Только не он!

Клер проснулась от громких криков, доносившихся из гостиной. Не сразу она поняла, что лежит совсем одна в смятой после бурной ночи постели. Девушка слегка нахмурилась, потирая переносицу. Он лишь не хотел, чтобы их застали вместе ее родственники. Только поэтому он ставил ее. Вовсе не потому, что интерес к ней был исчерпан, после произошедшего вчерашним вечером. Крики становившиеся только громче, отвлекли Клер от ее мрачных мыслей. Она напрягла слух и различила дрожащий от гнева голос Кола. — И как позволь узнать разорвалась эта связь? Мы с Беннет неделю работали над этим! И ничего! А сейчас по неясной причине ты щеголяешь с чистым запястьем! Что ты сделал, Сальваторе? Клер застыла, глядя на свою руку. Вязь из магических символов исчезла. Они больше не были связаны. Деймон мог уйти. — Ты же знаешь, я не колдун, Майклсон, — лениво протянул вампир, — видимо ваша недомагия спала сама. — Этого не может быть! Только если… — девушка замерла, слыша как голос Кола задрожал от ярости, — Ты посмел коснуться ее?! — Если ты намекаешь на то, что я изнасиловал вашу драгоценную племянницу, то претезия не по адресу, — безразличный голос Деймона заставил девушку широко распахнуть глаза, — мне дорога моя жизнь. А связь с малышкой Клер могла бы сократить ее до…нуля. И он лениво рассмеялся. А Клер казалось, что она слышала, как разбивается ее сердце. Он отказался от нее. Еще вчера Деймон Сальваторе признавался ей в любви, но проведенная с ней ночь расставила его приоритеты. Он взял то, что хотел. Удовлетворил свои желания, получая в качестве бонуса разрыв связи. Клер прикусила губу, сдерживая слезы. Она сама виновата в том, что случилось. Это были последствия ее собственного выбора, который Клер сделала, падая в объятья Сальваторе. Он предупреждал ее. Как и Клаус. И Кол. И Бонни. Но вместо того, чтобы внять их словам, она поддалась своим чувствам. А Деймон сделал то единственное, что умел — разбил ее сердце. Очень медленно она поднялась с кровати и, завернувшись в мятую простынь, поплелась в ванную. Ей нужно было смыть с себя все это. Воспоминания о том, как его руки скользили по ее плечам, как его губы мягко касались ее кожи, как он прижимал ее к себе, пока она, растворяясь в экстазе, впервые познавала прелести плотской любви. Она должна забыть об этом. Выкинуть из головы Деймона Сальваторе. На секунду Клер захотелось рассказать все Клаусу, который мгновенно бы решил эту проблему, единственным способом, который он признавал. Но девушка тут же откинула от себя эту мысль. Она не хотела смерти вампира. Теперь, когда больше не было соединяющей их связи, она сможет вернуться в Новый Орлеан, где ничего не будет напоминать о ее несчастной первой любви. Нужно лишь выждать пару дней, чтобы не вызывать подозрений. Клер включила горячую воду, наполняя ванную, и в этот момент услышала тихий стук в дверь. Она не двинулась с места, безразлично глядя на бегущую воду. Ей не хотелось никого видеть. Не сейчас. — Я уезжаю, — девушка прикусила губу, узнавая голос вампира, — хотел попрощаться с тобой. Клер почувствовала, как горячие слезы проделали дорожки на ее щеках. Она сжала пальцы так сильно, что ногти впились в ее ладони, разрывая нежную кожу. Уходи! Просто уходи! — Так будет лучше, малышка Клер, — хрипло выговорил вампир, и девушка застыла, чувствуя, как ее накрывает волна боли, — ты поймешь это. Скоро. А потом она услышала звук его удаляющихся шагов. И весь мир исчез, оставляя девушку наедине с ее чувствами. Она опустилась на пол, не обращая внимания на стекающую воду, заполнившую ванну. Ей хотелось плакать, кричать, хоть как-то выплеснуть свои эмоции, но ее тело словно одеревенело. Из нее будто выкачали весь воздух, всю кровь. Не осталось совсем ничего, кроме пустой оболочки. Клер не знала, сколько просидела так без движения, сверля пустым взглядом белую стену. Очнулась она от холода, сковавшего ее неподвижное тело. Она сбросила с себя промокшую простынь и шагнула в наполненную водой ванную. Дрожь медленно стихала и Клер с удивлением почувствовала, что раздирающая ее боль немного притупилась. Несколько дней. Она переживет их. А потом уедет в Новый Орлеан и больше никогда не вернется в этот маленький городок, где пережила самые счастливые моменты своей жизни. И где ей разбили сердце. Клер уже представляла, как бросится в объятья к своему спокойному отцу, как поцелует улыбающуюся мать. Она знала, что лишь ей можно будет рассказать о том, что случилось. Что она поймет. В том числе и ее желание, сохранить жизнь Деймону Сальваторе, который был бы обречен, стоит ей лишь обмолвиться о произошедшем своему отцу. Но мама сохранит ее тайну. Клер через силу улыбнулась, постепенно успокаиваясь. Никто ничего не должен знать. Она придумает, как объяснить Колу разрыв связи. Будет смеяться вместе с Клаусом над тем, как нелепо исчезло это странное заклятие. Будет танцевать на всех устраиваемых им вечеринках, пить шампанское, улыбаться гостям. Она не прольет больше ни одной слезинке по Деймону Сальваторе, который оказался ровно тем, кем и считала его ее семья. Самоуверенным эгоистичным козлом, ничего не знающим о любви. Разве что о любви плотской. В этом, Клер мрачно усмехнулась, равных ему найти будет сложно. Она поднялась на ноги и потянулась к полотенцу. Клер знала, что Кол и Клаус уже ждут ее за завтраком и нарушать сложившуюся традицию, вызывая тем самым подозрения, она не собиралась. Девушка оглядела свое лицо в зеркале. Глаза немного припухли, но она может объяснить это вчерашним инцидентом с Локвудом. В остальном она выглядела вполне обычно. Клер собрала влажные волосы в высокий пучок, натянула свои любимые джинсовые шорты и яркую майку и, шумно выдохнув, вышла из комнаты. В гостиной ее ждал накрытый для завтрака стол и смеющиеся Кол и Клаус, которые не смотря на столь ранний час, наполняли свои бокалы золотистым бурбоном. — Не рановато ли? — вскинула бровь Клер, и они повернулись в ее сторону, сияя улыбками. — Есть повод, малышка Клер, — мягко проговорил гибрид, сияя ямочками на щеках, — мерзкий Сальваторе наконец-то покинул наш дом. Ты рада? — Угу, — протянула девушка, отворачиваясь к столу. Слышать его имя все еще было чертовски больно. Но она должна быть сильной. Клер взяла румяное яблоко и с хрустом откусила от него кусок. Глаза Клауса на мгновение замерли на ее лице, словно выискивая что-то, но девушка лишь невозмутимо жевала сладкий фрукт. — Ты ведь не успела подружиться с ним, малышка Клер? — насмешливо проговорил он, слегка щурясь, — хотелось бы мне видеть лицо Элайджи, если бы он увидел вас вместе. Не стоит расстраивать отца. — Не успела, — пожала плечами девушка, кусая яблоко, — я поняла, что он плохая компания. — Что-то меня настораживает твое спокойствие, — нахмурился ведьмак, — между вами точно… ничего не было? — О чем ты говоришь, Кол! — расширил глаза гибрид, — Клер и Сальваторе? Ты в своем уме? — Иногда полезно смотреть по сторонам, милый братец, а не только на смазливых блондинок! Он от Клер глаз не мог оторвать. — Потому что наша малышка божественно красива, братец! — рассмеялся Клаус, — но Сальваторе бы не решился на … Уверен, он еще не забыл, как Элайджа свернул ему шею из-за Белоснежки! — Наверно ты прав, Ник, — медленно отозвался ведьмак, — я просто никак не могу понять, почему исчезла связь. Клер молча налила себе кофе. Ей не хотелось участвовать в этой дискуссии, темой которой был ее первый мужчина. Боль была еще слишком свежа. Глаз не мог оторвать! Ну, конечно! Также как ведьмак рассматривал извивающуюся в танце Кетрин Пирс. У которой с вампиром была своя история. Видимо такая же, как и с Клер. Ночь любви безо всяких обязательств. Как раз в стиле Демона Сальваторе. — Я слышала сегодня в Мистик Гриле выступает какая-то группа, — широко улыбаясь, проговорила она, обращаясь к смеющимся мужчинам, — может, сходим? — А ты уже готова к вечеринкам, малышка Клер? — усмехнулся гибрид, — я думал, история с Локвудом надолго отобьёт твое желание веселиться. Клер рассмеялась. Оборотень совершенно вылетел у нее из головы. Ведь со времени его необдуманного поступка произошло так много. — Я лишь хочу немного развлечься, — протянула она, — от мамы с папой слишком долго нет вестей. Боюсь, как бы они не приехали. — Только не это! — закатил глаза Кол, — я не выдержу занудства твоего святого папаши! Когда ты разговаривала с ними? — Позавчера, — быстро ответила Клер, — мама расспрашивала о том, как мы проводим время. — Ты ведь не сказала ей про мое фиаско с проклятьем? — Чтобы через час папа был здесь? — вскинула бровь девушка, — конечно, нет. Но заклятье спало. Неужели это не повод для веселья? — Только я сам выберу тебе платье, малышка Клер, — насмешливо протянул Клаус, делая глоток бурбона, — не то, чтобы убивать было не весело, но… — Я поняла! — прервала его девушка, поднимая руки, — оденусь как монашка! И верная своему слову, к наступлению вечера, Клер, одетая в черные джинсы, кеды и застегнутую под горло белую рубашку, дожидалась их в гостиной, не сводя взгляда с горящего камина. Смеясь, они добрались до бара, и Клаус, усадив ее на высокий стул, отправился за напитками. Девушка прошлась глазами по битком набитому залу и с облегчением обнаружила, что в нем не было никого хоть отдаленно напоминающего синеглазого вампира. Она перевела взгляд на сцену, возле которой суетилась знакомая голубоглазая блондинка. Рядом с ней стоял высокий шатен, не сводивший с девушки влюбленных глаз. Прежде она никогда не видела Стефана Сальваторе, но Клер сразу поняла, что это именно он. Хотя с братом у них не было абсолютно ничего общего. Шатен, протянул руки к улыбающейся Кэролайн Форбс и та с готовностью шагнула в его объятья. Клер услышала, как за ее спиной лопнул бокал, и его осколки со звоном полетели на пол. Обернувшись, она увидела Клауса, не сводящего напряженного взгляда с воркующей парочки. — Чертов Сальваторе! — Ты думаешь, что проблема в нем, — хмыкнула Клер, сводя брови, — а не в этой ветреной блондинке? — Проблема в том, что он существует. Но к счастью, это легко исправить, — и стиснув зубы, гибрид шагнул в сторону сцены. Девушка едва успела удержать его за предплечье. — Уверен, что она этого стоит? Слова Клер заставили гибрида напряженно замереть. — Что ты знаешь о любви, малышка Клер? — горько проговорил он, опускаясь рядом с ней на стул. «Лучше тебе этого не знать». — Иногда нужно бороться за свое счастье, — глухо продолжил Клаус, не замечая, как девушка широко распахнула глаза, напряженно застывая от его слов, — Кэролайн думает, что у нее есть выбор. И уверена, что может сделать его в одиночку. Но когда речь идет о чувствах, выбор одного, всегда влечет за собой боль другого. Так было со мной и Камиллой. И с твоими родителями. Некоторые вопросы можно решить только вместе. И Клер словно обдало ледяной водой. Деймон не имел права решать один, как будет лучше. Вместо того, чтобы глотать слезы, мирясь с его выбором, она должна была бороться за свое счастье. Доказать ему, что у них есть будущее. Но сначала ей нужно было кое в чем окончательно убедиться. — Я отойду на минуту, — сказала девушка Клаусу и, не дожидаясь его ответа, выбежала из Мистик Гриль. Она плохо помнила дорогу, но все же, не сбавляя скорости, неслась по темным улицам на машине своего любимого дяди. Очень скоро Клер увидела очертания темного дома. Притормозив, она вихрем выскочила из машины и спустя мгновение уже стучала в массивную дверь. Прошло несколько показавшихся ей вечностью минут прежде чем она медленно распахнулась, и девушка увидела растрепанного Деймона, глаза которого изумленно расширились, когда он увидел ее на пороге своего дома. — Клер? — Ты меня любишь?