«Айзек Фостер, Как член семьи, должен прийти завтра в наш особняк в „Роковой час“. Надеюсь, ты помнишь свою мать? Ты обязан явиться домой. Мне без разницы, есть у тебя планы или нет. Можешь брать с собой кого угодно и что угодно. Оружие, друзей или что-то другое. Я не собираюсь тебя задерживать долго. Узнаешь всё, по прибытию. Твой отец Киросума Фостер.»
— Хреново дело… — Вздохнул парень и отдал письмо девушке — Можешь сжечь его… — Постой, но ведь это от твоего отца — Рэйчел пробежалась глазами по строчкам и удивлённо посмотрела на парня — Что такое «Роковой час»? — Не забивай голову — Пытался отвертеться от вопроса парень, но поддался вопрошающему взгляду девушки и, вздохнув, сказал — Да кароче… Моя мать была при смерти, а отец имел раньше отношение к химии и всякой такой дичи непонятной, так вот… Он проводил эксперимент при котором шло всё хорошо, но потом началась стадия разрушения тканей органов. Он кароче лохонулся и сделал хуже. Матери было очень больно, но эту хрень с органами было не остановить. В итоге, она медленно умирала, испытывая жуткую боль. Но к нашему удивлению она продержалась в таком состоянии около недели, не погибнув от болевого шока и прочей дичи… — Ты должен туда пойти — Рэйчел убрала письмо на стол и посмотрела на Фостера — Они же твоя семья… Кстати, чем это пахнет? — Бля — Через пару секунд Айзек оказался у плиты и стал быстро отключать прибор, что-то перемешивать и процеживать — Зачем мне туда идти? Моя мать мертва, а отцу пофиг на меня. — Зак… Сходи туда хоть ради меня, да и тебе не жалко маму? — Рэйчел обняла того со спины и уткнулась носом в тёплую спину парня — Сходи, хуже ведь не станет. — Эх… Ладно-ладно — Согласился Зак и стал выкладывать на тарелки порции лапши и рыбы — Садись и ешь, сумки-то разобрала? — Да-да! — Блондинка быстро оказалась за столом, молниеносно помыв ручки — Приятного аппетита! — Тебе того же, малая — Фостер сел напротив и подумал, смотря на девушку — «Что-то здесь не чисто… Он бы не стал звать меня, раз я не являюсь членом семьи. Что ж, проверим завтра.»***
— Чтооо?! — Воскрикнула Кэтрин и съела маршмеллоу, запив чаем — То есть ты, реально согласился? — Да… — Вздохнул Айзек и отпил кофе с карамельным сиропом из кружки. — Слушай, Зак… А зачем мы вообще здесь собрались? — Спросил Эдди, доедая печенье и смотря на друзей. — Вот именно! Почему именно у нас дома? — К столу в зале подошёл Дэнни и поставил тарелку с разогретыми блинчиками перед друзьями. — У Эдди квартира маленькая, да и животных много — Объяснял сын мафии, развалившись на диване — У Рэй дома Кларисса. Единственный вариант — вы. Родители всё равно гуляют по магазинам, да и не против таких сборищ. — Слушайте… а может мы уже к делу перейдём? — Предложила Гарднер, сидя рядом с Кэтрин и пытаясь забрать свой блинчик. — Кстати да… — Вспомнил Эдди и вдруг призадумался — Это насчёт твоего отца? — Да — Зак стал серьёзным и посмотрел на друзей — Я хочу, чтобы вы пошли со мной… — Э? — Кэтти перестала пить чай, а в комнате повисла гробовая тишина. — Ты что… Серьёзно что ли? — Переспросил Дэнни, развалившись в кресле. — А по мне можно сказать, что я шучу? — Ответил Фостер и посмотрел на Диккенса — Конечно серьёзно, ну так что? — Ндам… — Эдди погладил М-ра Полноча, забравшегося к нему на колени — Я за, если это относительно безопасно, хотя… Мы и безопасность — 2 несовместимые вещи… — А я за! — Кэтти поставила кружку на стол и призадумалась — Всё равно нужно оставить Родителей на некоторое время наедине. — А я дома останусь… — Диккенс стал уносить кружки со стола и прибираться. — Неа! Ты идешь с нами — Кэтрин решила помочь в уборке брату и встала из-за стола — Рэй, а ты-то идёшь? — Куда я денусь… — Блондинка начала гладить М-ра Полноча и допивать чай — Конечно же я с вами! — А вот тебе лучше не идти — предупредил Айзек и потрепал ту по голове — Оставайся лучше дома… — Но… мне тоже хочется сходить — Рэйчел посмотрела на парня невинными глазками, держа руках котика. — Поверь на слово, лучше не надо — Пытался отговорить Гарднер Фостер — Типо… Ты не будешь волноваться и я не буду. — Н-но… — Девушка погрустнела, и вдруг почувствовала на себе чью-то ладонь. — Зак, тебе не о чем беспокоиться — Улыбнулся Эдди и приобнял девушку — Ты будешь рядом с ней, да и думаю, твой отец не сделает ничего плохо нам. — Тем более он же сказал, что ты можешь звать кого угодно — Крикнула Кэт с кухни, пока мыла посуду и высушивала её. — Именно это меня и напрягает — Зак сложил руки на груди и продолжил — Я боюсь, что это предложение может оказаться ловушкой. Он и просто так, даже на всякие важные даты меня редко зовёт. Я же переживаю, да и к тому же вас он знает, а Рэйчел нет. — Зак, твой отец знает наших родителей, вряд ли бы он стал вредить тем, кто каким-либо образом связан с ним — Вышел из соседней комнаты Дэнни, и дверь тут же захлопнулась — Ну, типо… помогал или просто общаются. Смысла нет, а Рэй — наша подруга, значит он и её не тронет, особенно, если она и мы дороги тебе. Так что не волнуйся, глазки твоей Рэйчел останутся на месте… — Опять ты про свои глаза говоришь! — Зак начал кричать на Дэнни, а тот стал доказывать, что органы зрения прекрасны. Пока парни спорили, Кэтти и Эдди успели сыграть в «Alice: Madness Returns» и обсудить с Рэй планы на следующую неделю. Кэтти предложила показать комнату, на которую всё время смотрела блондинка. Садистка ввела код, и дверь открылась. Это оказалось светлое помещение, больше похожее не комнату в больнице. По стенам тянулись шкафы с книгами, документами и другими бумагами, а напротив двери стоял письменный стол и стул. Но самой странной вещью был шкаф похожий на холодильник. От него так и веяло холодом, как будто отталкивая вошедших от себя. Кэтрин заметила то, как Эдди заинтересован, и подошла к непонятному предмету интерьера. — Только не кричите, ок? — Зеленоглазая подмигнула заинтригованным друзьям и открыла дверцу. Рэйчел и Эдди были шокированы видом того, что находилось внутри. На полочках стояли банки с бледно-красной жидкостью, в которой плавали самые разные глазные яблоки. Красные, зелёные, голубые, карие. Гарднер не смогла долго на это смотреть и отвернулась, тяжело дыша и пытаясь забыть увиденное, а Эдди наоборот. Паренёк подошёл к склянкам и стал рассматривать строение глаз, однако долго сделать ему это не удалось, ведь из гостиной послышался крик Трёхглазого. Закрыв холодильник и вручив нашатырный спирт Рэйчел, троица вышла из столь интригующей комнаты. Наконец, Айзек и Дэниел перестали спорить, что же лучше глаза или нормальный мозг для Диккенса, а также решили уже выйти. Садистка взяла небольшой портфель с разными нужными и ненужными вещичками, и подростки вызвали такси. Она вышли к подъезду и стали ждать. На улице было немного прохладно, ведь на город начинала опускаться ночь. Рэйчел стало лучше, и вскоре за разговорами она забыла про увиденное. На удивление, машина приехала быстро, не заставив подростков замёрзнуть. Друзья расселись, усевшись вчетвером на заднее сиденье и запихнув Дэнни вперёд, поехали до нужного места. Они добрались до придорожного кафе или клуба и, расплатившись с мужчиной за рулём, вышли из такси. Зак пошёл вперёд и подошёл к заведению. На двери висела горящая красным надпись «lustful mermaids», а рядом табличка «only for 18 years». Но это не остановило парня и тот вошёл внутрь. Взору предстало небольшое помещение, выполненное в красных и чёрных тонах. Множество столиков стояли в хаотичном порядке. За ними сидели люди, некоторые делали заказы, кто-то танцевал на площадке, а некоторые даже пытались подраться. Справа от входа была сцена с шестами, на которых крутились и изгибались в разных позах девушки в откровенных костюмах. Напротив входной двери была длинная барная стойка, к которой и направились подростки. — Эй, Дик — Зак окликнул бармена, рассматривающему стеллажи с алкоголем за спиной. — Чего тебе, Фостер? — Мужчина повернулся и прищурился, взглянув на парня — Давно не виделись, какими судьбами? Тебя босс ищет, знаешь ведь? Расскажешь, где пропадал? — Наслышан к сожалению — Вздохнул Айзек и стал разговаривать с барменом — Сказать, где я нахожусь не могу, но могу рассказать много всего интересного, ребят, погуляйте пока что, можете заказать что-нибудь. Мужчина был одет довольно странно, для такого заведения, как показалось Кэтти, которая одна решила рассмотреть его, усевшись за барную стойку. От лба до щеки через правый глаз, покрытый бельмом, проходил шрам, а белок левого глаза был красным, как будто в крови. Сама же радужка — ярко-голубая. Нижняя губа, как и ухо проколото чёрным кольцом. Чёрные как уголь волосы зализаны назад, а у висков немного сбриты. На мужчине была белая потрёпанная рубашка с завёрнутыми до локтей рукавами, поверх тёмно-серая жилетка, а на шее повязана чёрная бабочка. На руках у бармена одеты чёрные кожаные перчатки без пальцев.* Дальше Кэт не смогла рассмотреть, ведь ноги скрывала барная стойка. Как девушка поняла из разговора Зака и бармена, второго звали Диккенсон, но Фостер называл того Дик. — Кароче, мне нужно к отцу — Сказал Айзек мужчине и указал на друзей — Они со мной. — Ты тут для другого и не появляешься. Выйдете через гримёрку или как та хрень называется? Кароче ты понял — Дик кинул Заку ключи и продолжил — Положи их потом на тумбочку с зеркалом. Удачной встречи. -Да-да… Возможно когда-нибудь твоя доброта сыграет тебе на руку — Фостер кивнул друзьям и они пошли к выходу — Пасиб. — А? — Дик посмотрел на установку с фруктами, откуда пропали апельсины и бутылка Карибского холодного пунша, и посмотрев вслед друзьям, бармен ухмыльнулс и шёпотом сказал — Вот мелкий пиздюк… Что ж, надеюсь всё пройдёт хорошо. Удачи тебе, Айзек Фостер, будущий босс. Подростки вышли из заведения и оказались в лесу. Айзек вёл друзей, попутно рассказывая о том, как они познакомились с Диккенсоном, кто он такой, да и просто о том, почему они вышли не в лесу. — Кстати, Кэтрин, держи — Фостер положил той в портфель бутылку и фрукты — Отметите, если что потом. — О-откуда?! — Девушка была поражена и буквально искрилась от счастья — он же дорогой! — Это ж Дик — Ухмыльнулся Айзек и, убрав руки в карманы, пошёл дальше. — Так, не отвлекайтесь… Стоп! То есть, чтобы другие не заподозрили неладное, ты всегда высаживался здесь? — Офигел Эдди и огляделся — Неудобно наверное… — Да нет, просто ночью темно, но скоро выйдем на обустроенную дорожку — Фостер светил фонарём телефона перед собой и тут, раздвинув ветки деревьев, сказал — А вот и финишная прямая! Вперёд… Друзья вышли на тропинку, засыпанную камешками. На деревьях были развешены фонарики, горевшие бирюзовыми огоньками, а на некоторых ветках были развешены гирлянды с белыми фонариками, освещающие дорожку. В конце тропинки виднелся домик, к которому и направлялись друзья. Он казался маленьким, но, подойдя ближе, мнение подростков изменилось. — Добро пожаловать в мой дом — Ухмыльнулся Фостер и повернулся к друзьям, оставляя за спиной огромный тёмный особняк.