Гексада Антероса

      Там-там-да-там, тум-да-да-там, та-да-там-дам...       Не умолкая ни на секунду, истошно надрывались барабаны. Требуя немедленно вернуться в игру и закончить ее.       Там-там-да-там, тум-да-да-там, та-да-там-дам...       Сидевший по правую руку от Снейпа Поттер приветливо улыбался и поддерживал ненавязчивую беседу с другими преподавателями, не обращавшими внимания на то, что он время от времени слегка морщится. И практически не ест. Никто этого не замечал, кроме, конечно, самого Северуса, который с некоторым удивлением осознал, что Поттер прекрасно умеет держать лицо, играя на публику.       Снейп исподтишка наблюдал за ним. Но прилагал все усилия, чтобы не выдать своей явной заинтересованности. Ни к чему. На них и так поглядывали с каким-то нездоровым предвкушением. Похоже, то, что Поттер расположился за ужином рядом с ним, а не как обычно — за другим концом стола, послужит источником новых сплетен.       Однако Северус был рад, что Гарри находится столь близко. Они расстались всего лишь несколько часов назад, но Снейп уже успел... соскучиться. В нем что-то изменилось. Надежно спрятанные чувства наконец-то прорвали возведенную плотину и отчаянно требовали выхода. Невыносимо хотелось потрогать, прижать и никогда больше не выпускать Поттера из своих объятий. Всецело обладать им...       Это пугало. Приводило в смятение. Слишком все вышло стремительно. Ярко и больно... Снейп задыхался от той гремучей смеси щемящей нежности и вседозволенности, вожделения и малодушия, исступления и опасения.       Впервые он страшился себя. Своих чувств, желаний и ожиданий. Он ощущал себя растерянным и беззащитным. Эмоционально обнаженным... Поэтому был признателен Гарри, который, отговорившись какой-то глупостью, оставил его. В одиночестве и тишине. Словно и правда понимал Северуса. Или — возможно — сам испытывал нечто подобное?       Всего несколько часов... Но этого времени Снейпу хватило для того, чтобы окончательно успокоиться, привести мысли в порядок, унять разбушевавшиеся чувства. Конечно, сомнения в искренности Гарри никуда не делись. Но... Его пламенная, отдающая горечью речь. Его признание... Северус хотел поверить в то, что у них действительно получится построить крепкие отношения. Хотел дать себе этот шанс. Хотел стать счастливым.       Поэтому сейчас — в противовес Поттеру — всем своим видом намеренно излучал недовольство и раздражение. Оберегая таким образом их только что обретенное хрупкое единение. Чтобы ни у кого, кто встречался с ним взглядом, даже не возникло желания комментировать их неожиданное соседство за столом. Не говоря о том, чтобы вмешиваться в их жизнь.       Там-там-да-там, тум-да-да-там, та-да-там-дам...       Едва они покинули Большой Зал и остались наедине, как с Гарри слетела маска беспечности и радушия. Он, более не таясь, скривился и нервным движением потер виски. — Черт! Как тебе удается игнорировать этот жуткий зов? — Долгие годы практики в ментальной магии, — с некоторой долей превосходства в голосе ответил Снейп. Однако, стоило ему увидеть, как Поттер, зажмурившись, покачнулся, обеспокоенно уточнил: — Настолько плохо? — Не могу больше терпеть, голова разрывается от боли, — пожаловался Гарри, ступая на лестницу, ведущую в Больничное крыло. — Навещу мадам Помфри, а затем приду к тебе в кабинет.       Снейп схватил его за руку. — Ты уверен, что причина только лишь в головной боли? — Да, — Гарри попытался изобразить беззаботность, но у него ничего не вышло. Тяжело вздохнув, он пробормотал: — Правда, Северус. Я приму лекарство и тут же вернусь. — Ни к чему тревожить Поппи. У меня есть все необходимые зелья.       После его слов Гарри покраснел, смущенно отвел глаза и взлохматил волосы. Снейп про себя усмехнулся, довольный произведенным эффектом, вызванным такой, казалось бы, простой фразой. Видимо, Поттер тоже не забыл о его утреннем деликатном лечении.       Оказавшись в кабинете Снейпа, Гарри, ссутулившись, устало добрел до дивана и со стоном плюхнулся на него, откинув гудящую голову на мягкую спинку. Удостоверившись, что он никуда не денется, Северус направился в лабораторию за необходимым средством. Похоже, это уже становилось своеобразной привычкой — лечить Гарри от последствий Игры. И не только...       Поттер, поблагодарив, быстро опустошил склянку с зельем и даже не поинтересовался, что именно ему предложил Снейп. Настолько доверяет? Или же это лишь очередное доказательство его беспечности? — Побудь со мной, — попросил Гарри, возвращая фиал.       Скорее всего, действительно доверял. Безоговорочно, раз желал разделить с ним минуты откровенной слабости.       Стоило Снейпу присесть рядом, как Поттер тут же лег на спину и устроил голову на его коленях. Поерзал, пытаясь поудобнее разместиться, перекинул ноги через подлокотник и затих.       Северус зарылся пальцами в его непокорные вихры и осторожно помассировал кожу. Гарри тихо, удовлетворенно застонал. Снейп тонко улыбнулся, мягко перебирая его волосы.       И так увлекся, что потерял счет времени. Как долго это продолжалось, сложно было сказать. Но ему нравилось то, чем он занимался в спокойствии и полумраке собственного кабинета. За окном совсем стемнело. В камине весело трещали поленья. Тихо шептались бывшие директора школы. Даже барабаны слегка умолкли, будто опасались нарушить их идиллию. Хорошо и уютно.       Поттер выглядел умиротворенным и расслабленным. Снейп даже решил, что он уснул. — Ты так и не узнал, кто подсунул нам Игру? — Вопрос застал его врасплох. — Нет, — первым порывом было больше ничего не говорить, привычно утаив информацию, но он пересилил себя: — Никто из магов — кроме нас с тобой — шкатулку не видит. Я оставил ее на столе, но Минерва так и не заметила. — Из магов? А домовые эльфы? Ты спрашивал у них? — Да. Битти — домовик, отвечающий за порядок в моих апартаментах, — ощущает присутствие шкатулки. Точнее, ощущает наличие особенной, божественной — отрицать очевидное глупо — магии. Однако ему неизвестно, как и когда она появилась. — Устроил допрос? — не открывая глаз, улыбнулся Гарри. — Можно и так сказать, — Северусу почему-то тоже стало легко и весело.       Там-там-да-там, тум-да-да-там, та-да-там-дам...       Резкий пронзительный стук разрушил очарование момента. — Подожди, — Поттер сел и уставился на Снейпа, — но если никто из магов и даже волшебных существ шкатулку не видит, то получается, что нам ее подкинул сам Антерос? — Это маловероятно, — жестче, чем хотелось бы, отмел его предположение Северус, раздосадованный тем, что их прервали. — Скорее всего, либо сама шкатулка выбирает, когда и перед кем появиться, либо ее подсунул человек, который уже прошел через все этапы Игры. — Кто бы это мог быть? — Не знаю, — вынужденно признался Снейп, — ты услышал бой барабанов только тогда, когда мы остались наедине... — Мы ругались. — Да, возможно, это тоже является условием активации Игры. Поэтому сложно сказать, когда и кто ее принес. Должность директора обязывает меня общаться со множеством волшебников, которые посещают Хогвартс. Не говоря уж об учениках и преподавателях. — Ясно... — Они надолго замолчали, погрузившись каждый в свои мысли, прежде чем Поттер продолжил: — Мне стало легче. Закончим Игру? — У нас нет другого выхода.       Северус поднялся и направился к столу, где находилась шкатулка. Если бы у него имелась такая возможность, он бы самостоятельно прошел этот заключительный этап. Осталось всего лишь одно поле — с изображенным на нем погостом. Северус подозревал, что ничего хорошего их там не ждет. У этой Игры оказалось ужасное чувство юмора.       Однако выбора не было: чем раньше они начнут, тем быстрее закончат и с ней, и с заданиями, и с Антеросом. — Сейчас ход Игры? — Да, последний. И все это завершится — так или иначе…

Ход Игры!

      Гарри дотронулся до пергамента. И кабинет исчез...       Тесно. Душно. Темно. Невозможно было понять, куда они попали. Северус аккуратно, на ощупь исследовал пространство вокруг себя. Сверху — пусто. Сбоку рука наткнулась на что-то деревянное и шероховатое. Северус, внутренне подобравшись, настороженно замер, прислушиваясь. Тихо. Слишком тихо... Сложившаяся неприятная ситуация его нервировала, так как он прекрасно помнил, что именно изображала последняя картинка.       Ощутимо тряхнуло. Что-то зашуршало. Кто-то глухо выругался. — Поттер? — Я здесь, — в голосе Гарри отчетливо звучало облегчение. — У меня голова кружится или мы куда-то едем? — Судя по всему, мы действительно движемся. Возможно, в грузовом автомобиле. — Вокруг меня какие-то ящики. Сейчас я попробую до тебя добраться.       Раздался грохот. Машину вновь подбросило. На Снейпа приземлилось тяжелое тело. Он охнул — воздух выбило из груди. — Прости, не удержался на ногах, — поерзав, пробормотал Гарри. — Что будем делать? — Ждать. Сомневаюсь, что на этом все закончится. Раз нас куда-то везут, значит, мы еще не достигли места выполнения задания.       Спустя какое-то время грузовик остановился. — Приехали! Вылезайте! — крикнул кто-то и откинул полог кузова. Стало немного светлее.       Задевая друг друга локтями, Гарри и Северус с трудом поднялись на ноги и пробрались к образовавшемуся проему.       Снейп первым выглянул наружу. Они находились посреди лесной поляны, освещенной тусклым светом догоравшего костра. Вокруг суетились одетые в потрепанную, странную — по-видимому, военную — форму люди. Вынимали ящики из грузовиков, таскали носилки вглубь огромного брезентового шатра. Все это — в абсолютной тишине. Не слышался даже скрип деревьев и шепот дождя. — Полевой госпиталь, — пробормотал Северус Гарри на ухо, когда они оба спрыгнули на землю.       На них самих была такая же форма — куртка и штаны из грубой ткани. На ногах — высокие шнурованные ботинки. — Быстрее! Идите помогать, — крикнул пробежавший мимо них человек и махнул рукой в сторону шатра.       Стоило им войти, как сразу навалилась дикая какофония звуков. Стоны. Крики. Мольбы о помощи. Бессвязное бормотание. Плач... Люди. Множество людей... Раненых. Умирающих. Лежащих на соломенных тюфяках...       Единственный имеющийся в палатке врач выдал Снейпу и Поттеру довольно грязные халаты (некогда белого цвета), бинты, бутыли, наполненные мутной жидкостью, и лекарства. — Перевязать вновь поступивших, другим обработать раны и сменить повязки, освободить место, — последовал короткий приказ. — Шевелитесь!       Гарри растерянно огляделся вокруг, а после посмотрел на полученные предметы. — Я никогда ничего подобного не делал, — прошептал он. — Мне доводилось, — тяжело вздохнув, ответил Северус. — Я покажу тебе.       Снейп принялся объяснять, как правильно обрабатывать повреждения. Он промывал раствором пораженный участок, смазывал дурно пахнущим средством и перебинтовывал. Понаблюдав немного за Поттером, оставил его заканчивать перевязку, а сам перешел к другому раненому.       Северус, отрешившись, монотонно выполнял эту грязную работу, изредка посматривая на Гарри, с которым творилось что-то неладное. Он был бледен и подавлен. От его привычной жизнерадостности не осталось и следа. Закусив губу, он старательно, не отвлекаясь ни на секунду, выполнял требуемое. — Гарри, — позвал его Северус и, глядя в глаза, четко произнес: — Они ненастоящие. Это Игра.       Тот кивнул, показывая, что услышал его, и вернулся к выполнению обязанностей.       Кровь. Казалось, что они пропитались ею насквозь. Запах. Навязчивый сладковатый запах боли преследовал. Стоны и крики больше не тревожили — Снейп с Поттером попросту отключились, не позволяя себе слушать и реагировать. Радовало лишь то, что лиц они не видели...       Поток раненых не прекращался до самого вечера. Некоторым из них помощь уже не требовалась.       Придумать задание хуже — невозможно. Но когда все поступившие были осмотрены и перевязаны, к Гарри и Северусу подошел врач и велел: — Вынесите трупы и скиньте их в ров.       Снейп устало взглянул на изнуренного Поттера, тот равнодушно пожал плечами в ответ.       Тропинка петляла между деревьями. Оскальзываясь на раскисшей после дождя земле, они таскали умерших, которые уже окоченели и казались неподъемными. Когда они закончили, уже светало. Пошатываясь, добрели до шатра, повалились на выделенные им тюфяки. В это время начали разносить еду, но они к ней не прикоснулись — при одной мысли о пище тошнило. — Это ужасно... — едва слышно пробормотал Гарри.       Снейп не нашел в себе сил ответить. Он молча сжал плечо Поттера. И тот накрыл его руку своей.       Поспать им так и не удалось. Прибыли очередные грузовики.       Этот день выдался ничем не лучше предыдущего. Снейп быстро, механически работал, безразлично размышляя о том, что все это лишь вступление перед основным заданием. Многие из тех, кого они вчера пытались спасти, не дожили до утра. И теперь им пришлось носить трупы при свете солнца. — Это когда-нибудь закончится или мы обречены? — явно борясь с дурнотой, спросил Гарри. Весь день он был замкнут и тих. — Не знаю, — напряжённо ответил Северус. — Игра явно нас выматывает. Скорее всего, нам потребуется делать что-то, на что мы от усталости не будем способны.       Стоило ему это сказать, как со стороны госпиталя послышались панические крики, выстрелы и грубая речь на незнакомом языке. — Бежим! — рявкнул Северус, хватая Гарри за руку. — А как же... — Тот собрался поспешить на помощь, но Снейп не позволил.       Взрыв. И то, что ещё недавно было шатром, превратилось в огненный факел.       Они неслись, спотыкаясь о корни. Ветки деревьев цеплялись за одежду. Оба создавали столько шума, что их легко могли найти. Через некоторое время они все же остановились, переводя дыхание.       Снейп обернулся. Погони не было. Поттер же, буквально окаменев, пристально смотрел куда-то ему за спину. Северус хотел оглянуться, но не успел. Гарри бросился вперед, закрывая его собой.       Раздался выстрел.       Поттер резко вздохнул. На его груди, увеличиваясь с каждым мгновением, расплывалось красное пятно. Он попытался что-то сказать, но не смог. На губах запузырилась кровавая пена. Еще секунда — его глаза закрылись, и он стал заваливаться на бок.       Снейп подхватил Гарри, не давая упасть. Дернулся, пытаясь нащупать в кармане волшебную палочку. Палочку, которой не было...       Сцепив зубы от бессилия, посмотрел на стрелявшего. Рот у того отсутствовал, но Северусу казалось, что он ухмыляется.       А в следующий миг Снейп почувствовал, как их затягивает обратно — в реальный мир. В мир, полный магии...       Они рухнули на пол возле дивана. Гарри не шевелился. Лицо его было мертвенно бледным.       Не мешкая, Снейп рванул воротник его рубашки. Пуговицы разлетелись в разные стороны. На груди крови не оказалось. Раны — тоже. Прижав пальцы к шее Гарри, он нащупал пульсирующую вену — тот был жив. Северус облегченно перевел дыхание. Достав палочку, наложил диагностическое заклинание. Оно ничего не выявило. Еще одно заклинание — тот же результат.       Понимая, что больше ничего самостоятельно сделать не сможет, Снейп осторожно поднял Гарри на руки и направился к камину.       Увидев их, мадам Помфри охнула: — Что произошло?       По всей видимости, ответ ей не требовался. Стоило Снейпу положить Поттера на больничную койку, как воздух буквально загудел от чар. — Крайняя степень физического истощения, — поставила диагноз мадам Помфри и задумчиво пробормотала: — Странно, за ужином я не заметила, чтобы он плохо себя чувствовал. Ничего не хотите мне объяснить, профессор Снейп? — Поттер жаловался на сильную головную боль, — ответил он, не желая делиться всей информацией. Опасность миновала, а Игра — это их с Гарри личное дело. — Да? Он ничего не говорил мне об этом. В любом случае ему требуется время, чтобы как следует выспаться и восстановить силы. — Сколько? — День или два, — недовольно взглянув на Снейпа, ответила Поппи. — Однако я буду настаивать, чтобы он отдыхал до конца следующей недели. — Я приму это к сведению, — глухо отозвался Северус.       В ответ Помфри пробормотала что-то о бессердечных негодяях. Снейп принципиально не услышал. Едва она скрылась за дверью, ведущей в больничную лабораторию, Северус тяжело опустился на стул.       Осознание того, что он чуть не потерял Гарри, медленно накрывало его. Руки заметно дрожали, когда он осторожно прикоснулся к Поттеру. Его ладонь казалась ледяной. Поднеся ее к губам, Северус подул, стараясь согреть. Прижался к ней щекой, пережидая, когда взметнувшийся в душе страх отступит. И смотрел, смотрел на такое родное и в то же время незнакомое лицо Гарри.       Наверное, Северус просидел бы так всю оставшуюся ночь и последующий день, но...       Он дернулся и выпустил ладонь Гарри, услышав, как громко хлопнула дверь. Мадам Помфри принесла животворящий эликсир и, отмерив положенные двенадцать капель, осторожно влила Поттеру в рот. — Вам тоже стоит отдохнуть, Северус. Вы неважно выглядите, — будто невзначай заметила она. — Не стоит волноваться, Гарри молод и силен. Он быстро восстановится.       Она заботливо укрыла Поттера одеялом. Наблюдая за ее действиями, Снейп отметил, что на смену страху пришло чудовищное опустошение.       Вернувшись к себе в кабинет, он направился в спальню, прихватив по дороге виски. Не разуваясь, устроился поверх покрывала. Думать о произошедшем не было никакого желания. Впрочем, никаких мыслей и не возникало.       Потягивая прямо из бутылки огненный напиток и не ощущая ни вкуса, ни крепости, Северус бездумно всматривался в темноту перед собой.       К его удивлению, он все же смог заснуть.       Проснувшись ближе к обеду, посетил Больничное крыло. Поттер по-прежнему спал, но выглядел намного лучше, чем вчера. Расслабленный, умиротворенный и... живой. — Я... люблю тебя, — прошептал Северус.       Признание слетело с его губ неожиданно легко. Снейп невесело усмехнулся: стоило пройти через жернова последнего задания Игры, чтобы сказать это. Циничная маска разбилась вдребезги, когда он пережил страшный миг потери близкого человека.       Кстати, об Игре. Северус нашел пергамент там же, где они вчера его оставили. Первым порывом было уничтожить его. Однако одного взгляда на надпись, проступившую на листе, хватило, чтобы передумать. И теперь Снейп с предвкушением ждал реакции Поттера, когда он прочтет это.       Вечером того же дня Гарри пришел к нему сам. — Прости, — прошептал он, нерешительно застывая на пороге спальни. — Ты знал? — уточнил Северус, продолжая расстегивать пуговицы на рубашке. — Да, я знал, что не погибну. Прости, — повторил Гарри, делая неуверенный шаг навстречу. — Я не успел тебя предупредить. — Зачем? — Не желал видеть, как ты истекаешь кровью на моих руках... снова.       Снейп резко развернулся, впился в него взглядом и, не сдержавшись, рявкнул: — Ты хоть представляешь, что я чувствовал?! — Да. Но все равно не смог бы поступить по-другому. — Я в состоянии себя защитить. Меня не надо спасать, — зло прошипел Северус, с корнем выдирая молнию брюк. — Это мне тоже известно, — Гарри сделал еще один шаг. — Как известно и то, что ты поступил бы точно так же. — Что ты хочешь этим сказать? — Я тоже люблю тебя, Северус, — Гарри улыбнулся.       Этого Снейп стерпеть не смог. Подскочив к Поттеру, он грубо дернул его на себя и впился в губы жестким, жалящим поцелуем. Тот не менее яростно ответил. Но тут же болезненно вскрикнул. — Что? — спросил Северус, стаскивая с его плеч мантию. — Я все еще чувствую боль на месте раны. Мази и зелья не помогают.       Снейп остановился. — Сколько это будет продолжаться? — В прошлый раз я рассадил плечо, но ощущения пропали только через несколько дней, — равнодушно отозвался Гарри и вновь улыбнулся.       Быстро раздевшись, они устроились на кровати и крепко обнялись. Только прижавшись к Гарри, Северус понял, что Игра закончилась. Больше не будет выматывающих заданий и неизвестности. Все, что с ними дальше случится, будет зависеть только от них. — Знаешь, я благодарен Антеросу. Он не только помог нам обрести друг друга, но и разобраться с собственными страхами. Я понял, что не в состоянии спасти всех. — Ты имеешь в виду погибших на войне с Волдемортом? — В том числе. Я не считал себя виноватым, но мне всегда казалось, что я мог бы предотвратить их гибель. Поступить иначе, сделать что-то или сказать... Это задание дало мне возможность убедиться, что я не всесилен.       Снейп внимательно слушал его, внутренне поражаясь, что даже спустя столько лет эхо прошедшей войны не ослабевает. В чем-то он был с Гарри согласен — и ему Антерос на многое открыл глаза. — Что с Игрой? Она закончилась? — спросил Гарри чуть погодя. — И да и нет.       Северус нехотя поднялся, принес шкатулку и передал ее Поттеру.

«Гексада Антероса» поздравляет Вас с успешным завершением основного этапа игры! Осталось последнее задание!

— Какое еще задание? — ошеломленно спросил Поттер, вертя пергамент. — Там есть имена, — сказал Снейп, берясь за другой конец листа.       Стоило ему прикоснуться, как запястье пронзило жалящей болью. — Какого черта? — вскрикнул Поттер.       На их левых руках появились татуировки гексаграмм. Насыщенно алого цвета.       Тут же на пергаменте вспыхнула новая надпись:

Задание будет считаться выполненным, когда следующие участники приступят к Игре. Вы должны передать шкатулку...

— Что?! — буквально взвыл Поттер, увидев имена. — Этого не может быть!       Посмотрев на его вытянутое от удивления лицо, Снейп расхохотался...       Продолжение следует...