Кактус

       - Моё собеседование перенесли. Мы улетаем завтра.        - Завтра? Во сколько?        - Вечером.        - Хорошо, тогда нужно съездить утром за моими вещами.        - Я тебя разбужу, вместе съездим. А сейчас ложись спать, уже поздно.        И правда, на часах уже было за полночь. Представляю как волновался брат.        Как ни старалась себя заставить, поспать мне почти не удалось. И уснула я лишь в четвёртом часу утра. Все это время мне не давали покоя воспоминания о родителях и мысли о том, что завтра я уеду и, возможно, никогда сюда не вернусь.

***

       - Эл. Эл, просыпайся. Время уже девять. Вставай. - брат забрал у меня подушку, так как я никак не хотела просыпаться.        - Встаю, встаю. - я лениво повернула голову в сторону брата и потерла глазки, которые никак не хотели открываться. - Вот ты противный.        - Давай-давай, вставай. Топай в душ, а я пока приготовлю тебе чего-нибудь. - с этими словами брат удалился , а я встала и лениво побрела в душ, чтобы смыть остатки сна.        Через час я уже была готова.        - Ну наконец-то. Я уж думал ты там утонула и тебя нужно спасать.        - Ничего я не утонула - нахмурилась я - себя спасай. Я не так уж и долго собиралась.        - Ага-ага. Я уже тут поспать успел. - я лишь показала ему язык и решила сменить тему.        - Лучше покорми меня. Я кушать хочу.        - Сама бы давно научилась.        - Мне не дано. Ты же знаешь. - Рен лишь закатил глаза и поставил на стол свежие тосты и чашку какао.        - Завтракай. Проглот.        - Я не пвоглот - возразила я с набитым ртом брату уплетая тосты.        - Прожуй сначала! Ешь и поехали за твоими вещами.        - Ага.        Через тридцать минут мы уже подъезжали к родительскому дому. Меня всю передернуло, когда я на него взглянула. Я и сама не знаю, почему так среагировала сейчас на дом.        - Может я сам поднимусь и заберу чемоданы? - предложил Рен, заметив моё изменившееся настроение и некий страх.        - Нет. Мне нужно подняться. Я ещё не все собрала. Все в порядке. Пошли. - с этими словами я вышла из машины.        Дом пустовал. Пустые полки, стеллажи, пустая мебель. Мы с Реном ещё пару дней назад вывезли все личные вещи, когда решили переехать. Рену предложили работу в Сеуле. Он там будет хореографом у какой-то крутой группы, поскольку имеет немалый опыт в танцах и занимался этим профессионально.        В доме не пустовала лишь моя комната и ванная, в которых ещё были кое-какие мои вещи.        - Тебе помочь?        - Нет я сама. Я быстро. Закончу и позову.        - Хорошо, я тогда ещё кое-что заберу и поднимусь.        - Ага.        Оставшиеся вещи я собрала быстро. И на второй этаж как раз поднялся Рен.        - Ну что, ты готова? Можем идти?        - Да. Вот. - подкатила я к брату свои два небольших чемодана. И накинула на плечи рюкзак.        Рен взял мои чемоданы и мы пошли прочь из дома. Подойдя к машине, я в последний раз взглянула на дом и на дворик, который вероятно скоро будет продан, а после села в машину, не желая больше здесь находиться. Мне было больно. Очень больно покидать это место. Но и находиться здесь я не могла. Меня вгоняло в тоску. Жуткую депрессию. Которая, как сказал врач, в моём возрасте очень опасна.        После смерти родителей я несколько раз посещала врача. Мне было очень плохо и лишь она помогла немного выйти из депрессии. А также врач посоветовала уехать отсюда куда-нибудь в другой город. Как мы собственно и делаем.        Пока мы ехали, в мою голову снова закладывались невеселые мысли. И признаюсь одна из них полторы недели назад чуть не довела меня до гроба. Да. Однажды меня посетила мысль о самоубийстве. Но и с этой жуткой историей было покончено. Я постаралась переключиться на что-нибудь другое и вспомнила, что о моём переезде никто и не знает. Последние две недели я всех игнорировала кроме своей лучшей подруги, но даже ей не сказала, что переезжаю.        - Рен, отвези меня, пожалуйста, к Норе. Она не знает, что я уеду. Я должна попрощаться.        - Хорошо. Тебя потом забрать?        - Нет. Я сама дойду. Я ненадолго.        Через несколько минут машина остановилась. Я вышла из неё и направилась к дому подруги. Но не успела я и дойти до двери, как на порог выскочила сияющая Нора.        - Кого я вижу! Привет, подруга! - налетела она на меня с объятиями.        - Хэй, задушишь. - улыбнулась я так же широко как и подруга - я тоже рада тебя видеть.        - Ну пошли, чего стоим.- и мы с Норой направились к ней домой.        - Чаю будешь? - поинтересовалась подруга, подходя к плите, когда мы зашли на кухню.        - Не откажусь.        Подруга поставила чайник и мы сели за стол.        - Ну что, какие новости? Что интересного скажешь? - уставилась на меня подруга любопытным взглядом.        - Что у меня может быть интересного? Это я должна спрашивать у тебя. Но должна сказать, что я тоже не без новостей.        - Я во внимании. - уселась подруга поудобнее, ожидая услышать какую-нибудь сплетню или просто интересненькую безобидную новость.        - Нора... - моё лицо переменилось. Мне не хотелось её бросать и расставаться с ней. Она единственный человек , который может заставить меня смеяться в любом состоянии. - Нора, я сегодня уезжаю.        - Что? Куда? Зачем? Надолго?        - Я переезжаю... Нора, я уезжаю навсегда.        - Эл, ты шутишь? Куда ты переезжаешь?!        - В Сеул. - моё лицо совсем померкло и я посмотрела в пол - самолёт сегодня вечером.        - Господи, ты и правда не шутишь - она внимательно посмотрела на меня. - Но, почему? Зачем ты уезжаешь?        - Я не могу больше здесь находиться. Мне нужна смена обстановки. Да и Рену предложили хорошую работу в Сеуле. - мои глаза застилала пелена слез. Я не хотела с ней расставаться. Никак не хотела. Мне будет очень тяжело без неё. Но здесь я также не могу оставаться. Мне больно видеть все те родные места, напоминающие о маме и папе. Каждая мысль о них заставляет мои глаза наполняться слезами. Прошло всего две недели после их смерти. Мне очень тяжело. Ощущать их рядом с собой и не иметь возможности обнять. Переживать эти либо бессонные ночи, либо полные преследовавших меня странных и страшных снов, из-за которых я просыпалась в слезах или с криками.        Подруга, лишь молча обняла и прижала ближе к себе. И этого было достаточно, чтобы понять, что она меня любит и будет скучать.        - Ну и на кого ты меня одну здесь оставляешь? Я же не смогу без тебя. - у подруги на глазах тоже появились слёзы и она ещё крепче прижала меня к себе. - Кто будет заставлять меня делать уроки? Кого я буду будить по утрам? В кого ты будешь кидаться подушкой, когда я прерву твой очередной интересный утренний сон?- Нора замолчала и тихонько шмыгнула носом.        - Я тоже тебя люблю, родная. И буду очень скучать. Но мы будем созваниваться. Ты ведь будешь мне звонить? - она чуть кивнула. И мы отпрянули друг от друга. Глаза Норы были наполнены слезами, как и мои. Я постаралась чуть улыбнуться, что бы развеять обстановку и тут нашу слезливую мелодраму прервал вскипевший чайник.        Нора налила нам чай и достала шоколадку, чтобы хоть не много прогнать грусть, которую мы тут друг на друга нагнали.        - Но, а как же группа Рена? Неужели он её бросает?        - Да. Мне Рен ничего такого не рассказывал. Сказал просто, что они нашли нового солиста и, что группа не распадётся. Но как-то ночью, когда я ночевала у него, услышала из соседней комнаты шум. Я вышла и хотела зайти к нему, но услышала разговор. Судя по всему, он разговаривал с кем-то из этой самой группы. Рен обвиняет себя в смерти родителей. Он считает, что если бы согласился на управление компанией, то они бы никуда не поехали тогда и сейчас были бы живы. - я смахнула слезу со щеки - Нора, он тогда разгромил всю комнату. Я переживаю за него. Родители всегда были против этой его музыкальной группы, и он решил из-за этого её бросить. Единственное что радует, так это то, что он будет продолжать заниматься танцами. Это мама отдала его когда то в школу танцев и он решил заняться этим профессионально. Только танцы теперь его и успокаивают и заставляют чувствовать себя чуть лучше. - подруга молча меня выслушала и о чем-то задумалась.        - Надеюсь и ты найдёшь себе дело по душе - я лишь улыбнулась.        - Возможно... Ты меня проводишь?        - Конечно! Допивай чай, а я пойду переоденусь. - с этими словами Нора оставила меня и вприпрыжку побежала собираться.        - Я готова. Пошли?        - Пошли. - мы вышли из дома и под ручку пошли к квартире Рена.        Дошли мы быстро. Обсудили последние новости. Нора рассказала мне о том, что в школе появился новенький мальчик и он ей нравится. Надеюсь, что она не ошибается в нем, и все у неё будет хорошо. Надеюсь, что не будет сильно по мне скучать и этот новый мальчик её отвлечет, чтобы она не сильно грустила.        - Да у тебя шмоток больше чем у девчонки! - зашли мы с Норой к брату в комнату и стали свидетелями такой картины. Рен сидел на кровати и пытался застегнуть чемодан, в котором шмоток было, наверное больше чем в моих двух. И они в этот чемодан ну просто не вмещались.        - Ахах, у меня и то одежды меньше - поддержала меня подруга и мы вместе засмеялись.        А Рен сначала нахмурился, а потом отвернувшись улыбнулся. Он был рад видеть, как я улыбаюсь и смеюсь. Ведь этот первый раз за последние две недели, когда я улыбаюсь. И когда хожу не с опухшими глазами.        Так, весело хохоча, мы с подругой вышли из комнаты и оставили брата с его огромными чемоданами наедине. Внизу мы с ней ещё немного посидели и посмотрели телевизор продолжая обсуждать моего неловкого брата и последние новости.        - Ну что. Я готов. Можем ехать. - в гостиную зашел Рен держа в руках огромные чемоданы.        - Да неужели! И он меня ещё утром сегодня упрекал в том, что я долго собираюсь! - мы с Норой переглянулись и улыбнулись, а Рен лишь закатил глаза.        Брат спустил свои чемоданы к такси, которое уже подъехало, а мы с подругой, взяли мои два чемодана и рюкзак и также благополучно доставили их на улицу. Рен погрузил все в такси. Мы расселись по местам и поехали в аэропорт.        На улице уже темнело. Каждый думал о своём. У Норы в сердце наверняка была тоска, как и у меня. Я её понимаю. Сложно расставаться с близкими людьми. Но и она должна меня понимать. Я не могу остаться. А Рен. Я не знаю о чем думал брат. Наверняка о чем-то невеселом. Он как и я совсем перестал улыбаться.        Вот уже показался аэропорт.        - Ну что, выгружаемся? -повернулся к нам Рен .        - Ага. - мы все вышли из машины. Брат снова взял свои чемоданы. А мы с подругой разделили по одному мои. И в завершение я накинула на брата свой рюкзак.        Зайдя в зал ожидания, мы сели на свободные места и стали ожидать свой рейс. Через минут десять ожидания, диктор объявил наш рейс. Мы с Норой переглянулись и на моих глазах снова выступили слёзы.        - Я буду скучать! Очень-очень! - обняла меня подруга.        - И я буду скучать! Звони почаще.        - Ой, ну развели тут всемирный потоп. Платок я вам не дам - попытался пошутить брат. А мы лишь обиженно на него посмотрели. И снова обнялись. Затем Рен все таки отдал нам свой платок, и мы с подругой дружненько вытерли слёзы. Я и Рен ещё раз попрощались с Норой и отправились на посадку.        Весь перелет я проспала. Когда была близка посадка, брат попытался меня разбудить и я кое-как разлепила глаза. В Сеуле была уже глубокая ночь. Мы сели в очередное такси, брат назвал какой-то адрес и мы поехали. Спать хотелось жутко. Глаза слипались. А узнать куда мы ехали мне так и не удалось. Когда мы прибыли к месту назначения, брат повернулся назад и увидел меня, лежащую на заднем сидении и мирно посапывающую.        - Отнеси Элли, пожалуйста. Я не хочу её будить. Она и так за последние пару недель, можно сказать, первую ночь нормально спит - слышала я сквозь сон чьи-то голоса.        - Хорошо.