Будь моей секретаршей

На следующее утро я проснулась с жуткой головной болью. В горле бушевали пески Сахары, а в глазах была такая же резкая боль, как в макушке. Всё, что я смогла заметить, — я голая, и рядом со мной кто-то спит, по голову укутанный одеялом. В голове всплывали размытые воспоминания о прошлом вечере. Первым кандидатом и самым желанным был Эдуард. Я с самого начала положила на него глаз и была не против, если он затащит меня в постель. Номером два в моём списке был Николай, тоже неплохой вариант, но у него была невеста, они недавно помолвились, а потому разрушать этот брак мне как-то не особо хотелось. И последним, кто всплыл у меня в голове, был охранник Павлик. Я его плохо знала, как выяснилось он — немой. Жалко человека, но он, похоже, счастлив, потому что у него есть жена, ну или он просто носит бижутерию, хотя сомневаюсь. Рассказать, откуда у него кольцо на пальце, — он не мог, а потому я могла лишь догадываться. Мне было интересно, меня мучило любопытство, кто же осчастливил меня прошлой ночью и подарил мне то, в чём я нуждалась целых два месяца. Для меня это долгий период. Особенно, если включить то, что с моим бывшим у нас всё было регулярно. Но ему было мало, он стал ходить налево, и когда я это поняла, мы оба решили расстаться. Только ему было, к кому идти и с кем жить, а мне — нет. Но несмотря на всё моё любопытство, своего любовника я решила не будить и лишь начала рассматривать окружающее меня пространство. Это была явно не моя квартира, ведь я узнала бы родные голые стены и старенький телевизор в спальне. В этой, напротив, был огромный телевизор, даже… Домашний кинотеатр! О таком я могла лишь мечтать. Идём дальше. В углу комнаты я заметила мини-бар, а рядом — сейф. Наверняка деловой человек, а потому Эдуард подходил больше всего, хотя зарплата Николая тоже потянула бы такую роскошь. И изюминкой в этой комнате стал журнальный столик рядом с кроватью, точнее, его содержимое. Я увидела до боли знакомый журнал «Playboy»; почему он мне знаком? Потому что братик не умеет прятать свои вещи, а я, будучи ребёнком творческим, любила «одевать» тётенек цветными карандашами, хотя по глянцу они шли отвратительно (обычно журналы рвались, и я лишала своего братика этих ценных реликвий). Решив почитать этот знаменитый журнал, дабы понять, что нынче во вкусе у мужчин, я начала листать страницы. На первой попавшейся меня встретили… Глаза… Мулатки. Я немного смутилась, но всё так же продолжила листать. Я перевернула страницу, и теперь азиатка глядела в мою сторону. Смутившись ещё больше, я подумала: «А может, он меня не за ту принял?» И чувство разочарования начало появляться в моём организме. Но вот, мои мысли все свелись к тому, что с какого-то чёрта я не чувствовала удовольствия или наслаждения. Ничего. Вся та неудовлетворённость, что копилась два месяца, никуда не ушла. Решив, что это мне всё кажется, я вновь посмотрела в журнал, но вдруг чья-то рука коснулась моих бёдер и нежно провела до талии. Руки были безупречно нежными и гладкими, что было не свойственно мужчинам. По моей спине пробежали мурашки, но я так же смотрела в журнал, чтобы не упасть в обморок от увиденного партнёра. — Четырнадцатая страница моя любимая, — рука добралась до моего плеча, а я начала чувствовать, как жизнь покидает тело, ведь единственное, что я не ожидала услышать — женский голос. А если точнее, голос… — Анастасия Александровна? — Я всё же решила повернуться и убедиться в своей правоте. Женщина лежала под одеялом; если бы я ещё увидела её обнажённое тело — либо потеряла сознание, либо набросилась на неё, хотя… Это маловероятно, но кто знает. — Она самая, а чего ты удивляешься? Пришла пьяная в кабинет, начала приставать, в любви признаваться. Думала, лёгким поцелуйчиком отделаешься? — Мои глаза начали медленно выпадать из-под век от удивления, голос охрип из-за сушняка, а головная боль резко ударила по вискам. — Мы делали… это? — охрипшим голосом спросила я, на что Анастасия Александровна лишь ухмыльнулась и начала вставать, я увидела её голую спину и резко отвернулась. Она же мой начальник! Наверняка заметив мою реакцию, она издала тихий смешок, а я раскраснелась всё больше. — Тебе должно быть хочется пить? Я купила минералку, она в мини-баре. — Простите, а Вы голая? — я задала вопрос, потому что мне не особо хотелось встречаться с её телом один на один. — Моя квартира: как хочу так хожу. Эх, ради тебя я всё же надену халат. — Взяв на веру слова начальницы, я повернулась и увидела её в откровенном шёлковом халате, будто из сексшопа, — он еле прикрывал её прелести, а она ещё и не завязала его! Но… На большее мне нельзя было рассчитывать. Она не надела бы ничего менее… Откровенного. — Извините, а где моя одежда? — Я всё ещё была нагишом, это немного стесняло, да какое немного! — В стирке, она была вся в коньяке, виски, вине и… Да что вы там вообще пили? Хотя, не важно. Сегодня выходной, так что можешь отлежаться у меня, я скоро вернусь. — Девушка начала торопливо собираться. — А Вы куда? — Она обернулась, и я увидела её формы. Будь мужиком — точно бы встал, но я бабонька, а потому — не судьба. — Из-за тебя у меня оборвалось свидание кое с кем. Я не сержусь, скорее даже наоборот, — хорошо, что я не пошла с этой ш… Шаловливой деткой. Но, мне нужно сказать ей пару ласковых за ту кобелину у её юбки. А хотя, с чего я рассказываю тебе о своих романах? Тебе наверняка не интересно. Ладно, до встречи! — Девушка уже надела джинсы и футболку, довольно быстро. Никогда ещё не видела её в такой одежде. И мне было не всё равно! Меня наверняка оприходовали ночью, а мне должно быть не интересно? Сущий бред! Я должна была выяснить, у кого и как с ней было! Ведь она теперь моя… Хм… А кто она мне, если мы переспали? Ну, или не переспали. Хотя, мы лежали голые в одной кровати… Да какого чёрта! Я решила последовать совету своей начальницы и попить минералочки. Этот святой напиток стал оазисом в пустыне! В горле забурлила жизнь! Я смогла вздохнуть полной грудью! А грудь моя оставалась голой, меня это очень смущало, а потому я накинула на себя одеяло и ходила так по чужой квартире. Любопытство сводило меня с ума, и я всё же поддалась искушению… Я открыла четырнадцатую страницу журнала! И мои глазки успешно покатились по полу. На странице была шатенка среднего роста, в очках, примерно со вторым размером груди, приятная на лицо и чем-то схожая со мной во внешности. Однако, в отличие от неё, у меня была недо-двойка — природа обделила пышными формами… Отложив журнал в сторону, я решила исследовать окружающее пространство. Рыться в чужих вещах плохо, но — опять-таки! Любопытство! Оно меня когда-нибудь погубит… На тумбе у кровати начальницы лежали наручные часы, наверняка дорогие, но меня это не интересовало. Я открыла саму тумбу! И упала на своё седалище от испуга… Там был любительский набор садо-мазо. А именно: плётка, верёвка, кляп и… Резиновый… Ну, вы поняли. Я, конечно, знала, что Анастасия Александровна лесбиянка, но не до такой же степени! Вдруг я услышала резкий хлопок двери. В комнату буквально вбежала Анастасия и была явно не в настроении; видимо, разговор с её «подружкой» выдался тяжёлым. Она подошла к мини-бару и открыла его. Из него она вытащила банку безалкогольного, которое всё так же для меня было противным, и открыла её. — Ты ещё тут? — обратилась она ко мне и приступила к выпивке. Я была укутана одеялом, а потому не очень-то чувствовала смущение. — Да… Простите. — Я начала медленно отползать от тумбы. — Ты открывала ящик? — Девушка подняла брови, а моё сердечко выпрыгнуло из груди и затерялось навеки в области пяток. — Не подумай, что мне нравятся все эти игрушки, — это принадлежит той шлюхе, надо бы вернуть вещи владельцу, — такой откровенности со стороны начальницы я не ожидала, но она была явно на эмоциях. — У Вас что-то случилось? — тихим, тонюсеньким голоском пробормотала я, на что она ухмыльнулась. — Что-то? Да это полная задница! Прости, не хочу выражаться, но иначе это не объяснить. Поговоришь со мной? — Я кротко кивнула. — На, надень эту футболку, она довольно большая, отцовская. — Начальница достала откуда ни пойми футболку и кинула в меня, а сама скрылась из виду. Я выполнила поручение и направилась на поиски девушки. Вскоре я услышала звуки печатания и пошла на них. Анастасия Александровна уже работала; она завязала волосы в пучок и смотрела в монитор ноутбука. — Присаживайся, — сказала она, даже не глядя в мою сторону, и указала на диван. — Вы себя не хорошо ощущаете? — я старалась как можно аккуратно подойти к этому делу, но она моего подхода явно не заметила. — Дерьмово я себя ощущаю, дерьмово. Ещё раз прости за выражение. Я пришла к ней, чтобы её бросить, а она сказала, что я недостаточно хороша! Понимаешь? Я! Недостаточно? — Она начала быстрее печатать, и в её глазах был явный гнев, а мне что-то стало дурно. Либо от вчерашней гулянки, либо от эмоций Анастасии. — Она дура! Вы прекрасный человек! Как она могла Вас бросить? — я говорила всякий бред для себя, — просто никогда не успокаивала брошенную лесбиянку, а так нормально. — Говоришь… Прекрасный человек? — она коварно ухмыльнулась и остановилась. Моя задница учуяла явно что-то неладное — и не зря… — Да, вы чудесный человек, ну… Я так думаю, — возможно, это косило на лесть, но я действительно так думала до того, как она подошла ко мне и схватила за подбородок. — Интересно, а кем ты меня будешь считать после этого? — Анастасия вцепилась в мои губы жадным, грубым поцелуем, я ничего не смогла сделать! Я просто сидела на диване и чувствовала, как её язык блуждает по просторам моего рта, как она кусает мои губы, я чувствовала вкус собственной крови, а затем… Я поддалась и ответила на поцелуй. Она заметила это и отстранилась от меня, ухмыльнулась и провела пальцем по своим губам. — В прошлый раз он был менее чувственным. — Прошлый раз?! Точно переспали. Сто процентов! — Скажите, мы делали… Это? — я, как всегда, старалась быть как можно более аккуратной, но она этого явно не замечала или игнорировала… — Трахались ли мы? Прости-прости, снова мой грязный язык… Ну, сама подумай. Ты в моей квартире, проснулась голая, я обняла тебя утром. — Девушка ухмыльнулась, а я поняла точно… Да… Всё было. — Но за то, что ты так напилась, мне нужно тебя наказать. И не только за это… — Анастасия схватила меня за руку, я быстро встала, а она резко села и вновь, не отпуская моей руки, потянула на себя. Я упала на неё, точнее на её колени животом. Она задрала футболку, что еле закрывала мою пятую точку. Я услышала смешок, а сама закусила губу, и не даром. Мой зад заполыхал! Она начала меня шлёпать, и с каждым шлепком она издавала комментарии. — Это за перепутанные папки в архиве! — Удар. — Это за солёный кофе! — Ещё шлепок. — За то, что без спроса ворвалась в кабинет! — Моя попа наверняка напоминала зад бабуина, но она не останавливалась. — За то, что играла в карты на рабочем месте! — ОСТАНОВИТЕ ЕЁ! — А теперь самое главное: за то, что бухой завалилась в мой кабинет! — Самый больной удар, который вывел меня в нокаут и заставил слёзки потечь рекой. Меня никогда не били в детстве, а тут такое… — Ну-ну, не плачь. Это ведь лучше, если бы я тебя уволила? Ну, иди сюда, — Анастасия подняла меня и обняла. А я рыдала, как маленькая девочка, попа болела, я не могла сидеть, а она гладила мою голову, успокаивая меня. На какое чудовище я работаю! POV Анастасия Александровна. Меня бросила очередная однодневка, хотя это я должна была её бросить! Меня это вывело из себя! Я поступила глупо и безрассудно, выместила злобу на подчинённой, но чёрт, это было так приятно. Всё же бывшая меня приучила к садизму, ей нравилось, когда её били плёткой и связывали, а я предпочитаю чувствовать человека телом. Люблю шлёпать ладошкой и, проведя такую процедуру с Леночкой, мне стало легче. Она плакала, но оно и понятно; из своих наблюдений я сделала вывод — у неё слишком нежная кожа. Обожаю таких. Я забыла про все её косяки, про то, что она отвратительный секретарь и прочее, потому что мне понравилось бить её по заднице. А как она кричала! Я настоящая садистка, но… Ах, какие нотки были озвучены ей! Наверняка, если бы я не сделала шумоизоляцию в квартире, соседи бы косо оглядывались на меня, а бабушки перестали считать меня лапушкой. Но я нашла к ним подход — стоит всего лишь здороваться и периодически беседовать на тему «какая нынче ужасная молодёжь». Потерять репутацию у таких важных личностей в этом подъезде было равносильно смертному приговору, ну или, по крайней мере, публичному оскорблению в виде «О, смотрите, шлюха идёт. Наркоманка проклятая!». Нет, я уважаю бабушек, но им никогда не нравились девушки, которые приходили ко мне, и мне всегда приходилось выслушивать от них, что «какая-то шалава в подъезд вечером заходила». Но думаю, с Леночкой таких проблем не будет. Она очень милая и скромная в одежде. Идеальный вариант, если хочешь быть ведущим в отношениях. Я соврала этой лапочке, — мы не спали, я просто принесла её в квартиру, раздела и уложила спать. Хотя… Нет, я не врала. Я же не говорила, что у нас был секс. Я всего лишь сказала: «Сама не догадываешься?» А недоговаривание — не ложь. Зато, теперь у меня появился личный антистресс на работе. Хотя спать с ней мне не очень хочется: служебный роман — скверное дело, но кто меня знает. — Тише, милая. Всё уже прошло. Надеюсь, ты больше не будешь напиваться в стельку и лезть ко мне в штаны? — Елена закивала, а я почувствовала полное удовлетворение и гордость за себя. — Умничка моя, дай я тебя обниму. — Мы вновь обнялись, а внутри меня засел великий демон, что будет издеваться над попкой этой секретарши вечность. Конец POV Анастасия Александровна.