Я с тобой

- Это глупая затея! – голос сорвался. Не могу больше. У Кузнецовой вообще с мозгами в порядке?! - Андрей, да пойми ты, наконец, у него нет времени! – Ленка тоже не сдерживалась, уже чуть ли не орала на меня. - Лен, он же его…брат, - осторожно подал слово Тоха. - Вот именно! – вспылил я, вскочив со стула и подойдя к окну. Бред. Бред. И еще раз бред. Я даже обсуждать это не собираюсь. Хренотень какая-то. Должен быть выход, Ленка не права. - Еще есть время, - неуверенно начал я, повернувшись к друзьям. - Мы найдем кого-нибудь другого, раз Тоха не справился. - Эй, не делай меня виноватым, - обиженно бросил друг. – Это ты вломился в комнату и чуть не расшиб мне голову! Да, он прав. Меня до сих пор трясет, стоит только вспомнить комнату, полуобнаженного Тоху, стоявшего над Саней, из глаз которого бежали слезы. Не знаю, кто в тот миг был шокирован больше: Саня тем, что увидел меня, когда они уже почти перешли к сексу, или Тоха, растерянный и не понимающий, отчего вдруг пацан начал реветь, или я, увидевший эту картину. Разбираться я тогда долго не стал - слез Сани хватило, чтобы спустить меня с тормозов. Ну, откуда я тогда знал, что Тоха к нему даже не притрагивался? Для меня все было предельно ясно. Мы же все обсуждали с Тохой, и тот согласился с тем фактом, что Саня к нему привязался, что он готов с ним переспать. Вообще, все должны были остаться довольными, но вот мне было настолько паршиво, что не хотелось оставлять их одних в квартире. Долго побродив по двору, я все же не выдержал и, плюнув на все, вернулся домой. Как оказалось, не зря. - Не знаю, что я сделал не так, - уже чуть тише добавил Тоха. – Все шло неплохо, а потом вдруг слезы. Я сам испугался, так что не гони, Смирнов. - Извини, - буркнул я и снова сел на стул. – Мы найдем другого. - Андрей, ты еще не понял? Тут что-то другое! Ты – его брат, он доверяет тебе, - гнула свою линию Ленка. - Это инцест, ты, блять, хоть это понимаешь? – была бы она парнем, я бы ударил ее. – Брат говоришь, да ты хоть знаешь, что в первый день, когда я приехал к нему, он отправил меня за решетку, а на второй день заказал меня своим дружкам-бандитам?! Так что не впаривай мне тут про доверие! В гробу он меня видел! - Я не знаю, что было раньше, но я тоже не слепая, Андрей. Я видела, как он на тебя смотрит. - Это все твои бабские фантазии, - раздраженно бросил я. - Знаешь что, Смирнов, пошел ты! Давай, можешь уже набирать 03 и звать санитаров, но учти, что просто так Саня не ляжет под нож, а его нервная система и так на пределе. Да, операция пройдет, и он ее переживет, но только после этого ты можешь его сразу отправлять в психушку! Сколько раз в последнее время у него были срывы? Я молчал. Блять, и тут Ленка права. После того случая с Тохой, три раза я вытаскивал его из ванны. Кудрявцев молчал, понуро опустив голову; я все ждал, что он поддержит меня. - Все, окей, давайте сворачиваемся, он сейчас уже придет, - подытожил я, выпроваживая друзей. Как раз в это время раздался щелчок замка. Саня пришел. - Подумай хорошенько, - напоследок бросила Ленка. - Она права, - словно боясь, что я сейчас убью его, произнес Тоха. - Пока, - выставил я их из кухни. - Привет, - застыв около шкафа в прихожей, произнес Саня. - Привет, - улыбнулась ему Ленка. Тоха лишь головой кивнул, поспешно обулся и ушел. Ленка чмокнула меня в щеку, шепнув «подумай», и тоже скрылась за дверью. Я закрыл за ними и, взяв пакеты у стоявшего столбом Саньки, поплелся на кухню. Раскладывая продукты по полкам холодильника, продолжал прокручивать слова Ленки в голове. - Что-то случилось? – остановился в дверном проеме Саня. - Нет, - как можно небрежнее ответил я. – С чего ты взял? - Показалось, - пожал он плечами и ушел. Закрыв холодильник, я уперся в дверцу лбом. Прохладно. Блять, как же все паршиво-то складывается. На хуй все! Все, чем я рискую, если попробую, это получить в челюсть. Больше, чем сейчас, мой братец вряд ли сможет меня ненавидеть. Отложив пакеты с продуктами, я быстро пошел в его комнату. Главное - не думать. Не думать, Смирнов. Не думать. У тебя это раньше здорово получалось! Войдя в спальню, я обнаружил Саню лежащим на кровати. Он в последнее время все больше времени проводил именно так, глядя в потолок. То срывы, то полная апатия. Честно, я уже устал от этого. Быстро дойдя до кровати, я лег рядом, на край. Брат удивленно на меня посмотрел, ничего не сказав. - Как дела? – не зная с чего начать, глупо спросил я. Приподнявшись на локте, внимательно посмотрел на Саню. - Нормально. - Как голова? – блять, настолько нелепо я себя еще никогда не чувствовал. Саня закрыл глаза. - Пришел сказать, что пора ехать в больницу? – едва слышно спросил он, сжав в руке покрывало. Меня накрыло. Не могу видеть его боль. Не могу! Я придвинулся ближе, положив ладонь ему на живот. Саня задрожал. - Я не хочу туда, - беспомощно произнес он. - И не нужно, - играя с его волосами, ответил я. Сердце бешено колотилось. Я скользнул ладонью под футболку Сани. Не думать. Не думать и не анализировать происходящее. - Андрей? – в широко распахнутых глазах читался и испуг, и настороженность, и отчаяние. - Тсс, не бойся, - поглаживая гладкую кожу, прошептал я, зарывшись носом в его волосы. Мягкие, шелковистые. Хорошо, что они у него длинные. - Не надо, - напрягаясь всем телом, произнес Саня. - Расслабься, я не… - мне хотелось сжать его в объятиях и заверить, что я не желаю ему зла, что я никогда не причиню ему боль, но слова застревали в горле. Что же так тяжело-то?! - Не бойся меня, ладно?- снова начал я, продолжая водить круги у него на животе. – Ничего страшного. Если бы в этом я мог убедить себя. Дыхание Сани участилось, но он хотя бы не гнал меня прочь, не закатывал истерику. Уже хорошо. - Все будет нормально, - я двинул ладонь ниже, пальцами поддев резинку трусов брата. Саня сжался. Я ощущал, как каждый мускул его тела напрягся. – Тише, тише. Меня самого била крупная дрожь. Колбасило не по–детски, словно под кайфом. В голове стало так пусто- пусто. Слышу только рваное дыхание брата. Малодушно боюсь открыть глаза, боюсь посмотреть на него, когда моя рука накрывает его член. Не думать. Не думать, блять, о том, что это МОЯ ладонь на его члене. Саня вздрогнул и, повернув голову, уткнулся мне в шею. Я губами коснулся его волос, обещая, что все будет в порядке. Обвив ладонью его член, я начал медленно водить кулаком вверх-вниз. Ощущения какие-то запредельные. Острые, болезненные и….притягательные. Меня пугал весь этот коктейль. Саня тихо-тихо застонал мне в ключицу, слабо толкнувшись в мой кулак. Я чуть сильнее сдавил, начал двигать рукой резче. Горячо. Блять, какой же он горячий! Пульсирующий, живой! Он дышал часто-часто. Я сам уже задыхался так, будто себе дрочил. Все, на хуй мысли….с ума схожу. Саня, черт тебя возьми, в кого ты меня превращаешь?! Он все чаще двигал бедрами, подаваясь навстречу моей руке. И это было… как ножом по нервам. Пара резких сильных толчков и, вскрикнув, он выплеснулся мне в кулак. У меня перед глазами темнело, будто это я кончил. Чувствую, что у меня стоит. Ебать! Осторожно, медленно вытаскиваю свою руку из его трусов. Саня мелко дрожит. - Живой? - черт, голос скрипит. - Не знаю, - тяжело дыша, произнес Саня. – Я сплю? - Всегда знал, что ты меня хочешь, - пошутил я, стараясь не касаться его своим членом. Саня хрипло засмеялся, не убирая головы с моего плеча. Пару минут мы молчали, восстанавливая дыхание. - Все хорошо? – решился я спросить. - Да. - Тогда давай в душ, - аккуратно выбираясь из-под него, я встал с кровати. – Только, чур, я первый, - как можно беззаботнее произнес я и банально сбежал в душ. Холодная вода не помогала. Вообще не помогала. Как подросток, блять, стою в душе и дрочу. Нет. Пора завязывать со всей этой гомосячиной. Сегодня же позвоню Светке, Любке, да хоть той, своей бывшей. Реально по боку, лишь бы забыть член брата в ладони. Всё, пиздец, приплыли, надо валить из дома. Валить к едрене фене. - Андрей, - тихий умоляющий голос за дверью. - Я сейчас, - черт, какого хрена я скриплю, как девка?! Надо выйти и разобраться с мелким. Слышу, как мой братец садится на пол, устраиваясь у двери ванной. Небось, тоже в шоке пацан. Если бы я был на его месте, убил бы брата за такое. - Я не спал с Кириллом, - неожиданно произнес Саня. Оп-па. И что это значит? Я помню покаяние Черного, он-то другого был мнения. - Я ненавидел твоих друзей. Кирилл напился и вырубился, а я просто лег рядом. Выводы он сделал сам. А с Игорем действительно получилось все случайно и глупо. Больше никого не было. Еще немного, и он стопудово разрыдается. Да что случилось-то с ним? Имей яйца, Андрюш, выйди и поговори с ребенком, которому ты дрочил несколько минут назад! И почему мне хочется утопиться? Я выключил воду, быстренько вытерся полотенцем и накинул халат. Сойдет. А то этот щенок сейчас там невесть что напридумывает! Выйдя из ванны, я, как и предполагал, застал брата под дверью. Он поднял голову и посмотрел на меня по-детски наивными глазищами. - Ты презираешь меня, но, пожалуйста, не надо мне мстить, - жалостливо так попросил Саня. Чувствую себя полным подонком! - Поднимайся, - я протянул ему руку и помог встать. Саня выглядит как тростинка – похудевший, осунувшийся, бледный. У него и так-то кожа светлая, почти как у альбиноса, а сейчас она еще приняла сероватые оттенки. Он умирал. Сейчас я это так отчетливо осознал, что стало страшно. – Я хочу, чтобы ты жил. - И мучился? – безрадостно хмыкнул Саша. - Нет, - потрепал я его по голове, улыбнувшись. - Чтобы был счастлив. - Ты хочешь сделать то, что у меня не получилось с другими? – не поднимая глаз, спросил он у меня. - Пойдем в спальню, - отмахнувшись от его вопроса, произнес я и вновь потянул его в спальню. - Это неправильно, - остановился Саня в дверях, серьезно взглянув на меня. – Мы же братья. - Ага, ты как-то забывал об этом пару раз, когда просил убить меня, - безжалостно напомнил я ему. – Сань, я не собираюсь ничего делать, просто иди сюда. Послушно подойдя к кровати, Сашка улегся рядом со мной. - Вот и все. А ты боялся, - поддел я его, желая расшевелить, прогнать напряженность в его теле. Да, мы не особо ладили, а в последнее время так и вовсе, но в детстве-то у нас были моменты «телячьей нежности». Ведь с Санькой нельзя по-другому: он хоть и корчил из себя крутого, а все равно искал ласки. Нет, не этих сюсюканий родаков, которые пылинки с него сдували, восхищаясь своим ангелком. Мне и раньше-то казалось, что они забывали о том, что Саня не кукла для демонстрации соседям и родственникам. Да и Сашка сам это понимал, вот и приходил ко мне. Нет, до взаимной дрочки у нас дело не доходило, конечно. Все невинно было. Не то, что сейчас. - Скажи мне правду: у вас с Игорем все добровольно было? – сам от себя не ожидал, что спрошу. - Да, - сжался Саня. Вот чую, что мне недоговаривают. Если так замечательно было, чего он тогда такой напряженный? - И как это было? – продолжаю я пытать. Мне нужно знать, кого, нахрен, пойти убивать первым: своего дружбана или кого-то еще. - Как? Он поставил меня раком и выебал, - в голосе Сани было столько яду, что впору давать деру. – Так пойдет или тебе подробнее нужно? - Тише-тише, - обнял я его сзади, крепко прижимая к себе. - Не нападай, окей? - У меня никого не было. Никого. Женя погиб в автокатастрофе, отец ненавидел меня, мать не могла и словом ему возразить, друзья отвернулись, а ты уехал. Я остался один, а Игорь просто оказался рядом, - уже более спокойно произнес Саша. - Это был твой первый раз…ну, с Игорем? - Да. И осторожным твой дружок точно не был, - нервно хмыкнул Саша. - Поэтому ты не захотел с Тохой? Боялся, что будет больно? Более щепетильного разговора у меня за всю жизнь не было. Как по тонкому льду. Каждый шаг осторожный и нерешительный. - А разве есть в сексе что-то хорошее? – совершенно спокойно спросил Саня так, будто был на сто процентов уверен, что хорошего нет ничего. Бляяя, Игореш, тебе не дожить до тридцатилетия. Не дожить, родной. Не знаю, как так получилось. Не знаю, о чем думал, когда поцеловал макушку брата. Мелкий, да что с тобой сделали? - Определенно есть, - хрипло выдавил я из себя, продолжая обнимать его. - Покажи мне, - крепче сжав мою ладонь, попросил он. – Если есть, покажи. Наверное, на этом моменте меня переклинило окончательно. Саша умел просить. Просить так, что отказать было невозможно. - Повернись ко мне. Для Сани это прозвучало как команда к действию. Он резко развернулся и полез целоваться, заползая холодными ручонками мне под халат. Чужой язык, вылизывающий мой рот. Язык другого парня. Язык моего брата. Это кого угодно в чувства приведет. - Эй-эй, притормози,- тяжело дыша после ошеломляющего напора Саньки, я отодвинул его от себя. Мелкий выглядел так, будто не знал: бежать ему или нет. Такой потерянный, что даже жалко стало. – Слушай, давай не будем забывать, что опыта с парнями у меня никакого. - Тебе противно? – спросил Саша, сжимая мой халат в своих ладонях. - Не знаю, - пожал я плечами. – Нет... вроде. - Что мне делать? - Это ты мне скажи, - у меня сейчас голова задымит. О чем мы вообще базарим? – Я не знаю, как это у вас…- замялся я. Вот реально, не, ну, я типа знаю, что геи в жопу трахаются, но все остальное для меня темный лес. - Так же, как у вас, - резко ответил Саша, отодвигаясь от меня. Обиделся. – Вставил, вышел. Или тебе доп. стимуляция нужна? Так это я могу обеспечить, - скользнув рукой под халат, он обхватил ладонью мой член. Я пока усердно списываю свое возбуждение на необычность ситуации. Ну, не на брата же у меня встал, в самом деле?! Я перехватил его руку. - Андрей, я - гей, а не существо с другой планеты, - сухо произнес Саша. - Слышь, давай без твоих закидонов, окей? – остановил я его язвительный поток. – Начнем с прелюдий, - подытожил я, уже чувствуя нетерпение. Во, бля, реально завожусь. - Зачем? – искренне не понимая, спросил Саша. Я аж растерялся. Вроде бы и не прикалывается. И что ответить? - Ну, чтобы ты расслабился, - как идиот залепетал я. – Чтобы…да фиг его знает, Сань. Девчонкам нравятся всякие там нежности. - Я не девчонка. - Не поверишь, но я как бы в курсе, - нервозно фыркнул я. Ситуация все больше меня напрягала. То, что предлагал Саня, меня не устраивало, не мог я вот так сразу и к делу. Я же вижу, как он напряжен и скован, хоть и храбрится. Я вижу, что Санька боится. Решив действовать по своему усмотрению, я придвинулся ближе и сам поцеловал его. И это был самый охуенный поцелуй в моей жизни! Неправильность ситуации царапала острыми коготочками по нервам. А мне пофиг, я забыл даже, с кем целуюсь, когда Санька мне ответил - нерешительно, безропотно подчиняясь моей прихоти. Чистый кайф! Я так увлекся процессом, что не заметил, как навалился на мелкого, членом упираясь в него. Сложно сохранить разум и раздумывать над аморальностью происходящего, когда тебе так отвечают, вознося чуть ли не в ранг Бога, умоляя в последней надежде спасти. И мне реально захотелось сделать что-нибудь такое, чтобы Саньке тоже было хорошо. Оторвавшись от его губ, когда в легких стало не хватать воздуха, я заглянул в его шальные глаза. Зрачки расширенные, на щеках румянец. Саша смотрел в ответ. Растерянно. И то ли специально, то ли нет, он облизнул нижнюю губу. Выглядело это одновременно возбуждающе, как в порнофильмах, и до ужаса невинно, Санька так миллионы раз делал, когда съедал что-нибудь вкусненькое. Я невольно улыбнулся. - Что? – тут же насторожился Сашка. - Ничего. - Можно? – заглядывая в глаза, он скользнул руками под халат, намереваясь снять его. Я кивнул. Боюсь, я сейчас только хрипеть могу. Саша неторопливо, осторожно стянул с меня халат. Скромным я никогда не был, поэтому с удовольствием ловил восхищенный взгляд брата. - Игорь никогда не позволял мне прикасаться к себе, - тихо произнес Сашка, чем вызвал острый приступ отхерачить голову моему товарищу. - Он мудак, ясно? Забудь о нем, - помогая Сашке раздеться, бросил я. Я извращенец. Больной извращенец. И вообще педофил, бля. Санька же еще ребенок, а меня от его обнаженного вида вставляет на раз. И когда я стал таким неправильным? Чертов Урюпинск! Хочу Саньку, хочу к нему прикасаться. Сашка тоже времени не терял зря, шаря руками по моему телу. Погладив его по бокам бедер, я снова припал к губам. Ничего не могу поделать – по кайфу мне его поцелуи. Я заводился так, словно с порно дивой трахался. Хотя, нет, не так. Никогда у меня не было чувства, что человек, который рядом – мой. Вот весь, без остатка, каждой клеточкой мой. То ли мне серьезно повредили мозги в Урюпинске, то ли я всегда такой был, но сейчас я уже не чувствовал себя неправильно. Все так, как и должно быть. И так естественно, правильно ладони Саши гладили меня по плечам и его поцелуи, и вообще все происходящее. Сашка, казалось, облизал меня всего. - Ты возбужден, - констатировал братец очевидный факт, откинувшись на подушки. Я опустил ладонь на его пах. - Ты тоже. - Возьми какой-нибудь крем с тумбочки, - произнес Саша, переворачиваясь на живот. Его голос изменился. Почти уловимое ощущение волнения, страха. Помнится, мы как-то с моей бывшей экспериментировали в анал. Мне-то было хорошо, даже очень хорошо, а вот для нее закончилось все словами «никогда больше». Моя уверенность пошатнулась. Не хочу причинять ему боль, но и уйти сейчас не могу. От возбуждения аж яйца болят. Смотрю на его красивые белоснежные ягодицы, идеальную спину и в голове уже никаких мыслей, кроме той, что хочу его до звона в ушах. - Ты передумал? – в подушку произнес Саша. - Я аккуратно, - оправдываюсь. Глупо. Сань, прости, блин, прости. Я самый худший брат на свете. Гореть мне в аду за сегодняшний день. - Угу. Нашарив на тумбочке вазелин, я решил, что это подойдет. В принципе не понимаю, откуда там взялся вазелин. Я еще не полный дебил, понимаю, что смазка нужна и лучше бы это действительно была специальная смазка с обезболивающим эффектом. Но да черт с ним! Сейчас так хотелось дикого секса, схватить его за волосы, вбиваться до криков, выебать как следует. Но тут же всплывали слова Саши о его первом разе, когда эта паскуда Городецкий разрушил все его представления о нормальном сексе. - Расслабься, - прохрипел я, замечая напрягшиеся ягодицы. Я наклонился ниже и стал целовать его напряженную спину. Мой. Никому не позволю больше причинить ему боль. Никому. Мелкий, что же все так получается-то? - Ну же, Сань, расслабься, - прошептал я ему на ухо, целуя шею и плечи, ладонями скользя по бокам. – Я рядом, - еще поцелуй и влажная дорожка вдоль позвоночника. Саша задрожал, выгибаясь. Звереныш мой. Я потрепал его по волосам. У меня просто фиксация какая-то на его волосах. Я говорил, что я извращенец? - Хорошо? – издевательски спросил я, добравшись до поясницы. Я поцеловал его в ягодицу. Лучше выключить мозг. Совсем. А то он взорвется от перегрева, анализируя то, что я творю. Саша застонал в подушку. - Сейчас будет еще лучше, - нанеся вазелин себе на пальцы, я раздвинул аппетитно выставленные порозовевшие половинки и скользнул пальцем в сжавшийся проход. Бля….да такими темпами я кончу даже не войдя в него. Меня колбасило. Саня дернулся назад, насаживаясь на мой палец. Пиздец, у меня сейчас круги перед глазами поплывут от его стонов. - Андрей, - выдохнул потрясенно Санька, когда я нашел все-таки простату. Да, я не совсем еще дебил и знаю, что это такое. Я готов был массировать маленький бугорок, лишь бы слышать поскуливания брата. Но терпение братца тоже было не резиновое, от возбуждения он елозил по простыням, хрипя мое имя. О, чудная мелодия! Мозг уже не соображал, ему сегодня точно пришел конец. А я не мог думать ни о чем, кроме податливого тела Саньки, и так хочется в него, туда, где так горячо, тесно. Я растягивал его достаточно долго, пока не понял, что еще чуть-чуть и меня самого разнесет на куски. - Бля, больше не могу, Сань, не могу, - вытащив пальцы, я коротко поцеловал его в макушку, типа извиняясь. - Давай, - выдохнул братец, подкладывая под себя подушку. И я вошел в него. Я очень, очень сильно старался не вколачиваться в него, но, блин, разве это вообще реально? Меня аж трясло, даже пот начал стекать по груди от напряжения. Я, наверное, слишком резко толкнулся вперед, а может еще, что сделал не так, но по вскрику Саньки понял, что лишь один сейчас пребываю в возбужденном состоянии. Охладило это мой пыл в секунды. Я замер, не зная, что делать дальше: то ли выйти из него, то ли продолжать, пока не станет хорошо. Санька вцепился в мою руку, как утопающий за спасительную соломинку. - Не уходи, - едва слышный шепот разрешил все мои метания. Я уже осторожнее попробовал войти в него по-другому, ощущая дрожь брата. Все его тело было в моих руках, такое горячее, покорное, податливое. Это можно назвать безумием, но я чувствовал Саньку кожей. Удивительное, упоительное чувство единения. Еще пара неудачных попыток. И бинго! Санька стонет в голос и подается мне навстречу. С этого момента все стало предельно ясно, и мы оба больше не сдерживали себя. Я трахал его с такой силой, что любая моя девчонка уже бы давно сбежала, а Саньке все было мало. Мой братец оказался ненасытным и очень горячим любовником. Я был просто поражен, когда Санька кончил первым. Но отстал я от него не намного, изливаясь следом. - Теперь понятно, почему за тобой девчонки всегда бегали, - шумно дыша, произнес Сашка. Он перевернулся на спину, когда я из него вышел, и блаженно растянулся на кровати. Красивый, обнаженный, мой. Я лег рядом и, от обуревавших меня эмоций, сам поцеловал его в губы. Знаю, я пиздец, какой правильный. Санька отозвался в миг, обхватывая мою шею руками, отвечая на поцелуй с голодной страстью и наслаждением, будто и не было сейчас выматывающего, в хорошем смысле, марафона. - Ты просто охренителен, - не сдержал я своего восхищения. Сашка нерешительно улыбнулся и прижался ко мне всем телом.