ПОРОК - это хорошо, Томас

***

Стоя под горячим душем и чувствуя как по ослабленному телу текут струи воды, Томас наконец-то ощутил себя расслабленным. Даже невеселые мысли прекратили мелькать в его голове, и все стало таким простым и светлым. Удалось даже представить, что Чак еще жив. Это была небольшая передышка для уставшего мозга. ***  — Этого мне хватит? — спрашивает Томас, смотря на круглый красный след от очередного укола. Витамины. Жаль, что нет витаминов от ужасных воспоминаний. Хотя… Нет. Вряд ли бы ПОРОК стирал им память во благое дело. Вдруг внимание Томаса привлекла подошедшая к Терезе доктор. Он почувствовал как волосы на его голове насторожено встали дыбом. Доктор что-то спросила у девушки, а затем принялась закрывать небольшие шторки, чтобы их никто не видел. «Что это все значит?» — подумал Томас, откидывая мысли о чем-то женском. Нет, это что-то подозрительное. Вдруг перед ним появился темнокожий мужчина, видимо какой-то охранник, или еще что-то.  — Томас? — спросил он. Тереза мигом вылетела из головы, и парень полностью перевел свое внимание на мужчину.  — Да?  — Иди за мной. — отказал тот таким тоном, словно кидал ему вызов. Томас поднялся и двинулся вслед за темнокожим, в последний раз посмотрев на Терезу. Та смотрела на него в ответ, и казалось, в её взгляде было что-то беззащитное и просящее. Или… ему показалось. Шторки окончательно скрыли её с виду. Вскоре парня привели в небольшую стальную комнату, посреди которой стоял стол и два стула по концам. Сбоку, на стене, было довольно большое черное зеркало, и парню не хотелось думать, что оно было и окном. Когда чернокожий ушел, Томас сел на жесткий металлический стул и принялся рассматривать углы комнаты, думая, зачем же его сюда позвали. Неужели для каких-то дополнительных тестов? Но зачем? Неужели они опять подумали, что он лидер глэйдеров? Парень устало вздохнул при этой мысли. Он уже и сам не знал, кто он. Вдруг прозвучал звук затвора, и двери открылись. В комнату вошел никто иной, как Дженсон, и Томас почувствовал как сердце забилось чаще. Он думал, что ему больше не придется сталкиваться с ним, и его холодными серыми глазами.  — Томас — произнес Дженсон таким тоном, словно был приятно удивлен его увидеть.  — Спасибо, что пришел. — добродушно развел он руками. На этот раз он был без своей кожанки. Томас на секунду попытался мысленно отдалиться от этой комнаты, чтобы перестать нервничать. Но как только Крысун остановился перед столом и вцепился в него своим цепким взглядом, Томас понял, что «отдалиться» не получиться. Сердце и не думало успокоиться.  — Извини за неудобства, я надеялся мы… — Дженсон запнулся, зачем-то выдерживая паузу. — Сможем пообщаться наедине... Без посторонних. — приторно добавил он. Томас замотал головой словно болванчик, чувствуя как щеки начинают пылать. Он надеялся, что это было незаметным.  — Что ж… — Дженсон подвинул стул к столу, и сел за него, чуть ли не поедая глазами парня. Его руки мягко опустились на стол, а пальцы сложились в замок. — Я не отниму у тебя много времени. — он как-то странно вздохнул, словно этот едва начавшийся разговор доставлял ему немыслимое удовольствие. Томас опустил глаза, рассматривая свои колени. — …Ты в порядке? — спросил Дженсон. Глэйдер покосился на мужчину, не в силах выдержать его тяжелый взгляд. — Ты покраснел… У тебя жар? — Крысун наклонил голову, будто приказывая посмотреть на него. Томас еле как поднял голову и потерев щеку, положил руки на стол.  — Иногда такое бывает… Я просто волнуюсь. — выдавил из себя он, решив, что волнение в такой ситуации было вполне уместным.  — О, незачем волноваться. Я лишь хочу задать один...вопрос — протянул Дженсон, подняв глаза вверх. Зрачки Томаса нервно забегали, и он лишь надеялся, что выдержит эту удушающую паузу.  — Но прежде… — вдруг заговорил Крысун. — Нам с тобой надо преодолеть неловкость между нами. Ты же её чувствуешь? — он слегка наклонился вперед, прожигая парня взглядом. Томас нелепо приоткрыл рот, пытаясь что-то сказать.  — Как? — наконец спросил он. « Я знаю как, просто прекрати на меня так пялится ». Вдруг рука Дженсона потянулась к нему и коснулась его напряженных пальцев. Томас вздрогнул от такого неожиданного прикосновения.  — Ты должен мне доверять. Понимаешь? — рот Крысуна изогнулся в какой-то двусмысленной улыбке. Вдруг он отнял руку и встал, направляясь к парню. Тот сделал вид, что не замечает его и уткнулся глазами куда-то в стол. Мужчина исчез с поля зрения, и глэйдер вдруг услышал его голос позади себя, прямо над затылком.  — Я знаю, как это исправить, Томас. — его руки опустились парню на плечи и Томас ощутил, как сердце начало вырываться с груди. У него теперь похоже и правда жар. Цепкие пальцы заставляли его почувствовать себя беззащитным. Он ждал, когда Крысун что-то скажет.  — Встань, Томас. — приказал Дженсон таким тоном, от которого противоречить не хотелось. Пальцы мягко сползли по его плечам, и парень встал, слыша за собой звук отодвигающего стула. Что за хрень? Томас обернулся и чуть ли не уткнулся носом в стоящего перед ним Дженсона. Его глаза были всего на расстоянии ладони от его глаз. Столкнувшись с ним взглядами, парень невольно попятился, слегка сдвигая стол за собой. Его глаза горели каким-то жутким вожделением, от чего дыхание глэйдера моментально сбилось.  — Ну-ну-ну, Томас, что такое? — Дженсон насмешливо улыбнулся. Его рука обхватила Томаса за скулу. — Ты такой горячий.  — Это… жар — выдавил из себя парень, чувствуя как живот свело тугим узлом. Он вновь попятился назад, сдвигая стол своей пятой точкой. Рука Крысуна соскользнула.  — Я тебе помогу — ухмыльнулся он, схватив его под ребрами, заставляя этим почти сесть на стол. — Так удобнее? Дженсон прислонился к нему своим теплым телом, не прекращая поедать взглядом. Томас громко вздохнул, ощущая как руки мужчины сдавливает его за талию. Парень, тяжело дыша, посмотрел в пронзительные глаза Крысуна. Тот издевательски улыбнулся краешком рта, слегка наклоняя голову вбок.  — Не подумай привратно, Томас… Но я знаю, ты тоже хочешь этого. — прошептал он, вдавливая его в стол. Глэйдер резко вздохнул, ощутив как Дженсон прислонился к нему пахом. По его телу моментально пробежала вспышка удовольствия, и он слегка ослаб.  — Как я и сказал, я не заберу у тебя много времени. — хрипло повторил мужчина, чье дыхание тоже сбилось. Он властно схватил Томаса за затылок, притягивая к себе, на что тот покорно повел голову вперед.  — Послушный мальчик. — прошептал Дженсон в самый рот парня. Когда их губы соприкоснулись, Томас почувствовал как его словно прошибло током, и по его телу пробежала сильная дрожь. Крысун грубо впивался в его губы, нагло проталкивая язык в его рот. Он целовал его до тех пор пока тому не стало не хватать воздуха, и только тогда он остановился, властно улыбаясь. Вдруг его рука с силой сжала волосы Томаса, и тот сцепил зубы от боли.  — Отдаешься ПОРОКу, как последняя сучка, Томас? — вдруг спросил он, сжимая второй рукой ягодицу парня. Тот замер, всматриваясь в лицо Крысуна. ПОРОК?  — Да, ты правильно понял, малыш. Ава не мертва. Никто из них. Это был всего лишь спектакль, чтобы вы поверили в добрых спасителей. Мы и есть ПОРОК. — он наклонился к его уху. — Я и есть ПОРОК. Томас почувствовал как его внутренности леденеют от страха. Если он говорил правду, значит. Черт! Он попытался оттолкнуть от себя Дженсона, но тот еще сильнее к нему прижался, задирая голову парня выше. Его губы коснулись шеи Томаса, и тот не удержался от стона.  — Я знаю, тебя это еще больше возбуждает... — горячо прошептал Дженсон, переворачивая парня и улаживая его на живот. — То что я член ПОРОКА. Глэйдер попытался вырваться, но все было тщетно. Его тело ослабло от удовольствия. И Крысун был прав. Его это как-то извращенно возбуждало, от чего сердце сжималось от боли. Он ощутил как мужчина принялся тереться об его задницу, в голове зависла тяжелая мысль « ЭТО ПОРОК! » и начало почему-то подташнивать. Томас застонал, понимая, что хочет продолжения, внизу живота адски горело. Перед глазами начало все крутится от истощающего желания, и от плохих мыслей, которые грозились превратиться в слезы при первой возможности. Он знал, что позже его душа будет разрываться на части, но тело, так жаждущее прикосновений, едва его слушалось. Кое-как ему удалось приподняться на руки, в надеждах вырваться из цепких рук Дженсона.  — Не утруждай себя, Томас. — услышал он позади, и ощутил как тяжелая рука опускает его вновь на стол, заставляя руки сгибаться в локтях. Дженсон тоже не мог больше ждать. Небрежно содрав с парня штаны, он принялся поспешно и больно растягивать его мокрыми пальцами. Томас прикусил себя за щеку, пытаясь не закричать от нахлынувших чувств. Пока еще не поздно, пока он не сделал это. Нужно оттолкнуть его, ударить, схватить скетч-карту, и тогда. Мысли Томаса прервались как только он ощутил внутри себя что-то горячее и напористое. Его мышцы болезненно сжались и он сцепил зубы от боли. Он опоздал.  — Томас — окликнул его Дженсон, скользя рукой по напряженному животу парня. — Расслабься. Глэйдеру вдруг невыносимо захотелось схватить мужчину за руку и прокусить её до крови. Но как только рука Крысуна крепко схватила парня за ноющий член, он тут же забыл об этом желании. С его уст вырвался стон наслаждения, и в тот же момент Дженсон вошел в него полностью, громко вздыхая.  — Мне нравится, что ты стонешь — прорычал мужчина, и принялся медленно двигаться в узком проходе парня. Томаса разрывало на две части от ужасной боли и глухого удовольствия, которое приносила ему водящая по его члену рука Дженсона. Томас уткнулся лбом в стол и заставил себя расслабиться. Крысун, воспользовавшись моментом, сразу же стал двигаться быстрее, от чего глэйдер невольно вскрикнул словно раненный зверь.  — Не надо… — болезненно прошептал Томас, понимая что Дженсон понемногу начал терять контроль.  — Тссс, — прошептал он, приподнимая парня за грудь. Его губы горячо коснулись уха глэйдера, от чего по телу пробежала мелка дрожь. — Я хочу услышать твой стон. — слова защекотали слух Томаса, и он закатил глаза от наслаждения. Сказав это, Дженсон тут же сильно втолкнул парня в стол так, что тот со скрипом сдвинулся с места. Из груди Томаса вырвался неприличный стон, больше похожий на женский. Он стыдливо сдвинул плечи и закусил губу, чтобы впредь не издавать такие звуки.  — Да, Тома-ас… — удовлетворенно зашептал Крысун, до сладкой боли сжимая член Томаса. Парень вздохнул и закатил глаза, ощущая одновременно муку и томящее наслаждение, острые клыки совести и отклики предстоящего оргазма, которые слились в смертоносный коктейль. Движения Дженсона стали все смелее и хаотичнее, резкие вздохи вырывались с его разгоряченного горла наружу. Томас изогнулся, чувствуя что ему осталось совсем чуть-чуть до экстаза. Совсем чуть-чуть до конца, когда он все осознает, а удовольствие покинет его, оставляя только невыносимую боль внизу живота. Он принялся двигаться навстречу Дженсону, сильнее насаживаясь на его член, что приносило немыслимое удовольствие и жуткую боль, которая как ни странно возбуждала его и мучала. Крысун громко выругался, чувствуя, что ему осталось несколько толчков. Он, потеряв контроль, с силой принялся вколачиваться в измученного Томаса, скользящего со стола. Вдруг тот самый стол сдвинулся вперед настолько, что Томас невольно повалился на пол, вовремя оперевшись на руки. Он тяжело повалился на бок, от чего в ушах парня на секунду зазвенело. Дженсон опустился вслед за ним, и наконец яростно схватив Томаса за взлохмаченные волосы, кончил, низко застонав. Глэйдер кончил следом за ним, закричав куда-то в пустоту. Наконец они умолкли, и Дженсон, отпустив его, сквозь смех прошептал парню в самое ухо:  — ПОРОК - это хорошо, Томас. А следом — боль, и поглощающая все вокруг, тьма.