Sunshine

Умение легко перейти от шутки к серьезному и от серьезного к шутке требует большего таланта, чем обыкновенно думают. Фрэнсис Бэкон.

***

— Уже иду! — сказал Азриэль и, покинув девушек, направился к двери. Сёстры, сидя в укрытии, лишь слышали разговор давних друзей: — АЗРИЭЛЬ!!! ДАВНО НЕ ВИДЕЛИСЬ! — сказал один из братьев. Голос был довольно громким и очень радостным. «Наверное, это младший брат» — подумала златоглазка. — Ха-ха, Папирус! Я тоже рад тебя видеть! — сказал Азриэль. — Хех, я смотрю, папирус просто до оКОСТенения счастлив, — этот голос был очень низким. Фриск стало немного не по себе, — привет, азриэль. — И тебе привет, Санс, — в голосе Азриэля послышалась усталость, он явно слышал эту шутку не в первый раз. — САНС! МОЖНО ХОТЯ БЫ В ГОСТЯХ ОБОЙТИСЬ БЕЗ ТВОИХ ШУТОК?! — Папирус был в бешенстве. — Ноуп. — Аха-ха, я слышу крики и шутки! Санс! Папирус! Здравствуйте, мои дорогие! — из кухни вышла Ториэль, она была рада гостям. — ЗДРАВСТВУЙ, ТОРИЭЛЬ! — отозвался Папирус. — Хай, Тори. — Ну, так как дела у вас? — спросила Ториэль братьев, — Скоро сядем за стол. — ВСЕ ОТЛИЧНО! КСТАТИ, ВЕЛИКИЙ ПАПИРУС НЕ ПРОЧЬ ПЕРЕКУСИТЬ! — Ха-ха, подожди немного, — и женщина вернулась в кухню. — Кстати, Азриэль, — в голосе Санса слышалось подозрение, — а ты бы не хотел познакомить нас с вашими гостями, которые сидят в гостиной, — от жуткого голоса Санса у Фриск душа в пятки ушла. Чара тоже конкретно прифигела, так же, как и Ториэль, которая выглянула из кухни: — Ох, Санс, конечно! — монстр нервничала, но виду не подавала, — Девочки, выходите, — позвала она девушек. — Эм… Здрасте, — первой из укрытия вышла Чара, Фриск пока не рисковала. — ВАУВИ! ЧЕЛОВЕК! Я, ВЕЛИКИЙ ПАПИРУС, ПРЕДЛАГАЮ ТЕБЕ СВОЮ ДРУЖБУ! — Папируса ни капельки не удивило присутствие человека. — Да, Папирус…приятно познакомится, меня зовут Чара, — алоглазая была в шоке, но виду не подавала. — Я смотрю, твоя подруга не очень общительная, — Санс ждал, когда девушка выйдет из гостиной. — Мда… Это моя сестра — Фриск. Сестрёнка, выходи, — звала Чара златоглазку.       Фриск некуда было деваться, и она вышла к гостям. В прихожей стояло два монстра-скелета. Один был очень высоким, выше Азриэля, он был одет в синие джинсы, оранжевую кофту и ярко-красный шарф. На ногах были красные сапоги, на руках — варежки того же цвета. Второй брат был низким, но все еще выше девушек. Одет был проще: синие кеды, черные джинсы, белая футболка и синяя толстовка. Два белых зрачка пристально разглядывали Фриск, от чего ей стало неуютно. — ЕЩЕ ОДИН ЧЕЛОВЕК?! ВАУВИ! ЭТО ЗНАЧИТ, ЧТО У ВЕЛИКОГО МЕНЯ БУДЕТ НА ДВА ДРУГА-ЧЕЛОВЕКА БОЛЬШЕ!!! — воскликнул высокий скелет. Видимо это и есть Папирус. Он быстро подбежал к златоглазке и крепко обнял её… слишком крепко. — Это и есть младший брат? — шепотом спросила Чара у Азриэля, на что он лишь кивнул. — Хех. Бро, я думаю лучше отпустить девчонку, а то все КОСТИ ей переломаешь, — скаламбурил старший скеле-бро. Девушка начала понимать всю иронию его шуток и слегка засмеялась. — САНС! — Папирус жутко разозлился и выпустил несчастную Фриск из своих объятий. — Ну что ж, пойдемте ужинать, — Ториэль позвала всех на кухню.       На ужин Ториэль приготовила запеченную индейку с овощами. Вкус был просто великолепный.       За столом все весело общались: Папирус всем говорил о своем величии, Чара потихоньку уплетала шоколад, Азриэль пытался понять, откуда у алоглазой взялся шоколад, Санс шутил, а Фриск с Ториэль смеялись над его шутками. Санс лучше присмотрелся к Фриск: её звонкий смех, милая улыбка…красивая фигура, каштановые волосы, янтарного цвета глаза. Милая девушка…стой! Санс, ты не можешь. Она человек, а ты монстр… даже не думай об этом. Санса обычно не волновали девушки, но Фриск удалось немного подтопить ледяное сердце парня.       Ещё он заметил золотой кулон в форме сердца, висевшего на шее девушки. Он показался шутнику знакомым. Возможно, он когда-то читал о таком в старой книге, но это не мог быть он. Санс решил позже разузнать о нём больше. — Кстати, Ториэль, — сказал шутник, — завтра, должна прийти Андайн. Ей поручено пройтись по ближайшим деревням и разыскать избранных. — АГА! СОВСЕМ СКОРО, ИЗБРАННЫЕ ОБЪЕДИНЯТСЯ И ПОД РУКОВОДСТВОМ ДУШИ РЕШИМОСТИ ЗАКОНЧАТ ВОЙНУ! — Азриэль был прав: Папирус действительно излучал жизнерадостность и наивность.       Фриск немного напряглась при упоминании избранных, это не осталось незамеченным Сансом. Он явно что-то заподозрил. — Так… как вы познакомились, — обратился он к Фриск с Ториэль. — О! Это дочери моей хорошей подруги… Она… уехала на неопределенный срок, а девочек оставила со мной, — женщина посмотрела на Фриск, и та неуверенно кивнула.       Больше вопросов Санс не задавал. Он понял, что узнать, что они скрывают, можно только расспросив девчонок. Санс не доверял тем, кто что-то недоговаривает; они могли предать в любой момент.       Ужин закончился. Азриэль предложил присесть в гостиной. Фриск осталась прибираться на кухне вместо Ториэль, чем заслужила взгляд гордости со стороны женщины. Чара сидела на диване рядом с Азриэлем, Санс развалился на кресле и, видимо, спал, Ториэль сидела на другом диване с Папирусом. Они весело беседовали, попивая чай. Никто даже не заметил, как Санс ушел на кухню.       Фриск уже закончила мыть посуду и наливала чай. — Что делаешь? — Фриск вздрогнула и обернулась, позади неё стоял Санс. — Ой! А я чай наливаю. Будешь? — Фриск дружелюбно улыбнулась. — Да, пожалуйста, — девушка налила комику чай, и они вместе сели за стол.       Санс с Фриск болтали о многом: о людях, о войне, о магии… Парень затрагивал темы и об избранных, но златоглазка их старательно избегала и уходила от темы. Комику не удалось узнать и о кулоне девушки. «Подарок от матери» — больше она ничего не сказала.       Сансу, на удивление, легко было общаться с Фриск; девушка легко его понимала; их взгляды на что-либо, во многом, сходились. Девушка — хорошая собеседница, но она что-то недоговаривает, что-то важное. — И всё же, ты что-то скрываешь… — прервал разговор Санс. — В каком смысле? — Фриск напряглась. — Да в таком, Фриск, что я должен узнать, что вы с сестрой утаивайте, — в его глазницах пропали зрачки, девушку это ужасно напугало.       Чара сидела в гостиной с остальными. Она совсем не слушала о чём они говорили. Погружённая в свои мысли, она иногда подолгу смотрела на Азриэля, но при каждом взгляде в её сторону, отворачивалась. Когда девушка всё же вышла из своих мыслей, она заметила, что Фриск до сих пор не пришла, да и шутника нет… — Фриск, знаешь, я не особо доверяю людям, так что лучше вам все рассказать, — Фриск знала, что ей некуда деваться. — Я правда не понимаю, о чем ты… — Да все ты понимаешь… — И что тут происходит? — в дверях стояла Чара, она не доверяла шутнику. — Да так… ничего, — это недоверие было взаимным. — Ага… Пойдем, — алоглазая резко взяла сестру за руку и направилась к выходу. — А я хотел по-хорошему, — Санс резко встал и направил свою костлявую руку на девушек, их охватило голубое свечение, они не смогли двигаться, — вы никуда не пойдете, пока я все не узнаю. — Что?! Быстро отпусти! — Чара уже выходила из себя. Фриск просто опустила голову, волнение росло, ей трудно было сдержать его. От такого наплыва эмоций, её Лилия слегка засветилась, так же как и у Чары, — нет… — прошептала алоглазая. — Что за… — только и успел сказать Санс, как ярко-красное свечение наполнило комнату.

Flashback

      Всё та же деревня, тот же дом, тот же сад… Хотя нет, что-то изменилось. Самая дальняя часть сада была усыпана мелкими ямками; иногда, конечно, попадались и большие ямы.       В той же части сада, стояла Аманда, у неё очередной урок с девочками. Рядом с ней стоит малышка Фриск и наблюдает за сестрой. Чара же стояла поодаль от них и была сильно напряжена. — Чара, спокойней, не напрягайся, — девушка пристально следила за девочкой, пытающейся образовать сгусток энергии в своих ладошках. — Мам, я не могу! — измученно сказала девчонка. — Чара, попробуй ещё разок, — скромно сказала Фриск. — Тебе легко говорить! Сама то уже научилась, — раздражение Чары росло. — А вот и нет, — чуть смелее сказала златоглазка, — у меня ещё не получается создать такой сгусток энергии, что бы сделать такую же большую яму, как мама. — Девочки, не ссоримся, — прервала их Аманда, — Чара, попробуй последний раз, — сказала она как-то хитро, у девушки был план.       Чара, с хмурым лицом, начала направлять силу Души, формируя в руках сгусток энергии. Ярко-алым светом, загорелся огонёк, совсем маленький и слабый. Девочка уже хотела прервать магию, но Аманда заговорила: — Хм… Что-то слабовато, — у девушки был якобы серьёзный вид, — может, надо ограничить тебе доступ к сладкому, что бы силе Души ничего не мешало? — Что? — Чару встревожило такое заявление. На её лице появился страх. — А лучше всего, — продолжила девушка, — это запретить тебе шоколад. Да! Точно! А то от него зубы портятся, да и желудок может разболеться. — Мам, не надо! — Чара уже испытывала не только страх, но и гнев. Однако сгусток в её руках продолжал формироваться. — Решено! — не замечая возражений со стороны девочки, подытожила Аманда. — Фриск, собирай весь шоколад, отдадим соседским ребятам. — Мама, ты чего? — шёпотом спросила Фриск. Мама незаметно улыбнулась и подмигнула дочери, златоглазка решила подыграть. — Хорошо, мамочка! — кивнула она головой и направилась домой. — Мама! Что ты делаешь?! — Чара была переполнена гнева.       Вдруг, алая Лилия засветилась очень ярко, а сгусток энергии стал настолько большим, что девочке пришлось его выпустить. Пролетев достаточное расстояние, он приземлился в землю, оставив на месте падения немалую яму. — Это… я сделала? — рассеянно спросила алоглазка. — Хи-хи, конечно ты! — рассмеялась Аманда. — Но как так получилось? — спросила, не менее растерянная, Фриск. — Понимаете, девочки, сила Души зависит от эмоций. Чем сильнее вы испытываете какую-либо эмоцию, тем сильнее будет поток силы Души. Что бы Чара смогла создать сгусток энергии, мне пришлось её разозлить: гнев, который переполнял её, перешёл в магию и вырвался наружу со сгустком энергии. — Вау… Это здорово! — обрадовалась Чара. — Не совсем: прилив силы Души может вызвать разная эмоция: гнев, страх, радость, сильное волнение и другие. Вам нужно быть осторожней со своими эмоциями. В один момент, они смогут вас выдать. Пообещайте мне, что будете очень осторожны, — Аманда серьёзно посмотрела на дочерей. — Обещаем! — хором ответили девочки. — Вот и хорошо, — лицо зеленоглазой стало спокойней, — а теперь, занятие окончено, пойдёмте пить чай. — С шоколадом? — с надеждой спросила Чара. — Ха-ха, конечно с шоколадом! — улыбнулась Аманда.

***