мне совсем не понравился. - Значит это тебя мне приказал доставить в убежище Орочимару-сама? - нет, парень, ты совершенно обознался, это не я. И в комнату нужную я случайно попала, и кодовую фразу на ходу удачно выдумала… Нет, ну а что? Еще дебильные вопросы будут? - Молчишь? Ну и правильно, что молчишь. Ты пока на данный момент никто, и тебе сильно повезло, что на тебя обратил внимание такой великий шиноби, как Орочимару, - м-м-м… что? - Однако его не интересуют посредственности и слабаки. Поэтому он приказал мне проверить тебя, - и тут на его лице появилась хитро-гнусавая улыбочка, аж противно стало. - Вот только проверку Орочимару-сама оставил на мое усмотрение… POV. Цуруги Мисуми. - ... на мое усмотрение, - прозвучали слова Мисуми, и тут же с деревьев на землю спрыгнул отданный ему в подчинение отряд, окружив одиноко стоящую посередине фигуру. Да, “на твое усмотрение”, именно так заявил ему Орочимару. Он всегда говорил подобные слова, когда хотел посмотреть на очередной любопытный, но не сильно важный объект. Обычная миссия, ничем не выделяющаяся. В который раз Цуруги уже ходил за подобными объектами. Именно объектами, ибо людей в них Белый Змей не видел, лишь интересные игрушки в его руках. Парень не строил ложных представлений и хорошо понимал, пока у этого человека ты в фаворитах, пока ты ему любопытен, он будет с тобой возиться. Иначе автоматически попадаешь в раздел “пушечного мяса”, которое годится только для опытов. Долго ли жило подобное “мясо” - вопрос риторический. Если же ты смог вырваться из посредственности и действительно заинтересовать ученого, то он может дать тебе силу. И пускай за эту силу порой приходиться платить своей жизнью, но это лишь для тех неудачников, что не смогли ее принять. Цуруги себя таким не видел. Он действительно верил, что достоин стать элитой, но Орочимару так не считал… пока. И сейчас очередной любопытный объект. Вот только отсюда она живой уйти не должна. Мисуми достаточно раз уже видел ей подобных, чтобы понять, она легко может заинтересовать Змея и встать на ступень выше, чем он сам. А значит конкурент, соперница. Этого он позволить не мог. А Орочимару… ему он в очередной раз навешает лапши на уши. Не впервой. И все-таки что-то ему не давало покоя, какое-то чувство свербило на заднем фоне. Слишком уж спокойно на все это реагировала девчонка. Так и не дождавшись никакого ответа от нее, Мисуми просто подал нужный знак и в очередной объект полетели несколько кунаев… которые, прошив тело насквозь, вонзились в землю с другой стороны. - Тц, клон, - скривился подчиненный Орочимару, увидев как вроде бы пронзенное тело распалось черными лоскутами. Да, контроль у этой пигалицы действительно поразительный, раз ее клон не развеялся с обычным хлопком, а просто растаял, но и только… - ищите ее, она не могла далеко убежать. Сенсор его отряда кивнул, сосредоточился и, что-то учуяв, ринулся прямо в подлесок. Остальные двинулись за ним. Девчонка оказалась умнее и сноровистее, чем он подумал изначально. Хотя, учитывая, что она смогла спрятаться от него в комнате в таверне, ничего удивительного в этом нет. Видимо ее специализация - это скрытность и проникновение, раз даже ее клон может исчезать бесшумно и без следов. Да, сильно для малолетки, но и только. Плюс подобные шиноби специализируются в первую очередь на шпионаже и диверсиях, но никак не на прямой бой. В нем они откровенно слабы. А значит шансов у нее нет. Осталось только догнать. Но планам Мисуми не суждено было сбыться. Чем дольше они бежали, а погоня длилась вот уже семь минут, тем сильнее его брало то непонятное чувство, что до этого лишь немного свербило. И цель свою они так еще и не увидели. Это раздражало. - Руруши, где эта девка? - чуть более резко, чем обычно, спросил он у сенсора отряда. - Впереди, но… - Что?! - Мне кажется, мы ее не нагоняем, - пришел неуверенный ответ. - Тогда надо ускориться, - цыкнул он. Чтобы какая-то мелочь могла поддерживать их скорость. Видимо она не так проста. - Нет, не в том дело, - опять начал подчиненный. - По ощущениям, за время погони расстояние вообще не изменилось. Ни увеличилось, ни уменьшилось. Черт! - Мираши, проверь… - хотел было обратиться он к одному из подчиненных, что бежал сзади него, но его там просто не оказалось. Как и двух других, что были с ним в группе. - Стоять! Всем спуститься на землю, встать в круг! Она где-то тут! Смотрим в оба. Выполнив требуемое, они стали вглядываться в окружающую темень. По виску скатилась капля пота. Как?! Когда?! Что за чертовщина тут твориться?! Гендзюцу? - Кай! - проговорил он, сложив нужные печати, за ним повторили оставшиеся трое подчиненных. Нет не помогло. Тогда как и когда она успела разобраться с частью его отряда? Да еще так, чтобы он ничего не заметил! Черт! Черт! Черт! Тут он услышал за спиной свист и вскрик. - Я в нее попал! - проголосил Руруши и рванул в сторону звука упавшего тела. Цуруги кинулся за ним, однако забежав за одно из деревьев успел только увидеть заваливающееся тело с одной ровной дыркой в районе сердца, непонятно как там появившейся… И тут же понял одну простую истину - он остался совершенно один, ведь сзади больше не раздавались звуки шагов остатков его отряда. Боясь оказаться правым, он медленно развернулся, чтобы увидеть абсолютно пустой и спокойный лес, с тихо шелестящей листвой от слабого ветерка. К горлу подкатил тяжелый ком. - Где ты?! Выходи! Хватит прятаться! - начал кричать парень, пытаясь хоть так унять дрожь в предательски трясущихся ногах. Ибо он не понимал абсолютным образом ни-че-го! А неизвестность, как известно, пугает гораздо больше всего остального. Как ни странно, но в этот раз непонятная девчонка все-таки показалась ему на глаза. При этом словно материализовавшись из окружающих теней. Мисуми поднес кунай в правой руке к лицу, вставая в боевую стойку… точнее попытался это сделать… и непроизвольно сглотнул вдруг ставшую вязкой слюну. Он совершенно не мог двигаться, словно его руки и ноги чем-то приморозили. Причем в буквальном смысле этого слова, ибо по конечностям разливался неприятный холодок. А в это время “любопытный объект” с неотвратимостью приближался все ближе и ближе. Вот между ними остался всего один шаг и Цуруги перестал, кажется, даже дышать, настолько все это казалось ему неправдоподобным и ужасающим. Но девочка остановилась напротив него, даже не поднимая головы и не пытаясь посмотреть в его лицо. “Чего она ждет?!” - прилетел в застывшую голову вопрос, который он и хотел высказать, но не успел: сзади раздался шорох листьев и звук спрыгнувшего человека, на которого и отвлеклась мелкая, чуть повернув голову в ту сторону. Последнее, что увидел в своей жизни Цуруги - это черный шип, который буквально вырос из тени девчонки и пробил его сердце. А в голове затухала последняя глупая мысль, что, похоже, “объект” в этот раз действительно оказался интересным. End POV. Тело последнего дурака завалилось на землю хладным трупом, а в уже затухающем взгляде отражался ужас пополам с непониманием. Жалко ли мне убитых мной? Нисколько. Они напали на меня с желанием убить: значит были готовы сами встретить свою смерть. Именно этому кредо следовал Шисуи. И я, вольно или невольно, переняла его. Да и воспринимать смерть так гораздо легче, как свою, так и чужую. Но сейчас не об этом. В данный момент я, похоже, наконец увидела своего настоящего сопровождающего. Белые до плеч волосы, такие же белые тонкие брови, а над ними две странные красные точки. Видимо отличительный знак его клана. И еще очень внимательный взгляд, одновременно с какой-то странной усталостью и спокойной решимостью. Хотя могу и врать, все же я не являюсь специалистом в чтении человеческих лиц, пусть шаринган и позволяет мне гораздо лучше подмечать различные детали. - Зачем ты убила их? - безразлично спросил он. Вот только это безразличие было слишком уж напряженным. Словно он готов был броситься на меня, дай я неправильный ответ. - Они напали на меня с желанием убить: значит были готовы сами встретить свою смерть, - повторила я слово-в-слово свои недавние мысли. Моего сопровождающего данный ответ, похоже, вполне удовлетворил. Ибо он развернулся и, не произнеся ни слова, отправился верхними путями на запад. Мда, неразговорчивый что-то. Мне не осталось ничего, кроме как с тихим вздохом отправиться вслед за ним. Путешествие шло молча, но темп парень взял достаточно быстрый. Не каждый чунин способен поддерживать его столь долго, мы же бежали часов шесть, не меньше. И все это время не было произнесено ни единого слова. Такое ощущение, что подчиненному Орочимару было полностью безразлично: доставит он меня до базы или нет. Хотя учитывая то, как меня встретили ранее - вполне возможно. И только время от времени бросаемые назад взгляды показывали, что его хоть в какой-то мере, но волнует, бегу ли я следом. Однако все рано или поздно заканчивается. Вот и тут в один прекрасный момент (у меня уже появилась отдышка, да и сопровождающий не выглядел особо бодрым) седовласый остановился на одной из веток, после чего вновь кинул взгляд в мою сторону и спрыгнул на землю. - Иди строго за мной, не отставай и не задерживайся, - произнес он, когда я спрыгнула рядом, и также невозмутимо пошел дальше, не обращая больше ни на что внимания. Причину же столь странной просьбы я поняла уже через несколько минут. Но давайте по порядку. Протоптав неспешным шагом землю еще некоторое время мы вышли к достаточно незаметному входу, который с виду был больше похож на какой-нибудь склад-землянку для продуктов, а не базу безумного ученого. Пришла даже мысль, что это один из запасных выходов, но нет: как показало будущее - именно этот невзрачный проход был самым что ни на есть главным. Так вот. Еще на подходе я почувствовала странную плотность чакры вокруг этого места, которая на поверку оказалась массовой гендзюцу средней руки. От профессиональных поисковиков не спасет, но залетным “туристам” для отвода глаз хватит. А вот сам вход… Мда, это конечно не база Корня с их совсем уж запущенной мнительностью, но общие черты прослеживаются. Видимо годы работы на Данзо оставили свой отпечаток в душе ученого, ибо охранял свои секреты он не менее маниакально чем слепой инвалид. Ради интереса развернула свою сферу восприятия полностью. Ну что и говорить: большая подземная база, характерное разделение на блоки, перегораживающие фуин… и абсолютно полностью заминированный каждый метр свободного пространства. Мне кажется, что даже отхожие места и те имеют как минимум по одной взрывной печати на себе - так, на всякий случай. Но что меня в достаточной мере удивило, так это подход к защите. Если у Корневиков стояли специальные заставы-кпп, которые и открывали проход на базу, то здесь, насколько я успела понять, использовалась довольно интересная система “свой-чужой”. Ибо в месте, где проходил мой сопровождающий, а также в в радиусе двух метров от него, все ловушки включали некий фуин-аналог предохранителя и переходили в спящий режим. Но стоило ему только отойти на указанное расстояние, как фуин отключались и ловушки снова оживали, готовясь встретить незваных гостей во всеоружии. На чем же основано определение “своих” мне было решительно непонятно. Чакра? Кровь? Особая печать? Одна такая была у беловолосого, правда ее структура явно указывала (если я вообще правильно поняла, что ЭТО такое) на совершенно другое назначение, нежели банальное определение друзей и врагов. Но как одна из дополнительных функций - вполне может быть. Кстати, надо развести Змея на информацию по поводу этой м-м-м… даже не печати, а скорее удивительного вида структуры. Я давно уже поняла, что фуин для местных - это тоже самое, что высокие технологии для моего мира, даже круче. Слишком эти печати универсальны, слишком много всего с их помощью можно сотворить. Удивительный инструмент, способный заменить очень и очень многое. И меня конкретно так удручает, что мои знания в основном ограничиваются небольшой опорной базой и такой же небольшой специализацией в барьерах, опять же для очень узкого круга задач. Нет, все-таки после ирьениндзюцу стоит налечь на данное направление искусства шиноби и исправить недочет в моих знаниях. И начну я, пожалуй, как раз с этой самой структуры, которую вот уже несколько минут, пока мы идем, беззастенчиво рассматриваю у своего сопровождающего. Очень… необычное сочетание ирьениндзюцу, фуиндзюцу и ками знает чего еще и оч-ч-чень интересное… - Ку-ку-ку, ты все-таки пришла, - хм, и опять я пропала в дебрях своего разума. Надо что-то с этим делать, а то слишком уж часто стала в последнее время задумываться в неподходящих местах, совершенно переставая следить за окружающим. - Глупо отказываться от столь щедрого предложения, - ответила я Орочимару. Находились мы, кстати, в довольно просторном зале аккурат в сердце базы. Большие колонны по бокам помещения, выделанные необычной фреской в виде змей, аналогичный “чешуйчатый” рисунок на стенах и, как апогей данного стиля - большая скульптура змеи, чья огромная голова с горящими глазами смотрела прямо в центр зала. При этом морда выглядела достаточно живо, казалось, будто эта змейка застыла буквально на мгновение, выбирая на какую из незадачливых жертв, что посмели попасть в ее покои, броситься. Колоритненько… - Чтож, тогда добро пожаловать в мое убежище, - развел руки в стороны Белый Змей, как бы показывая какой он радушный хозяин. - Однако осталось последнее испытание, - я чуть напряглась. - Именно оно покажет, сможешь ли ты принять ту силу, ради которой прибыла сюда. Сказав это он моментально сложил пару печатей и его голова буквально выстрелила на удлинившейся шее в мою сторону. Однако произошло это настолько быстро, что увернуться я уже не успевала. А ожидать развязки столь дурно пахнущего действа не было никакого желания. Эх, опять придется потратить много чакры. Сусаноо: активация… И меня окутал зеленый ореол, внешне похожий на ребра, в который и врезалась голова санина. А я почувствовала, насколько сильно провалился уровень чакры. Блин, это же с какой скоростью и силой летела его голова? Но тут мой шаринган в форме Мангекье, который мне пришлось открыть для активации техники, встретился взглядом с глазами Орочи. И буквально на краткий, практически незаметный миг в его глазах пробежал страх, тут же сменившийся любопытством. Хм, интересненько. - Хм, интересненько, - шепотом повторил мои мысли Орочимару, также заворожено глядя мне в глаза. Если бы не открытый шаринган, то я даже не поняла бы, что он что-то произнес. Настолько тихо прозвучало сказанное. Тем более… - Ты что творишь, дура! - выкрикнула какая-то куноичи, окружив меня вместе со своими подельниками, среди которых был и недавний сопровождающий. - Орочимару-сама собирался даровать тебе силу, и так ты ответила на его подарок?! Мда, а голосок то у нее низкий, но громкий. Главное - сколько экспрессии! Будто то, что хотел сделать со мной змей - как минимум божественное благословение. А я, такая нехорошая, возьми и обломай им всю малину. Однако что мне, что Орочимару, было, честно говоря, безразлично, что кричала эта мелкая (а сама-то кто?). - Не люблю неожиданные, а главное, непонятные моменты, - спокойно отозвалась я, все так же наблюдая за Белым Змеем. В ответ лишь скрип зубов со стороны куноичи. Однако от следующей гневной тирады в мой адрес меня спас сам Орочимару. - Ку-ку-ку, ничего неожиданного. Я всего-лишь собираюсь поставить тебе свою проклятую печать. Тогда твоя сила возрастет как минимум на порядок… если сможешь пережить инициацию, конечно, - с хитрой улыбкой произнес этот искуситель. Почему искуситель? Очень уж характерное выражение лица и интонация голоса. - Кот в мешке, хотя скорее всего змея, Орочимару-сан. - Хм? - выгнул он левую бровь в вопросительной манере. Точь-в-точь как Цунаде. - Я ничего не знаю о вашей печати, ни ее воздействия на организм, ни состава, ни побочных эффектов, ни функций. Все-таки в первую очередь я пришла за знаниями. Ведь знания - это сила. Вот если бы вы мне дали поковыряться в своем изобретении, разобраться в его структуре, тогда, может быть я и согласилась, - и легкая улыбочка на самой грани. Даже не улыбка, а ее тень. - Хс-с-с, - кажется это все-таки совсем не простая печать, раз Змей аж зашипел от неудовольствия. Однако, как я говорила, мы оба ожидаем от этого сотрудничества для себя какие-то выгоды. - Тем более, мне тоже найдется чем вас заинтересовать, Орочимару-сан, - сказала я, при этом доставая под напряженными взглядами из рюкзака небольшой свиток, и бросила его санину. Тот, в свою очередь, поймав вещицу, тут же произвел странные манипуляции с чакрой и аккуратно открыл его, чтобы буквально через десяток секунд растянуть губы в счастливо-безумном оскале. - Ты хоть понимаешь, что именно сейчас мне отдала? - с прищуром желтых глаз спросил он. - Знания, что так нехорошо спрятал ото всех один одноглазый инвалид, - и на моих губах опять начинает гулять тень улыбки. - Однако, мы-то с вами понимаем их настоящую ценность. И мне, например, очень грустно, что подобное хранилось среди пыли столь долгое время без использования. Вот я и решила экспроприировать некоторые свитки из библиотеки Корня. Данзо был не сильно против. В ответ же мне прилетел на удивление чистый и яркий смех… Прыжок, уворот, перекат. Вскочить на ноги, чтобы тут же распластаться на земле словно лягушка, уворачиваясь от неминуемого кулака размером с мою голову. Затем разворот вполоборота, чтобы вскользь отвести костяной меч и шаг в сторону, чтобы укрыться от атаки при помощи ветра за тушкой атаковавшего меня. И пока тело выполняло эти кульбиты на автомате, голова продолжала методично обдумывать сложившуюся ситуацию. Итак, вывод первый: никогда, НИКОГДА не отдавать Орочимару интересный для изучения материал, не выторговав что-то для себя взамен заранее. Ибо этот нехороший Змей на следующий же день с утра пораньше заперся в лаборатории, оставив меня на своих подчиненных с наказом проверить мои возможности. Если быть точнее, из его уст это звучало как “Развлекайтесь, но без смертоубийства”, тем самым дав почти полный карт-бланш на любые действия в отношении меня. И не знаю, то ли я так не приглянулась этим четверым, то ли они сами по себе такие садисты-изверги, но взялись за меня со всей тщательностью и усердием. Спросите, что же я такого передала Орочимару, что он забыл обо всем и со счастливым ликом трехлетнего дитя, получившим на новый год любимую игрушку, убежал в свою лабораторию? М-м-м, скажем так, Тобирама Сенджу был очень и очень любопытной и увлекающейся личностью, настолько что за свою жизнь успел сделать очень много в плане науки и исследований. Причем некоторые из его теоретических и практических выкладок обогнали свое время на десятилетия, если не больше. А как известно, все непризнанные гении своих эпох были таковыми лишь из-за того, что их современники просто не могли принять настолько смелых и неординарных идей и дум, могущих подорвать устои того времени. То же самое было и со Вторым Хокаге. Да, пусть в большей степени в его трактатах были лишь идеи и непроверенные теории, но… Блин, да лишь одно охаивание некоторых аспектов Ниншу, в большей степени относящихся к ниндзюцу чего стоит! И ведь это было не просто безосновательные мысли, а последовательные и логически подведенные выводы… с которыми было сложно не согласиться. В общем, большинство трудов брата Хаширамы были благополучно спрятаны решением старейшин деревни от греха подальше после его смерти. Поэтому и неудивительно, что Орочимару очень благосклонно принял мой “дар”. Хотя, по сути, банальный откуп. Сейчас же самым сложным для меня было выдержать напор “фантастической четверки”, как я ее про себя называла. Ибо, насколько я успела понять, эти четверо были неким специально обученным отрядом Змея, с которым он работал лично. Причем не только в плане генетических улучшений, которые были видны даже при поверхностном сканировании их организмов, но и, похоже, в плане тренировок. Ибо они были довольно хорошо сработаны. По крайней мере большинство наших Джонинов эта команда смогла бы неплохо потрепать, а некоторых даже отделать под орех… самых слабых из них. Хотя, думаю, если бы я задействовала все свои козыри, то смогла бы их одолеть без сильного напряжения (да-да, самомнение - оно такое), как минимум только за счет одного эффекта неожиданности, но в том-то и дело: мне нельзя было их убивать, а обезвредить противника не убивая - задача намного более сложная, нежели банальная ликвидация. Поэтому мне и оставалось лишь скакать как сайгак в попытках нанести хоть сколько бы серьезный урон. Однако, как и говорилось ранее: они очень хорошо сработанная команда и все мои попытки просто напросто пресекались на корню, а тени использовать я не желала. Пусть это будет моим главным козырем для разных критических ситуаций, которые, несомненно, в будущем появятся. Наши танцы с бубном продолжались уже целый час, и если поначалу все больше походило на желание “показать очередной выскочке ее место”, то сейчас это уже была банальная профессиональная гордость. Ибо проиграть малолетке, а я была младше их как минимум на два года, было для такой команды сродни если и не позору, то довольно неприятной оплеухе по гордости уж точно. - Да сколько ты еще будешь уворачиваться, мелкая?! - запустив в меня со злости режущую волну воздуха, прокричала единственная девушка в данном квартете. Стоит отметить, что у нее на удивление довольно насыщенные красные волосы, а ощущение от ее чакры очень уж смахивает на схожее ощущение от членов клана Узумаки, правда немного в измененном состоянии. Трудно что-то конкретно по этому поводу сказать, скорее всего какой-либо из экспериментов Белого Змея по изучению генокода Аловолосых Дьяволов. - Гр-р-р, достала! - сказала она и вновь начала играть на своей флейте, пытаясь поймать меня в необычное гендзюцу, основанное на звуке… впрочем бесполезно. Ибо работа гендзюцу основывается на том, чтобы обмануть пять чувств противника, пытаясь заставить его поверить в ту картинку, которую представил себе в голове иллюзионист. Однако здесь есть одно отличительное НО! Использующий гендзюцу должен иметь очень хорошее воображение и в достаточной мере понимать своего противника. То есть представлять хотя бы в общих чертах, как жертва будет воспринимать то или иное воздействие. И вот в этом моменте возникает одна очень маааленькая заковыка. Для того чтобы поймать меня в гендзюцу - надо знать как работает мое пространственное восприятие. Ибо даже если обмануть все пять чувств, то шестое обязательно будет отзываться на неправильность в видении мира, как бы показывая наложенную двойную картинку, где с одной стороны идет то, что показывают “обманутые чувства”, а с другой - “реальная” картинка. Но мои противники даже не знали о том, что у меня есть подобная способность. Хотя может и догадывались. Ибо уже использовали массовые иллюзии, которые очень хорошо работают против сенсоров. Пусть они и более чакрозатратные. Если быть более конкретным, то именно из-за этой особенности члены клана Хьюга и Учиха практически не подвержены влиянию гендзюцу. Ибо никто банально не может представить в своей голове, как они воспринимают мир при помощи своих глазок. А без этого иллюзию не построишь. Конечно их додзюцу не панацея, и “На каждую жопу найдется куй с винтом” кхм… Но как пассивная защита - это очень и очень мощно. Однако, кажется, своим полным игнорированием потуг красноволосой куноичи я ее в конец достала, ибо буквально в следующее мгновение после неудавшегося внушения ее тело стали покрывать замысловатые узоры, а уровень чакры резко скакнул вверх, достигнув отметки шиноби как минимум B класса, а то и выше. Вот теперь, похоже, началась серьезная игра. - Таюя, я кажется предупреждал, - неожиданно слева раздался с легкой хрипотцой голос Орочимару. Черт, и как он это делает? Я вновь совершенно не ощутила его присутствия, словно его там и не стояло вовсе! - Прошу прощения, Орочимару-сама, - тут же стушевалась красноволосая, а странные узоры начали немедля стягиваться в… ту самую энергетическую структуру. Хм, вот похоже и одна из функций печати. - Я бы была не против продолжения, - вставила я свои пять копеек, отчего провинившаяся Таюя чуть ли не зарычала от злости и бешенства. Хм, пресловутая эмоциональность Узумаки? - Успеешь еще, - сощурился Змей. Да-да, щурься-щурься, ты правильно понял намерения. Так или иначе я все-равно изучу твою печать. - А пока пойдем, я достаточно увидел. Хм, вот ведь... В лабораторию он убежал, ага, как же. Наверняка весь этот час за нашим бесплатным представлением наблюдал, и ведь даже не заметила ничего. Скорее не было возможности внимательно сканировать окружение, чем он и воспользовался. - Ты сдерживалась, - произнес Орочимару, когда мы отошли от зала на несколько метров. В ответ я вопросительно изогнула бровь, попытавшись скопировать жест Цунаде. Заметив изменения в моей мимике Змей лишь непонятно хмыкнул, после чего все же продолжил: - Была достаточно заметна в твоих движениях скованность, будто хочешь что-то сделать, но постоянно одергиваешь себя, - хм, и правда, у меня возникали моменты, когда во время разрыва дистанции руки уже сами собой собирались складывать привычные комбинации печатей для техник, приходилось это прерывать. - Но и то, что я увидел, меня приятно впечатилило: прекрасное физическое развитие тела для своего возраста, умение тактически думать и не давать противнику использовать преимущество, владение джукеном… - многозначительно стрельнул глазами Змей, - хотя я раньше считал, что владеть им на подобном уровне никто кроме клана Хьюга не может. Тем более обучать бесклановую… - Я Хьюга, Орочимару-сан, - мой собеседник резко обернулся, сощурив глаза настолько, что они превратились в две узкие щелочки. Блин, я думала он знает. Эх, вроде ничего страшного я не сказала. Надеюсь. - Во время нападения Лиса на деревню его чакрой мне выжгло глаза и повредило очаг. Клан от меня отказался и отдал в приют. - Вот как, - с непонятной интонацией в голосе отозвался Ученый. - Это многое объясняет. - И что же, например? - полюбопытствовала я. - Например твою любопытную сенсорику, при помощи которой ты можешь чувствовать окружение на тристашестьдесят градусов. - Черт! Что ж он такой умный-то? Видимо, что-то все-таки отразилось на моем лице, даже не смотря на маску отчужденности, так как Орочимару вдруг хитро оскалилися. - Похоже, я угадал. - Вот ведь… Змей! - Тем более мне очень интересно изучить подобную мутацию, произошедшую, видимо, под действием чакры Девятихвостого. - Что, уже хотите препарировать? - не у одного тебя язык острый на слова. - Поверь, ты сама добровольно будешь мне в этом помогать, - его ухмылка стала еще более хитрой. - И почему же? - вновь вернула я контроль над своим лицом и ответила с прежним спокойствием. - Ку-ку-ку, кто-то ведь пришел ко мне за знаниями? Тем более, думаешь, я не заметил твой интерес к проклятой печати? Могу дать тебе покопаться в ней, да и не только это. Но тогда требуется и кое-что взамен. Вот ведь, этот… - А разве вам не хватило свитка с работами Тобирамы Сенджу? Я думала это достаточно равнозначный обмен. … этот… - Я жадный, - облизнулся Орочимару. … Этот… … Змей Искуситель!... Глава 16. Ноги подкашивались, со лба градом тек пот, сердце, казалось, пыталось выбраться из тесных тисков плоти, прорвав грудную клетку. Тело нещадно ныло, каждая косточка трещала и болела, хотя там и болеть-то вроде нечему, но именно это я ощущала. Про множественные гематомы, ссадины и прочую мелочь, сил залечить которые уже банально не хватало, вообще молчу. Ну а окружающий мир… он просто пытался то наклониться, то вообще перевернуться вверх дном, так и норовя уронить меня на столь притягательную и теплую твердь земную. Сознание же было единственным, что еще боролось с мраком беспамятства, ибо тело давно сдало свои позиции, и лишь благодаря непонятно как сохранившемуся алгоритму в подкорке мозга продолжало свое титаническое шествие до выделенных мне покоев. Однако, какими бы эпичными фразами и словами не описывалось сие действо - они не могли передать и десятой доли истинных ощущений и чувств. Ибо мое состояние дошло до той стадии кондиции, когда что мозг, что тело просто-напросто перестают воспринимать окружающую действительность. А началось все с одной обычной мысли Орочимару, с которой он поделился со мной буквально несколько дней назад: “Я не собираюсь тратить силы на посредственных шиноби, которые сдохнут в первом же бою. Поэтому ты будешь умирать на наших тренировках, чтобы потом выжить в этом жестоком мире. Я лучший из тех учителей, что мог тебе достаться, и мне соответственно нужны лучшие ученики. Будешь ныть – и у меня появится еще одна подопытная свинка, покажешь слабость или трусость – убью, а потом с радостью покопаюсь в твоем трупе. Если не хочешь кормить червей, то внимай всему, что тебе говорят, и может я смогу вылепить из тебя что-то стоящее.” И вот после этого начался АД! Он выжимал из меня все, что только можно и даже больше, доводил до пределов моих пределов, как бы смешно подобная тавтология не звучала. Что говорить, если даже система переставала справляться с такой нагрузкой, а в логах все чаще и чаще мелькали сообщения о растяжках, переломах, внутренних повреждениях, перенапряжении и тому подобном. Когда же это происходило, мне приходилось лечить саму себя через силу. Это такое забавное чувство, когда по поврежденным каналам течет медицинская чакра, при этом доставляя просто адовую боль, словно кислота, впрыснутая в кровь, а затем просто непередаваемое облегчение от заживающих ран. Очень яркий контраст. И ладно бы он изводил меня только физически, нет, в тоже время мой теневой клон штудировал просто гору различной литературы, начиная от лекарственных трав с их природными свойствами, причем таких, о которых я даже и не слышала вовсе, а ведь считала себя достаточно подкрепленной в данном направлении медицины, и заканчивая повадками и особенностями представителей местной змеиной фауны. Мои же познания в медицине в целом и, особенно, в генетике в частности он назвал “сносной базой, на которую можно опираться при изучении чего-то более серьезного”. Почему-то именно после этих слов мне захотелось придушить Орочимару. И ладно, что этими словами он опустил меня ниже плинтуса на поприще ирьениндзюцу, моей гордости от этого ни горячо ни холодно. Но нет, подобным он оскорбил Такеши-сенсея, ведь именно он научил меня всему, что я знаю, помог достичь всего, что я умею в медицине этого мира. И лишь две вещи останавливали меня от столь опрометчивого поступка: понимание, что Змей меня скрутит в бараний рог еще на этапе намерения напасть на него и опять же понимание, что язвительность и некая надменность к остальным является неизменной частью его характера (о чем мне, кстати, рассказывала еще Цунаде-химе, здесь же я смогла убедиться в этом, так сказать, вживую). Порой у меня даже возникали глупые мысли (если на них вообще хватало времени). Те же попытки сравнивать тренировки Гая и Орочимару. И, как ни странно, у них есть много общего. И там, и там организм доводиться до жесткого истощения, каждый раз поднимая предел собственной выносливости хоть на капельку, но выше. И там, и там эти “тренировки” (хотя скорее уж истязания) проходили на самой грани, после которой организм начинал уже саморазрушаться. Однако Благородный Зверь Конохи придерживался более мягкого подхода, где имело место именно постепенное и плавное достижение новых возможностей, преодоление пределов У Белого же Змея все было на порядок проще: “сделай или сдохни”. Более лаконично, коротко и понятно, не правда ли? И ведь приходилось делать, ибо помирать в мои планы не входило. Порой казалось… да что там казалось, я была почти на сто процентов уверена, что этому безумному ученому просто-напросто интересно, сколько я смогу выдержать и не сломаться. Очередной эксперимент, чтоб его. И если бы не разум игрока и умение отстранять от боли свое сознание, которому меня обучил еще Итачи, то даже не знаю… повесилась бы уже на третьи сутки. А эти взгляды, вскользь роняемые на бренную тушку одной маленькой куноичи. Так может смотреть лишь изголодавшийся удав на сытного и сочного зайца, а имей я возможность адекватно воспринимать эти взгляды… стоило бы как минимум напрячься… но возможности, как, собственно, сил, энергии и всего остального у меня банально не оставалось. Однако даже в таком состоянии я оставляла себе хотя бы каплю сил, чтобы в случае опасности перейти на теневые тропы и там переждать бурю. Мало ли что. Плюс к этому Куро почти все время дежурила рядом со мной, скрываясь в тенях. Лишь время от времени уползая на охоту. По крайней мере именно так воспринимались ее отлучки по нашей ментальной связи. И где она только находила еду в этих катакомбах? Таким образом прошло порядка двух месяцев моего пребывания в гостях у столь “доброго и милого” хозяина, желание убить которого время от времени можно было пощупать руками, настолько материальным оно порой становилось. Если быть точнее, то семь недель, которые слились для меня в один сплошной монолитный поток времени. Практически ни с кем на базе я не общалась, если быть точнее, то вообще ни с кем, кроме Орочимару. Ну еще перекинулась парой ничего не значащих фраз с “великолепной четверкой”. На этом все… Блин, если бы у меня вообще оставались силы, то я, наверное, уже выла бы волком от тоски! Постоянное напряжение, как физическое, так и умственное, психологический прессинг со стороны Белого Змея, так любящего опускать своих оппонентов до уровня, извиняюсь, говна своей непревзойденной язвительностью и надменностью… это очень сильно… утомляло, мягко говоря. С каждым днем возникало ощущение все большей и большей усталости, что тяжким грузом давила на плечи, и лишь растущие как на дрожжах характеристики заставляли меня сжав зубы продолжать через силу все это терпеть. Вот ноги наконец-то довели меня до койки и я без сил и совсем не грациозно грохнулась на спальное место. Плевать, что у меня грязная и потная одежда, плевать, что мои волосы уже стали отдавать сальностью, плевать что живот настойчиво требует еды. Пусть весь мир подождет, ибо я смертельно устала. Глаза стали медленно, будто с натугой закрываться. А разум уже окончательно падал в дрему. И лишь на самой границе сознания промелькнула непрошенная мысль: “Как там, интересно, Наруко?”. Однако как эта мысль мгновенно появилась, так же мгновенно и исчезла, погребенная под мраком беспамятства. Утро (а точнее поздняя ночь) началось уже с привычного моциона. Открыть глаза и около часа пялится в потолок, вспоминая и усваивая вчерашнее. Особенно всю теорию, которую на меня свалил Змей. Ибо он очень любил не вовремя задавать вопрос по изученному материалу, и только попробуй не ответить… скажем так, экспресс-обучение выводу ослабляющих ядов из тела после еды прямо во время боя еще не самое худшее, что может придумать этот гад ползучий. Затем еще час лечебных процедур с тонким воздействием на ткани и стимуляцией организма в целом при минимально возможном использовании чакры, так как основное количество энергии мне понадобиться на тренировки и последующее самолечение после этих самых тренировок. Ибо чтобы Змей, да подлечил меня? Ха, ищите другого благодетеля. Как он однажды высказался: “После изнурительного боя, когда ты останешься совершенно без сил, а рядом не окажется под рукой другого ирьенина, способного хоть как-то помочь - ты будешь с благодарностью вспоминать свои нынешние мучения.” И знаете… Было что-то в его словах такое… м-м-м, не знаю даже, личное что-ли? Словно он сам когда-то уже пережил подобное. Поэтому я больше к данному вопросу и не возвращалась, стараясь всегда справляться своими силами. Тем более не признать полезность подобного навыка мог только полный идиот или самоубийца. Я, вроде бы, ни к тем ни к другим не относилась. Да и появилась после двух месяцев жестких тренировок навязчивая идея разузнать о знаменитой регенерации Хаширамы Сенджу и попробовать достичь ее. Говорят, он мог за секунды заживлять достаточно тяжелые раны на своем теле и вновь бросаться в бой, покуда у него оставались силы. Правда в большинстве своем люди приписывают эту невероятную живучесть стихии дерева - Мокутону, которой владел Первый. Но я все же больше склоняюсь к высоким навыкам в ирьениндзюцу, а не каким-то там генам. Хотя и их сбрасывать со счетов не стоит. Возможно там был вообще некий гибрид из первого и второго. Закончив медицинские процедуры, я аккуратно спустила ступни на достаточно прохладный пол и немного поморщилась от ноющих мышц. Пришлось сделать небольшой выброс чакры из всех тенкецу, чтобы придать телу заряд бодрости. Это помогло, и я двинулась в направление общей душевой. Хоть о таком немаловажном моменте как личная гигиена Орочимару не забыл, слава Ками. А то узнав чуть получше характер этого сумрачного гения, могу точно сказать, что он мог вполне серьезно не обратить внимания на столь “незначительную деталь” и просто никак о ней не позаботиться. А каждый раз использовать для очистки тела чакру нерационально. Да и хочется порой почувствовать, как тугие струи воды снимают с тебя усталость и напряжение, даруя даже в некотором роде обновление и легкость. Правда заморачиваться с разделением на мальчиков и девочек Змей посчитал излишним, поэтому душевая в убежище общая. Как только с этим уживаются немногие жильцы нашей “маленькой общины” я без понятия. Может у них расписание есть или еще чего, ибо я хожу в душ всегда либо рано утром, как сейчас, либо ночью, если еще остается хоть какая-то часть сил после трудового дня. А в это время в душевой, как правило, никого нет. Вот и сейчас, зайдя в абсолютно пустое помещение, я включила в одной из кабинок воду, став отмываться от грязи и запаха. Хоть ложится такой грязнулей спать и неприятно, но если бы я, как вчера, попыталась сначала сходить в душ, то оттуда бы уже не выбралась. А спать в душе - увольте, лучше перетерпеть. На обратном пути увидела, как из моей комнаты выходит один из подчиненных Орочимару, который обычно разносит еду. Завидев меня он коротко поклонился и ушел восвояси. Вот тоже интересный вопрос: это только мне, как личной ученице Белого Змея еду носят? Ибо я знаю где находится на базе помещение, отведенное под столовую. Однако из-за вот такого вот обслуживания была там всего пару раз. И то, после немалого количества “добрых” взглядов, которыми меня награждали подчинённые Орочимару, больше там принимать пищу нет никакого желания. Почему же эти взгляды настолько “добрые”? О, вся соль заключается в одном простом слове - конкуренция. Наш безумный ученый построил по своему уникальную и интересную систему рангов, основывающуюся на простой истине: кто сильнее, тот и прав. Утрированно, конечно, но суть примерно ясна. Выделись среди серой массы своими мозгами, силой, умениями, хитростью или чем-либо еще и сделай так, чтобы это заметил сам Змей, и вуаля - ты уже на ступеньку выше прочего “мяса”. Так что грызня за место под солнцем - вполне нормальное явление в этих стенах, где каждый в первую очередь враг и соперник, а потом уже все остальное. А Орочимару от этих дерганий скорее всего только забавляется. Устроил, понимаете-ли, тут “шоу талантов” и “цирк уродов” в одном флаконе. Естественно, многим не понравилось, что какая-то девчонка, только появившись в убежище, тут же стала любимицей Змея. Однако сразу “выяснять отношения”, как ни странно, конкуренты не спешили. То ли хоть какое-то подобие здравого смысла у них все же имеется, то ли они каким-то образом прознали о судьбе своих предшественников. А может и то и другое, кто знает. Как бы то ни было, а первую пару недель меня не трогали, только сверлили недобрыми взглядами. Примеривались видимо. А вот на пятнадцатый день в гости пожаловала гоп компания из трех типов явно бандитской наружности. Орочимару вообще у себя в загашнике держал много всяких личностей с не слишком чистым прошлым… Так вот, подловили меня на обратном пути после возвращения с тренировок. Настроение было не очень, состояние тела и разума тоже. Пусть тогда спарринги с моим сенсеем (побольше яду и шипения при произношении этого слова в адрес бледнолицего) еще не достигли своего истинного апогея в плане извращенности, жесткости и мазохизма, но отголоски наступающего песца уже отчетливо проступали сквозь неясные очертания. Так что насколько “радостным” было приветствие столь “приятной” компании можно легко догадаться. Конечно я понимала, что этих парней послали на заклание, так сказать, проверить мою реакцию на раздражители, но и поделать я ничего не могла. Надо было сразу показать себя с очень жесткой и беспринципной стороны, чтобы меня оставили в покое. Ибо я отчетливо ощущала, что нахожусь в сваре волков, собак и гиен (ну и одного змея), где не любят одиночек и уважают только силу… В общем мое личное кладбище пополнилось еще тремя трупами… которых позже меня заставил вскрывать Орочимару, для наглядного пособия, так сказать. Тем самым тонко намекнув, что он в курсе всего, что происходит в его владениях. Сам же Змей… ну тут момент сложный и неоднозначный. По крайней мере я еще не встречала настолько жесткого (больше даже жестокого), местами безумного и маниакального ублюдка, в тоже время являющегося достаточно прагматичным и харизматичным человеком. Даже несмотря на всю его порой отталкивающую (то бишь “вонючую”) натуру и ужасно скверный характер, нельзя было не восхищаться его гением и выдержкой. Особенно стойким следованием своим жизненным принципам. А ведь это говорит о большой силе воли. Несмотря на все, Орочимару был Личностью с большой буквы, этого у него не отнять. Правда убить его хочется отнюдь не меньше… Закончив прием пищи и аккуратно положив вымытую посуду (не люблю оставлять за собой беспорядок) на край стола (потом заберут), я направилась в сторону выделенного специально под обучение зала. Сегодня, к сожалению, в моем расписании числятся только физические тренировки, хотя по идее сначала должно быть обучение и практика в лаборатории, с недавних пор в которую меня таки стали пускать. Змей посчитал мой уровень знаний достаточным для работы типа “принеси-подай”, как язвительно высказался он… И я действительно по первому времени только и делала, что была девочкой на побегушках с функцией “дай то-то, не суй руки туда-то”. Однако даже такие занятия были мне полезны, ведь одновременно ковыряя трупы (что происходило чаще всего) Орочимару пояснял производимые им манипуляции с телами разумных, либо проводил лекцию по какой-либо теме, попутно задавая каверзные вопросы, на которые приходилось отвечать. Однако сегодня все было по другому. Как сказал учитель (все-таки он вбил мне в голову именно такое обращение), сегодня будет только физическая подготовка по “повышенному разряду” (добавьте к этому хитрый оскал, плотоядный взгляд… ну вы поняли, в общем). Наверное Змей решил провести итоговый тест или что-то в этом роде. По крайней мере это единственное, что приходило мне в голову из логически обоснованного. Ибо от безумного ученого можно ожидать чего угодно и когда угодно. - Итак, - начал змеелюб, когда я вошла в залу, - сегодня у тебя особый день! Ку-ку-ку… Помниться кто-то была не прочь продолжить закончившийся в прошлый раз спарринг? Что же, я тебе предоставлю подобную возможность! Покажи мне все, чего ты смогла достичь за столь небольшой промежуток времени, - что-то мне не нравиться этот его очень уж откровенный оскал. Нет, подобный перекос на лице у Змея вылезает довольно часто, но вот конкретно сейчас этот оскал какой-то уж очень… м-м-м… очень, в общем. Настолько, что схожее выражение лица у стоящей рядом великолепной четверки, точнее единственной девушки из данного квартета (видимо не простила она мне прошлого раза) выглядело откровенно блеклым. - Ах, да! В этот раз никаких ограничений. “Вот мл…” - успела я еще подумать, прежде чем моя голова абсолютно на автомате отклонилась в сторону, пропуская мимо удар костяного меча. А вот дальше началась форменная вакханалия, ибо, активировав особый режим своих печатей и обзаведясь крутыми татушками по всему телу, мои противники резко скакнули в силе на порядок и активно меня начали гонять, не давая даже сложить ни одной серии печатей. Это был не то чтобы сильный, но довольно ощутимый удар по самолюбию. Все-таки прошлый спарринг был в разы проще. Хотя дело было даже не в том, что у противников появилась ощутимая прибавка в силе, нет. Просто в этот раз Орочимару им дал полную свободу действий, и четверка действительно старалась наносить удары уже не с целью покалечить, а с целью именно убить - а это две совершенно разные вещи. Похоже мне тоже пора прекратить сдерживаться, и приоткрыть пару козырей. Подать чакру в пять фуин утяжелителей и полностью дезактивировать их. Можно начинать… Врата Начала (Каймон) - активация… Врата Исцеления (Кюмон) - активация… А в следующий момент мир резко смазался. Черт! Вот и минус подобного подхода тренировок. Я слишком давно хожу с утяжелителями, из-за чего совершенно уже не чувствую их на своем теле, что, кстати, говорит об очень высоком качестве изделия. Поэтому сейчас очень непривычно двигаться в настолько легком теле, сложно рассчитывать силу тех или иных движений. В свою очередь это мешает правильно реагировать на угрозу и контратаки. Хорошо хоть четверка тоже еще не успела сориентироваться в изменившихся условиях. А значит и большинство моих огрехов будет нивелироваться… я, по крайней мере, на это сильно надеюсь. Быстрый скачок к “человеку пауку”, Кидомару, если быть точнее, на полной скорости, пока остальные еще не успели очухаться и тут же бью тридцатью двумя ударами небес, однако уже на шестнадцатом ударе меня прерывает выскочивший с правого бока Кимимару, буквально выстреливая из своего плеча костью в виде короткого копья. Мда, а я и не знала, что он так может… Пришлось уворачиваться, но дело сделано. Самым опасным и неприятным для меня был именно паучок с его дальнобойными стрелами из какого-то быстротвердеющего вида паутины, которая по крепости не уступает тем же костям Кимимаро. А вот в ближнем бою против меня он не очень, и даже четыре лишних конечности ему не помогут, уже проверено на практике. Я же своими ударами выбила ему все главные сухожилия в конечностях, а также несколько тенкецу. Если он и сможет восстановить руки, то вот стрелять так же метко, как и до этого - нет. С другой стороны меня попытался прижать Джиробо - хранитель южных врат. Большой, крепкий и непоколебимый с очень неприятной способностью вытягивать чакру из своей жертвы… но медле-е-енный. Он скала, но скала немного неповоротливая. В общем, если ему не попадаться в лапы, то вполне безобиден. Так что стоит сейчас либо добить Кидомару, либо переключиться на Кимимаро, ибо он представляет для меня наибольшую сложность из-за своего кеккей-генкай. Но и здесь закралось одно “НО”: из-за проблем со здоровьем этот молчаливый тип не способен долго поддерживать высокий темп сражения. Подорванная выносливость и вяло протекающая болезнь не даю… В следующий момент все чувства и интуиция буквально взвыли, чем заставили меня на автомате, нежели осознавая это, уйти шуншином в бок. Врата Начала (Каймон) - дезактивация… Врата Исцеления (Кюмон) - дезактивация… Черт! Открытые врата слетели. Хотя этого и следовало ожидать. Все-таки для применения шуншина требуется полностью спокойное течение чакры, а открытые врата, даже лишь двое, этому совершенно не способствуют. Именно поэтому в бою данная техника считается неприменимой, так как во время сражения чакра находится в постоянном ускоренном движении, что увеличивает выносливость, скорость, реакцию и все остальное. Естественно никто не будет так рисковать, замедляя и ослабляя себя, только чтобы использовать шуншин. В крайнем случае можно использовать каварими, пусть он и является менее быстрым, плюс ограничение в объеме замещаемого предмета, зато и спокойствия чакры не требует и применять можно во время сражения не отвлекаясь. Откуда-то со стороны верхней площадки пронеслась волна удивления и… узнавания? Хрен его знает, ибо мне опять пришлось уходить шуншином с линии атаки. После чего я таки смогла рассмотреть новую опасность. Как ни странно, но это оказался какой-то огромный накачанный бугай с огромной дубиной, что была ростом с меня. Вот только кое-что меня в этом “шкафу” сильно напрягало. Если быть точнее, то многое. Если быть конкретнее, то абсолютно все. И небьющееся сердце, и странная структура СЦЧ, которая несмотря на мертвое тело все-равно продолжала работать, и разбросанные по всему телу фуин-печати… А еще меня просто вывернуло наизнанку, когда я смогла рассмотреть эту тушу своим духовным оком. Настолько, что даже эмоциональная маска на лице дала серьезную трещину. Казалось, будто я поковырялась своими руками в отхожем месте, настолько было противно чувствовать это… создание. Хотя даже не создание, а вещь, ведь я не способна видеть духовным оком живых существ. А тут… Нет, чем бы ни была эта тварь, она просто не должна существовать. Вся моя сущность просто вопила об этой неправильности, мерзости, что своим присутствием просто до невозможности искажает и выворачивает окружающие потоки энергий. Это чувство было настолько сильным, что неожиданно для самой себя я полностью поддалась ему. Меня вновь начал окутывать льдистый кокон… Внимание! Обнаружено новое состояние реципиента… Анализ… Проверка… Считывание параметров… Внимание! Благодаря стечению многих факторов, длительному моральному напряжению, а также вашему постоянному развитию разума и воли вы смогли открыть еще одну грань искусства тонкого управления собственным сознанием. Обретена способность “Кристальный Разум”. Кристальный Разум (подвид: Холодная Ярость) - когда вашему сознанию требуется четкое достижение требуемой цели (восприятию мешает какой-либо раздражитель), вы способны переходить в форсированный режим для наиболее эффективного выполнения поставленных задач, производя требуемые расчеты с невероятной скоростью. И пусть ваши враги содрогнуться, ведь Кристальный Разум не оставляет места эмоциям, а Холодная Ярость не дает и шанса противникам. Но будьте осторожны: Кристальный Разум искажает восприятие действительности на время действия, а также несет за собой сильный откат после. Расчет ситуации. Получение входных данных… “Так странно.” Распределение целей. Поиск уязвимостей… “Словно у меня в голове поместили суперкомпьютер.” Определение задач. Просчитывание алгоритмов… “Видеть все, ощущать все, анализировать все, просчитывать все.” Выявление приоритетов. Готовность к действию… “Страшная способность…” Активация… А дальше мир вдруг стал простым, понятным и кристально четким. Подшаг под летящее в меня очередное костяное копье. Укрепление ладони чакрой земли и перехват копья еще в полете. Затем, используя инерцию, проворот вокруг оси с одновременным пропитыванием чакрой молнии оружия и запуск его в основной раздражитель. Флейта, которой Таюя управляла той мясной куклой буквально разлетелась осколками, а дестабилизированная в рассчитанный момент чакра молнии оставила сильный ожог на правой руке и лишила ее сознания. Пока копье совершало свой полет, я перехватила уже костяной клинок, направленный в мою шею, мягко отводя его в сторону и опять же пуская по нему чакру молнии, однако противник видимо понял мои действия, поэтому успел отпустить оружие до поражения… Однако подобное опять же было просчитано заранее и уже заготовленная водяная пушка из стихии воды буквально впечатала Кимимаро в противоположную стенку. Подняться он уже не смог. Попытавшийся же меня поймать со спины Джиробо был банально нанизан на появившиеся теневые пики, причем нанизан так, что не было задето ни одного жизненно важного органа, однако двигаться без специализированной медицинской помощи он сможет нескоро, все-таки ключевые суставы повреждены. А затем поворот на девяносто градусов, складывание уже привычной серии печатей (сознание мельком отметило неудовлетворительную скорость и гибкость пальцев) и громоздкую стоящую без движения из-за сломанной флейты фигуру с дубиной в правой руке накрывает поистине большой огненный шар четырех метров в диаметре, жар которого даже отсюда, казалось, сушил кожу и заставлял трескаться губы. Хоть последняя техника и забрала у меня две трети резерва, отчего даже накатила небольшая слабость: слишком быстрый отток чакры произошел. Но переставшее давить неприятное ощущение с испепелением ненавистной (как ни удивительно, но именно ненавистной) твари стало настоящей отрадой… стало бы, если бы мое сознание до сих пор не находилось под Кристальным Разумом. Однако с завершением выполнения поставленной задачи, а именно: уничтожением раздражителя, прекратила свое действие и моя новая способность. Вот только откат был поистине ужасным. Эмоции, которых я была лишена за этот короткий промежуток времени (который, к слову, продлился всего несколько секунд), нахлынули в мою бедную головушку неостановимым торнадо, сметая все преграды и заслоны. В один миг мне показалось, что я ослепла, оглохла и перестала чувствовать, хотя сознание до сих пор где-то на периферии следило за окружающей обстановкой. И именно этот поток взбрендивших мыслей и чувств помешал мне заметить момент, когда к шее был приставлен маленький инъектор, впрыснувший какую-то дрянь в кровь, отчего резко захотелось спать, а чакра в теле перестала подчиняться от слова “совсем”. “Мда, Кристальный Разум хорош, но вот только с осознанием производимых действий похоже полная жопа. Ибо так пропалить свое владение тенями, водой и молнией… ” - Ку-ку-ку, ты сумела меня очень порадовать и даже удивить. Зам-меч-ч-чательно, просто замеч-ч-чательно, - чуть ли не замурлыкал от удовольствия Белый Змей. Тело же уже почти полностью сдалось под властью Морфея. “А Орочимару все-таки ублюдок…” POV. Орочимару. Сколько себя помнил, Змей всегда был любопытным, его интересовало все, начиная от дворовых сплетен и заканчивая историей мира. О да, юный Орочимару очень любил познавать мир, изучать тайны прошлого и их наследие. Конечно никто не будет доверять и рассказывать подростку действительно что-то серьезное и стоящее, тем более бесклановому. Но юный тогда шиноби не зря назывался гением, уже в то время он умел слушать и слышать, сопоставлять разрозненные цепочки фактов, недомолвок и умолчаний, строя если и не цельную картину событий, то как минимум очень правдоподобную их версию. И чем больше он изучал мир, тем больше во всем разочаровывался. Сначала в самом мире, точнее неспособности изучить его полностью, ибо жизнь достаточно скоротечна, а мир слишком огромен, а затем и в людях, что его населяют, ведь они живут в удивительной и совершенно неизученной вселенной, что открыта пред ними. Но нет, вместо того, чтобы познавать, Изучать, СОЗИДАТЬ (!), лишь губят, уничтожают и разрушают, бессмысленно отдавая свою жизнь непонятным интригам и переделке власти, либо вообще ни к чему не стремясь и удовлетворяясь ролью ведомого стада. И лишь десятки из живущих действительно стремятся к чему-то большему, и лишь единицы из десятков этого большего достигают. Небольшое исключение, только подтверждающее правило. Как бы не силился Орочимару, он просто физически не мог понять подобное, поэтому ему оставалось лишь принимать сей факт как аксиому, пока еще не имеющую доказательств. И если со вторым разочарованием он ничего поделать не мог, ибо терниста и непостоянна человеческая природа, то вот в изучении мира он пошел дальше. В невозможности познать окружающее “вширь”, из-за, как говорилось ранее, слишком малого времени жизни, отведенного природой, Змей решил продолжить изучение “вглубь”, пытаясь понять суть, разобраться в первоистоках и в том, как все устроено. О-о-о, эти нескончаемые дни, всецело и полностью посвященные исследованиям, день за днем, год за годом. Бросаясь из крайности в крайность, лишь бы только найти ту самую суть, ту деталь, что является частью всего и вся, порой забывая про еду и сон, лишь бы только успеть, лишь бы только понять… Ведь жизнь человека сама по себе коротка, пролетит и не заметит. Что уж говорить про шиноби, чей временной отрезок отмерян полетом вражеского куная. Когда же уже казалось, что Орочимару потерялся и просто не знал, куда еще податься, где искать, его заметили. И не просто заметили. Еще достаточно крепкий и не закостеневший до конца глава набирающего в то время силу АНБУ Не увидел что-то в Змее, может его ум и стремления, с которыми мало кто мог посоревноваться, может потенциал и силу, сейчас уже доподлинно и неизвестно. Как бы то ни было, но было сделано предложение, от которого практически невозможно отказаться: оборудование, люди, ресурсы и, самое главное, наработки других шиноби, в том числе и второго Хокаге, а также свобода творить, пусть и относительная. А взамен лишь маленький пустяк: верность Конохе и защита ее интересов до самого гроба, да и нужен был Данзо шпион среди людей Хокаге. Орочимару это прекрасно понимал, осознавал, что ему порой придется окунать свои руки в кровь и дерьмо. Все-таки он был тогда уже не зеленым генином мало что понимающем в окружающем мире, но и достаточно прожженным циником назвать Змея было еще нельзя. Однако Корень убил в нем все то, что он еще не успел растерять на войне. Тогда же еле тлеющий огонек надежды и веры в людей и человечество в целом погас навсегда. “Порой придется”? О-о-о, нет… это было самое настоящее плавание с головой в клоаке. По другому работу в Корне было и не назвать. Убийства, пытки, ложь, подставы, многоходовые комбинации, заставляющие их цели порой даже кончать самоубийством, и многое другое… То, что Змей больше всего ненавидел и презирал в людях, то, что он считал лишь глупой тратой времени и жизни, все это теперь стало его работой… Ненавистной работой. Однако только так он мог продолжать свои интеллектуальные изыскания и опыты. А ведь они только-только начали приносить результаты. Да, теперь он точно знал, что именно ему следует изучать и в к чему стремиться. Чакра, то, чем он владел с самого детства, то чему его обучали наставники и сенсей. То что он считал таким же привычным, как дыхание, то, что есть в каждом живом существе. Именно чакра была его ответом и средством, что могло подарить Змею бессмертие, а значит и помочь в изучении мира. Если быть точнее, то сенчакра, которая была первоисточником всего. Ведь даже система циркуляции чакры у шиноби является ничем иным, как мутацией, появившейся под давлением природной энергии мира. Однако его собственный призыв отказался обучать тогда уже отнюдь не юного шиноби. “Твое тело не выдержит, обратившись в камень, а разум окончательно погрязнет в пучинах безумия” - таков был ответ Хакуджа, старого короля змей. Однако его слова все-таки заставили немного усомниться в целесообразности идеи. Поэтому Орочимару решил сначала изучить более подробно данный аспект искусства чакропользователей. Насколько же Белый Змей был удивлен, когда обнаружил в библиотеке Корня записи Тобирамы Сенджу, где тот занимался изучением того же самого. Причем объектом исследования он выбрал своего собственного брата. Ведь именно его способность использовать природную энергию не была привязана к какому-либо призыву. Сенчакрой Первый овладел самостоятельно, а значит, теоретически, этим мог овладеть и любой другой шиноби. В общем, эти исследования дали новый толчок. А уж наработки Второго… О да, именно тогда Тобирама стал если и не идолом Змея, то как минимум очень уважаемой им личностью. Пусть он никогда и не встречался с ним лично. И вновь потянулись бесконечные исследования, новые теории, опыты, время от времени перемежаемые заданиями от Данзо и работой с командой генинов, которую по настоятельной просьбе сенсея ему пришлось взвалить на свои плечи. А затем грянула война. Нет, она не была внезапной или неожиданной. Более того, учитывая на какую организацию работал Змей, информация о грядущих событиях была у него чуть ли не за несколько месяцев до начала. Хотя какого начала? Просто из локальных конфликтов за влияние на прилегающих территориях малых стран вдруг разгорелось самое настоящее глобальное противостояние. Этот процесс перехода не был мгновенным, а растянулся на довольно длительный срок, постепенно нагнетая обстановку, пока не лопнул, как мыльный пузырь. Да и сама война была не скоропостижной, а такой же растянутой. Что Сенсей, что Тсучикаге совсем не желали сдавать свои позиции, из-за чего конфликт вытягивал соки из деревень с огромной скоростью, да еще и второй фронт. Однако самому Змею грех было жаловаться: для него ситуация складывалась наилучшим образом. Ведь война - это всегда неразбериха, в круговороте которой очень многое можно списать на противника. Как то: пропажа секретных документов и техник, убийства и самое главное - исчезновение различных людей с интересными мутациями и геномами. О-о-о, тогда была большая возможность разгуляться. Тем более, как помощник Данзо, Орочимару практически не участвовал в прямых конфликтах, больше работая в тылу и на секретных заданиях. Именно тогда ученый разветвил и укрепил свою сеть осведомителей и запасных лабораторий, ибо тащит все образцы в Коноху было делом муторным и небезопасным. Плюс иногда приходилось проводить замеры и опыты прямо на месте, пока “образцы” были еще годны к использованию, что опять же накладывало свой отпечаток. Было ли ему жаль всех тех загубленных душ? Нет. Ужасов военного времени Орочимару успел насмотреться еще в прошлый раз. И если во время Второй Мировой многие вещи вызывали в нем непонимание и отчужденность, порой даже шок (в самом начале), то во время третьего глобального конфликта все это сменилось надменностью и брезгливостью. “Люди совсем не меняются, и Третья Мировая Война не показала мне ничего нового с этой стороны. Та же кровь, то же дерьмо. Люди, что с них еще взять”. Поэтому он пользовался ситуацией с максимальной для себя выгодой. Тогда же на полях сражений проявили себя множество молодых шиноби, делая себе имена на чужих смертях. Особенно юный Минато Намикадзе, “Жёлтая молния Конохи”. Нет, Орочимару отнюдь не ненавидел его, не смотря на то, что именно ставленник Джирайи и Сенсея забрал у него пост Хокаге. В некоторой степени даже уважал, как может уважать один одаренный сирота другого, который смог выбраться из серой массы “середнячков”, что говорит как минимум о его таланте и упорстве. Но вот идеи и стремления… м-м-м, мда. Что Джирайя, что его ученик: такие же глупые идеологи, верящие в светлое будущее, наивно полагая, что что-то со временем все-таки изменится в лучшую сторону. “Как же это… по-детски”, - пронеслась язвительная мысль. Кстати, именно после становления Минато Четвертым Хокаге, Орочимару решил больше не задерживаться в деревне. Точнее он уже был готов ее покинуть без угрызений совести, если, конечно, огрызки этой мифической сущности еще оставались в его темной душе. О-о-о, а это лицо Сарутоби, когда он наконец узнал, чем именно его ученик занимался втихаря от всей деревни. Такой шок и неверие, что аж блевать тянет. Человек, что спокойно промывал на протяжении многих лет мозги Джирайе, делая из него верную собачку, человек, что так цинично отнесся к судьбе Цунаде, фактически вынудив ее покинуть Коноху и начать свой путь Легендарной Неудачницы и навсегда отказаться даже от идеи воскресить свой клан и наследие своего деда. Тот, кто отправлял сотни и тысячи шиноби на смерть из-за своих амбиций и упрямства! Этот “человек” так удивлялся (!), что его лучший ученик всего-то проводил немного аморальные исследования… Всего-то! Не-е-ет. Самому Орочимару еще далеко до своего учителя в данном плане. Хотя чего все о мертвых, да о мертвых. Смерть Третьего ничего не шелохнула внутри Белого Змея. Лишь принесла какое-то закономерное понимание, что так и должно было быть. Хоть и не лично от его руки, но сдохнуть старый хрыч должен был уже давно. И так слишком долго задержался на этом свете. Сейчас же… сейчас же Змей был очень задумчив, а в мыслях роились небывалые доселе сомнения. И причина этих сомнений в данный момент спокойно и мирно лежала в центре специального круга, состоящего из целой системы фуин. Достаточно сложной и многообразной, комплексного воздействия, на создание которой ученый потратил два месяца кропотливого труда. Даже Джирайа спасовал бы перед такой трудоемкой структурой, а ведь он считается мастером фуиндзюцу. Пусть и совсем не чета древним мастерам Узумаки. Впрочем, как и сам Змей, но благодаря знаниям, что были со всей тщательностью и старанием собраны за многие годы, он мог создавать вот такие вот шедевры, по нынешним меркам. Глаза привычно пробежались по связкам фуин, выискивая недочеты и неточности, которых, как гордо подмечал Орочимару, не имелось. Конечно будь здесь тот же Узумаки, скажем, Кушина-чан, и она бы на одной только интуиции смогла бы оптимизировать его работу в два, а то и три раза. Но чего нет, того нет. Главное работает, и ладно. А то, что жрет больше требуемого чакры - не беда. У него достаточно запасенных накопителей. Взгляд вновь вернулся к такому спокойному и умиротворенному лицу Ученицы. Намида Кори, юное дарование Конохи. Гений, который в ирьениндзюцу смог переплюнуть даже Цунаде в ее годы. Хьюга, что была выкинута на обочину своим собственным кланом и смогла подняться из грязи, при этом утерев нос всем этим напыщенным “аристократам”. Фактически плюнув им в лицо с их “чистотой крови”. При этом являющаяся носительницей очень странной, в некоторых местах даже невероятной, мутации. Сутью которого являлась в первую очередь просто чрезвычайная пластичность организма и невероятная приспособляемость, что было подтверждено не только теоретически, но и практически. Все эти два месяца измывательства, что проводил Орочимару, были отнюдь не прихотью безумного гения, а целенаправленным изучением пределов тела Кори. И полученные данные чуть ли не приводили в экстаз ученую натуру Змея: ее организм постоянно находился в тонусе, никакого регресса, достигнув некой планки он не скатывается вниз, только вверх! Порой ученому казалось, что забрось он ученицу в ледяную пустошь, и она уже через месяц будет полностью игнорировать холод, если конечно не загнется сама раньше времени: все-таки сколь бы мощной не была пластичность организма, но период адаптации все-равно присутствовал, вот только сроки… О-о-о, кто бы знал, каких трудов Орочимару стоило сдерживание своей экспериментаторской души, когда он смог разобраться в принципе действия мутации девчонки. Хотя скорее не мутации, а самого настоящего и полноценного генома, ведь эта особенность должна, судя по результатам, передаться и ее детям. Поначалу Змей даже подумывал об искусственности этой способности организма, ибо настолько функциональной и… идеальной структуры он еще не видел. У нее не было изъянов, недочетов и излишек. Абсолютная система, направленная на постоянное развитие организма и его поддержку, что своей деятельностью захватывает абсолютно весь спектр, начиная от биологического уровня и заканчивая, судя по всему, даже духовным, если вообще не самой душой. Однако поразмыслив немного, он пришел к выводу, что это просто невероятно редкий, можно даже сказать, исключительный случай, созданный природой. Ибо ни один разумный просто физически не смог бы до такого додуматься, не то что реализовать. А вот природа - вполне. Вот только даже по примерным прикидкам ученого, для этого матери земле пришлось бы взращивать подобный организм в течении нескольких сотен тысяч лет, причем в довольно специфических условиях. Так что Змей лишь еще раз подтвердил свою давнюю теорию, что человеческий организм скрывает в себе гораздо больше заложенного природой, нежели доступно людям. И у Кори не пробудился какой-то новый геном, а лишь при стечении нескольких обстоятельств активировался спящий до этого механизм. Возможно и не один… Взять хотя бы ее внешнюю безэмоциональность. Это ни что иное, как защитная реакция тела на производимые биологические процессы. Ибо с тем повышенным количеством гуляющих гормонов в крови, ее разум давно должен был повредиться. Ну или, как минимум, появились бы отклонения в психике. Однако само сознание выставило некий фильтр не дающий большей части процессов тела влиять на разум и психику. Что и говорить, если самому Орочимару пришлось использовать одно очень убойное средство для ее усыпления, и то оно подействовало только через четыре секунды! А ведь будь на ее месте обычный человек, и его бы пришлось вообще откачивать, так как при такой дозе у не шиноби останавливается сердце. Насколько было сильно желание препарировать данную тушку, настолько же что-то внутри Змея противилось этому. И чем больше он узнавал свою маленькую протеже, тем больше возрастало это сопротивление. Впервые так желанный им образец не был препарирован в ту же секунду. Поначалу Орочимару полагал, что просто пытается сохранить очень полезное вместилище, которое по свойствам могло посоревноваться (а может даже и обогнать) с телом так желанного ему Учихи с шаринганом. Все-таки такой подарок небес попадается действительно редко. Особенно если учесть, что у тушки Кори есть очень высокая вероятность (выше чем у всех подопытных до нее) адаптироваться к чужому геному. Это бы дало возможность получить как давно желаемый полноценный мокутон, так и не менее, а то и более, желаемый полноценный шаринган в одном теле. И использование его ученицей Сусаноо, имея всего один глаз, да еще и не являясь при этом Учихой, только подтверждают его теорию. Однако дальнейшее общение с ней заставило старого шиноби кардинально изменить свое мнение. Светлый, чистый ум, практичность и здоровый цинизм, совершенно не присущие детям в столь юном возрасте - то, что так зацепило Змея с первых минут общения с ней. Не только ее тело, но и сама личность была полна загадок. Что привело к подобному? Изначальный характер девочки? Развитие и взросление под действием внешних факторов окружающего мира? Воздействие генома? Неизвестно, но оч-ч-чень интересно… Орочимару прекрасно понимал, не будь Кори той, кто она есть. И он без зазрений совести пустил бы ее под скальпель, либо использовал как вместилище Фуши Тенсей. Однако она его зацепила… чем-то, но зацепила. Может он нашел родственную душу ученого? Того, кто сможет понять и принять знания и наследие самого Змея? Кто знает. Но одно ученый решил точно: он огранит доставшийся ему алмаз, заставит сиять, даст знания, силу, следя за ее развитием и эволюцией. “Это будет интересный эксперимент, ку-ку-ку”. А насчет генома… Ну, восстанавливаться и диагностироваться его ученица еще будет минимум неделю, так что пару… десятков образцов он взять сможет без проблем. Фактически именно для этого и была построена столь сложная цепочка фуин. Чтобы снять эту нелепую печать стерилизации, которую тупые старперы поставили его ученице. Дураки, даже не понимающие, что именно чуть ли не загубили своими кривыми руками! Ведь продержись сия вещь на Кори до конца полового созревания тела и все: геном был бы практически потерян! Ибо клонирование или прямое приживление клеток в подопытного дает слишком маленький процент положительного исхода, нежели выращивание из яйцеклетки плода в инкубаторе. Что же насчет мнения самой ученицы по этому поводу… что ж, все в этом мире имеет свою цену. И это лишь еще одна цена за то, чтобы стать сильнее… Привычное ощущение толчка, и Орочимару оказывается в небольшой комнате без окон, погруженной в полумрак. Только в углу стоит пара столов с оборудованием да стеллаж с редкими свитками, на который, тяжело дыша, опирался Кабуто. На полу же постепенно истаивали символы обратного призыва. Но вот, чуть отдышавшись, среброволосый шпион заметил наконец появившегося Орочимару и тут же опустился на колено, будто и не высосала за мгновение до этого половину его чакры техника призыва. И только пара тяжелых капель, стекающих по лицу, давали понять, что обошлось она ему отнюдь не легко. - Орочимару-сама, - спокойно, но с небольшой толикой уважения произнес парень. Мда… еще одно юное дарование, которое смог прибрать к своим рукам ученый. Умный, инициативный, хитрый и, самое главное, верный, что в мире шиноби встречается не часто. Один из немногих, кому сам Орочимару мог доверять очень многое, в том числе и свои тайны. Не все, естественно, но на порядок больше, нежели остальным. Он также в свое время смог чем-то зацепить, обратить на себя внимание. И также, как и с Кори, Змей присматривался к нему некоторое время, оценивал, просчитывал, решился… и не прогадал. Кабуто был одним из самых его удачных приобретений, ради которого даже стоило рискнуть пойти против планов Данзо. “Ку-ку, пусть он тогда был и не сильно доволен моей самодеятельностью, но не решился рушить наши отношения из-за мелкого пацана. Ха, если бы старик только знал, насколько ценный кадр мне отдает…” - Докладывай, - как-то даже буднично, но в тоже время властно, прозвучало слово. - Хай, Орочимару-сама, - вставая и пристраиваясь за правым плечом ученого, начал докладывать подчиненный. - Как вы и приказывали, я начал подготовку данных, образцов и оборудования к переправке на дочерние лаборатории и дальнейшей эвакуации. Основные материалы отосланы, еще небольшая часть уже должна была покинуть пределы Конохи с оставшимися шпионами по заготовленному маршруту, однако возникли проблемы… - чуть замялся Кабуто под пристальным и требовательным взглядом Змея, который сильно не любил, когда что-то идет не по намеченному плану. Особенно если это “что-то” одни из важных изысканий для будущих экспериментов, без которых многомесячный труд мог пойти насмарку и в утиль. - …проблемы возникли с некоторыми свитками из библиотеки Корня… - Об этом можешь не беспокоиться, - небрежным взмахом руки перебил его Орочимару, - все требуемое у меня уже имеется. - Так значит пожар в западном блоке… - Нет, это было спровоцировано не мной, - ухмылка сама вылезла на лицо, - однако сюрприз получился очень уж приятный. Хоть последняя фраза и заинтриговала сереброволосого шпиона, однако он предпочел пропустить ее мимо ушей. Все-равно чуть позже сам все узнает. Откуда-то слева из северного прохода раздался приглушенный далекий взрыв, на что Змей лишь многозначительно приподнял бровь. - Штурм только-только начался, Орочимару-сама. Вы успели к самому началу. - Хм, видимо сильно Старый Пень довел Минато-куна, если он решился на прямой конфликт, - высказался Белый Змей. - Не только Четвертого, сейчас вместе с АНБУ наступает и множество клановых шиноби, под общим командованием штаба во главе с Шикаку Нара. - Даже так? Интерес-с-сно… - с задумчивостью протянул саннин. - Насколько стало известно, примерно через полторы недели после памятного пожара, некто разослал главам кланов некую информацию, из-за которой они всполошились как улей. Началась нездоровая деятельность среди подчиненных Хокаге и клановых шиноби, причем направленная именно на Корень. - Компромат. - Именно так, Орочимару-сама. Самый напрашивающийся вывод, - сверкнув очками, произнес Кабуто. - Однако даже учитывая всю ту гадость, что могли узнать о Данзо кланы и Хокаге, они бы не стали так опрометчиво вступать в прямое противостояние, по крайней мере не столь скоро, - прислушиваясь к отдаленному грохоту, вновь задумчиво протянул Змей. - Тринадцать часов назад была проведена операция по захвату носительницы Девятихвостого. К слову, провалившаяся. - Ку-ку, Минато-кун, наверное, был просто в ярости, - длинный язык привычно облизал бледные губы. - Несомненно, Орочимару-сама, однако мне до сих пор непонятны мотивы Данзо по поводу действий против джинчурики. - Здесь все просто, Кабуто-кун. Для Данзо носитель биджу всегда был некой идеей фикс. Оружие деревни, которое должно быть именно оружием, а не личностью со своим мнением и волей. Естественно “правильно” воспитать такое оружие могли только в Корне, по его мнению. Но слишком многим в совете кланов стоял поперек горла Шимура, чтобы ему позволили даже дышать в сторону джинчурики, не говоря уж о большем… Впереди вновь раздалась канонада приглушенных взрывов. - …как бы то ни было, но сейчас не время и не место обсуждать подобное. Заканчивай оставшиеся дела и тоже эвакуируйся, в главном убежище еще много работы, а с остальным я сам разберусь, - не поворачивая головы произнес Змей. - Вы уверены, что… - попытался усомниться среброволосый шиноби, но был остановлен жестким взглядом, не терпящим пререканий. - Иди, здесь ты больше мне ничем не поможешь. Только мешаться будешь. Никак не изменившись в лице, Кабуто лишь коротко поклонился и спешным шагом направился в соседний коридор, ведущий в жилые блоки базы. А вслед его догонял долгий и задумчивый взгляд змеиных глаз. - Несмотря на свой расчетливый и холодный ум, ты все еще слишком импульсивен, Кабуто, - очень тихо прозвучал шепот, отзвук которого еле-еле достиг стен коридора, что уж говорить об уже пропавшем из виду юном шиноби. Орочимару же, больше не говоря ни слова, отправился по давно заученному маршруту в сторону кабинета главы АНБУ Не. Стоило проведать своего некогда начальника. Впрочем, похоже, не только Змей искал этой встречи, ибо в одном из самых защищенных мест мира его уже ждали. Точнее ждал один Шимура, без охраны, верного секретаря или кого-либо еще. Да даже привычное давление чакры от множества активированных фуин ловушек и барьеров и то отсутствовало, что могло поведать очень многое тем, кто был знаком с мнительностью и здоровой паранойей главы контрразведки Конохи. Старый инвалид со своим вечно спокойным лицом восседал во главе стола, смотря прямо на вошедшего гостя. Причем вид имел столь привычный и монолитный, будто и не стирали под ноль в данный момент одну из самых одиозных организаций мира шиноби, по совместительству являющуюся главным детищем этого самого человека. Орочимару тоже смотрел прямо в глаза собеседнику, пытаясь понять ход его мыслей. Игра в гляделки могла продолжаться еще очень долго, и не факт, что это “долго” когда-нибудь закочилось бы по своей инициативе. - Орочимару, - разорвал наконец тишину надтреснутый старческий голос. - Данзо, - в тон ему ответили шипящие нотки, - не думал, что ты будешь так спокойно восседать, пока рушиться дело всей твоей жизни. Неужели несгибаемый глава Корня в кой-то веки признал свое поражение? - Как всегда паясничаешь, - никак не отреагировав на подколку, ответил инвалид. - Хотя чего еще можно ожидать от такого скользкого типа, как ты. - Хо-о-о, что-то смотрю это совсем не мешало тебе пользоваться моими услугами. - Взаимовыгодные отношения - не больше, не меньше, - коротко бросил Шимура. - Ку-ку-ку, так вот как это сейчас называется значит… Но мы отвлеклись… - Хватит уже разыгрывать спектакль, Орочимару. Ты не хуже меня знаешь, что сегодня Корень перестанет существовать в том виде, который мы знаем, и какова его дальнейшая судьба, даже я не берусь предсказать. - Тогда почему ты все еще здесь старик? Ни за что не поверю, что ты опустил руки или сдался. - Нет, не сдался, - Шимура медленно поднялся из-за стола, а по стенам просторного кабинета побежала вязь фуин, активируя непроницаемый барьер. - Просто следует завершить одно дело. Белый Змей даже бровью не повел на столь явную провокация. Его вообще забавляла данная ситуация, и то, во что она потихоньку выливается. - Падальщики всегда сбегаются, чтобы пожрать остатки раненого зверя. Ты падальщик, Орочимару, именно поэтому я ждал тебя здесь, - между тем продолжала старая мумия. - Хм… - Ты слишком опасен своими знаниями и умениями, особенно опасен Конохе, поэтому если сегодня мне суждено отправится в желудок к Шинигами, то я заберу тебя вместе с собой. - Слишком много слов для пережитка прошлого, - язвительно отозвался Змей. - Чтож тогда, нам больше не о чем разговаривать, - после прозвучавших слов, правая рука старого шиноби была освобождена от бинтов и большого металлического браслета с печатями фуин, блокирующими чакру, после чего на обозрение единственного участника данного действа появилась абсолютно белая рука, снабженная десятком алых шаринганов. - Вот значит куда подевался тот десяток шаринганов. А я-то все гадал… Ку-ку-ку, вот только ты кое-что забыл, старик, - в этот момент лицо главы Корня впервые за весь разговор изменилось. Теперь на нем отражались удивление и недоумение. - Ведь именно мной был разработан метод приживления шаринганов, что ты использовал. Уверен, операцию проводили медики Корня, никому другому ты бы это не позволил. Однако большая часть твоих агентов - это болванчики с подавленной волей, да, они исполнительны, но совершенно безынициативны. Именно поэтому они не стали разбираться в моей разработке, а просто действовали по инструкции, что и сыграло с тобой плохую шутку. Ты сам себя переиграл, Шимура. Данзо продолжал стоять в той же позе, даже не шелохнувшись на слова Змея, только острый как бритва взгляд продолжал всматриваться в бледное лицо. - Пытаешься понять, что с тобой произошло? М-м-м? - оскал сам собой вылез на лицо. - Чтож, видишь ли, я предполагал, что кто-нибудь рано или поздно попытается приживить себе шаринганы моим методом. Ведь это так полезно - иметь возможность обмануть смерть. Однако подобный противник очень опасен, как раз из-за возможности нанести неожиданный удар, когда ты его уже не ждешь. Поэтому я и обезопасил себя, добавив в методику пару лишних элементов, по отдельности совершенно безвредных, - Орочимару довольно облизнулся и медленно двинулся к противнику, - однако при определенном воздействии становящимися сильнейшим нервно-паралитическим ядом, мешающим работе как самих шаринганов, так и остального тела. И если ты думал, что это будет тяжелое сражение, в котором тебе надо будет использовать все свои силы, то спешу тебя разочаровать - ты уже проиграл. Причем самое забавное в том, что тебя одолел не я, и даже не Хокаге… тебя обыграла обычная десятилетняя девчонка, посчитав, что ты слишком опасен для ее подруги и таким способом оградив ее от загребущих рук Корня. Глаза старой мумии чуть расширились, что на каменном изваянии, занимающем место его лица, выглядело как очень сильное изумление. - Вижу, ты понял о ком я говорю. Однако, думаю, пора уже заканчивать, - Змей медленно, с некоторой даже ленцой достал из своего горла клинок Кусанаги, что со стороны выглядело немного неэстетично, зато мало кто будет ожидать в случае чего, что противник хранит колюще-режущее оружие в подобном месте. - Знаешь, сейчас наступает интересное время, в силу входит новое поколение, которое будет нам заменой, рождаются новые гении, - на бледных губах заблуждала предвкушающая улыбка. - Мир заходит на новый виток, неспешно и пусть пока еще практически незаметно, но изменения уже начались. И в отличии от тебя, Данзо, я еще увижу, к чему нас приведет этот путь. Стремительный росчерк клинка Кусанаги навсегда оборвал еще одну жизнь. End POV. POV. Чуть позже. Там же. Взгляд со стороны. Штурмовой отряд с боем наконец-то прорвался сквозь оборону АНБУ Не и сейчас направлялся в сторону кабинета главы данной организации, ведомый одним из Хьюга, что разведывал дорогу. Сопротивление было сильным, отчаянным, но совершенно недостаточным, чтобы противостоять объединенной силе элиты Конохагакуре но Сато. Хотя стоит отдать должное сопротивляющимся, они смогли продержаться практически целый час, не давая нападающим пробраться в закрытые сектора подземной базы. И даже сейчас отдельные очаги сопротивления все еще пытались огрызаться, но это уже была агония умирающего зверя. По левую руку от сереброглазого сенсора с сосредоточенным и хмурым выражением лица бежала одна из тройки легендарных саннинов - Цунаде Сенджу, являющаяся командиром первого сборного штурмового отряда, командиром второго подобного отряда, что сейчас занимался зачисткой других секторов, был ее напарник Джирайя, также прибывший в Коноху всего неделю назад. И пусть сама Цунаде часто говорила, что ирьенин в первую очередь должен заботиться о раненых, а не вступать в сражение с врагом, но слишком уж было велико желание оторвать голову Данзо. Настолько, что даже Хокаге не посмел ей перечить или как-то возражать… Разъяренная женщина - само по себе страшное событие, а если женщина еще может и камни крушить голыми руками, то это страшно вдвойне. Конечно, командование прекрасно понимало, что лучше допросить Данзо и выведать секреты из его головы, но также прекрасно было понятно, что оставлять подобную личность в живых слишком опасно, поэтому просто закрыло глаза на требование Принцессы Слизней. - Стоять! - разнесся по отряду приказ Сенджу, когда отряд выбрался в центральный зал. - Всем рассредоточиться! - Цунаде-сан? - с вопросом в голосе обратился к ней недавний Хьюга. Однако химе ему не ответила, продолжая с настороженностью смотреть в находящийся перед ними главный коридор, окутанный мраком. Секунда за секундой тянулось напряженное молчание, пока не было разрушено отчетливо разнесшимися под сводами зала хлопками. Из темноты вышел похлопывающий в ладоши Белый Змей. - Как всегда отменная интуиция, Принцесса Цу. - Орочи, - сквозь зубы прорычала Цунаде. - Собственной персоной, - съехидничал он. - Вот уж не думала, что все это время ты работал на Корень, как же низко ты еще можешь пасть? - Работал? О-о-о, нет, как мне тут недавно объяснили - это было взаимовыгодное сотрудничество. Которое подошло к концу, так что, я тут лишь мимоходом, забрать пару вещичек, завершить парочку дел… - И конечно ты совершенно случайно оказался на пути штурмового отряда, - с отчетливым напряжением в голосе съязвила Сенджу. Слишком уж она хорошо была знакома с хитростью одного конкретного змея. Остальные члены отряда в данный момент неспешно окружали одного из самых опасных нукенинов Конохагакуре. - Ку-ку-ку, естественно, - ухмыльнулись ей в ответ. - Сдавайся, Орочи, тебе не справиться с таким количеством противников. - А кто сказал, что я собираюсь драться? В этот момент даже те шиноби, что очень плохо чувствовали чакру, ощутили активацию просто монструозного количества фуин по всей базе АНБУ Не. - Кажется они уже закончили, - посмотрев куда-то в сторону произнес нукенин. - Чтож, у вас есть пять минут, чтобы покинуть комплекс, после чего здесь все будет погребено под землю… Советую поторопиться, - хоть и с той же язвительностью, но уже куда как более серьезно прозвучали слова Орочимару. - Ты!!! - взвыла белугой Цунаде и каким-то невероятным скачком оказалась в следующее мгновение около Змея, впечатывая свой кулак в его тело… мгновением позже разлетевшееся каменной крошкой. Земляной клон. - Ку-ку-ку, ты как всегда несдержанна, принцесса, - раздался словно отовсюду столь раздражающий Сенджу саркастический голос, - рад был тебя вновь увидеть. Передавай от меня привет Джи-Джи. - Орочимару!!! - разлетелся громовым потоком по подземной базе крик разъяренной блондинки… End POV. Глава 17. Считывание вводных… … Проверка данных… … Настройка системы… … Корректировка нагрузки тела… … Вычисление новых параметров… … Нивелирование побочных эффектов… … Запуск сознания пользователя. Сознание очень плавно, но при этом практически мгновенно вышло из пучины беспамятства, словно кто-то дернул рубильник. Вот ты спишь, как в следующее мгновение уже ощущаешь под собой довольно теплую постельку и невесомое покрывало, окутывающее сверху. Привычным усилием мысли просмотрела последние строчки логов и ничуть не удивилась. Система, кто же еще мог меня так ненавязчиво и при этом жестко разбудить. Так всегда было, с самого моего попадания в этот мир, никаких “засыпаний” либо ночных мыслей перед падением в мир Морфея, просто в один момент сознание отключается, а в другой уже включается. Либо из-за того, что тело и разум отдохнули, либо потому что обнаружен опасный раздражитель. И между этими двумя мгновениями нет ни снов, ни видений, ни непроглядной тьмы… нет ни-че-го. Лишь иногда я проваливаюсь в то странное пространство со светящимися ручьями энергий, впадающими в светло-голубой водоворот. Словно робот… Глаза после пробуждения не открываю, хотя мне это и не требуется со своей сенсорикой, дыхание такое же ровное и неспешное, а чуть более быстро забившееся сердце замедляю, погрузив сознание в полумедитативное состояние, схожее со сном - одно из моих немногих умений, не фиксируемое системой, и которое я развивала самостоятельно без ее помощи. Чем довольно сильно горжусь. Все-таки способность не выдать себя после пробуждения врагу и оценить спокойно окружающую обстановку очень полезна. Кстати, насчет окружающего… Вопреки ожиданиям о страшной темной лаборатории с выпотрошенными объектами неудачных экспериментов, мое бренное тельце находилось отнюдь не на операционном столе маньяка-вивисектора, а в обычной комнате со столом, шкафом и кроватью. Хоть это было и не мое предыдущее жилище, но все также просто, чисто и аскетично. Даже расположение мебели, и то было идентичным, разве что с учетом больших размеров. Чтож, убивать по крайней мере меня пока не собираются. Но вот то, что я не могла заглянуть за пределы комнаты, окруженной барьером, меня не очень радовало. Да и сама сенсорика непонятно почему сбоила, время от времени “смазывая” картину восприятия, будто сознанию что-то мешало, а оно с этим боролось. Неужто из-за барьера? Следующим неприятным пунктом оказалась невозможность достучаться до чакры в теле. Я ее чувствовала, ощущала, но при любой попытке управлять энергией натыкалась на непробиваемую стенку. Словно кричать в подушку, вроде звук и идет, но как-то глухо. Да и сама чакра была слишком спокойной, но при этом какой-то… м-м-м, тяжелой, что-ли. По крайней мере увеличившееся давление на стенки и сосуды я ощущала слишком хорошо. Полежав еще немного и попытавшись разобраться в случившемся (закономерно не придя ни к какому итогу по причине отсутствия конкретной информации), решила все-таки вставать. Хотелось сделать хоть что-то, только бы не томиться в ожидании неизвестности. При попытке сесть тут же заметила еще одну особенность: мои глаза были закрыты очень плотной и крепкой повязкой. Ладонь на автомате потянулась к лицу. - Я бы тебе очень не советовал этого делать, - раздалось от двери знакомым голосом одного белобрысого коллеги, - иначе сделаешь только хуже. - … - Вижу вопросов у тебя много, но задавать ты их явно не намерена, - даже не различая из-за сбоящего восприятия лица Кабуто я все-равно ощущала его ухмылку. - Честно сказать, я удивлен твоему спокойствию, даже опытные шиноби порой поддаются панике и напряжению. - … - в ответ снова молчание. Поговорить я намерена все-таки с виновником моего положения, а не его подчиненными, пусть и понимаю, что это слишком самонадеянно. - Хм-м-м, - протянул Якуши, - Хорошо, тогда я оставлю этот поднос с лекарствами тут. Советую их принять, там в основном витамины и укрепляющие, твоему организму будет полезно, - на соседней тумбочке раздался звон посуды. - Орочимару-сама освободиться через два часа, я сообщу ему о твоем пробуждении, а пока отдыхай. Шаги стали удаляться в сторону выхода, однако у самого конца остановились. - И повторюсь, не вздумай снимать повязку, если не хочешь окончательно лишиться зрения. После чего по комнате разлетелся щелчок закрывшейся двери. Легкий перезвон колбочек, наполненных различными жидкостями, запах реагентов и лекарств, еле слышимый шорох кисточки, водимой по пергаменту, и мерный шум работающего компьютера… Удивительно, откуда Змей только смог достать такой раритет? Даже в Конохе я видела всего две ЭВМ на всю деревню: у секретаря Хокаге и в архиве госпиталя. А тут аж четыре штуки… В общем, спокойная рабочая обстановка. Кабуто прибирается на рабочем месте, убирая все неудачные результаты эксперимента в утиль, удачные результаты просматривает сам Орочимару, время от времени делая пометки в небольшом свитке, ну а я сижу и сверлю санина взглядом… насколько вообще возможно сверлить разумного закрытыми глазами через плотную повязку на лице. По-крайней мере, стараюсь показать это всем своим видом. Не знаю почему, но хочется, чтобы именно Змей первым начал разговор, объяснился, рассказал, странный порыв души, раньше за собой не замечаемый. Похоже на ребячество… нужно будет разобраться. - Если ты считаешь, что своим молчанием сможешь чего-то добиться, то глубоко ошибаешься. У меня есть дела поважнее, нежели играть в молчанку с глупым дитем, - отвлекся на мгновение от заметок ученый. - Что с моим глазом? - задаю наверно самый животрепещущий вопрос. Все-таки если он что-то сделал с шаринганом Шисуи… - Зеркало вон там, - бледный палец уперся в дальнюю часть помещения, - сама посмотри, - и пара взмахов рукой, так и говорящая, “не мешайся”. - Орочимару-сама? - высказался вдруг юный шпион. - Пусть посмотрит, ничего непоправимого не случится. Нахмурившись, все-таки подошла к зеркалу, после чего как-то неуверенно, но оттого не менее аккуратно, стала разматывать мягкие бинты. Шорох упавшей ткани, и вот в отражении уже привычно виден алый шаринган… поправка: два алых шарингана с медленно крутящимися томое. Причем мне не надо было лезть в логи системы, чтобы понять, что вторым тоже был глаз Шисуи. Не могу сказать откуда подобная уверенность. Она просто есть. Не знаю сколько прошло времени, может полчаса, а может всего лишь пара минут, но по ощущениям вглядывалась в зеркало я долго, завороженно наблюдая за плавным движением “запятых”. Из прострации вывела внезапная резь, отчего рефлекторно зажмурилась, а по щеке покатилась теплая, я бы даже сказала - горячая, слеза. Поддела ее указательным пальцем, лизнула: металлический привкус - кровь. - Ку-ку, поздравляю. Теперь тебе придется еще дополнительно парочку недель походить с повязкой, пока второй глаз окончательно не приживется. И только тут до меня стало доходить, что если второй глаз Шисуи теперь у меня, то значит Данзо… - Предвосхищая следующий вопрос: Данзо - мертв. Причем не без твоей помощи, - усмехнулся Белый Змей. - И опять же предвосхищая очередной вопрос: не только ты, но и еще, как минимум, половина Конохи точила зуб на Корень и его главу. Право на месть имели многие, а досталось оно мне, поэтому устраивать здесь истерик и обид не стоит. Ростом пока не вышла еще. Однако я его уже не слушала, погруженная в свои мысли. Данзо - мертв… С одной стороны это хорошо: можно меньше волноваться за Наруко. Ибо навряд ли теперь кто-то решиться навредить дочери Хокаге. С другой стороны, этот старый пень покушался на лисенка, вынудил Итачи стать нукенином и убил Шисуи. И после этого просто узнать, что он уже мертв. Мертв, убит, причем не твоими руками… Я понимаю доводы Змея, но все-равно после этого как-то… никак… как-то пусто. - Накладывай повязку и пойдем, - вывел из здумчивости голос Орочимару. - Куда? - вырвалось на автомате. - Ку-ку-ку, будем выбивать из тебя апатию и уныние, - и фирменная улыбочка вивисектора. Я медленно подняла упавшие бинты, стерля кровь и также неспешно стала их наматывать, очень плотно и крепко затягивая узлы, словно пытаясь выиграть подобным время на раздумье. Закончив, повернулась к учителю, всем видом показывая свою готовность, чем заслужила выразительный ухмылку. И уже выходя из лаборатории мои губы прошептали еле слышимое “спасибо”. Со стороны сенсея прилетел еще один выразительный хмык. Неужто услышал? - Итак, - начал Змей после того, как мы пришли на небольшой тренировочный полигон. Что интересно: полигон, как, собственно, и само убежище были другими. Стоит узнать, что случилось с предыдущим. - Поскольку в ближайшие месяц ты не сможешь пользоваться чакрой, то развивать мы будем в основном физические возможности. Особенно следует отточить и завершить твой стиль… - Почему я не смогу пользоваться чакрой? - спрашиваю, немного нахмурясь. Услышанное мне не очень понравилось, а учитывая одиозную личность Орочимару, правда может быть еще менее привлекательной. Но неведение гораздо страшнее. - О-о-о, не стоит делать столь серьезную мордашку. Можно сказать, я тебе даже помог! Видишь ли, моя ученица, тщательно обследовав твое тело и проведя ряд анализов, я пришел к одному неоспоримому выводу: ты должна была умереть еще в младенчестве! Од-на-ко, - протянул учитель, видя мое ошарашенное лицо, хотя скорее всего причину такой реакции воспринял по-своему, - вместо того, чтобы просто тихо и в мучениях загнуться, твое тело смогло, видимо, активизировать внутренние ресурсы, чаще всего просто недоступные большинству людей из-за природных ограничений. Скажу лишь, что в причине подобного эволюционного скачка разобраться я еще не смог, но направление очень интересное и перспективное. - А… - нет, причины-то (точнее виновника) столь быстрого “эволюционного” скачка я знала, но никогда не думала, что ситуация была настолько критической. - Чакра Кьюби, воздействию которой ты подверглась в детстве, должна была полностью выжечь СЦЧ и сильно повредить внутренние органы. В лучшем случае тебя ожидала судьба беспомощного инвалида, и то процент подобной “удачи” был исчезающе мал. Так что смерть в болезненных мучениях - наиболее частый исход в таких ситуациях, все-таки чакра биджу слишком ядовита для неподготовленного организма, что уж говорить о младенце. Однако, как я и сказал ранее, твой организм нашел очень неоднозначный выход, просто напросто активировав очаг и начав спешно прогонять чакру по организму, вымывая остаточные эманации, а то, что он не смог очистить, закупорил внутри себя, создав некое подобие оболочки из чакры. На которую, кстати, у тебя и уходила львиная доля вырабатываемой энергии. - Но тогда почему я ничего не чувствовала? Ведь заметить подобное отклонение в структуре мог любой мало-мальский пользователь чакры, не говоря уже о обученном ирьенине? - внутренне негодуя, спросила я. - Какая часть системы циркуляции является самой плотной и насыщенной? - задал он вопрос… А я кажется начала наконец догадываться, к чему вел Орочимару. - Вижу, что ты поняла. Эта мембрана была создана внутри твоего очага чакры, в самом его сердце. - А ирьенины не могут проводить столь глубоко анализа работы ядра, лишь поверхностное сканирование, - сенсей удовлетворительно хмыкнул. - Даже мне лишь благодаря случаю посчастливилось обнаружить это необычное образование. Что уж говорить о тех напыщенных дураках из Листа? - Вы так не любите Коноховских ирьенинов? - Пф. Старые пердуны, боящиеся выйти за пределы стандартных методик. Только и умеют, что кичиться своим положением да трястись за нагретые места, боясь, что очередное юное дарование скинет их с пьедестала, - почему-то я догадываюсь, о каком даровании идет речь. - Но сейчас не об этом. Мне пришлось усыпить твое сознание, так как восстановительные процедуры достаточно болезненны, чтобы ты могла перенести их без психических повреждений. Хм, ну, подобное можно назвать даже неким подобием заботы. Либо желанием сохранить ценный образец… - Восстановление? Никогда не слышала о подобном. Неужто в своих изысканиях вы дошли даже до таких вершин ирьёниндзюцу? Я думала, что вы больше по генетике, сенсей. - Так и есть, фактически твой организм и так потихоньку излечивал сам себя. Видимо, из-за постоянного нахождения вблизи носителя девятихвостого, его остатки чакры в теле начинали себя более активно вести, следственно, затраты на их сдерживание опять же увеличивались. Однако в дальнейшем стал происходить уже другой, более занятный процесс: не сумев подавить чужую чакру количеством, тело стало пытаться взять ее качеством. Этот процесс не является такой уж редкостью. Скачок в качественном развитии чакры особенно хорошо заметен у шиноби, что занимаются постижением пути ниндзюцу и освоением природной энергии, ну и, естественно, у джинчурики. В твоем случае как раз ближе всего последний вариант, ибо катализатором процесса выступала чакра сильнейшего из хвостатых. Или ты думаешь, что иметь в десять лет СЦЧ, по развитию сопоставимую с уровнем среднестатистического чунина - это норма? Спешу тебя огорчить, ну или обрадовать, смотря как посмотреть: даже среди клановых шиноби подобное является нонсенсом и встречается крайне редко. В общем, от меня практически ничего не требовалось, только обеспечить подходящие внешние условия и подстегнуть естественный процесс организма. Сказанное Орочимару заставило меня вновь серьезно задуматься над системой. Я, конечно, и раньше догадывалась о предоставляемых ею возможностях, и то, что они на порядок шире, чем можно себе представить, но такого уровня воздействия даже не предполагала. Для сравнения скажу лишь, что у Наруко происходит аналогичный процесс развития чакры, вот только там он поддерживается нереально сложной и монструозной печатью, производства Узумаки, плюс сама выносливость красноволосых, в полной мере передавшаяся Лисенку. В моем же случае лишь система… Хотя, наверное, глупо сравнивать поделки смертных, насколько бы они гениальны не были, и вещь, созданную божеством. Слишком разный уровень. - То есть качество и плотность моей чакры сейчас на порядок превосходят аналогичную у сверстников? - задумчиво произношу. - На два порядка, - поправил меня сенсей. - Однако у подобного скачка есть и отрицательный момент. Твое состояние на данный момент можно описать как “наполненный водой резиновый шарик”. Ткни иголкой, и лопнет. Вся та чакра, что уходила на сдерживание энергии Кьюби теперь освободилась и ищет выхода. И если СЦЧ еще может в какой-то степени выдержать такой напор, то вот тело - нет. Именно поэтому я и говорю про упор на физические тренировки. Так что готовься, ку-ку-ку, на ближайшие недели у тебя останется время лишь на сон и еду. - Будто предыдущие два месяца у меня хватало время на что-либо другое, - спокойно пожимаю плечами, констатируя очевидный факт. Однако недобро сверкнувшие глаза и предвкушающий оскал на лице мне совершенно не понравились. - Раз у тебя хватает сил на возражения и пререкания - значит хватало. Ку-ку, как раз хотел испробовать парочку новых методик экстремального обучения, - и уже фирменное облизывание языком… которое в этот раз уже поистине выглядело немного пугающим. Впервые с момента попадания в этот мир, что-то темное и тщательно скрываемое внутри моей души зашевелилось и содрогнулось от ожидающих меня в будущем “перспектив”. Чуть пригибаюсь в коленях, свист воздуха над правым ухом, разворот с подшагом, тут же плавно перетекший в “мостик” с последующим переносом веса на руки и резкий кувырок с низким приседом, чтобы уйти еще от одной серии стальных болтов. А вот это было уже близко. Шла четвертая неделя “экспериментальных тренировок для определения приемлемых нагрузок на тело и дальнейших их корректировок”, как заумно завернул с-с-сенсей (больше яда и “любви” в это слово, больше!). Что только со мной не делали, начиная с банального иглоукалывания (даже не спрашивайте, для чего это проводилось, ибо я понятия не имею) и заканчивая экстремальными полосами препятствий комплексного воздействия. На одном из которых, кстати, в данный момент я и пыталась не отвесить коньки, танцуя, в буквальном смысле этого слова, со смертью на короткой ноге. Самое же меня больше всего выбешивающее: какую бы безумную идею не выдвинул Орочимару, какой бы сумасшедший не произвел план - это все реально оказывалось ОЧЕНЬ действенным в девяносто девяти случаев из ста. Каким образом? Остается только гадать и признавать, что течение мыслей реальных маньяков и гениев от науки не понять даже им самим. Да взять хотя бы позавчерашний экспе… тренировку. Где Змей с какого-то перепоя решил проверить меня на сопротивляемость стихиям, не найдя ничего лучше, как просто напросто пустить по моему многострадальному тельцу ток слабого воздействия. И знаете что в итоге? Сопротивление электричеству +0,01% Ками! Да я даже не предполагала, что подобный параметр у меня вообще существует до этого самого момента! В общем, каждый день был необычным и необычайно запоминающимся. Прямо как сегодня. Тренировка на координацию и гибкость. Вроде бы ничего странного или страшного… но только не с Белым Змеем. Задача проста: запихнуть мое бренное тельце в условия, при которых сознанию и восприятию пришлось бы работать на пределе возможностей, а телу находится в постоянном движении без передышки. Реализация же еще проще: берем так называемую “ложную” комнату, которых на этой базе Орочимару раскидано несколько десятков, и если проникший в сию обитель не будет знать досконального их расположения, то имеет все шансы вскоре распрощаться с жизнью. А ведь я еще не говорю о сотнях и сотнях различных ловушек… Нда… Но мы отвлеклись. Конкретно данное помещение было задумано как очень хитрый короб, в стенах которого вмонтированы множество щелей с заряженными арбалетными болтами, простреливающими все пространство комнаты от и до. В общем, неудачного шпиона по выходу из данной прелестной ловушки можно было бы со всей ответственностью относить к семейству дикобразов (если этот неудачник вообще смог бы выползти оттуда в подобном состоянии). Но самое хитрое то, что, по сути, вся комната представляла собой большую пространственную печать, которая запечатывала отработавшие болты и распечатывала их в держателях механизмов, тем самым создавая эффект бесконечных боеприпасов. Возникает тогда закономерный вопрос: почему бы просто-напросто не переломать все болты, ведь сломанным снарядом уже не постреляешь… Опуская то, что это само по себе нетривиальная задача - подловить летящий на большой скорости болт, остается и еще одна деталь: абсолютно все из этих железяк смазаны специальным нервно-паралитическим ядом. Хватит всего пары-тройки порезов, чтобы мое тело перестало реагировать на команды, и уже я сама перешла в категорию иглошкурых. Потому и приходится скакать аки сайгак. Что же до учителя… Вон он сидит на верхнем ярусе, почитывает подаренный мной свиток Тобирамы Сенджу. Не знаю чего он там такое пытается увидеть, но по моим расчетам ознакомиться с содержимым данного манускрипта учитель должен был как минимум уже раз пять, если не больше. Но нет, как минимум раз в неделю его можно увидеть в обнимку с трудами Второго Хокаге. Орочимару его разве что не облизывал и не обнюхивал (хотя все может быть). Вдруг в голову закралась интересная мысль: а что, если часть своих знаний Тобирама спрятал внутри текста? Создал определенный шифр, который мог прочитать лишь он один? А что, мог? Мог. Учитывая, что многие современные кланы предпочитают доверять секреты своих семей фуин-печатям, основанным на крови, тем самым делая невозможность их вскрытия без члена семьи, теоретически. Обойти, конечно, подобное можно, но в большинстве случаев информация не стоит затраченных усилий. Так что никто не стал бы ожидать какую-нибудь дополнительную защиту помимо основной. Ведь если обошли более серьезную защиту, то и вариант слабее ставить смысла нет. Если только не хочешь скрыть что-то на виду… Черт, а ведь тогда становиться очень даже логично написание некоторых слов и строк в непривычном, а иногда и неправильном порядке! Изнутри стало подниматься глухое раздражение… Вот ведь Змей! Наверняка специально показывался все это время на глаза со свитком, чтобы поглумиться и посмеяться над тем, как я каждый раз с задумчивым взглядом провожала его в эти моменты! Есть у него подобная не самая приятная черта характера - намеренно вводить в ступор и усложнять ситуацию, всегда оставляя некую недосказанность и недоговоренность. Как же бесит! Левое плечо стрельнуло резкой болью, почти сразу же сменившейся медленно наступающим онемением, заставляя мысли вернуться в рабочее русло. - Ты опять потеряла концентрацию, - донеслось от учителя. Причем звучало все с некоторой повелительной ленцой, будто он делает мне великое одолжение, произнося эту очевидную вещь. Будто сама не понимаю! Еще один болт, пролетевший рядом с лицом, хоть и не до конца, но все же оставил тоненькую еле заметную ранку на щеке, начавшую чуть-чуть пощипывать. - Внимательнее, - опять этот покровительственный тон. Спасибо, Капитан Очевидность! И, как будто вторя его словам, в следующий момент я проморгала еще два стремительных снаряда: один - в бедро, второй - в голень. Хоть и были тут тоже лишь царапины, но уже более глубокие, поэтому яд не замедлил этим воспользоваться. Тело начало уже с заметной задержкой отвечать на команды мозга. И нет бы промолчать, но сенсей даже тут умудрился вставить свое веское “Хм”, передавая в нем весь свой скепсис по отношению к моим способностям. Не знаю, чем обусловлено подобное гнобение надо мной и моими стараниями в постижении пути шиноби. Ведь проскальзывало же в его взгляде и поведении время от времени нечто, отдаленно напоминающее уважение. Но нет, поведение все-равно каждый раз оставалось все таким же саркастическим с большой долей скепсиса и ехидства, что всегда приводило, не смотря на внешнее спокойствие, меня к глубокому раздражению. Однако в этот раз эффект получился в разы сильнее… Напитанный большим количеством чакры под высоким давлением кулак словно кувалда опустился на твердь пола, а накопленная в нем энергия, не находящая себе выхода, бурным потоком устремилась вниз, вгрызаясь в землю и буквально разрывая структуру фуин-печати и частично уничтожая взводные механизмы. А вздыбившиеся куски камня вокруг более-менее закрыли меня от шальных выстрелов. Конечно это далеко не тот знаменитый удар Цунаде Сенджу, если честно, то эта поделка очень сильно отличается от оригинала в сторону большей сырости и грубости, но в данном случае результата я добилась практически аналогичного, пусть и с большими потерями… Дыхание было тяжелым, по лицу стекала капелька пота. Правая рука все еще упиралась в землю, мелко подрагивая и непроизвольно сокращая те или иные группы мышц - последствия необдуманного всплеска эмоций. Попытайся я подобное проделать пару недель назад, и все, с рукой можно было бы прощаться, ибо раздробленная в хлам культяпка без единого цельного куска кости и плоти - не то, что можно просто так вылечить даже ирьенину уровня Принцессы Слизней. Проще уж было бы ее ампутировать и вырастить новую. А так, ничего. Всего лишь лопнувшие мелкие и часть средних канальцев СЦЧ, да разорванные изнутри около сорока процентов мышечной массы. Пф. Специальный комплекс медицинских печатей на руку, да пара дней плавания в “колбе”. Но это так, небольшое лирическое отступление. Пыль медленно оседала, открывая вид на полуразрушенное помещение, еще минуту назад бывшее очередным экспериментальным полигоном. Сеть трещин окутывала пол и часть стен, небольшие кусочки “штукатурки” все еще обваливались то тут, то там, не выдержав столь нахального к себе отношения. Ну а я продолжала сидеть в коленопреклоненной позе, пытаясь отойти от недавнего эмоционального шторма. Ах, да, сенсей. Хм… Мне даже не требовалось мое хорошо развитое восприятие и сенсорика, чтобы ощутить на себе его тяжелый задумчивый взгляд, из которого на данный момент исчезло все ехидство. - Полегчало? - а, нет, ошиблась, градус язвительности никуда не делся, просто перешел на новый уровень. Хотя тут я и правда переборщила. - Прошу прощения, сенсей, сорвалась. - Оно и видно, - и вечная ухмылочка. Вот только взгляд… - На сегодня, думаю, достаточно. Отправляйся в блок С, пусть Кабуто обработает твою руку. - Может хотя бы кровь остановите? - надежды конечно мало, но вдруг… - Ку-ку, боль - лучший учитель. Будет тебе уроком, так что иди, не задерживай процедуры, - ну, надежда умирает последней. - И не думай, что кто-то вместо тебя здесь будет все чинить, - зная ваш характер, учитель, подобное даже в мыслях не возникнет. Но подобное я оставлю при себе. Путь до нужного мне блока сопровождался легким помутнением и головокружением, как от потери крови, так и от все еще продолжающего, хоть и в ослабленной форме, действовать яда. Стоило только покинуть разрушенный полигон, как мне на плечо забралась Куро и начала аккуратно слизывать сочащуюся кровь, каким-то неведомым образом уменьшая боль и принося разгоряченной плоти прохладу и свежесть. Видимо особенность именно этого вида змей. Наверное это чудо, что Орочимару не убил моего питомца, когда тот, в попытке защитить мою бессознательную тушку, попытался его укусить. А ведь имел на это полное и бесповоротное право. Более того, даже не стал вскрывать очередной интересный “образчик”, а просто посадил ее в клетку, время от времени подкармливая, чтобы не померла. Для учителя подобное можно назвать верхом гуманизма, пусть дажу тут он в первую очередь преследовал какие-то свои цели. Почти уверенна в этом. В блоке С меня уже встречал ухмыляющийся очкарик, язва номер два, и ведь казался таким порядочным, когда играл шпиона в Госпитале Конохи, а оказался местами чуть ли не более невыносимым, чем Белый Змей. Эх, везде лжецы, везде обман. - Как вижу, ты опять перестаралась, - и очками так сверк-сверк. - Просто эмоциональный срыв, - спокойно отвечаю. - Хм, уже второй за неделю. Тенденция настораживает, - меня провели к кушетке, где я и уселась, вытянув руку Якуши. Куро перебралась на голову и стала внимательно следить за лечением. - Ожидаемое повышение гормональной выработки, хотя предполагаю, что основная проблема лежит не в ускоренном созревании организма. - Шаринганы? - понимающе покивал мой собеседник. - Да, слишком сильная реакция на раздражители. Нетипичная, - Кабуто уже смыл запекшуюся кровь и заканчивал с обработкой ран, после чего стал водить шосеном, проверяя работу и подлечивая некоторые критические повреждения. С остальным справиться сама регенерация. - Что поделаешь, Учиха, как, впрочем, и другие кланы с додзюцу, всегда очень трепетно относились к передаче своих глаз кому бы то ни было постороннему. Так что изучение воздействия додзюцу на неподготовленную психику и нервную систему никем до этого не проводились, сама понимаешь - ты первопроходец в этом плане. Тем более с двумя шаринганами, да еще и на последней стадии. - То-то Орочимару-сенсей их мне отдал столь безропотно. - Да, Орочимару-сама отдал тебе глаз не просто так, но и забирать обратно их в дальнейшем не собирается, - с легкой обидой из-за подобного неуважения к его Кумиру произнес парень. - Все-таки ему, в первую очередь, требуется именно комплексный додзюцу. Глаза же по отдельности могут принести больше вреда, чем пользы. Но ты это и так лучше меня знаешь. Заметь, сейчас твои глаза закрыты повязкой и не используются, а ты уже получаешь столь сильный откат эмоций. Что же будет, когда ты начнешь ими пользоваться? - Не совсем так. Просто снятие печати стерилизации и получение обоих глаз наложились друг на друга, начав резонировать и увеличивая отрицательное воздействие. Да, никто не ожидал подобного. Причем самое интересное во всем этом то, что у любого другого шиноби от столь безумного количества гормонов, гуляющих в крови, либо сорвало бы крышу, либо остановилось бы сердце.. Так что мне еще повезло отделаться лишь попеременными вспышками трудно контролируемого раздражения и гнева. Правда настораживает, что подобное совершенно не контролируется Разумом Игрока, получается, что даже у этой способности есть предел? Как бы только сие проверить… - Ну все, я закончил. Пошли, резервуар уже готов, - я аккуратно слезла с кушетки, стараясь не потревожить поврежденную конечность, и двинулась следом за Якуши в соседнее помещение, представляющее из себя огромных размеров зал, наполненный различным оборудованием. С правой стороны всю стенку заполняли измерительные приборы и компьютеры, пара столов с документами, да в общем-то и все. Слева же в два ряда по пять шли довольно большие резервуары, три метра высотой и два метра в диаметре. По полу между ними расстилались множество шлангов и кабелей. Мы подошли к самой крайней у стены. - Вот этот, - указал на него кивком головы Кабуто. Я же, недолго думая, стала полностью раздеваться. На специальную полку стали складываться полуюката, стандартные черные штаны шиноби и стандартные же ботинки с открытым носком, нижнее белье. А сверху, как вишенка на торте, четыре утяжелителя. Пришедшее же чувство, отдаленно напоминающее смущение из-за наготы, было банально и привычно задавлено. Во-первых: Кабуто если и посмотрит на меня, то только как на объект исследований, а не на девушку, во-вторых: пусть только попробует посмотреть по другому, ну и в-третьих: смотреть пока откровенно не на что. Одиннадцать лет, они и в Суне одиннадцать лет. Куро плавным движением буквально стекла с моей тушки и скрылась в тени. Отправилась по своим делам. Я же спокойно залезла внутрь большой колбы. Кабуто, проследив, что все в норме, нажал пару клавиш и стеклянные стенки начала наполнять чуть светящаяся жидкость голубовато-изумрудного оттенка. Как мне объяснил Орочимару, эту субстанцию он изобрел после изучения так называемой “Воды Героев” из Деревни Скрытого Водопада. Многого я разобрать не смогла, ибо с природной энергией до этого не работала, а эта вода, как поняла, была с ней тесно связана. Но общее представление получила. Грубо говоря, данная жидкость представляет собой сжиженную чакру с несколькими добавками. Очень действенное средство для излечения ран, развития СЦЧ и поддержания тела в тонусе. В моем случае - то, что доктор прописал. Поэтому последний месяц все ночное время я проводила именно тут. Благо, благодаря своему составу и энергонасыщенности, этой жидкостью можно даже дышать. Если же говорить о эффективности, то месяц регулярных водных процедур ускорил мое выздоровление в шесть раз. По крайней мере аналогичного эффекта стандартными методами и силами самого организма пришлось бы ждать не меньше полугода. Вот жидкость уже дошла до горла, и я, выдохнув и задержав дыхание на пару секунд, погрузилась в нее с головой. Легкие привычно сначала сдавило, а потом легонько защипало, когда вода попала внутрь. - Все показатели в норме, система работает штатно, - просмотрев графики на дисплее компьютера, произнес Кабуто. После чего развернулся и подошел к стеклу. Оглядев меня, он продолжил. - Знаешь, на мой взгляд даже хорошо, что у тебя сейчас повышенный эмоциональный фон, - на что я вздернула вопросительно левую бровь. - По крайней мере, ты теперь гораздо меньше напоминаешь бездушную куклу. После чего усмехнулся и отправился на выход, напевая какой-то веселый мотивчик. - Спокойный ночи. Я же провожала его в спину долгим задумчивым взглядом. Глава 18. Полтора года спустя. В освещаемой лишь тускло сверкающей парой ламп на потолке комнате царила мертвенная атмосфера. Густые тени в углах помещения наводили еще больше мрачности, а то тут, то там лежащие на столах трупы только добавляли “красок” в и так уже достаточно замогильную картину. Здесь не витали сквозняки, однако и пыль тоже не была хозяйкой, споро прогоняемая специальными печатями на стенах. Окружающая аура помещения больше всего напоминала морг. В некоторой степени подобное утверждение было даже верным… И лишь одно живое существо нарушало сий покой. В дальнем углу, где находились самые “свежие” трупы, около одного из столов на подставке стояла девчушка одиннадцати-двенадцати лет. Ее длинные, ниже спины, черные волосы были заплетены в высокий хвост, а на тело был надет специальный передник. В руках же время от времени поблескивали различные медицинские инструменты, которыми она что-то делала внутри вскрытого трупа. Если бы в этот момент кто-то посторонний находился в данном помещении, то его бы как минимум сильно удивила подобная сюрреалистическая картина, причем не столько сам процесс, производимый ребенком, был бы странен, хотя и это тоже, сколько его нетипичное отношение. Ведь на лице девочки можно было различить лишь толику интереса, одновременно с некой “привычностью”, словно у человека, в который уже раз проделывающего одно и то же действие и не испытывающего по этому поводу никаких эмоций. Вот она сделала аккуратный надрез скальпелем, причем ее рука не дрогнула ни на миг, движения были точными и выверенными до миллиметра. После чего, отложив скальпель, прикоснулась к надрезу пальцами, окутанными ровной изумрудно-зеленой пленкой чакры. Поводив некоторое время над порезом и, видимо, добившись нужного результата, девчушка наконец убрала пальцы, и , накрыв тело чистой белой простыней и сложив несколько печатей, положила руки на плотную ткань. Из под них зазмеились, будто живые, вязи фуин, окутывая полностью тело мертвеца. Минута, две, три… время неспешно текло вперед, девочка продолжала словно во что-то вслушиваться, пока различные символы горели мерным синим светом. Но вот раздался разочарованный вздох, иероглифы погасли, а единственный живой человек в помещении, спрыгнул со своей подставки и, сняв передник и повесив на специальный крючок на стене, подошел к соседнему столу. Рука взяла пластиковую коробку с несколькими кнопками на боку, после чего по помещению разлетелся отчетливо слышимый “щелк”, и комнату наполнил монотонно-скорбный голос: - Двести тридцать седьмая запись, проект “Геном”. Образец номер сорок один. Несмотря на обнадеживающие теоретические и лабораторные результаты с отдельно взятыми клетками различных структур, на практике метод оказался слишком ненадежным. Даже при использовании одного генома и основы, предоставленной учителем, процент удачного приживления колебался в пределах пяти-десяти процентов, что является совершенно неприемлемым результатом. Про большее количество вариаций не стоит даже и думать, так как вероятность негативного исхода начинает расти в геометрической прогрессии, в конечном итоге приводя к неконтролируемым мутациям с почти стопроцентной летальностью. Выжившие образцы почти всегда имеют критические повреждения иммунной системы, атрофирование одних органов и зачатки других с трудно определимым предназначением. В большей мере напоминает атрофировавшиеся с эволюцией у человека, но встречаемые у некоторых видов животных железы. Взгляд рубиновых глаз девочки прошелся по свитку с различными пометками и графиками. - Добавление природной энергии в инь и янь составляющую чакры позволяет сделать основу более гибкой, тем самым повышая ее пластичность и позволяя более легко интегрировать различные элементы, однако с увеличением доли природной энергии увеличивается и мутационная составляющая. Основа не просто принимает в себя чужеродные геномы, она начинает их изменять, причем изменять в хаотичном и слабо управляемом порядке, зависящем, опять же, от доли природной энергии по отношению к инь и янь в СЦЧ. Как итог: с одной стороны имеем жесткую систему, с относительно легко прогнозируемым результатом, но слабой изменчивостью, либо изменчивую и пластичную систему, но с непрогнозируемым итоговым выходом. Есть наметки и идеи по поводу использования фуиндзюцу как программы контроллера - наиболее логичное и напрашивающееся решение, особенно учитывая достижения учителя на данном поприще. Проклятая печать - самый лучший пример подобного направления. Однако назначение сей структуры изначально отличается от моей задумки, следственно и как опору для дальнейшего развития проекта ее использовать стоит с большой предосторожностью. Скорее всего придется разрабатывать индивидуальный вариант под собственные параметры чакры и тела. Тяжелый вздох разнесся по комнате, чтобы вновь продолжится тем же голосом… - Совершенно не хватает качественного материала, ибо обычные бандиты - не чакрапользователи, имеют слишком слабую и неразвитую СЦЧ, даже скорее ее зачатки, что не позволяет рассмотреть процесс в целом. Спасают лишь записи сенсея - бесценная вещь, которая спасла меня от множества грабель, на которые в свое время наступал сам Белый Змей. Стоит при случае его отблагодарить, хотя со стороны подобное доверие и доступ ко многим секретам напрягает, заставляя порой нервничать и искать второе-третье дно в поступках и словах учителя. Как раз в его духе… Но к излагаемому это отношение практически не имеет. Относительно же самой основы: требуется ознакомиться с изначальным материалом, ибо его природа до сих пор остается загадкой. Могу лишь предположить, что основа является частью или свойством живого существа, а не растения, либо вещества, судя по микрофлоре и отдельным компонентам. Наиболее высока вероятность, что существо относиться к призыву, но точно не змеи, их клеточная структура слишком разница с изучаемым материалом, а с другими призывами возможности познакомиться не было, не считая воронов. Девочка еще раз отрешенно оглядела труп, пребывая глубоко в своих мыслях. - И да, стоит признать, что при местном менталитете и культуре связь “Учитель-Ученик” имеет очень сильное воздействие как на первого, так и на второго. Даже мне, с достаточно устоявшейся психикой и моральными устоями, не удалось хотя бы частично избежать влияния своего сенсея. Что это, детское тело, влияющее на психику, или харизма самого Орочимару - неизвестно. Возможно также влияние системы, ибо только анализируя свое поведения сейчас, стало понятно, что эта… структура имеет практически абсолютное влияние на тело и разум. И гибкая психика - одно из ключевых аспектов для сохранения стойкости сознания при попадании в изначально неизвестные и опасные условия. Про душу сказать ничего не могу, ибо эта метафизическая сущность до сих пор является неизученной темой, и даже само ее существование, не смотря на всю местную “магию”, являет собой довольно спорное утверждение… Намида Кори, конец записи. После чего, прослушав еще раз запись в повторе, девочка нажала на одинокую красную кнопку, находящуюся чуть в отдалении от основного ряда клавиш. По достаточно обширному, но “мертвому” помещению разлетелся очередной “щёлк”, стирая любые доказательства только что отзвучавших слов, одновременно с этим с помещения стал развеиваться барьер тишины. POV. Таюя. Довольно приятная и переливчатая мелодия разносилась по комнате Хранительницы Северных Врат, производимая обычной деревянной флейтой. Музыка была на удивление красивой и легкой, слушая, казалось, будто ты находишься где-то далеко-далеко в летнем солнечном лесу, вокруг исполняют свои трели птицы, тихо шелестит густая зелень и ей подпевает ветерок. Солнце же мягко ласкает кожу. Покой и умиротворение. Но вот мотив вдруг сменился, зазвучав чуть более грустно и даже как-то одиноко, что-ли. Но это не была обычная грусть или тоска, нет. Больше похоже на доброе воспоминание, согревающее сердце. Светлый миг, сохранившийся в памяти, но оставленный в прошлом. О нем не горюют, о нем не жалеют… всего лишь толика ностальгии и тепла. Музыка все текла и текла, словно журчащий ручеек, окутывая окружающее Магией. Не той магией, о которой мечтают дети, представляя себя могучими героями, одним взглядом сминающих горы и дланью карающих врагов. Не чудом, что религиозные фанатики ждут всю жизнь, надеясь на знак от своих покровителей и богов. А Магией, затрагивающей внутренние струны. Музыка души… Хах. И как порой удивительно, что подобное встречается совсем не там, где ожидаешь встретить. Для Таюи подобное времяпрепровождение было одной из немногих отдушин еще со времен жизни беспризорницей на улице, помогающее отвлечься от проблем и отдохнуть. Впрочем, об этом мало кто знал, и практически никто не слышал. Что поделать, подчиненная Орочимару была не тем человеком, кто способен открыться посторонним, если вообще способен - издержки невеселого детства, когда маленькой девочке слишком рано пришлось ощутить на себе жестокость людей. Да и дальнейшее обучение у Белого Змея отнюдь не добавили ей доброты и человеколюбия. О да, она до сих пор помнит тот день, когда маленькая оборванка с куском сворованного хлеба, спасаясь от гнева обманутого пекаря, бежала сквозь дома и дворы родной деревеньки, которая после смерти матери вдруг стала совершенно чужой и неприветливой. Сбивая костяшки босых ног, запинаясь и падая, но продолжая бежать, иначе вновь голодный вечер в пустом и осиротевшем доме покойных родителей… совсем не то, что требуется маленькому пятилетнему ребенку. И тот момент, когда она, не разобрав дороги, врезалась в высокого мужчину с неестественно бледной кожей, стал, наверное, роковым. А уж эти прищуренные веки и холодный, оценивающий взгляд. Даже не видя его глаз, она всем естеством ощущала это. Тоже ощутил и ее преследователь, остановившись как вкопанный, не смеющий сделать и шага вперед под взором тогда еще неизвестного ей шиноби. А уж его страх можно было пощупать руками. И ведь неизвестный тогда не сделал абсолютно ничего! Просто смотрел! В какой-то миг Таюя даже сама пожелала уметь так делать, заставлять людей исходить страхом лишь от одного ее взгляда, молиться Ками лишь в одном ее присутствии, чтобы никто не смел больше поднимать на нее руку, оскорблять и унижать… а потом она взглянула в глаза незнакомцу, и то, что там увидела: полностью перевернуло весь ее мир. Безумие… Безумие, помещенное в тиски разума и воли. Непонятно как удерживаемое пламя эмоций и хаоса. А она - всего-лишь бабочка, увидевшая огонь. Опасный, но такой завораживающий и прекрасный… Именно тогда Таюя захотела стать огнем. Пусть это могло окончиться ее смертью, пусть она могла сгореть в этом пламени, осыпавшись пеплом, но слишком сильно в ней зародилось новое желание, слишком ярко. И Таюя пошла за ним. Не говоря ни слова, ничего не прося и не умоляя, просто шла молча следом. Сколько они так шагали Хранительница Северных Врат вспомнить не могла, но точно не меньше нескольких километров, вновь сбивая костяшки босых ног, запинаясь и порой чуть ли не падая от голода и слабости. Перед тем же, как ее тело окончательно решило спасти свою хозяйку от слишком большого перенапряжения путем отключения сознания, она успела услышать ехидное “Занятно” и почувствовать, как сильные руки аккуратно подхватили ослабшее детское тело. Следующее же пробуждение ознаменовало собой новый виток в жизни Таюи, о котором она еще ни разу не пожалела… Да и глупо было жалеть. Орочимару-сама никогда не спрашивал ее о причинах и целях, о ее желаниях и мотивах, так же, как этого не делала и она. Странный молчаливый союз, где один следует за своим господином, во всем принимая его волю, а второй дает ему взамен силу, знания и цель. Цель для развития, цель для роста и цель для существования. Так что Таюе оставалось лишь отдавать всю себя этой самой Цели, изматывая тело на тренировках, пока не затрещат кости и не начнут рваться жилы, поглощая все новые и новые знания, пока не начнет болеть голова и не появится мигрень. И даже терпя редкие но болезненные модификации, что проводил на них Орочимару-сама. Таюя понимала, что она не является гением или кем-то подобным, однако ее упорству и устремленности можно было только позавидовать. Именно благодаря этим двум качествам Красноволосая Фурия (как ее за глаза называли остальные обитатели убежища) стала одной из самых приближенных фигур Орочимару, Хранительницей Северных Врат. Но… Всегда есть это гребанное “Но”! Мелодия, до этого звучавшая плавно, вдруг стала чуть более резкой и прерывистой, выражая эмоции исполнителя, но при этом все еще не теряя своего шарма и душевности. Кори! Эта тупая девчонка, что бесила Таюю с самого своего появления во владениях Господина. Надменная (как считала для самой себя девушка), жестокая (сопоставлено и подтверждено реальными фактами… пусть и чуть приукрашенными) и гениальная (что больше всего выбешивало упорного “середничка”). А еще… Музыка резко дернулась и прервалась. Флейта плавно легла на колени. Дело в том, что своей специализацией Таюя не зря выбрала именно гендзюцу. Способность обмануть врага, навеять морок, создать иллюзию. И все для того, чтобы скрыть ее настоящую силу техник, силу влиять на эмоции оппонента. Очень редкий и практически не практикуемый вид гендзюцу, ибо считающийся бесперспективным: слишком тонкое воздействие требуется, слишком тяжело подбирать, так сказать, ключ к сознанию противника. Если только ты не умеешь чувствовать эмоции. Таюя это умела, хоть и слабо, но умела, чего ей уже хватало для запутывания своих врагов и достаточно легкого нахождения “ключа”. Заставить врага испытывать постоянное напряжение, увеличивая тем самым его нервозность и повышая количество совершаемых ошибок, усилить недоверчивость и подозрительность команды шиноби друг к другу, не давая им работать сообща, из-за чего сильно падает эффективность. Или же вообще внушить леденящий душу ужас слабому духом, чтобы от страха он не мог сделать ни шага. К сожалению, или же, скорее всего для Таюи, к счастью, подобное гендзюцу сильно недооценивают, очень сильно. Однако были случаи, когда подобрать “ключ” просто напросто не представляется возможным. Таким был ее господин. Эмоциональный фон Орочимару-сама был слишком непостоянен, слишком изменчив и слишком безумен, чтобы к нему можно было приспособиться. Только такая же одиозная личность и могла бы понять себе подобного, но вместе они бы не ужились точно. Были случаи, когда противник настолько хорошо контролировал свои эмоции, что мог достаточно легко игнорировать, если вообще не отмахиваться от навязываемых ощущений, при чем сам не осознавая этого. Тут уже приходилось либо искать подходящее внушение, либо просто прикладывать больше сил, переходя к довольно грубому способу. И была Кори… Если бы Хранительницу Северных Врат попросили описать ощущение от эмоционального фона этой девчонки, то она бы ответила просто - безжизненная ледяная пустыня. Это единственная ассоциация, приходящая в голову. Там просто не за что зацепиться сознанию, а любые гендзюцу лишь растворяются в этой неприветливой среде… Хотя, нет. Не неприветливой, а просто-напросто нейтральной, абсолютно инертной… равнодушной. И как бороться с подобным противником Таюя не знала. Даже, скорее, не понимала. И это ее бесило. Будучи сама являясь довольно “зажигательной” личностью с яркими эмоциями, она не могла принять подобное безразличие. Именно поэтому ей очень хотелось втоптать эту дрянь в землю, заставить ее проявить хоть какую-то эмоцию! Спустя же некоторое время Орочимару-сама предоставил их четверке такую возможность. О да, никаких запретов и ограничений и только одна задача - убить мелкую. Каково же было ее желание и стремление исполнить волю Белого Змея просто не передать словами. И каково же был дальнейший ужас… От отчаяния, когда не зная как еще воздействовать на эту неприступную крепость в виде эмоционального фона любимицы господина, Таюя решила пойти наверно тем способом, которым она еще ни разу не пользовалась - попытаться воссоздать безумное пламя Орочимару-сама и ударить им со всей силой по сознанию противницы. Как минимум оглушить на пару мгновений подобный хаос должен был ее уж точно. Вот только привело все это лишь к обратному эффекту… Правое плечо Хранительницы Северных Врат вновь начало испытывать далекие болезненные отголоски старых ощущений, а по спине пробежался табун липких мурашек. … Вместо хаоса и беспорядка в сознании Кори тогда развернулась Пустота. Абсолютная, всепроникающая Тьма. Бездна. Называть это можно по разному, но ни одно слово не способно передать полностью тех ощущений. Страшнее же всего стало, когда эта Бездна обратила свой взор на нее: безжизненный, равнодушный и оценивающий, словно мелкую мошку. А после была вспышка молнии. Боль. Тьма. Последствия того скоротечного (очень скоротечного) боя Таюя узнала уже позже. И пусть ее сокомандники восприняли произошедший разгром вполне спокойно, хоть и с затаенной завистью и злобой в большинстве своем, однако только Таюя среди них понимала, насколько они все прошли по краю, и как хорошо, что в тот момент в зале находился Орочимару-сама. Вылезя из омута памяти Хранительница Северных Врат встрепенулась и только сейчас заметила, что в комнате находится уже не одна. Косяк двери подпирал тот самый человек, что больше всех в убежище раздражал Красноволосую Фурию, и кого (втайне) она серьезно опасалась (боялась порой до дрожи в коленках, особенно когда вновь начинала ощущать “дыхание Пустоты”). - Чего приперлась?! - хмуро и агрессивно спросила Таюя, по привычке отвечая на опасность раздражительностью и негативом, порой перерастающим в ярость. Кори же в ответ секунды две сверлила Таюю парой своих жутких кроваво красных шаринганов, после чего закрыла глаза и, выходя из комнаты, бросила: - Орочимару-сенсей собирает Пятерку Звука в главном зале, - потом остановилась и, немного подумав, добавила. - Красивая была мелодия. А Таюе на миг показалось, что последняя фраза была произнесена чуть более теплым голосом… Но это ей, конечно же, только показалось. End POV. - Итак, мои дорогие ученички. Ваш задачей в этот раз будет разведка, - вещал сенсей, стоя на импровизированном подиуме перед нашей шеренгой. - Два дня назад была потеряна связь с одним из убежищ в стране Железа, причины потери связи неизвестны. Их выяснением вы и займетесь. В случае вероятного попадания убежища в руки противника - запустить систему самоуничтожения, предварительно изъяв все материалы и носители. Этим будет заниматься Намида, на остальных разведка и ликвидация, если потребуется. Кимимаро назначается главным в группе. Хм, страна Железа? Это не очень хорошо. Вообще не понимаю, каким образом сенсей смог построить базу под носом у самураев, ибо они очень ревностно относятся к своей территории и ее нейтралитету. Навряд ли он с ними договорился: значит база скрытая и незаконная. Следственно, придется пробираться окольными путями, а не по дорогам, чтобы не привлечь внимание местных чакропользователей. Хотя обидно, что меня оторвали от одного интересного эксперимента, сорвав, по сути, с середины испытания. Слава Ками, хоть промежуточные результаты успела записать, что уже облегчит работу. Тут я заметила нетипичное поведение Кимимаро. Нет, он все также втыкал на слова Орочимару с поистине самурайской выдержкой и спокойствием, да только чуть сжавшиеся кулаки и чуть более ускоренное и рваное течение чакры выдавали его волнение с головой. Хм, что же тебя так обеспокоило? Но вот сенсей закончил свою речь и дал отмашку на выдвижение, и наша компашка отправилась в путь. Стоит заметить, что это уже отнюдь не первое мое совместное задание с пятеркой Звука. Нам и до этого приходилось работать вместе, но понимания и хоть какого-то сотоварищества мы так и не достигли, продолжая работать по отдельности. Мне это было безразлично, а они… ну, у них были свои причины, которые, как я сказала ранее, мне не интересны. Единственный, кто из пятерки со мной нормально общался, был Кимимаро, да и то “общался” - громко сказано. Он такой же, как и я, молчун и пофигист. Как я поняла, у него есть только две категории людей: те, кто несут угрозу его Господину, и остальные. По крайней мере это ближайший аналог, который я могу подобрать, описывая его характер. Говорю же, самурай. И пока ты не попал в первую категорию, ты ему интересен не больше, чем какой-нибудь проходимец на улице. Хотя… Сейчас, следуя по верхним путям за белобровиком, я уже не могу с точностью это утверждать. По крайней мере столь хорошо скрываемое волнение показывает, что там, куда мы направляемся, есть что-то для него важное… или кто-то. Да и меня охватил небольшой мандраж, хотя это громко сказано. Скорее, предвкушение. Ведь именно на той базе, как просветил меня учитель, и изучалась изначально Основа. Именно там я смогу получить так нужные мне недостающие данные. Фактически, только этим Орочимару и смог выгнать меня на данное задание, так как в другом случае выколупывать из лаборатории мою тушку пришлось бы силой, не иначе. Вспоминая прошедшее время, я все больше удивляюсь, как быстро летит время. Вот, вроде бы, я только-только добралась до базы Белого Змея, еще даже не имея представления, что ждет меня дальше, как уже за плечами пролетела половина обучения, и я отчетливо понимаю: мне банально не хватает времени. Да, я все-таки решила возвращаться в Коноху по истечении трех годовалого срока. И дело даже не в том, что я банально дала слово Хокаге, а оно для меня не пустой звук (хотя и возникали порой мыслишки послать Лист далеко и надолго), и даже не то, что мне опять же, банально, требуется какая-никакая база для дальнейших исследований (влияние помешанного ученого-экспериментатора, оно такое), да и бытие нукенина отнюдь не сахар. В первую очередь, это договоренность между Четвертым и Белым Змеем. Что за договоренность? Хрен его знает. Просто, когда я попыталась впервые отправить отчет о действиях Змея (как одно из моих заданий во время обучения) через жаб при помощи одноразового свитка призыва (оказывается и такие бывают), меня выловил сам сенсей. Да и глупо было надеяться обмануть этого зубра. Ну может раз, может два, я и смогла бы переслать отчеты, но точно не три года к ряду. В общем, со словами, что это бессмысленная трата времени и сил, он написал что-то в свитке и отправил с моей жабой посыльным, при этом так ласково и с улыбкой попросив доставить это лично в руки Хокаге как можно быстрее. Никогда еще не видела, чтобы жаба могла бледнеть с таким выражением ли… кхм, морды. Потом была еще парочка писем, после них меня попросили “погулять” и не мешаться. Ну и под конец сенсей с торжественным оскалом объявил, что мои услуги как шпиона Конохи на данный момент более не требуются, и он может, наконец, заполнить их более полезными вещами. Короче, еще на месяц я забыла, что такое отдых и с чем его едят. Слава Ками, что только на месяц. Когда же, подогретая собственным энтузиазмом, я выпросила у Змея помещение с оборудованием под исследования, время полетело только в путь. Да, переключение на научную сторону обучения чуть ли не вполовину укоротило мои тренировки, но, как заметил и сам сенсей, дальнейшее физическое развитие мне на данном этапе практически бесполезно. В большей степени требуется набирать опыт, чем и стал заниматься Орочимару, проводя со мной спарринги в полный контакт и давая различные контракты и задания вне убежища. Именно в этот период я в полной мере оценила плюшку системы в виде сохранения характеристик. Ведь обычные шиноби в среднем тратят от сорока до шестидесяти процентов времени тренировок только на поддержание формы. Причем, чем больше “уровень” шиноби, тем больше у него уходит на это времени. В конечном итоге, он достигает потолка, выше которого уже не прыгнешь, поэтому остается уповать только на опыт и собственную соображалку, ведь военную хитрость никто не отменял. Тем более, какая разница, одолел ли ты противника в прямом столкновении или подсыпал яд в еду. Победа остаётся победой, каким бы путем она ни была достигнута. В общем, еще раз убедилась - система рулит. Правда и от Орочимару натерпеться пришлось по этому поводу немало. А уж сколько крови я ему сцедила, сколько обследований прошла… разве что только не вскрывали еще. Да. Когда сенсей идет в твоем направлении с взором горящим, да оскалом животворящим, сразу начинаешь молиться всем сразу и без разбору, только бы от него уберегли… Спустя два дня мы таки добрались до нужного нам места. Вокруг снег, елки, горы и холод. Даже как-то стала забывать, что такое настоящая зима. Все таки страна Огня является довольно теплым местом, где выпадение снега - само по себе нетривиальное событие, а уж температура ниже пяти градусов холода на моей памяти была всего лишь раз. Здесь же подобное почти круглый год, и только раз в месяц, насколько я знаю, это белое покрывало оттаивает и из под него появляется зелень. Говорят, очень красивое зрелище. Поднявшись по отвесному склону на десятиметровую высоту, мы вышли к большой пещере с сильно припорошенным снегом входом. Внутри оказалось на удивление сухо и тепло, причем, никаких печатей, кроме сигналок я не заметила. Видимо, это природное свойство пещеры. Однако выломанные ворота и следы крови сразу заставили нас напрячься. Причем выломаны они были изнутри, а не снаружи. Кимимаро тут же показал распальцовкой построение группы. Джиробо впереди, слева от него Кидомару со своей паутиной, за ним Таюя на подстраховке, ее прикрывают Сакон и Укон, а Кимимаро завершает процессию. Я же, как всегда, иду в одиночку через тени. На них силовая акция и зачистка, на мне разведка и сбор данных. Учитывая состояние убежища, придется его уничтожить. Причем состояние совсем аховое: вмятины в стенах и полу, то там, то тут полосы огромных когтей, разбрызганная кровь и трупы. Их было немного, по крайней мере у входа. Но вот “количество”, заменялось “качеством”: разорванные, смятые, переломанные, словно тряпичные куклы, их куски валялись то тут, то там, а кровь, словно кистью безумного авангардиста, украшала стены, пол и потолок. Ни одного даже затхлого намека профессионального проникновения, лишь следы, словно по убежищу пробежалась толпа диких животных, зараженных бешенством. Причем животных не простых, а использующих чакру. Возможно призыв. По крайней мере обычный зверь оставить ТАКИЕ последствия точно не мог. Привычно скользя через тени, но при этом не переходя на теневые тропы, я продвигалась вдоль коридоров к основным помещениям базы. Благо, несмотря на удаленность и местонахождение убежища, планировка была схожей, а значит и определить местонахождение требуемых помещений труда не составляло. По пути картина становилась мрачнее и печальнее, количество разрушений только росло, как и количество мертвых. Будь тут кто более эмоциональный или непривычный, то опорожнение желудка было бы для него лишь вопросом времени. Но обо мне подобного сказать уже нельзя. Если в начале обучения я еще могла хоть как-то отреагировать на такую жестокость, то сейчас сознание лишь с профессиональным интересом отмечало те или иные повреждения, пытаясь проанализировать причину смерти того или иного индивидуума: вот тут явно было пробито сердце чем-то, наподобие широкого шипа, тут смяты легкие от мощного удара, из-за чего человек явно начал медленно задыхаться, однако помереть в муках ему не дали, просто-напросто размазав голову о каменную плитку, и так далее. Это, наверное, должно быть странно… Однако Орочимару прекрасно умеет прививать нужные навыки и умения. Судя по моим ощущениям, эта база не отличалась особыми размерами, за исключением одного, в самом ее низу располагалось просто неприлично огромное помещение, которое можно было охарактеризовать только как вольер. Учитывая характер повреждений, видимо, подопытные таки смогли сбежать от своих надсмотрщиков, попутно всех поубивав. Хотя может и не всех: в некоторых местах базы все еще ощущались живые, правда кто это конкретно: выживший сотрудник убежища, либо подопытный - сказать наверняка невозможно. А пересекаться с кем бы то ни было у меня желания нет. Главное забрать данные и образцы, с остальным пусть Пятерка разбирается. Спустя еще несколько минут, наконец-то нужные лаборатории показались впереди. Каково же было разочарование, когда я обнаружила их в таком же состоянии, как и остальные помещения: все перевернуто, поломано и перерыто. От вычислительной техники остались лишь искрящиеся время от времени обломки, свитки и распечатки с ценнейшими данными валялись в хаотичном беспорядке помятыми или порванными, а реагенты и образцы просто уничтожены подчистую. Хотелось плакать. Но не дав апатии и унынию взять верх, я создала пару клонов и стала пытаться выудить из этих гор мусора (а иначе уже и не назовешь) хоть крупицы бесценных знаний, пробегаясь по уцелевшим текстам шаринганом. Нет, я не пыталась вчитываться в написанное, просто запоминала сами страницы, чтобы потом, в медитации и спокойной обстановке, ознакомиться со всем более тщательно. Благо, шаринган прекрасно отпечатывал нужное в памяти. Сие занятие заняло, на удивление, немного времени. Всего около получаса. Хотя удивления, на самом деле, было не так уж и много, больше всего меня охватывала горечь, ведь сохранилось до отвратительного мало ценных документов. Про образцы даже и не заикаюсь. Однако даже так меня еще не покидала робкая надежда. Краем сознания я смогла выцепить в одном из отчетов пометку по поводу Основы, точнее: ее первоисточника, которым, как я и думала, оказался один из подопытных, носящий имя Джуго. Пролистав сий документ чуть дальше, обнаружила и отметку о месте его содержания, являющимся одиночной камерой №312, находящейся этажом выше “вольера”. Логику размещения понять было несложно: никто не стал бы помещать “ценный образец” к “вторсырью”, как бы цинично подобное не звучало. Больше полезного из бумажек узнать на тот момент не получилось, а вдаваться в дебри научной терминологии не было времени. Поэтому я направила свои стопы к той самой камере с подопытным, хоть и вероятность его пребывания на оном месте являлась исчезающе малой. Тем более группа зачистки ощущалась примерно в том же районе, при этом ее продвижение было почему-то довольно медленным. По крайней мере, за полчаса вполне можно было добраться до центрального зала, где и находилась система самоуничтожения. По пути встретила одного из подопытных: гротескная фигура, являющаяся помесью краба и лангуста, воплощенная в гуманоидной форме. По крайней мере, человека в данном существе было признать довольно трудно, как, в общем-то, и разум в нем. Ибо когда я обнаружила его в одном из коридоров, он тупо пялился в стену, никак не реагируя на внешние раздражители. И лишь только мое приближение, непонятным образом им замеченное, вывело это создание из созерцательного состояния. Дальнейшее описывать не имеет смысла, ибо только завидев “жертву”, этот “лобстер” кинулся в мою сторону с явно недобрыми намерениями, причем не заморачиваясь даже банальной тактикой и стратегией, а тупо перя вперед. Я же, как человек, по меньшей мере, несколько месяцев изучающий мутационные возможности Основы и прекрасно знакомый с ее возможностями, желания столь близкого контакта не разделила, поэтому пришлось побегать пару минут, пока мои клоны подготовят барьер и печати. Но, в конечном итоге, ценный образчик был захвачен без особых повреждений тушки и благополучно запечатан в свиток. Жаль, все-таки, что нельзя запечатать при помощи фуиндзюцу живое существо, было бы интересно понаблюдать за процессами, происходящими в подобном организме. Точнее запечатать-то как раз можно, но, насколько я успела понять, это такой гемор, что проще умертвить и забрать безжизненное тело, нежели изгаляться и разрабатывать подходящую фуин, причем не факт, что она еще будет работать. Однако, как бы то ни было, дальнейший путь прошел без эксцессов. И вот я стою перед развороченной камерой, а вокруг горы трупов. Нет, реально - горы трупов, причем как персонала убежища, так и подопытных. Причем непонятно, то ли их всех стащили в одну кучу, то ли они сами, по непонятной причине, сбежались в одно место. Хотя… посмотрев на дорожку из мертвых тел, которая вела на нижние ярусы, как раз в сторону “вольера”, я крепко задумалась, а стоит ли вообще туда идти. Уж слишком явный намек на, как минимум, кровожадность нужного мне пациента, а может и вообще неадекватность. Учитывая воздействие природной энергии на разум остальных подопытных, как бы он сам не оказался лишь бездумным зверем в человеческом обличии. Однако моя рациональная часть исследователя взяла вверх, пообещав множество интересных данных для изучения и, возможно, наконец, нужный толчок в развитии проекта. Так что риск был логически обоснован и признан приемлемым. И вновь потянулись минуты напряженного ожидания, пока я неспешно шла в нужном направлении. Почему неспешно? А вот меня терзали очень смутные сомнения. Ибо туннель в “вольер” вел один, следы все указывал в к нему, но при этом в том направлении я никого не ощущала, от слова совсем. И тут снова возникает вопрос, то ли у меня такая плохая сенсорика, то ли вероятный противник умеет скрывать свое присутствие, то ли там вообще никого действительно нет. Но зудящая на задворках сознания интуиция явно нашептывала, что правильными будут первые два варианта. По крайней мере, то, что от моей сенсорики можно спрятаться, и что она отнюдь не всесильна, я поняла еще на примере Орочимару. А учитывая, что убежище как раз ему и принадлежит… как бы не отсюда растут ноги от его умения скрывать свою чакру. Тут мои мысли были прерваны отдаленными гулкими ударами впереди. Сконцентрировавшись, я лишь внутренне досадливо поморщилась. Сенсорника молчала, и даже пространственное восприятие не давало практически никакой картинки, только размытую муть. Пусть это и было у самой его границы, однако сфера восприятия всегда позволяла, сконцентрировавшись, увидеть в достаточной мере детализированную картинку, а тут… Мда. Вот так и узнаешь о своих слабостях там, где подобного совсем не ожидаешь. Еще больше увеличив концентрацию и осторожность, я начала красться на звук и ощущение этого “размытого пятна”, буквально сливаясь с окружающим, достаточно темным, интерьером. Пусть от обнаружения (опять) это мне и не помогло… Картина, представшая моим глазам, мало чем отличалась от предыдущего “кошмара подземелий”. Единственное, что в этот раз присутствовало действующее лицо, в виде достаточно крупного, для своего возраста, рыжего парня, который незабвенно раз за разом вбивал голову какого-то неудачника в стену, оставляя на той крупные вмятины и кровавые разводы, пополам с серым веществом. И рыжего, похоже, совсем не волновало, что его оппонент не меньше минут десяти как мертв. Но вот он вдруг остановился, словно к чему-то прислушиваясь, а я даже со спины ощутила, как на его лице расцвел безумный оскал. - Эхе, к нам в гости заскочила маленькая мышка?! - пока он разворачивался в мою сторону, по его телу начали расползаться очень характерные черные полосы проклятой печати. - Ты тоже хочешь поиграть в прятки?!! - вот они плотно покрыли его тело и начали сливаться в единое целое. - А я хочу!!! - глаза почернели, зрачок стал отсвечивать жёлтым, а на лбу начала расти пара загнутых рогов. - ОЧЕНЬ ХОЧУ УВИДЕТЬ ТВОИ КИШКИ!!!! И “демоническая” туша, на удивление, резво ринулась в мою сторону, пытаясь снести неудержимой мощью хрупкое девичье тело. И тот факт, что к ноге рыжего был прикреплен даже на вид довольно тяжелый металлический шар, его совершенно не смущал. Вот его кулак, изрыгая из себя потоки чакры, словно сопла двигателя, вгрызается в то место, где еще мгновение назад стоял мой клон, оставляя в земле двухметровую воронку, как тут же его окружает фиолетовая пленка барьера. Клоны, находящиеся по углам барьера, раскрыли перед собой по одинаковому свитку с заготовками фуин, и, сложив серию печатей, хлопнули в самый центр рисунка. По полу тут же начали змеиться множество символов сдерживающей техники. В то время, пока мои копии пытались удержать активно сопротивляющегося рыжего, я потихоньку подкрадывалась к нему сзади, чтобы в нужный момент пробраться за барьер и ударить в спину. Однако не успела рука даже достать из подсумка шприц с сильнодействующим снотворным, как моего противника на мгновение окутала синяя пленка чакры, после чего во все стороны прошлась волна неудержимой энергии, снеся, словно бумажный домик, и барьер, и клонов. Нет, я отнюдь не была профессиональным специалистом в области барьеров, но и полным профаном в данном разделе фуиндзюцу меня назвать сложно. Так что мной, можно сказать, завладела какая-то детская обида, от того, с какой легкостью была развеяна техника. И ладно бы это был более опытный и подкованный противник, так нет: всего лишь парень, четырнадцати лет, да еще и способ… банальный чакровыброс! Даже без стихийного окраса! Погоревать не дали, ибо в следующую секунду в меня уже несся пудовый кулак, ревя от переполняющей чакры, аки трансформаторная будка. Сознание на инстинктах попыталось задействовать “холодную ярость”, но я не позволила, ибо этот Джуго мне нужен был живым, целым и с минимальными повреждениями. Однако, из-за внутренней борьбы с инстинктами разума, были потеряны драгоценные мгновения. Пришлось задействовать одну из не очень любимых мной техник… Пудовый кулак встретил на своем пути большую руку, состоящую из изумрудного цвета чакры. И пусть удар был погашен, однако, даже несмотря на начальный покров Сусано, меня пронесло полметра назад. Хоть на ногах устояла. В ответ решила банально вбить гада в землю, и, пока он приходит в себя от оплеухи, использовать заветный шприц. - Стой! - раздался знакомый голос в тот момент, когда уже занесенный кулак готов был сорваться на противника, удерживаемого своей второй товаркой. Отвлекшись на мгновение, я “узрела” за спиной чуть помятую Пятерку во главе с Кимимаро, на вечно бесстрастном лице которого сейчас отражалось… волнение? Беспокойство? Впрочем, рыжему этого мгновения хватило за глаза. И вот я уже лечу в противоположную стенку, внутренне молясь и вознося хвалу всем богам и Ками, в том числе, ибо на моем Сусано отчетливо была видна трещина на месте удара… Чтобы случилось, не будь у меня активирован покров - боюсь даже представить. Вскакиваю и отчетливо морщусь, ощущая, что последняя атака отняла у меня треть чакры, а противник еще даже не запыхался. “Эх, а ведь как хорошо все могло быть, пришли бы спокойно на базу, забрали бы документы и образцы, вернулись бы обратно. И здравствуй моя любимая лаборатория, новые данные, новые эксперименты…” Взгляд вновь уперся на набирающую обороты “демоническую” тушку. Из груди вырвался тяжкий вздох. “Жизнь - боль…”