Сказка на ночь

      Жизнь иногда преподносит нам самые необычные сюрпризы, переворачивая все с ног на голову. Планы, надежды, предвкушение возможного успеха — все становится неважным, когда ты встречаешь того, кто рушит твое представление об этом мире. И, если быть честной с самой собой, Раф особо-то и не была против этого. Ведь она всегда хотела намного большего, чем могло предложить ей ангельское общество. Ей хотелось прожить свой век иначе, создавая собственные правила, а не соблюдая те, что были придуманы задолго до нее. Она жаждала экстрима, путешествий, опасности. В общем, всего того, что милому ангелу было недоступно, хоть и так желанно. Возможно, именно поэтому она так рвалась на Землю, чтобы учиться в Золотой школе, обучаясь и сражаясь с демонами. Это хоть как-то могло разбавить унылые серые будни в Энджи-Тауне, где дни, сменяющиеся ночами, ничем друг от друга не отличались. Но могла ли она хоть на секунду подумать о том, что из этого выйдет?       Когда Раф впервые встретила Сульфуса, ей и в голову не могло прийти, что перед ней стоит ее будущий возлюбленный, а по совместительству — муж и отец их совместного ребенка.       Поначалу эта любовь казалась бредом, потом — ошибкой и подстрекательством Рейны. Девушке и верить не хотелось, что она по собственной воле влюбилась в демона. Но поделать было нечего, хотела приключений — получи и распишись. Поэтому для себя она сделала маленькую заметку на будущее: быть аккуратнее, когда загадываешь желания.       Как бы юный ангел не старалась заглушить эти кощунственные чувства, со временем ей (и всем остальным) пришлось принять, что это попросту невозможно. Тогда все вместо вопросов о том, можно ли это исправить, подумали о том, как дать им шанс быть вместе. Ибо что Раф, что Сульфус — оба те еще упертые бараны, что ни под каким предлогом (даже под возможным концом света!) не хотели забывать друг друга. И было гораздо легче вовсе выгнать их из бессмертного общества, чем пожинать плоды той разрухи, что произойдет, если не шибко умный демон, не сдержавшись, прижмет к себе глупого ангела где-нибудь за углом с намерением заняться своими грязными делишками.       Поэтому не только Аркан и Темптель, а все вечные (и смертные, наверное, тоже) вздохнули спокойно, когда эти двое пошли по пути Метаморфоз. И, к большому разочарованию некоторых завистливых личностей, закончили все испытания с успехом, переродившись и став обычными людьми.       Поначалу было, конечно, немного трудно освоиться, но тяжким трудом и необъятной верой в самих себя, Раф и Сульфус зажили той жизнью, о которой всегда мечтали. Обустроились, отучились, нашли работу по душе и поселились в уютном домике. В скором времени даже сыграли ту самую свадьбу, о которой так долго грезили. Все было точь-в-точь как в их снах, разве что не хватало их верных и любящих друзей, без которых было как-то не по себе. Но эта грусть быстро ушла, ведь им пришлось понять, что у каждого своя жизнь, и их друзья уже давно закончили свое обучение, став стопроцентными ангелами (и демонами) и разъехались по домам.       Двое бессмертных, что полюбили друг друга ужасной, разрушительной любовью, прошли все испытания, доказав всем правдивость своих чувств и победив врагов. Но они отказались от славы и вечности, ради мимолетной жизни друг с другом. Если бы по ним писали книгу, то именно это назвали бы хеппи эндом, закончив рассказ на счастливой ноте. Но они были еще слишком далеки от своего финала, ведь совсем скоро их жизнь заиграла новыми красками…       Когда Раф только узнала о своей беременности, она очень сильно удивилась, ибо понимала, что совсем ничего не знает о материнстве. Легкая паника вперемешку с сильнейшим восторгом и счастьем смешалась воедино, выдавая не самые спокойные эмоции. Уже тогда бурлящие гормоны сделали свое дело, доведя девушку до слез. Она боялась многого: трудностей, последствий, родов. Но больше всего ее, безусловно, беспокоила реакция Сульфуса. Хоть в их молодой семье и царила полная идиллия, а они продолжали любить друг друга не менее страстно, некоторые сомнения все же были, ведь они ни разу не говорили о детях.       Все страхи тут же испарились, стоило ей зайти на кухню и, столкнувшись с обеспокоенным и непонимающим взглядом мужа, рассказать новости. Бывший демон, поперхнувшись, с минуту молчал, по всей видимости переваривая информацию. Уйдя в раздумья, парень пришел в себя лишь тогда, когда поднял глаза на вновь ревущую жену, которая, похоже, решила, что он этому не рад. Спохватившись, брюнет тут же поспешил ее утешить, зажав в объятья и шепча о том, как долго он этого ждал.       Девушка до сих пор помнит, как Сульфус, наклонившись к ее животу, радостно завопил: — Рога тысячи дьяволов! Раф, дорогая, я чувствую, как он шевелится!       Сдерживая смех изо всех сил, она лишь улыбнулась в ответ, даже не пытаясь сказать ему о том, что ребенок просто физически не мог двигаться, ибо Сульфус был слишком счастлив, а ей не хотелось портить этот момент.       И тогда ее уже не пугали ни роды, ни бессонные ночи, ведь Раф поняла, что рядом с ней есть человек, на которого можно положиться. Когда спустя девять месяцев прямо посреди ночи у нее начались схватки, Сульфус, чуть не теряя сознания от беспокойств, тут же повез ее в больницу. Пока он шагами мерил коридор, за стенами которого его жена рожала, парень понял, что сражаться с Кубралом и Кесседи было намного проще, ибо тогда все зависело от них, а сейчас он ничем не может ей помочь. Так что когда спустя пять часов к нему вышла акушерка и сказала, что у них родилась здоровая девочка, Сульфус, не помня себя от счастья, даже и не подумал о том, что ждали-то они мальчика и теперь придется заново делать ремонт в детской и покупать розовые вещички. И в обморок, он, кстати, все-таки упал. А еще понял, что спокойная жизнь на этом закончилась. И оказался чертовски прав.

***

      Хоть уже и прошло пять лет с тех самых событий, Раф до сих пор с улыбкой вспоминает, как ей, жутко уставшей после родов, сказали, что ее муженек на радостях свалился. Хоть она и жутко перепугалась, врач объяснила, что такое здесь бывает часто и роженице не о чем беспокоиться, мол, сам оклемается. И это оказалось правдой. Через час он залетел к ней в палату с цветами в руках (и где только нашел их посреди ночи?), перебудив малышку и получив нагоняй, ведь успокоить ее теперь будет непросто.       Отбросив забавные воспоминания прошлого, девушка, устало поглядывая на часы, убрала последние разбросанные игрушки в коробку. На часах было уже позднее время и нужно укладываться спать, только вот одна маленькая неугомонная девочка вовсе так не думала. Так похожая на маму внешне, внутри она была точной копией своего папочки. Она редко кого-либо слушала, делая то, что сама считает нужным и часто при этом проказничая. А когда ее ловили и наказывали, малышка состраивала столь невинное лицо, полное раскаяния, что тут же получала ответную жалость матери и понимающую улыбку отца. Каждый раз, когда Раф пыталась ее проучить, малышка тут же бежала к Сульфусу, который, хоть и покачает головой, но все равно облегчит наказание. Ведь, по его мнению, это лишь мелкие шалости и в этом нет ничего такого, ибо в свое время он шкодил намного серьезнее. Там, где он провел детство, подобное лишь поощрялось и даже выучивалось наизусть в школах.       Раф, выросшая в более строгих нравах и правилах, не соглашалась с мужем в вопросах воспитания и совершенно не понимала, как добиться послушания. Хоть она и имела опыт в общении с детьми (ибо в юности часто помогала знакомым, сидя с их потомством), то в данный момент совсем запуталась. И это было вполне ожидаемо. А чего она еще хотела, родив ребенка хоть и от бывшего, но все-таки демона? Унаследуй Агата характер матери, все, возможно, было бы гораздо проще, но какая уже разница? Раф любит свою дочь, какой бы она ни была. Хоть со стороны и казалось, что девочка росла до ужаса избалованной, это было не так. Порой ей часто все сходило с рук, но границы все же были. Каким бы снисходительным и понимающим не был Сульфус, он понимал, что они не в Серном городе, где все дозволено. И поэтому, когда малышка сильно перегибала палку, от наказания ее не спасал даже папочка. Потому Агата в большинстве случаев старалась вести себя хорошо, дабы не злить отца и не расстраивать мать, которых она очень любит. Но вот сегодня явно был не тот день.       Уже выкупанная и одетая в розовую пижаму с мишками пятилетняя девочка никак не хотела ложиться спать, а потому искала сотню отговорок и пряталась от мамы по всему дому. Сначала она очень убедительно ссылалась на температуру, но когда обман раскрылся, решила спасаться бегством. Раф, все же поймавшая непослушного ребенка, отругала и положила в кровать. Поняв, что просто так она не уснет, девушка потянулась к комоду в поисках книги сказок, которые обычно читала, чтобы уложить дочь. — Нет! Не хочу! — надув губки, проговорила Агата, с недовольством смотря на предмет, лежащий в руках блондинки. — Мамочка, расскажи мне другую сказку, эти я уже сто раз слушала! Давай что-нибудь новое. — В ход пошла тяжелая артиллерия убеждений. — Ну пожа-а-алуйста!       Девушка, удивившись тому, что малышка так просто отказалась от своей любимой книги, с минуту сидела молча. Она, конечно, может и знает другие сказки, но прямо сейчас из головы вылетели абсолютно все. Раф пыталась вспомнить хоть одну историю, которую ей в детстве рассказывали приемные родители, но в основном все это лишь скучные нравоучения и правила, плохо завуалированные в какие-то там рассказы, цель которых обучить ангелочков уму-разуму. С одной стороны Агате было бы неплохо послушать подобные вещи, но Раф понимала, что с «ангельским» характером дочери она не дойдет и до половины истории. И — что намного хуже — укладываться они будут точно до утра. В сложившейся ситуации не оставалось ничего иного, кроме как выдумать что-нибудь свое. — Э… В одном необычном городе жил-был один… — девушка запнулась, подбирая слова и на ходу придумывая дальнейший сюжет. — …ангел. Очень добрый и честный. Он… то есть она… хотела помогать людям и спасать их души от ужасных, злых демонов, которые искушали и заманивали в ловушки бедных смертных. Тогда этот ангел спустился на Землю в надежде одолеть вечных соперников и уберечь людей. — Ого, — удивленно произнесла девочка, довольно заинтересованная таким началом событий. — И что же было с ней дальше, мамочка? — Ангел встретила ужасного и злого демона, который считался ее извечным врагом еще задолго до того, как они познакомились. — Он ее победил и убил, да? — в нетерпении перебила Агата, ожидая скорой развязки и страшных историй. — О не-е-ет, — ухмыльнувшись, протянула блондинка. — Он сделал кое-что похуже. Этот коварный и хитрый демон наглым образом влюбил в себя невинного ангела… Рассказ был прерван тяжелыми шагами и чьим-то кашлем. Обернувшись в сторону двери, они увидели на пороге еще одного слушателя. Справившись с кашлем и скрестив руки на груди, облокотившись при этом на стену, мужчина лукаво улыбнулся. — Неужто он действительно был настолько неотразимым, что бедный ангелок не смогла ему противостоять? — ехидно проговорил Сульфус, явно заинтригованный происходящим. — Просто он был слишком настойчив и не давал ей проходу, — пожала плечами блондинка. — Ах, значит вон оно как, — наигранно удивившись, ответил он. Пройдя вглубь комнаты и поставив стул подле кровати, брюнет сел на него и посмотрел на жену и дочь. — Какая интересная история, не слышал о такой. Не расскажешь, что было дальше, дорогая? — Этот демон признался ей в любви и пообещал жениться. Они вместе сражались за свои чувства против всех, потому что подобное было запрещено. Но когда они смогли доказать свою любовь остальным… — девушка сделала небольшую паузу, как бы невзначай с упреком посмотрев на мужа. — Он предал ангела, разбив ей сердце и поцеловав одну из ее лучших подруг. — Но зачем он так поступил? — опечалено спросила девочка, прижав к груди любимую игрушку и непонимающе посмотрев на родителей. — Демон потом пытался объяснить, что это был его злобный двойник, — вмешался Сульфус, не стерпев. — Но глупый ангел и слушать его не хотела. А ведь я… то есть тот демон… он пытался все объяснить и доказать, как сильно любит ее. Но, видимо, она не слишком доверяла своему возлюбленному, раз не хотела верить ему. — Просто ангел верит не словам, а тому, что видит своими глазами, — категорично заявила Раф, обиженно отвернувшись. — И это правильное решение. — Твоя мама совсем забыла упомянуть, как этот самый оскорбленный ангел строил глазки своему учителю, — парировал мужчина. — Какому такому учителю? — непонимающе произнесла блондинка, на ум которой пришел только престарелый профессор Аркан. Неужто ему она там что-то строила?  — Назовем его Теренсом, — лукаво протянул он. — А еще не забудем про Гейба… — А-а, вспомнила! Мама как-то рассказывала про дядю с таким именем! — оживленно воскликнула девочка, перебивая отца и смутно вспоминая подробности той истории. — Что там мама про него говорила? — недоверчиво спрашивает брюнет, уставившись на женскую половину своего семейства. — Ничего особенного, — подала голос девушка, ответив мужу. — А тебе вообще уже спать пора. — Улыбаясь, проговорила она, обратившись на этот раз к дочери. Та, поняв, что сболтнула какой-то мамин секрет, тут же нырнула обратно под одеяло. — Мы еще это позже обсудим, — пригрозил жене Сульфус, предполагая, что, похоже, и в самом деле не знает эту историю до конца. — Ну, а что было потом? — нетерпеливо воскликнула Агата, когда после минутного молчания так никто и не собирался продолжать. — И почему им все время кто-то мешал? — Было одно правило, — осторожно начала Раф. — Оно запрещало ангелам и демонам влюбляться и касаться друг друга, поэтому их все время пытались разлучить. Но того коварного дьявола это не смутило, и он, шантажируя, заставил ангела его поцеловать. — Как мне кажется, она и сама была не очень-то против. — Он просто не оставил ей выбора, обвиняя ее в том, что она лгала о своих чувствах, — сердито отозвалась девушка, скрестив руки на груди. — И единственным способом убедить его был поцелуй. — Но тем не менее, это ангел первая бросилась к нему в объятья, хотя могла просто подождать, пока он остынет и извинится, — ухмыльнулся Сульфус. — Какой недальновидный ангелок, правда? — Во всяком случае, обратной дороги у них уже не было, — проигнорировав его выпад, продолжила блондинка. — Не знаю, что уж там было на душе у демона, но ангел просто не могла найти себе места, постоянно думая о нем и с болью осознавая, что им никогда не быть вместе. — Могу предположить, ему тоже было тяжело. И он, как истинный джентльмен, просто не мог смотреть, как его любимая страдает и, перевоплотившись в человека, пришел к ней, чтобы утешить. Они поболтали и… Э-э… засиделись,  — на его лице появилось довольное и мечтательное выражение. — До утра. И ангелу даже понравилось, ведь демон был опытным... собеседником, да, дорогая? — Тебе не кажется, что ей еще слишком рано слушать подобные вещи? — покрываясь краской от смущения и вспоминая, как именно они «болтали», проговорила Раф. — И ты, вообще-то, сказку дочери рассказываешь, а не… — Ах, да-да, сказку, — опомнившись, ответил мужчина, все еще ехидно улыбаясь ото всех вспыхнувших в памяти подробностей их ночного времяпровождения. — В общем, они так еще пару раз общались, пока про их секрет не узнал один из его друзей, который, хоть и похвалил его за… хорошую оперативную работу, но все-таки испугался последствий и рассказал своему профессору. — И тогда они решили стать людьми и начать все сначала, — закончила за него Раф, боясь, что муж опять упомянет какую-нибудь интимную подробность их жизни. — И жили они долго и счастливо! На минуту в комнате повисла тишина, прерываемая лишь тихим сопением. — Уснула? — не веря собственным глазам, спрашивает мужчина.       Девушка, сглотнув, кротко кивнула, находясь в не меньшом шоке. Обычно Агату и за час не уложишь даже самой интересной историей, а тут и пятнадцати минут не прошло. Неужто их прошлая жизнь настолько скучная, что уморила пятилетнего ребенка?       Поцеловав в лобик малышку и поправив одеяльце, Раф осторожно выскользнула из комнаты, сталкиваясь в коридоре с мужем. — Что ты там ребенку про Гейба нарассказывала? — Только то, что ангел всем сердцем его недолюбливала, — лишь улыбаясь на его внезапную волну ревности, проговорила блондинка, нежно обнимая мужа. — И отвергала его, будучи верной лишь своему демону. Видя, что он не поверил и собирается возразить, Раф потянулась к его губам, вовлекая в страстный поцелуй и не давая произнести ни слова. — Ну раз так, — сбивчиво произнес брюнет, разорвав поцелуй. — Ты почти что прощена. — Почти? — изогнув бровь, спрашивает девушка, глупо улыбаясь. — И что же я должна сделать ради полного искупления? — Всего лишь поболтать со мной, — игриво шепчет он, наклонившись к ее уху. — До самого утра.       Рассмеявшись, Раф позволила мужу поднять себя на руки, неся по направлению к спальне. Про себя отметив, что именно о таких отношениях всегда мечтала, она поняла, что это, наверное, и есть их счастливый конец.