Re/Union

Роуз просыпалась каждым утром, которое должно было стать последним, но никак не становилось. Роуз никого не хотела видеть. Сейчас, спустя долгие десятилетия, на пороге смерти, Роуз хотела только вспоминать; снова и снова она погружалась в любовно хранимые воспоминания, не позволяя им угаснуть. Короткие два года ее жизни, осветившие неугасимым пламенем всю жизнь. «Он сжег твое сердце», — так говорили ей. На самом деле, не сжег — вписал имя свое, навечно. Вот только вечность оказалась слишком короткой. Тот, другой — не клон, но копия — оставался долгое время рядом, но ушел однажды и он, предпочтя общество другой — других. Блистательный и невероятно умный, он пользовался успехом. «Он сжег твое сердце», — так сказал ей и он, обвиняя в неспособности любить. Сказал — и ушел, наконец-то — навсегда. Навечно. Роуз не переживала. Она исполнила свой долг — она сделала его лучше. Она сделала его счастливым. И сейчас, на рассвете очередного дня, который должен был стать последним, она вспоминала не его — она вспоминала Доктора. Тихонько скрипнула дверь в палату — Роуз отвернулась. Незачем. Некому. Она притворится спящей, может, уйдут. Кто-то присел рядом с ней, взял за руку — знакомое-незнакомое касание, но нет, не его. Мечтала ли она о том, чтобы как-то, чудом каким-то невероятным и невозможным, он однажды нашел бы ее здесь? Мечтала, что уж лукавить. Но ее руки коснулся кто-то еще. Роуз зажмурилась сильнее, не желая просыпаться. Может, уйдет. — Роуз, — тихо позвал ее кто-то — знакомым, таким знакомым голосом, и где же она слышала его? Неважно. Не имеет значения. Пусть уйдет, пусть позволит ей вернуться обратно в мир собственных воспоминаний, пусть не тревожит. Она прожила хорошую жизнь. Она заслужила право на покой. — Роуз, — снова тот же голос. Роуз приоткрыла глаза — и вздрогнула, узнав посетительницу. — Это все? — спросила она дрожащим голосом. — Это конец? Теперь — конец? — Это только начало, — улыбнулась блондинка и показала язык между зубами. — Раньше у меня не было галлюцинаций… — прошептала Роуз. Смотреть на саму себя — на ту себя, которую видела в зеркале столько лет — было странно, но в то же время, приятно. Вот только глаза были другие — и ее собственные-то давно выцвели до серовато-орехового цвета, она уже и не помнила, какими были тогда. Но у гостьи ее глаза были сияющие, золотистые, пронзительные — хотелось спрятаться, скрыться, ведь этот взгляд пронзал ее насквозь, вытаскивал из глубины ее души все самое сокровенное. Роуз не закрыла глаза, Роуз смотрела. — Я не галлюцинация, Роуз, — ответила та. — Я пришла, чтобы забрать тебя. — Забрать куда? — вздохнула Роуз. — Что ждет меня там? — Тебя ждет вечность, если ты согласишься. — На что соглашусь? Незнакомка встала и подошла к окну. — Сложно путешествовать в параллельные миры на автономном источнике энергии. Практически невозможно. Он не мог вернуться за тобой — он хотел, если бы ты только знала, как отчаянно он хотел. Я — знаю. Но он не мог. Какие бы планы он ни строил. Он перезапускал Вселенную — и это не помогало. Он вернул Галлифрей в надежде, что сможет восстановить связь. Но — не смог. Знаешь, в двадцатой регенерации он даже почти сумел… Но я остановила его. — Кто ты? — спросила Роуз — хотелось бы ей, чтобы голос звучал уверенно, сильно. — Я — та, кто единственная знает и всегда знала о нем правду. Я — та, кто единственная поддерживала в нем искру надежды. Я — та, кто знает, как отчаянно он искал тебя; и я — та, кто дарила ему подсказки, направляла всю его жизнь. Например, однажды он встретил девушку — она стала его спутницей, ненадолго, но какой же прекрасной она была! Погруженный в самые глубины отчаяния, он увидел в ней свет — а я дала ей розу в волосы. И он понял. Вспомнил. Осознал. Он прошел очень долгий путь, но эта роза — один крошечный цветок в волосах смешливой Билл, так ее звали — дала ему надежду. — Я все равно не понимаю. — Когда-то он считал, что я — лучший корабль во всей Вселенной, — улыбнулась девушка. — Наверное, я и была им. Это объяснило бы, почему я так долго удерживала ту примитивную форму, не позволяя себе измениться. Но я не могла больше выносить тяжести его мук. И вместе с тобой мы могли бы помочь ему. — Ты можешь забрать меня отсюда? — с надеждой спросила Роуз, но тут же помрачнела. — Как прекрасно это было бы много лет назад, но сейчас — зачем я нужна ему, старуха. — Роуз, ты — прекрасна. Но я предлагаю тебе не это. Я предлагаю вернуться вместе со мной. Как часть меня. Как часть себя. Роуз не потребовалось много времени, чтобы ответить. — Нет. Я уже знаю, что такое — оказаться рядом с копией, пусть даже точной. И я не допущу, чтобы он прошел через это же. — Ты не понимаешь, — улыбнулась ее собеседница. — Ты останешься собой. Если хочешь, я могу даже стереть лишние воспоминания — но мне кажется, ты предпочла бы их сохранить. Ты останешься собой, я дам тебе новое тело. И вы будете вечно бежать — за руку, через всю Вселенную, как он мечтал. — А ты? — Ты не заметишь разницы. Роуз, я — не телефонная будка. Я — существо, живущее одновременно в 14 измерениях. Мне не нужна форма, чтобы вести вас и охранять. Роуз Тайлер, Злой Волк — разве ты ничего не поняла еще тогда? Я дарю вам вечность.