His queen.

      Дом МакКолла       POV Скотт МакКолл       Я не ожидал, что Тео окажется предателем. Стайлз был прав, я вел себя как кретин. Я верил ему, а не своему лучшему другу. От мысли, что этот подонок мог ещё кому-нибудь о чем-нибудь наврать, было ужасно на душе. Мне было тошно от мысли, что я ему верил. А Стайлз… Я, черт возьми, его предал. Честно, я бы даже сдохнуть согласился, нежели смотреть на него. Мне так стыдно.       Вижу, как Стайлз открывает дверь. Он не успевает даже зайти, как я прошу его рассказать о том дне.       — Расскажи, как все было в день смерти Донована, — Стайлз несколько напрягается.       Эти воспоминания не из приятных, но я должен это знать.       — Там был болт. Маленький металлический болт, который скреплял леса. Он хотел сбросить меня вниз. Я, я не очень-то хотел умирать в тот момент, — попытался отшутиться он, на что я похлопал его по плечу. Даже в разговоре о таком он пытается разрядить атмосферу.       — Он хотел убить тебя, — тихо произношу я, как будто это общеизвестный факт.       — Да, — на минуту Стайлз замолкает, но я не пытаюсь разрушить тишину. Я понимаю, что ему тяжело. — И тогда я вытащил болт. И вся металлическая конструкция полетела вниз, — и тихо договаривает. — И одна балка проткнула его.       — И почему ты решил, что не мог мне это рассказать? — Я чувствую запах его страха.       — Потому что ты так смотрел той ночью, ты так разочаровано смотрел на Элли. Понимаешь, ты стоял там с таким взглядом, я не знал, как сказать… А потом, когда ты стоял с гаечным ключом в руке, с таким видом, словно я тебе врезал им по голове. Ну, знаешь, как будто я нарушил твоё священное правило, и всё, назад пути нет, — он задерживает дыхание и шумно выдыхает.       — Я понимаю разницу, — говорю я.       — В чём? — Спрашивает друг.       — Я знаю, что такое самозащита, и понимаю, что надо попросить прощения, но не только у тебя. Она скоро будет здесь, — мы слышим хлопок двери. Кажется, она пришла. Когда она зашла, у нее был такой потерянный вид, как у Стайлза.       Элли увидела меня, стоящего тут живым, и округлила глаза в изумлении. На секунду мне даже показалось, что она ожидала обратного. Хотя, конечно, то, что меня с того света вытащили, многое дает. Переосмысливаешь все свои поступки. Но глаза Элли так и твердили: «Какого черта ты ещё жив?». Возможно это из-за того, как я отнесся к тому, что она убила одну из химер.       — Скотт? Ты жив? О боже, я так рада! Ты не представляешь, что с нами творилось! — изумленно говоря это, она обнимает меня, и я по-дружески похлопываю её по плечу.       — Я тоже рад, но должен извиниться перед вами, — виновато произношу я, пытаясь унять чувство тревоги, возникшее непонятно почему.       — Скотт! Хватит, главное, что ты жив! — Мне так хотелось бы в это верить.       — Я не знаю, почему поверил ему. И почему мы не смогли поговорить той ночью. Ещё бы пять минут… И мы бы всё выяснили, и всё было бы по-другому, мы бы во всём разобрались. Нужно было всего лишь продолжать говорить, — Говорю я.       Стайлз обреченно вздыхает.       — Что? — удивилась Элли, — О чем ты?       — Я не хотел, чтобы всё так вышло, — отвечаю я.       — Как так? — Стайлз явно не понимал, о чем я, но кажется они поняли, когда я продолжил.       — Я ведь знал, что рано или поздно, у кого-то из нас руки окажутся в крови больше… И почему-то мне казалось, что этим кто-то будет Малия, — Стайлз хмурит брови.       — И, кажется, она этого усердно добивается, — Элли усмехается.       Её усмешка сопровождается странным взглядом Стайлза. Он о чем-то думает. И определенно точно говорю, что мы думаем об одном и том же.       — Просто я всегда думал, что если это и случится, то это буду я, ведь это я постоянно подвергаю вас опасности. Рисковать вашими жизнями… ради тех, кого вы даже не знаете. Это должен был быть я, — говорю оглядев их.       Виновато гляжу на друзей. До одури сильно стыдно, что я рискую их жизнями, они делают все для меня, но я чуть ли не предаю их.       — Скотт, Стайлз был одержим Ногицуне. Я не понимала, что творю. Мы ведь должны были спасти, а не убить. Лидия может убить своим криком, Малия 8 лет была койотом. Скотт, для нас это нормально, — она говорит так уверенно, что я верю. Но меня беспокоит то, почему от нее так и веет напряжением. Наверно, у нее проблемы, но думаю поговорим позже, сейчас нам пора в школу. В школе       Стоило зайти в школу, как ко мне прибежал Лиам. Я знал о чем он хочет поговорить, но не особо хотел разговаривать об этом сам.       — Скотт, я просто пытаюсь поступить правильно, — из-под опущенных глаз он смотрел на меня так ужасно больными глазами. Он каялся, и я чувствовал это.       — Ты многое и так делаешь, — как бы дружелюбно произнес я.       Парень переминался с ноги на ногу, не решаясь взглянуть на меня.       — Да, но кое-что сделал совсем неправильно! — настаивал Лиам.       — Хэйден смогла выжить, а всё, что было раньше, неважно, — я кивнул головой.       — А должно быть важно. Я чувствую, что должен сделать что-то большее, чем просто извиниться, — он наконец посмотрел на меня. Виновато. Очень.       — Вообще-то ты даже и этого не сделал, — я пожал плечами.       — В моей старой школе, в Девенпорте, я подрался с парнем, выбил ему пару зубов. Тогда меня заставили писать письмо с извинениями. Мы оба знали, что это ничего не значит, и то, что рано или поздно мы снова подерёмся, — Лиам не унимался. — Мне мало просто извиниться. Я должен сделать что-то. Например, спасти тебе жизнь.       — Не волнуйся, уверен, шанс ещё будет, — улыбнулся я и, погладив его по волосам, ушел. Но повернулся, чтобы объяснить. — Я пойду, надо встретить старого друга. В лесу у обрыва       — Астма вернулась. Не знаю, как, но она вернулась, и приступы стали сильнее, чем были раньше, поэтому ингалятор всегда со мной, как и раньше. Прошло уже пять дней. За это время мы не встретили ни новых химер, ни Врачевателей страха. Мы ходим в школу и делаем вид, что ничего не произошло, но такое ощущение, что все всё знают. Идя по коридору, никто не улыбается и не смеётся. Такое чувство, что все предчувствуют, что что-то грядёт. Просто они не знают, что именно, и насколько это будет плохо. Всякий раз, осознавая, что надо что-то с этим делать, я достаю свой ингалятор, словно он может помочь мне придумать гениальный способ, как всех спасти, но я не знаю, что делать. И не думаю, что хоть кто-то знает.       Вздыхаю, понимая, что наше положение граничит между «и не из такого дерьма вылезали» и «это слишком дерьмово, мы не справляемся и не сможем». Обреченно опускаю голову вниз.       — Возможно, поэтому мы и не говорим друг с другом, а иногда, словно не замечаем друг друга. Но, по-моему, некоторым это только на руку, потому что, не разговаривая, легче таить секреты. И я не знаю, специально ли кто-то лжёт о случившемся, или же, возможно, что-то просто не договаривает. Мы не единственные, кто ищет химер. Стилински всё ещё в поисках зацепок, пытаясь выявить генетических химер — тех, у кого два набора ДНК. Говоря по правде, они и сами не знают, что ищут. Кто-то думает, что серийного убийцу, другие — что какого-то психа. С двумя химерами, которых мы знаем — Хэйден и Кори — всё в порядке. Точнее, даже лучше. Они быстро исцеляются и набираются сил. Им не нужна наша помощь. Думаю, они и без нас справятся. О Кире до сих пор ничего не слышно. Я всё больше и больше беспокоюсь за Дитона. Я знаю, что что-то грядёт, но мои мысли об одном: справлюсь ли я? Ведь я еле могу дышать.       Закончив говорить, я смотрю на Дерека.       Мы ходим на острие ножа, намереваясь упасть вниз, но не делаем ничего, чтобы это предотвратить.