Сговор родителей — любовь навек

На следующий день в школе все ученики, кто участвовал в соревнованиях по ориентированию, отдали бумажки учителю. Сейчас я просто шастала по коридору. — Привет, Роз. — Привет. Слушай, можешь отдать эту бумажку мисс Шермански? — Да, конечно. Ты не будешь участвовать? — Нет, я не люблю подобное. Ладно, я поспешу, пока! — А… И она убежала из школы. Вот мышь, опять на свиданку с Леем пошла. Эх… И с кем мне сегодня в школе ходить. Ким не вариант, она занималась с Натом математикой. Ирис… Ирис собиралась с Мелоди пойти в столовую, а сегодня мне туда не очень хотелось. Ладно, пойду подостаю Перчика. Подумав, где он мог быть, я без раздумий пошла на крышку. Открыв дверь и осмотревшись, я поняла, что никого не было. Но, как только я об этом подумала, меня резко потянули за руку и закрыли дверь. Я повернулась к тому, кто это сделал — это оказался Перчик. — Если бы ты долго там оставалась, нас бы застукали, — стоя спиной ко мне, произнес он. — Пф, подумаешь. И молчание. В принципе, как обычно. Что дома, что здесь. После небольшого разговора с ним всегда следовала звенящая тишина. Я привыкла к этому и не сказала бы, что было дискомфортно, скорее привычно и нормально. До того момента, как мы стали вместе жить, я всегда молчала и ни с кем не общалась. Меня даже били и презирали, но я на это никогда не обращала внимания. Всегда, когда я приходила домой с разбитой губой или синяком под глазом, мама суетилась и спрашивала, что случилось, а я ей просто говорила: «Ничего», — и, уходя в комнату, закрывалась. Но именно после этого я стала прятаться под маску хладнокровия и безразличия, хотя в глубине души я переживала и терзала себя сомнениями насчёт такого поведения. С годами я свыклась с этим, и эта маска стала моим вторым «я». Холодный ветер дул в лицо, что крайне успокаивало. Я только и делала, прикрывала глаза и как можно глубже дышала. В нос стал разъедать запах сигарет. Он, несмотря на мои придирки и возмущения, все равно курил. А ведь он стал курить после какого-то случая, которого я не знаю. Да и зачем, это уже личное дело. Хотя после него уехала Дебра. Возможно, она-то и послужила поводом к этому случаю. Блин… Холодно. Я не подумала взять из шкафчика свою куртку. Я стала согревать свои руки дыханием. Ко мне подошёл Перчик и стал снимать с себя куртку. — Эй, не… — Заболеешь, лечить не буду, — накинув на мои плечи свою куртку, произнес он. А потом он взял в свои большие руки мои и стал дышать тёплым дыханием на них, чтобы согреть. Я смотрела на него немного ошарашенная. Все же он иногда показывал передо мной свою другую сторону, которую никто не видел. Эта сторона была довольно интересной для меня. Если бы он не был таким, как я, надевавшим на себя маску безразличия, то он был бы вполне неплохим парнем. — Теплее? — все ещё грея мои руки, спросил он. — Да, спасибо… И опять мы молчали. Думаю, что это молчание давало причину задуматься о чем-нибудь. Когда он согрел мои руки, он вытащил ещё одну сигарету из кармана своей куртки и зажёг ее. Я же сунула руки в ее рукава и застегнула. С его стороны послышался смешок. После — прозвенел звонок, и мы ушли в класс. Я перед тем, как зайти в кабинет, отдала ему куртку, случайно чуть коснувшись пальцами до его руки, и вошла в класс. Урок литературы был довольно увлекательный. Мы читали поэму Alfred de MUSSET «Tristesse» (Альфред де Мюссе «Грусть»). Как-то помню, когда приезжала к тете в гости, она мне ее читала. Я всегда сидела, увлечённая содержанием данной поэмы. Для меня было печально, что урок так быстро закончился. Домашним заданием было дочитать ее и пересказывать на следующем занятии. Последующие уроки шли медленно. Я все время смотрела в окно, где шел дождь. Звонок. Я записала задание и вышла из кабинета. Подходя к выходу, я встретила учителя Бориса. — А! Мисс, вы уже выбрали себе партнёра, с которым будете участвовать в соревнованиях? — Еще нет. — Что ж, тогда идите ищите. И, как только найдете, придите и сообщите мне. — Хорошо. М… Девчонки, наверно, уже выбрали, тогда поищу Перца. Походив-побродив по школе, я все-таки его нашла. — Перчик, не хочешь со мной быть в паре на соревнованиях? — А что мне от этого будет? — с ухмылкой спросил он. — Ну, не знаю… — Окей, после соревнований ты будешь ходить по дому в одном нижнем белье. — Да без проблем. — Пять дней. — ЧТО?! ГР! Ладно. Я пошла к учителю Борису. — Ну что, выбрали себе пару? — Да. Я буду участвовать с Кастиэлем. — Как же вам повезло. — Ага, как же… — про себя буркнула я. — Тогда вот, берите костюм. Я взяла его и пошла домой. Выйдя из школы, я протянула руку вперёд, проверяя, капает дождь или нет. После я вышла из школы и пошла домой, но меня окликнули. — Эй, мелкая, садись. — Я не мелкая… — садясь сзади Кастиэля на его байк, сказала я. — Держись. И он газанул. От такого я сильно прижалась к нему, но не испугалась. Он же только хмыкнул. Так близко к нему я ещё не находилась. Да, и я никогда не замечала, как от него приятно пахло одеколоном. Я положила свою голову на его спину и прикрыла глаза. Не знаю, зачем я это делала, но мне что-то подсказывало, что так должно было быть. И не прогадала. Он уменьшил скорость и положил свою ладонь на мои руки. Доехав до дома, я спрыгнула с байка и открыла дверь. Повесив куртку и сняв обувь, я пошла помыть руки и готовить ужин. Все сделав, я позвала его и сама села есть. Его долго ждать не пришлось, и в считанные минуты он был уже на кухне. Доев, я помыла посуду и пошла в комнату. Закрыв дверь, я плюхнулась на кровать и стала смотреть в потолок. Подняв руку вверх, стала на нее смотреть и вспоминать о том, что он положил свою руку на мою. Какая-то часть меня была немного рада, ведь я смогла затронуть его чувства. Хотя, думаю, это ещё было на крыше. Взяв майку и шорты, я сходила помыться и легла спать. На следующий день мы уже собирались уезжать на соревнования. — Блин, да где он? Я пошла его искать. А нашелся он в конце коридора возле лестницы. — Ну что, готова ходить по дому? — Ага, прям не представляешь, как я рада этому. Пошли уже, мы выезжаем. Подойдя к автобусу, мы сели вместе, тем более мест-то свободных не было. Облокотившись головой на окно автобуса, я всматривалась на быстро мелькавшие деревья. Голова Перца ретировалась на мое плечо, отчего я посмотрела на него. Хех, уснул. По приезду в лес нам разрешили осмотреться, пока другие ученики не присоединились к нам. И вот началось соревнование. Конечно, мы нашли нужный путь, но печать потерялась. Благо Ирис помогла найти ее. После мы прошли во второй этап. — Так, нам нужно найти лесного жителя, что-то сверкающие, след и большой лист. С чего начнем? — я посмотрела на него. — Со следа и большого листа. Мы пришли к дереву. Оторвав большой лист, я стала думать, как мы найдем след. — А… Как след-то найдем? — Ты в детстве так не делала? Берешь белый лист бумаги и надавливаем карандашом на кору дерева. И вот тебе след, — он показал это мне. Дальше мы нашли сверкавший камушек, а потом жителя леса. Придя к Фарезу и отдав ему все, мы перешли на следующий этап. Значит искать буквы… Окей. Мы нашли почти все буквы, только еле-еле нашли букву «i». Составив слово, мы пошли к финишу, но он сказал: — Повернем здесь, будет быстрей. — Ну, ладно… Время летело, а мы все шли и шли. В лесу уже потемнело. Мы остановились у дерева, и он сел на землю. — Эй, ты чего сел! У нас нет времени расслабляться! — Блин, да заткнись ты. Если мы будем продолжать идти, то окончательно заблудимся. А так нас хоть найдут. Держи, — он накинул на меня кофту, а сам лег на мои колени. Время шло, нас нашли Нат и Лизандр. Конечно, Шермански наорала на нас, и мы уехали домой. Вернулись где-то к десятому часу. Я сразу же пошла в комнату и, сняв с себя все, я улеглась в нижнем белье и уснула.