Too fuckin happy..

POV Бён Бэкхён.

Доброго времени суток, пюпл. Меня зовут Бён Бэкхён, а это будет история моей жизни. Сразу скажу, что тут не будет розовых соплей, мало будет веселья, а может вовсе его не будет. Просто меня достало всё, что происходит в этом мире, это мой крик души. Пожалуй, я начну с того, что мне 17 лет и я не совсем типичный омега, как мои сверстники. У меня не идеальное телосложение, кожа лица не такая как попка младенца, а резкий запах терпкого кофе, частенько отбивает у других омег или альф желание контактировать со мной. Начинать надо с самого начала: все беды начались ещё со школы. С первых же дней начальной школы одноклассники меня не особо принимали в свой коллектив. Вскоре всё начало становиться ещё хуже, вечные издевательства, дурацкие шуточки и приколы. Меня это выбивало из колеи. Я постепенно закрывался в себе. Мне было всего 7 лет, а спрятаться я мог только на даче у отца. К слову, мои родители были разведены, ссылаясь на то, что хоть они и истинные, но характеры слишком разные, а папа слишком бурно реагировал на все его действия или высказывание. Суть не в этом. Дача. Она же и стала моим местом спасения от реального мира. Приезжал я туда раз в месяц, но из-за большого количества домашнего задания я особо и не мог гулять. Однако, летом я мог спокойно послать город и его обитателей к черту и три месяца наслаждаться свободой. Первое лето на даче было поначалу скучным и унылым. Изо дня в день я или с собакой бегал по аллеям своего СНТ или катался в лесу на велосипеде. И вот как-то раз я вновь рассекал на высокой скорости (как мне казалось), на своем велосипеде по каменистым дорожкам. Весь дачный посёлок стоял под углом и съезд вниз был очень крутой, кататься было весело, но до поры до времени. Я отвлекся на пчелу, которая крутилась рядом со мной и не заметив конца дороги, вместе с велосипедом вылетел в лесную чащу, как на зло на поляну с крапивой. Тут же поднялся крик. Всё тело жгло, я пытался встать, то и дело снова падал, получая ожоги от крапивы. И вот я сижу в кустах крапивы, которая выше меня, расчесываю себе каждый уголок тела, изредка всхлипываю, как послышался совсем рядом размах палки, а крапивные кусты стали уменьшаться. Ещё через пару минут тропинка была проложена, а напротив меня стоял высокий юноша, который приятно пах чем-то между молоком и взбитыми сливками, с нотками ванили. Мальчишка широко улыбался и протягивал мне руку, а вторую держал на поясе, изображая из себя героя комикса. Я недолго думая вытер слезы и взял его за руку. Парнишка быстро вывел меня с этой поляны, иногда взмахивая палкой и ломая стебель ужасной крапивы. После того как он вывел меня, пошел обратно, а вскоре принёс мой велосипед и поставил рядом. — С тобой всё хорошо? Не чеши пупырки! — нахмурился малой и расцепил мои руки, которые не могли определиться: где и как чесать. На моего спасителя хорошо падал свет и я стоял достаточно близко к нему, чтобы со своим ужасным зрением я мог рассмотреть его хорошенько. Сразу, что бросалось в глаза это его оттопыренные уши, которые, кстати, подчеркивали его лицо. Волосы были ярко- рыжими и торчали во все стороны, а среди них были листики, после того как они в кустах лазили. Так же на его лице красовались веснушки, усыпанные на щеках и носу. В зелёные глаза можно было смотреть вечно, они вызвали спокойствие и дикое желание оказаться где-нибудь на зелёном лугу, смотреть на проплывающие облака и не думать ни о чём. А ещё, не смотря на то что мы ровесники он был выше меня на полторы головы, что ещё сильнее подбивало мою самооценку. Ведь он высокий и стройный, а я низкий и откровенно говоря — толстый. Засмотревшись на ангельское создание, я опять начал чесаться, но в этот раз я уже наяривал колени. — Ох, ну хватит уже, сейчас дыры будут в теле, — усмехнулся пацан, взял меня за руку и по не особо устойчивому мостику привел меня к реке, а затем начал брызгать меня холодной водой. Меня дурманил его голос, его запах ещё сильнее ударял в нос и заставлял колени подкашиваться. Желание подчиниться ему и полностью довериться, пересилило мою социопатию. Однако, мне всё равно было страшно от своих же чувств. Мне 7 лет, а я ещё не знал о истинности и уж тем более не знал, что такое сцепка и почему я испытываю такие чувства. — Эй, ты чего делаешь? Она же холодная, дурак! — Чего кричать то сразу? Разотри воду по ногам и рукам, зуд уменьшит, — пробубнил тот и встал уставившись на меня. — Спасибо, — я нахмурившись прикусил губу, растер воду и не смотря на то, что я не очень люблю сырость, вода действительно успокоила зуд.- Я Бэкхен. — Меня зовут Чанёль, можешь звать просто Ёль, — улыбнулся он и пошел к нашим велосипедам. Так у меня появился первый в жизни друг. Днями напролет мы бегали по посёлку, ловили и отпускали ящериц, а когда лили сильные дожди сидели у меня и собирали роботов или машины из LEGO. Родители были счастливы, что я снова радуюсь жизни и у меня появился новый друг, поэтому папа стал возить меня к отцу каждые выходные. Конечно, его это не особо радовало, но он понимал, что мне необходимо расслабляться после ужасных будних дней. Каждую пятницу я отсчитывал часы до того как я снова приеду на дачу и увижу его, того самого. Мне было с ним действительно хорошо. Все плохие мысли сразу заполнялись хорошими воспоминаниями о только прошедших выходных, я перестал замечать издевки одноклассников и полностью абстрагировался от них, потому что у меня был он. Летел год за годом, пока однажды папа не привез меня в совершенно другое место. Выйдя из машины, я посмотрел на новый дом с большим участком и непонимающе посмотрел на папу. — Сынок, — омега сел передо мной, и пронзающий запах лаванды ударил в нос, стало чуточку спокойнее.- У твоего отца появился новый парень и они. Они теперь живут вместе у него, здесь. — А как же его дом? — Он его не продает, но туда больше мы ездить не будем. — Но, как же Чанёль? — мои глаза стали наполняться горькими слезами и папа меня обнял. — Я попрошу отца связаться с его родителями, что бы вы могли общаться по телефону и видеться в городе, хорошо? Только не плачь, — папа сильнее прижал меня к себе и гладил по голове. Как же я был глуп и наивен. Каждый раз, спрашивая у отца номер Чанёля, он говорил, что так и не ездил туда и не узнавал. Я стал меньше приезжать к нему и снова погружался в себя. Годы бежали слишком медленно, принося ещё больше боли. Днями напролет я сидел в социальных сетях и по возможности искал Чанёля. Тысячи, тысячи Чанёлей, но ни один не подходил под описание. Никто не знал из моей семьи ни его фамилии, ни его адреса, что сводило все попытки отыскать его к нулю. И я действительно опустил руки. Школа ещё мучительнее тянулась, а одноклассники, видя мою подавленность, вновь задирали меня из-за веса, прыщей и замкнутости. Я с легкостью поддавался всем их словам и после учёбы запирался в ванной, брал папин бритвенный станок и резко, большое количество раз, наносил себе порезы на запястья, на нервах шёл съедать всё, что было в холодильнике, а потом вызывал рвоту. Папа кричал на меня, бил за это, грозился отказаться от такого психически больного сына, но на мне это отражалось ещё хуже. С каждым разом порезы становились глубже, а численность больше, есть я стал ещё реже. Так пролетели мои девять лет мучений и кошмаров. К этому времени я уже прочитал море статей о истинности альф и омег, даже глазком посмотрел о сцепке и беременности. Я знал, с самого детства знал, что Чанёль мой истинный, а теперь я свято верил, что когда-нибудь его найду. Экзамены закончились быстро и я покинул ужасное место под названием школа. Больше никаких издевательств на счет веса, ведь я сильно похудел, да и таких гнилых людей в моей жизни больше не предвещало. Летние каникулы наступили, а значит пришло время, вновь ехать на всё лето к отцу и думать о поступлении в колледж. Собрав всё необходимое, мы с папой сели в машину и отправились на дачу. Всю дорогу я пытался поспать, затыкая уши наушниками, чтобы не слышать, как папа поёт народные песни. Поспать так и не удалось, но открыв глаза я, честно говоря, охренел. Глубокий, нетронутый человеком лес, луга с ромашками, которые пахли как девять лет назад. — Пап, по-моему, мы не туда едем.- с опаской посмотрел на него. — Туда, туда. Отец расстался со своей пафосной омегой и переехал обратно. Я тебе не говорил? Уже полгода как. Что? Полгода? То есть, я в стрессе был восемь лет, ещё экзамены нервы потрепали, а всё это время я мог найти своего истинного? Внутри было извержение вулкана, я был настолько счастлив, что когда мы приехали к калитке дачного посёлка, я открыл папе ворота, а сам со всех ног к участку Чанёля. Не успев перевести дыхание, я начал звать его, но как бы громко я не кричал никто не вышел. Придя домой, я скинул с себя обувь и обиженно сел на кухне и мой взгляд остановился на тарелке с едой, поставленной заботливо отцом. — Отец, а где Чанёль? — Соседи, сказали, что его семья очень давно не приезжала, и никто не знает, приедут ли они, — пожал плечами отец. Я лишь нехотя начал есть какой-то салат, забыв обо всем на свете. Я отчаянно хотел, что бы этим летом семья Ёля приехала. Каждый день я ходил к воротам его дома и кричал, пока не начинало болеть горло, а потом ходил в одиночестве по тем местам, где мы обычно играли и бесились. Прошло два месяца, а Чанёль так и не приехал. Я убивал время просмотром сериалов и отправкой заявлений на поступление. Ещё месяц и я уезжал с дачи полностью убитым. Меня приняли в известный Сеульский колледж, но даже это не поднимало мне настроение. Первый день учебы оставлял желать лучшего. Я всё так же был погружен в свои мысли, но не смотря на это, на мои прыщи и чрезмерную худобу я нашёл себе друзей, которые в течение этого года заставили меня снова почувствовать себя живым. Отбоя от альф не было, меня раздевали взглядом, каждый день, НО я свято верил в то, что люблю только Чанёля и мне никто больше не нужен. Учебный год прошел быстро и почти хорошо. Я очень не хотел уезжать загород от своих друзей, но папа был зол, что я не ездил весь год к отцу и не разговаривал с ним. Кое-как меня затащили на дачу, где я опять погрузился в себя, не желая выходить на прогулки, ведь это опять закончится тем, что я просто рыдал бы не находя там истинного. На ночь я оставлял окно открытым, и иногда в полудреме мне казалось, что я чувствую запах сливок с ванилью, но не придавал этому значения. Мало ли моя подпорченная психика играла со мной. Но однажды запах сливок был настолько сильным, что ноги сами побежали на улицу, а когда я вышел, кто-то убегал от моего участка. Я не стал преследовать этого человека и вернулся домой, лег в кровать и всё. Сон как рукой сняло, а предчувствие говорило, что это он. Уснуть я так и не смог, думая как же я пойду к его дому на утро, будет ли он там, а рад ли будет меня увидеть. Я надеюсь это был мой Чанёль. Хотя нет, это точно был он!