Skin to skin

— Не спеши, малыш… Подари мне целую ночь любви… — Лухан впустил мягкий язык младшего в свой рот. Сехун прижал Ханя к стене и прильнул к его телу своим, создавая лёгкое трение. Дикое желание переполняло обоих. — Обещай мне… — Лулу закинул на Се свои ноги, а тот подхватил его под бедра, прижимая к стене сильнее. Мягкие губы хёна скользили по бледной шее брюнета, иногда засасывая кожу и оставляя красные пятна. Мягкий язычок скользил по алебастровой коже, заставляя видеть перед глазами скачущие туда-сюда искорки. — Я твой единственный, — прошептал Сехун и направился вдоль — по недлинному коридру — к кровати. Сбивчивое дыхание русоволосого парня опаляло ухо Сехуна, возбуждая с каждым вздохом всё больше.       Кровать была настолько мягка, что парни, завалившись на неё, провалились в море сказок и мечт. Каждое касание можно было сравнить с лёгким ветерком, прикосновением пухового пёрышка. Их окружали пушистые облака и бархатные лепестки алых роз. — Вот так…       Телом к телу.       И ночи не хватит, чтобы отдать всю накопившуюся нежность и страсть, любовь к единственному человеку. Каждое движение носило в себе искренность, извещая об обожании и вечной верности. Каждый поцелуй отдавался с клятвой о бесконечности.       Телом к телу.       Сможет ли он быть рядом весь этот долгий и убивающий путь? Сможет ли зайти максимально далеко? Ответ прост — он уже это сделал. Кожа постепенно покрывалась пёстрыми засосами и следами от острых зубов. Сбивчивое дыхание обоих смешалось и действовало на них, как наркотическое вещество.       Телом к телу.