Любить нельзя ненавидеть

Капли дождя барабанят по крыше всё сильнее. Поднимается ураган. Деревья шатаются из стороны в сторону, шелестя зелёными листьями и норовят упасть к ебеням, оборвав провода электропередач и оставить полгорода без света. Саша стоит на крыльце больницы, переминаясь с ноги на ногу и не решается идти на остановку — промокнет в первую же минуту, а зонта, как назло, с собой нет. Ветер развивает её волосы в разные стороны и поднимает пышную юбку, вынуждая постоянно поправлять. — Ну и погодка, да? — тихо, но достаточно близко — прямо за спиной раздаётся мужской голос. От неожиданности девушка чуть не подпрыгивает на месте и резко поворачивается назад. Мужчина оказался ближе, чем она думала — всего в шаге от неё. От него сильно несёт сигаретами, словно он выкурил целую пачку, а зубы активно жуют мятную жвачку. Кроме того Саша учуяла едва заметный запах его парфюма — до одури приятный, от которого хочется сократить расстояние, прижаться к его носителю и вдыхать, как кислород. — Здравствуй, Александра. Голос парня с лёгкой хрипотцой, прокуренный. Он улыбается. Но не столько губами, сколько глазами — голубыми, как небо, и спрятанными под чёрными линзами солнцезащитных очков. — Что ты здесь делаешь? Сердце словно упало в пятки, воздуха стало категорически мало. Она его сразу узнала — и Вадик это понял. Его это даже порадовало. Значит, не забыла. Ещё бы, как забыть того, кто подарил духи за пятьдесят косарей? — А ты принципиально не здороваешься? — он склонил голову набок, внимательно глядя в её серые глаза и припомнил встречу у неё дома — тогда она тоже не ответила на его приветствие. — С дружками моего брата — да, — игнорируя его упрёк, она отворачивается от Рослина к стене ливня. Люди, которые носят чёрные очки в помещении или на улице, когда на солнце нет и намёка — ей не внушают доверия. Также она остерегается тех, кто тихо и бесшумно подкрадывается сзади. Вкупе с тем, что этот парень дружит с её братом — о нём складывается не самое лучшее впечатление. А он улыбается. Ему нравится её темперамент. Вадик пока ещё не знает точно — он реально ей неинтересен или она просто хорошая актриса, набивающая себе цену. Да и не важно — исход в любом случае будет один — он её трахнет, а потом и не вспомнит даже имени. Ну, а пока он делает шаг вперёд и оказывается с девушкой плечом к плечу. — Тебя подвезти? Он поворачивает к ней голову и буквально видит, как её брови в удивлении ползут вверх. Кажется, к такой наглости она не была готова. Он снимает очки, вешает за горловину футболки и вполне серьёзно смотрит ей в глаза. — Нет, — коротко, и даже возмущённо отвечает она. Вадик улыбается. Понимает, почему Саша отказывается, даже мысленно ей ставит плюсик. Он обходит её с другой стороны и говорит: — Я не могу позволить такой девушке, вдобавок сестре моего лучшего друга, мокнуть под дождём, — отстранившись, и глядя в недоверчивые глаза Саши, продолжает уговаривать уже обычным, не томным голосом: — Поехали. Ты же домой? — Я с тобой никуда не поеду, — но она тоже не сдаётся. Упрямо сложив руки на груди, отворачивается от назойливого парня. Она выглядит уверенно. Неприступно. И Вадик ей верит, не подозревая, как её трясёт внутри. С ним рядом находиться ей некомфортно, даже тревожно. От этого парня исходит нереально тяжёлая энергетика — такая, какой она не ощущала ни с кем. — Ну ладно, — неожиданно он решает отступить. Сложив руки в карманы штанов, начинает спускаться по лестнице. Саша откровенно удивилась — неужели он понял, что его общество ей неприятно и решил не навязываться? Косясь недоверчивым взглядом на его удаляющуюся спину, она не верит, нутром чувствуя, что он что-то задумал. И оказывается права — выйдя под открытое небо, блондин поворачивается к ней лицом, смотрит в глаза и уходить явно не собирается. — Что ты делаешь?! — растерянно спрашивает она. — Встань под крышу. Вадик молчит. Только смотрит — серьёзно, не отрывая взгляда. — Ты хочешь заболеть? — Я хочу тебя отвезти домой. И я буду здесь стоять, пока ты не согласишься. Цыплакова не знает, что ответить. Она ошеломлена. От его наглости, самоуверенности, и упёртости. А Вадик в эту самую секунду понял, что всё-таки, да — он мазохист. Стоит под открытым небом уже практически насквозь мокрый, разве только не дрожит — спасибо кожанке, но чувствует себя абсолютно счастливым, как под кайфом. Между ними расстояние метров в пять, но взгляд глаза в глаза делает их ближе. Она на него смотрит, как на идиота. Недоверчиво. Но взгляд не отводит — и ему это нравится. — Ну и стой! Думаешь, я буду тебя уговаривать? — она возмущённо фыркает, складывает руки на груди и отворачивается вполоборота. Вадик усмехается. Она смешная. И по-детски наивная — думает, что сможет ему противостоять. Пусть думает. Но вот уже проходит больше минуты, а девушка и не думает что-либо предпринять, чтобы он вернулся под крышу — остаётся верной своим принципам. — Дождь холодный, я действительно могу заболеть, — он напоминает о своем положении, но Цыплакова не отвечает. Игнорирует. — Неужели тебе меня не жаль? Он сужает взгляд и внимательно глядит на профиль Александры — не может быть, чтобы её ничто не брало. Она кидает на него мимолётный взгляд и иронично поднимает брови: — Тебе же себя не жаль. Саша мысленно проклинает эту погоду и чувствует, что кожа уже покрылась мурашками. Она немного меняет положение рук и обхватывает себя, пытаясь хоть немного согреться. А каково Вадику? Она переводит на него взгляд и замечает, что парень уже мокрый до нитки, но уходить по-прежнему не собирается. Упёртый. — Ненормальный! — в сердцах бубнит она и больше не имея сил делать и дальше безучастный и пофигистичный вид, идёт к нему, под дождь. Хватает за рукав куртки и пытается потащить под укрытие, но парень и на сантиметр не двинулся с места. Саша поднимает на него растерянный взгляд и попадает в плен его голубых глаз. Он смотрел странно, навязчиво. Глупая девочка даже не поняла, что попалась на удочку. Мало кто знает, что Пулемёт хорошо разбирается в психологии — в её видах, тонкостях, и наверное, он даже мог бы написать магистерскую диссертацию. А как ему в свои почти двадцать восемь удалось стать криминальным авторитетом? Сериалы про девяностые, на которых он вырос, конечно, тоже внесли свой вклад в его образ жизни, но добился таких высот он исключительно благодаря психологии. Немного советов для подчинения людей от Карнеги, пирамида потребностей Маслоу, и вот он изобрёл свой собственный метод — метод Пулемёта. А женская психология, как вид — его самая любимая. Она только кажется сложной и непостижимой наукой. Достаточно просто иметь желание, чтобы в ней разбираться. Дождь как назло усилился — поливал, как из ведра и оставаться под открытым небом дальше было как минимум глупо. И только сейчас Александра поняла, что угодила в ловушку. Выхода из сложившейся ситуации было два: она соглашается на его условие или они оба остаются стоять под дождём. Саша отводит от парня взгляд и вспоминает все ругательства, которые знала. Ну как можно быть такой дурой? — Ладно, поехали, — недолго думая, она принимает разумное решение. Мужчина растягивает на лице довольную улыбку, больше походившую на оскал — он всегда добивается своего. Однако, долго он её уговаривал. Девушка явно знает себе цену и умеет крутить хвостом, вот только с ним эти уловки бесполезны — сколько он таких поставил на колени? И её поставит. Уже сидя в автомобиле он снял с себя куртку, а пока закидывал на заднюю панель, взглянул на Сашу. С хмурым лицом она вытирала ладонями влажность с рук, перебрасывала мокрые волосы на одну сторону и даже не замечала бесстыжего взгляда Вадика, бродившего по всем участкам её тела, что были открыты его взору. Платье прилипло к мокрой коже, капли дождя соблазнительно скатывались с волос по шее, рукам, ногам, будоража и без того больную и извращённую фантазию. Вадику стоило больших усилий себя сдержать — она должна сама захотеть. Странное и не понятно как и зачем устоявшееся правило он никогда не нарушал. Это было вроде принципа — трахаться только по обоюдному желанию. — Ты точно ненормальный, — не поднимая на него взгляда, угрюмо заявила Александра. И учитывая свои последние мысли, он был с ней согласен. — Ну что, красивая, поехали кататься? — в шутливой манере, цитируя строки старой песни, он повернул ключ зажигания и машина с визгом шин покинула двор больницы. Стрелка на спидометре сразу перевалила за сотню, но пассажиры не спешили пристёгиваться. Вадик — потому что клал на правила дорожного движения, да и на любые правила в принципе, а Саша и вовсе позабыла о безопасности, думая только о том, что этому наглецу удалось обвести её вокруг пальца и вовлечь в свою странную игру. Она чувствовала себя униженно и одновременно обиженно. Саша не любила, когда её заставляли что-либо делать против воли. Но ещё больше она не любила получать подарки и знаки внимания от людей противоположного пола. Особенно, если они являлись ещё и друзьями младшего брата. А этот парень словно специально прошёлся по всем пунктам, особо её раздражающим. Неожиданно её посетило странное желание на него посмотреть. И она не стала с ним бороться — повернула голову к водителю и позволила себе его внимательно рассмотреть. Он был спокоен и сосредоточен на дороге. Такой серьёзный… и такой мужественный. Белые кеды, спортивные штаны, мятая футболка с надписью AC/DC, недельная щетина, уже превратившаяся в бороду, растрёпанные волосы, ещё немного мокрые от дождя — образ хулигана ему чертовски шёл. А он для этого даже не прилагал никаких усилий — Вадик им являлся по сути. Его неотёсанный внешний вид говорил не только о ветреном образе жизни, но и об отсутствии в ней женщины. — Ну и что же может быть общего у тебя с моим братом? — девушка нарушила затянувшееся молчание, решив задать давно и всерьёз интересующий её вопрос. Стилем одежды и шрамами на лице он мало отличался от её брата. Но золотой ролекс, последний айфон и тёмно-вишнёвый спорткар сбивали с толка, не позволяя быть точно уверенной — он такой же отброс, как Костя, или просто хочет им казаться. — С Константином? — мужчина ненадолго отвлёкся от дороги и кинул на попутчицу короткий, но достаточно цепляющий взгляд. А говорят, что только девушки владеют этим приёмом. — С Константином, — подтверждает она. В её тоне мелькают нотки ехидства — ну кто этого оболтуса называет полным именем? — Ты не такой, как другие его друзья. — И какой же я? — Взрослый, на дорогой машине, с целыми костяшками пальцев и слишком милой мордашкой. Мне продолжать? Она снова попалась на его удочку, а в этот раз этого даже не заметила. Не то, чтобы Вадик страдал нарциссизмом, но ему было важно знать, каким он выглядит в её глазах. И она ответила. Последний аргумент и вовсе вызвал у него смешок — она даже не представляет, что за сущность скрывается за его «милой мордашкой». — Твой брат мне жизнь спас, — он пожал плечами, не зная, как ответить на её вопрос, ведь Рослин и понятия не имел, что об их знакомстве рассказал сам Цыпа. И судя по её вытянувшемуся в удивлении лицу — абсолютно ничего. И правильно, ей совершенно не обязательно знать, что он изрешетил из Томпсона полздания, а её любимый братик проломил одному мудиле черепушку. Весь остаток пути они провели в абсолютной тишине, разбавляемой только стуком дождя о капот и дворниками по лобовому стеклу. Обычно Вадик терпеть не мог, когда девушки рядом с ним начинали трепать языком. Сразу хотелось грубо заткнуть их, что он, собственно, и делал. И пока рот очередной шлюхи был занят самым важным, Вадик получал двойное наслаждение — для души и тела. Но вот с Сашей почему-то всё было наоборот — она молчала, а он хотел с ней говорить. О погоде, музыке, фильмах, да о чём угодно, только не молчать. Но она до самого дома больше не проронила и слова, а интерес, буквально на минуту вспыхнувший в её глазах, пока его рассматривала, перед тем, как задать свой первый и единственный вопрос, больше не проявлялся. Неожиданно у Рослина появилась новая цель, кроме той, чтобы затащить девушку себе в постель — снова её заинтересовать. Остановившись прямо у её подъезда, он заглушил мотор и повернул голову к Александре, зная, что она посмотрит в ответ — дверь-то он не разблокировал. И она посмотрела — немного боязно, недоверчиво, и безо всякого намёка на желание продолжить знакомство в горизонтальном положении. А жаль, он бы ей не отказал. Прервав контакт глаз, Вадик нажал кнопку на панели. Он действительно был готов её отпустить — вот так просто, без продолжения. Рослин знал этот тип девушек. Не лично, ведь это так утомительно — бегать, добиваться, приглашать на свидания. Его больше привлекало взять легкодоступное. И далеко ходить не надо — достаточно выйти из своей комнаты в клубе и выбрать любую — начиная от знойной и опытной мулатки, заканчивая несовершеннолетней девственницей. Но нет, сегодня Вадику приспичило поиметь сестру Цыпы. И он добьётся своего, как всегда. А ради достижения цели готов даже на эксперимент. Но долго ли ему удастся играть честно, не нарушая правил? — Спасибо, что подвёз, — тихо благодарит девушка, не глядя в его сторону. Поправив на плече съехавший ремешок сумочки, собирается покинуть автомобиль, но вдруг она поворачивает голову к водителю и встречается с взглядом голубых глаз. Вадик будто ждал, что она посмотрит. На самом деле он не был уверен, что она хотя бы попрощается — видел, как ей не нравится его напор и ситуация, заложницей которой оказалась. — Только больше меня не карауль, ладно? Вадик на мгновение решается дара речи. Он ошеломлён. Рослин ожидал чего угодно… но явно не такого поворота событий. — А с чего ты взяла, что я тебя караулил? — он непроизвольно напрягся. Она права, эта встреча — не случайность, и он в самом деле её поджидал. Но как она это поняла? Неужели догадалась? — А что ты делал возле моей работы в шесть утра? Его взгляд меняется. Вадик не может поверить... Столь странные и порой невозможные совпадения никогда прежде не были замечены его пассиями и уж тем более высказаны ему. Теперь он глядит на неё более внимательно, понимая, что девушка оказывается ещё более интересной, чем он мог себе представить. — Друг мой нажрался палёной водки, его на скорой забрали. И я с ночи сидел там, ждал результатов, — нагло врёт он, честно глядя ей в глаза, пытаясь предугадать — поверила она или нет. Но Саша молчит. Только смотрит — всё также пристально и Вадику начинает казаться, что она видит его лживую и циничную натуру насквозь. — Сегодня к нам никто не поступал. Разве что один парень… с воспалением хитрости. Ты приехал за полчаса до конца моей смены и сидел в машине, никуда не выходил. Явно кого-то ждал… Я видела из окна. Только не знала, что это ты. Его корабль лжи вмиг потерпел крушение, но Вадику до этого не было никакого дела. Его губы растягивались в улыбку, а в глазах появился нездоровый блеск. В кои веки ему попалась не только красивая, но ещё и умная девушка. Редкий экземпляр. Метод Пулемёта всё-таки не сработал. Впервые. А его гениальный, незамысловатый план, до этого дня всегда срабатывающий на ура, впервые был провален с треском. И он был рад. Действительно рад. Однообразие — оно такое. Со временем заёбывает даже то, что ещё каких-то десять лет назад казалось недосягаемой мечтой, а теперь лежит перед тобой на блюдечке с голубой каёмочкой, но уже нахер не нужное. И вот появляется она — не клюнувшая на его дешёвые подкаты, смазливую внешность и дорогую тачку. А её взгляд — такой холодный и полный безразличия… Не как у этих куриц, у которых вместо зрачков фигурки в форме доллара. Она совершенно другая. И теперь он уверен точно — она не притворяется. Она в самом деле такая — другая, неземная совсем. Такая ему нужна.