Сломанная игрушка

11 дней спустя       Юнги сидел на просторном крыльце дома, прямо на каменных холодных ступеньках. В руках парень держал желтую кружку, над которой красивыми завитками поднимался пар. Мин уложил Тэхёна спать больше часа назад и очень долго думал, чем себя занять. Обычно в это время он звонил Хосоку, вежливо выслушивая, как прошел его день. После получасового практически монолога альфы, брюнет начал говорить о своем дне, прикладывая все усилия для того, чтобы его рассказ был таким же полным и интересным, как у Чона, однако его повествование всегда занимало не больше десяти минут. Только сегодня Хосок готовился к какому-то важному экзамену, и Юнги не смел его тревожить.       Это был последний день лета. Так что омега решил, как следует насладиться уходящим временем года. Полная луна ярко светила, окрашивая макушки высоких деревьев в нежный серебряный цвет. Звезды, их было больше тысячи, все так ослепительно горели на тёмно-синем небе. Омега без особого труда нашел Большую Медведицу и созвездие Лебедя, и на этом его познания в астрономии закончились. Приятный, тёплый ветер легко шевелил волосы на голове Юнги. Он закрыл глаза, слушая дивную музыку ночи: шум листвы, песни насекомых, звуки автомобилей, редко проезжающих вдалеке по основной трассе. Запах тоже был невероятный: кофе перемешалось с чистым, легким воздухом и едва уловимым ароматом сосны. Это нравилось брюнету.       - Тебе не холодно? – тихо спросил знакомый голос. Юнги улыбнулся, не открывая глаз.       - Нет, у меня есть кофе, – намекнул омега на желтую кружку в его руках. Парень почувствовал, как Чонгук садится рядом, возможно, на ступеньку ниже.       - Кофе? Ночью? – альфа изобразил удивление, хотя прекрасно знал, что у Мина вода и кофе были практически синонимами.       - Я не хочу спать, – да, сейчас Юнги было хорошо, он не хотел возвращаться в одинокую белую комнату.       - Хочешь просидеть тут всю ночь?       Мин наконец открыл глаза и посмотрел на своего собеседника. Чонгук изменился: его волосы теперь имели светло-коричневый цвет. Ночное небо светило, отражаясь в глазах альфы, тем самым придавая им сказочный блеск. Омега поймал себя на мысли, что Чонгук весьма привлекательный, однако тут же отмахнулся от неё, как от назойливой мухи.       - А ты почему тут? – ответил омега вопросом на вопрос. Чон глубоко вздохнул, набрав полные легкие воздуха, и выдохнул, переводя взгляд на засыпанное звездами небо.       - Дивная ночь, – сказал альфа.       - Да, – глупо согласился брюнет.       - Я люблю кататься на автобусе. Это интересно. Встречаются весьма необычные люди и происходят невероятные встречи, – альфа поднялся на ноги. – Давай пройдемся.       К этому предложению Юнги отнесся недоверчиво. По всей видимости, Чонгук уловил это во взгляде брюнета.       – Не бойся, мы просто пройдем по парку, не выходя за территорию участка, – Юнги подумал над этим предложением ещё несколько секунд. Нет, он не боялся Гука. Больше не боялся. Альфа прекрасно дал понять своими действиями во время болезни Мина, что не причинит ему зла. Даже больше, когда доктор выписал витамины, Чон отправился в аптеку, как только получил в руки листок, с названием, и первые два дня внимательно следил, чтобы больной омега не забывал принимать их. Юнги сказал ему, что таблетки нужны для укрепления иммунитета, и, разумеется, никто в доме не знал о настоящей причине недомогания Мина. Простуда, она и в Африке простуда.       Юнги снял обувь, оставляя её на ещё не остывшем от солнечного дня асфальте. Аккуратно омега ступил на выкошенный газон. Трава не была мягкой или пушистой, она неприятно покалывала ступни, но эта боль нравилась Юнги.       - Что ты делаешь? – спросил Чонгук.       - Схожу с ума, – ответил Мин и, улыбнувшись, словно маленький ребенок, с криком «догоняй» побежал вдоль деревьев.       - Серьёзно? – спросил альфа сам себя.       Он размышлял всего секунду, а после его обувь встала рядом с тапками омеги, а носки улетели куда-то в пустоту.       Поначалу было непривычно бегать босиком по достаточно жесткой поверхности, но это не останавливало ни одного, ни другого. Альфа окончательно ударился в детство и принялся гоняться за Мином, пытаясь того словить. Омеге удавалось ловко избегать рук Чонгука, но радость эта продлилась недолго: делая очередной финт, Юнги поскользнулся, и, не успев затормозить, альфа споткнулся о ноги парня, оказываясь на земле недалеко от брюнета. Оба залились звонким смехом. Юнги перевернулся на спину, раскидывая руки и ноги в стороны, словно морская звезда. Гук же присел, пристально наблюдая за омегой, стараясь запечатлеть эту ночь, как можно лучше в своей памяти.       - Оно же бесконечное, правда? – неожиданно спросил омега.       В глазах Юнги отражалась вся вселенная, а бледная кожа в свете луны практически светилась. Гук пожалел, что у него нет с собой красок и холста. Тем не менее, карман его толстовки оттягивал телефон. Одно быстрое нажатие кнопки, и Мин навсегда запечатлен в этом мгновении.       – Это невозможно, – продолжал, не подозревающий о своей фотосессии, брюнет. – У всего должен быть конец.       - Не обязательно, – отозвался Чонгук, пряча телефон обратно. – Время бесконечно, это только мы застряли в одном коротком промежутке, – от этих слов Юнги внезапно почувствовал холод.       - Как думаешь, что будет после того, как это мгновение закончится? – Юнги перевел взгляд на Чонгука. Глаза парней встретились, но ни один не спешил отводить их.       - Думаю то, что было до его начала, - лицо омеги стало грустным, и он снова уставился вверх.       - Такая хорошая ночь. Давай не будем портить её разговорами о смерти.       - Почему? – альфа склонил голову на бок. – Через три минуты, будет ровно двадцать лет со дня смерти моего папы, – Юнги тут же принял сидячее положение.       - Ты родился первого сентября?       - Да.       - И твой день рождения ровно через три минуты.       - Уже через две.       - Что я могу тебе подарить? – этот вопрос брюнет задал скорее себе, чем альфе. Но Гук с явной горечью в голосе произнес.       - Поцелуй меня.       Несколько секунд оба парня молчали. Только ветер шелестел листвой деревьев, пролетая по парку, смешивая запах сосны и мяты. </i>«Как я могу?»</i>       Пронеслось в голове у Юнги прежде чем до него дошло, что удивленное лицо Чонгука всё ближе и ближе. Альфа не шевелился, не веря в происходящее. Но всё-таки, это было реально. Колени омеги находились по обе стороны от Гука, Мин практически сидел на нем. Никто из них даже не заметил, как они очутились в таком положении. Альфа инстинктивно обнял брюнета за талию, чуть наклоняясь вперед. Он уже слышит, как стучит сердце Юнги. Кисти Мина легко дрожали, когда одну из них он завел Гуку за шею, а вторую положил на затылок младшего. Внезапно стало жарче, чем в самый знойный июльский день. И альфа, и омега не верили в то, что сейчас происходило. Когда до губ Гука оставалось пять сантиметров, они оба замерли, а Юнги спросил, практически шёпотом.       - Что я делаю?       - Сходишь с ума, – ответил альфа и накрыл его губы своими, сильнее сжав руку на талии брюнета.       Где-то в доме старые часы пробили полночь, а на просторном крыльце дома стояла одинокая желтая кружка с остывшим кофе.

***

      Три палочки благовония тлели рядом с большой фотографией молодого, улыбающегося парня с коричневыми волосами. Напротив неё на коленях стоял немолодой омега, с горем вглядываясь в лицо шатена. Остальные члены семьи сидели за столом в соседней комнате. Они уже отдали дань памяти покойному и в полном молчании обедали. Только маленький мальчик настукивал на деревянной поверхности стола лишь одному ему знакомую песенку.       - Тэхён, перестань, – сделал замечание сыну Джин.       - Пусть играет, это едва ли потревожит кого-либо, – ответил седоволосый альфа в дорогом чёрном костюме и, улыбнувшись, подмигнул младшему внуку.       - Деда, а правда, что теперь у тебя в кабинете лежит шкура медведя? Можно я посмотрю? – и как только малыш увидел утвердительный кивок, тут же исчез из-за стола.       - Тэ, только ничего не разбей! – крикнул омега, отодвигая стул, и направился вслед за мальчиком, оставляя отца и племянника наедине.       - Ты уверен, что не хочешь поступать на бизнес? – спросил старший альфа, поправляя очки на переносице. Чонгук отложил палочки для еды в сторону и посмотрел на деда.       - Если ты не настоишь, – ответ заставил старика усмехнуться.       - Когда мы тебе хоть что-то запрещали? Хочешь рисовать – рисуй, - мужчина достал из кармана тёмную коробочку, отделанную дорогим велюром. – Это подарок.       - Спасибо, – сказал Чонгук, двумя руками принимая презент. Внутри были швейцарские наручные часы. Гук мог поклясться, что дед выложил за них не одну тысячу евро.       - Ты уже достаточно большой для взрослых подарков. Тем более, что двадцать лет бывает только один раз в жизни, – после этих слов седоволосый альфа встал и, похлопав Чона по плечу, ушел в комнату к мужу, чтобы ещё раз безуспешно позвать его за стол. Где-то через час по дому пронесся звонок домофона и бета-дворецкий объявил имя пришедшего. Как только Сокджин услышал это имя, тут же подскочил на ноги, гневно смотря на отца.       - Это ты его позвал! Зачем? Это же семейный ужин!       - Он тоже член семьи, – спокойно ответил Ким старший.       - Только по бумагам! Ты же прекрасно знаешь, что я не хочу его видеть в доме, в котором родился! – Джин выглядел так, как будто сейчас заплачет.       - Ким Сокджин, сядь и успокойся, – альфа чуть повысил голос, но этого хватило, чтобы омега, проглотив ругательства, сел рядом с Чонгуком.       - Кто пришёл? – спросил зашедший в зал Тэхён. Громкие голоса привлекли мальчика. Но не успели ему ответить, как дверь напротив открылась, и в комнату вошел высокий альфа в строгом костюме. С криками радости Тэхён с разбега прыгнул прямо Намджуну в руки, обнимая того за шею. Когда Джун поставил сына на пол, он повернулся к креслу, на котором сидел седой альфа.       - Здравствуйте, отец, – альфа поклонился.       - Тэхён, Чонгук, оставите нас одних, - попросил Ким старший у внуков.       - Но… - обижено начал Тэ, однако Чонгук ловко подхватил кузена на руки, и они оба скрылись за дверями.       - Что происходит? – спросил Джин, подозрительно косясь на оставшихся мужчин.       - Намджун, присаживайся, – проигнорировав наезд сына, мистер Ким обратился к Джуну.       - Что вы замышляете? – омега требовал ответа.       - Мы с родителями Намджуна решили, что вы оба заработались. Вам нужен, хм, назовем это семейным отпуском.       - ЧТО?! – омега вскочил на ноги. – Я? Что? С ним? Вы все сошли с ума?!       - Сядь! Неблагодарный ребенок! Ты сделаешь так, как я скажу! – альфе уже надоело дерзкое поведение сына.       - Куда? – спросил до этого молчавший Намджун. Джин смерил его презрительным взглядом.       - Вот, учись у своего мужа, ошибка молодости, – Джин закатил глаза и издал какой-то грудной звук, полностью пропитанной раздражением. – В Новую Зеландию, – ответил альфа на вопрос зятя.       - Ты бы ещё на Аляску послал, там как раз курортная температура, пляжный сезон, – омега покраснел от недовольства.       - Ваш самолет через неделю. Тэхён, разумеется, летит с вами. Это же семейный отдых, – отец омеги улыбнулся.