Красное, чёрное и белое...

Развенчанное лето разлеглось на мостовых, Манило небо засапфиревшейся грустью, Касалось озеро желтеющей травы, Чьи стебельки щипали жадно гуси. Спокойно всё: баланс и благодать! И тишина со вкусом спелых ягод. Но небо авиации парад взорвал, Ворвавшись неожиданно и ярко. Взметнулись кверху тут же стаи птиц, Завидев металлических собратьев: Вертушки, грузный Ил и хищный МиГ — Крутились, будто в цирке акробаты. Один коротко-длинный взмах ресниц… И будто снова... на девятом круге ада, Не слышно звуков и не видно лиц, И нос заложен гари едким чадом. А небеса давно слились с землёй, Дрожа в конвульсиях рождения воронок. От взрывов непонятно, кто здесь свой, Лишь под ногами почва жарко стонет… Как будто эхо: «Шурин, ты чего? Что ищешь, уронил ключи под лавку?» А у меня дыхание свело И почему-то захотелось плакать. Но я застыл и глубоко вздохнул — Какой пронзительно-кристально вкусный воздух. А вдалеке застыл чуть слышный гул. «Пойдём домой, уже довольно поздно!»