Heritage

      Гейб приходит домой, бросает куда подальше портфель и падает на кровать, хватая свой плеер. Включает какую-то ненавязчивую музыку и углубляется в свои мысли.       За окном уже горел закат. Завтра вновь будет холодно. Об этом свидетельствовали розовые облака.       Каждый день он вспоминал Эмили. Первую любовь, которая так умело играла с его чувствами, а потом втоптала их в грязь, наплевав на все слова и обещания, которым с самого начала было не суждено сбыться.       Он чувствовал себя маленьким мальчиком. По крайне мере, сейчас. Раньше он думал, что все это взаимно, а сейчас он громко смеётся над своей наивной любовью. Хотя воспоминания внутри не хотели утихать. И именно из-за этого он чувствовал, как на сердце скребутся кошки. Воспоминания приносят куда большую боль.       Эмили была его первой девушкой во всех смыслах. Также она была старше на год. Но никто не дал бы ей семнадцать. Настолько она казалась маленькой и милой, что ей запросто могли дать четырнадцать.       Зато какая гнилая душа…       Все. Гейб не может сидеть в этих четырех стенах. Он выходит из квартиры, спускаясь вниз и идёт в парк. Там было много деревьев, небольшой пруд, и открывался отличный вид на звезды с определенного места. Улицы Ричмонда освещали редкие фонари, зато охранников было довольно много.       Габриэль шёл медленным шагом к парку и, проходя мимо главной площади, услышал от двух охранников: — Эй, парень, комендантский час начинается в одиннадцать. Через два часа чтобы дома был. — О, так это же сын Дэвида.       Гейб прошёл мимо, даже на них не взглянув. Голова была опущена, а руки были сложены на груди. — Это не означает, что для него в правилах есть исключение.       Гарсия по дороге редко встречал людей, но для него это было и к лучшему. Он хотел побыть наедине с собой и немного подумать на свежем воздухе. Пройдя некоторое расстояние в парке, он увидел чей-то силуэт. Этот человек яростно кидал камни в пруд. Габриэль хотел пройти мимо, но поняв, что это его одноклассница, он подошёл к ней и положил руку на плечо, и сразу же убрал, когда она от испуга резко повернулась и дала рукой по лицу парня. — Ауч! — Гейб взялся за свой нос. — Сколько можно? — Ой, прости, Гейб. Я не ожидала… — извинилась Клем. — Ты что тут делаешь? — спросил Гейб, убирая руки от носа. — Поругалась с Джейн, — ответила честно Клементина. Она бы не рассказала об этом никому, но почему-то ей казалось, что ему можно довериться. — А ты? — Решил прогуляться. А из-за чего поругались? — Специальность… — О, господи. У меня была тоже похожая ситуация.       Клементина ничего не ответила, а лишь села возле пруда, наблюдая, сквозь верхушки деревьев, звезды. Гарсия сел рядом с девушкой. Он не знал, о чем ещё поговорить, поэтому дал второй наушник от плеера. Они смотрели на звёзды и слушали музыку. Через некоторое время, они стали орать на весь парк слова песни, никого не стесняясь. Они были очень близко друг к другу, так как провода наушников не позволяли отходить на какое-либо расстояние.       Гейбу это нравилось. Забывать обо всем и лишь петь какие-нибудь песни со своим другом. Он пока не считал её своим другом, но она была ему симпатична. Она была ему приятна в общении. Забавная и милая. Увидев эту картину Эмили, она бы покрутила пальцем у виска и ушла. Но сейчас Гейб не думал о ней. ***       Солнечные лучи всегда нравились Клем. В этих лучах она будто чувствовала Ли. Словно ей снова восемь, и мужчина обнимал её своими теплыми руками. Иногда она пугалась, что забудет его. И этот страх преследует её с момента смерти Ли. Клементина помнит его черты лица, а голос она вспоминала с трудом. Ей хотелось кричать от страха. Как будто он покидал её…       Она бы продолжила и дальше свои раздумия, но открыв глаза, понимает, что она явно не в своём доме. Об этом свидетельствовали тёмные малиновые стены, увешанные разными постерами и висящая гитара, рабочий стол, заваленный канцелярским хламом, комод из тёмного дерева и сама кровать Габриэля, заправленная оранжевым одеялом. Сама же девушка лежала на диване, возле окна.       Гейб мирно сопел, прижимая к себе вторую подушку, а на другой находилась его голова. Как маленький ребёнок, ей богу. Ресницы забавно поддергивались, а губы едва заметно шевелились, будто он что-то хочет сказать.       Шапки на нем не было. Поэтому тёмные волосы были взлохмачены и растрепаны. Так как на нем не было кофты, а одна лишь майка, она могла разглядеть мышцы на его руках. Габриэль был стройным и подтянутым парнем.       Девушка могла бы дальше разглядывать Гейба, но тут она поняла, что сегодня среда. А значит, сегодня нужно идти в школу. Если она и поняла, что дома у Гейба, то где именно и сколько сейчас времени она не знала.       Ещё её интересовало то, как она здесь оказалась. Она напрягла голову и все же вспомнила.       Ссора с Джейн, потом убежала в парк, потом пришёл Гейб, они пели песни, а потом они дошли до дома Габриэля, так сказать «на чай».       Ага, как же. Чай в половину одиннадцатого. Габриэль уже на ногах не держался и еле как постелил Клем на диване, а потом лег на кровать. — Гейб! Гейб! — Клем пыталась разбудить одноклассника, что вышло только с третьей попытки. Было видно, что если его не разбудить, то он и продолжит так валяться на кровати, пока его дурной организм не поймёт, что пора вставать. — Да? — сонно спросил он. Он зажмурился, когда лучи солнца безжалостно били его в глаза. — Сколько сейчас времени? — спросила девушка, поставив руки в боки. — Двадцать минут восьмого, а что? — парень едва разглядел время на наручных часах. Он потянул к подбородку одеяло, закрываясь от солнца. — Тебя чем-то ударили? Сегодня среда, а значит, надо в школу, — девушка, взяв за края одеяло, стянула его на пол, оставляя Габриэля в одной футболке и…боксерах. Клементина смущённо отвернулась. — И что? — безразлично протянул парень, даже не замечая того, что его одноклассница резко отвернулась. Чтобы больше не смущать Клементину, он надел джинсы и сел на кровать, зарываясь рукой в волосы. — Я не хочу пропускать занятия на второй день моего пребывания, — сказала девушка, уже повернувшись. — Ты даже не знаешь, как добраться до туда, — хмыкнул Габриэль, слегка издеваясь над Клем. — Разберусь, — буркнула Клементина. — Господи, какая ты зануда! Эмили бы… — при упоминании бывшей, Габриэль заметно погрустнел. Девушка подняла бровь, не понимая, о какой Эмили речь. — Ладно, только из-за тебя я иду в школу, — как можно быстрей Гейб перевёл тему, снимая футболку и надевая другую.       Клементина закатила глаза на слова Гейба. Пф, должен он из-за неё ходить в школу! — Мне надо будет зайти домой за сумкой, — предупредила Клем, когда они обувались. — Ещё лучше, — на этот раз закатил глаза Гейб. ***       За десять минут до начала урока, они уже были в классе, и, сами того не заметив, они сели вместе. Феликс возмущённо распахнул глаза и надул губы. С каких это пор его лучший друг теперь сидит не с ним? Ладно бы, он предупредил его. Но ведь не предупредил! И сел с только появившейся вчера девушкой за одну парту.       Хотя, может, именно эта девушка залечит его раны…       Феликс решил разыграть небольшую сцену ревности, и, резко соскочив со стула, он направился к парочке, которая на манере веера, махала тетрадями у своего лица. — С каких пор Гарсия не сидит со мной? — с возмущением спросил рыжий, садясь на парту. — Феликс! Слез с парты, баран! — крикнул учитель математики, заходя в кабинет с большой кучей книг. — Да как вы смеете со мной так говорить? Я не для этого плачу этой школе деньги, чтобы меня называли бараном, — с тем же самым возмущением произнёс парень. — Фил, эта школа бесплатная… — сказал Гейб. — Да? Ой, извините, мистер Саттон. Знаете, ваша лысина вам всегда была к лицу, — театрально махнул Феликс руками. — Ну все, Тернер, доигрался. Сегодня урок проведешь в коридоре! — мистер Саттон ненавидел, когда про его лысину кто-то заводил разговор. Этого он слышать не мог. Тем более от какого-то сопляка, зацикливать воспитание на котором родители не стали. — С радостью, мистер Саттон! — улыбнулся Феликс и собрал учебник с тетрадью. — Куда пошёл? Будешь сидеть за первой партой и выполнять индивидуальное задание. — А сказали, что буду в коридоре… — буркнул Феликс. — Мисс Эверетт, я не знаю, способны ли вы решать те примеры и формулы, которые мы сейчас проходим. Поэтому вы также будете заниматься с индивидуальными… — Мистер Саттон, если я была за стенами большую часть своей жизни, это не значит, что я там не училась. Найти учебники легко, как это на первый взгляд кажется трудным, — перебила его Клементина спокойным голосом. — Да вы что? Ну, тогда мы проверим это, — сказал учитель. — Трэйс, раздай учебники…       К тройке друзей подошла и Норин, та самая брюнетка, которая также стала частью новой компании. Раньше Гейб и Фил скитались лишь вдвоём, а с приходом Клем, зарождалась новая группа друзей. — Привет, ребятки. У кого какие планы на вечер? — спросила Норин. — Так… — вспоминает Гейб. — Сегодня какое число? — Семнадцатое, — подсказал Фил. — Значит, ужин с отцом у меня завтра, а сегодня я свободен. — Я тоже. — И я. — Тогда отлично! Родители, ну знаете, военные же, ушли группировкой за стены в поисках провизии, металла и ещё чего-нибудь. Так вот, предлагаю посидеть у меня, поиграть в приставку. — Приставка? — покосилась Клем. — У нас электричество от солнечных батарей. — Ах да… — вспомнила Клементина. — Ну вот, что скажете? — Руками и ногами "за"! — поднял руки Фил. — Урок начинается! — сказал мистер Саттон, и все расселись по местам. ***       Клементина стояла перед дверью своего дома и долго не решалась войти. Она не ночевала дома после ссоры, и она более чем уверена, что скандала не миновать. — Клем, давай, — слегка подтолкнул девушку Габриэль. Он вызвался проводить и поддержать Клементину.       Гейб хотел сблизиться и подружиться с ней, поэтому он пытается проводить с ней как можно больше времени. — Ладно… — Клем вздохнула и повернула ручку. — Ох, ещё бы! Конечно, Джейн закрыла дверь! — Так постучись, — пожал плечами парень. — Гениально, — буркнула девушка и постучалась.       Дверь открыли. И открыл совсем не тот, кого она ожидала. — Какого хера...?