Лишь утратив все до конца, мы обретаем свободу.

И конечно же первым делом Дениэлс пошла не дремать и не есть, а изучать остальные «скелеты в шкафу», оставленные Девидом. Блокировка с главного отсека вот уж как неделю была снята, знак доверия андроида. Но Дениэлс предпочла поверить его словам, как наивно. Она неторопливо открывала папки одну за другой, уставая ужасаться их содержимому. Но вот её брови дрогнули и нахмурились, глаза бешено начали бегать по строчкам. Она наткнулась на видеоматериалы, где Девид проводит операцию, которая ему недавно не удалась. Оказалось что те два года, когда системы Дениэлс были отключены, Девид использовал её репродуктивную систему для вывода одного из видов своих существ- лицехватов. (конечно Дениэлс не видела, но подобные инопланетные яйца он выращивал с помощью тела Элизабет Шоу ещё на планете создателей. Хоть она и вправду погибла, но не от аварии. Девид пытался заменить в ней органы, чтобы она не умерла, но её тело все равно не выдержало таких нагрузок от экспериментов, и андроид успел получить только те несколько экземпляров, что остались на планете инженеров). В подробном описании под видео, он изложил получение особого патогена из тела ксеноморфов, который вводит в тело носителя, в данном случае Дениэлс, оплодотворение, затем ускорение его развития и извлечение. Синтетическая нервная система Дениэлс была нестабильна с самого начала, поэтому в любой непонятной ситуации она рыдала, закатывала истерику или вела себя агрессивно. В остальное время она пребывала в безразличном ко всему состоянию схожим с депрессией. И сейчас слезы на глазах уже высохли, её стошнило пару раз какой-то синтетической жидкостью, но дочитав все до конца она узнала, что на корабле есть отсек, в котором лежат сотни этих инопланетных яиц, выведенных из её тела. Она вскочила с места, чтобы убедиться в достоверности. Значит вот в чем было её предназначение? Стать матерью этих ужасных существ? Значит Девид врал, что любит её, и всего лишь использовал её в своих целях? Хотя может наоборот его нездоровый ум считал, что стать матерью совершенных созданий это честь, а организовать это- высшее проявление любви? Теперь Дениэлс не узнает этого никогда, но она уже точно не сожалеет о своём решении. Войдя в отсек информация подтвердилась: там где раньше стояли грузовики и тракторы, предназначенные для колонизаторской миссии, все было усеяно этими яйцами. Дениэлс бы рада выкинуть их в космос, но так как этот отсек не имел функции отсоединения, выбрасывать по одному яйцу, которых было несколько сотен, через выход- не очень хорошая и приятная идея, как ей казалось. Но её радовало хотя бы то, что они были замороженные, то есть Девид очевидно прервал дальнейшее их развитие до лучших времён, то есть сейчас они не должны выползти. В отсеке было холодно и Дениэлс стала поёживаться. «И зачем ему это все, они ведь такие злые и противные.» — думала девушка расхаживая между замороженными инопланетными зародышами. Хотя они не трогали ни Девида, ни её, они вызвали у неё неприязнь, в особенности то, что она чувствовала в себе, что-то от них.» Неужели я то же самое что и это? »-с омерзением думала девушка. Дениэлс радовало ещё и то, что за все время пребывания после пробуждения, она не встретила ни одну бегающую тварь на корабле. Можно, однако, догадаться куда они делись. Через Дениэлс они были переработаны в то, что находиться здесь. От мысли об этом, у неё к горлу снова подкатил приступ тошноты, и девушка стремительно покинула этот отсек и впредь обходила его стороной. Теперь она осталась одна. Одна на корабле, одна во вселенной. Но одиночество её не страшило. Впервые Дениэлс чувствовала себя собой, наслаждалась своим бытием, она была счастлива, что существует, счастлива, что может управлять своей жизнью. Ведь если бы она захотела, она могла бы повернуть корабль и направиться куда угодно, в любой уголок вселенной, ведь всё, что ей надо, самое ценное, то чего нет у людей, у неё есть- время. Что бы делал человек будь у него в запасе вечность? Хотя Дениэлс не совсем человек, она лучше, совершеннее, перед ней встал такой же вопрос. Ну конечно, она добилась чего хотела, и теперь с нетерпением ждала встречи с создателями. Но страх все равно закрадывался за воротник, пускал мурашки по коже. Вдруг они окажут ей вовсе не добрый приём? Отправят на изучение и будут ставить опыты? Дениэлс старалась об этом не думать. «Я не несу ничего враждебного к ним, так и они не должны проявлять агрессию, причём, теоретически, я не являюсь их созданием. Они не должны меня уничтожить. Я создание создания их созданий!» — девушка рассмеялась, и громкий смех раздался оглушительным эхом на пустынном корабле. Она тут же умолкла, почувствовав себя неуютно. Дениэлс вздохнула и вспомнила о Девиде. И все-таки ей было больно, больно его потерять, больно его любить, больно узнавать его тайны. Этот удивительный андроид изменил её физически, но ещё больше духовно. И если отбросить всё, что она знала раньше о любви, ведь воспоминания девушки с Земли больше ничего не значили, он заново открыл в ней чувства, чистые, не подвластные никаким стереотипам и чужому мнению, зародившееся вовсе не в какой-нибудь книге, кино или любом другом представлении о них, а в глубине души, такие же противоречивые, на грани с ненавистью, что и они оба. Правильнее было не давать их чувствам людских понятий, они слишком разнообразны и свободны.Но если бы у Дениэлс была возможность никогда не встретить Девида, она бы ни за что не воспользовалась ею, потому что эта встреча перевернула её жизнь и открыла глаза. Губы девушки дрогнули в улыбке, полной светлой печали, а по щеке проскользнула слеза, и она сразу же её подтерла, чтобы не расплакаться. Дениэлс отправилась в главный отсек: отслеживать полет. До прибытия оставалась всего неделя. *** Синтетическое сердце стучало так сильно, словно сейчас разорвёт грудную клетку. Дениэлс не боялась, что не сможет посадить корабль или произойдёт какая-нибудь авария. Она даже не боялась, а просто с нетерпением ждала, что и кого ей предстоит увидеть. Ведь её жизнь безвозвратно измениться. Отступать было уже поздно, да глупо поворачивать назад после стольких усилий. Она получила несколько сигналов с этой планеты: что-то приветственное. Дениэлс оставалось лишь надеятся, что они не будут слишком сильно сердиться, что прилетели вовсе не их сородичи. -Через пять минут начнётся вход в атмосферу. -заговорил бортовой компьютер. -Включить защитную оболочку. Начать работу реакторов. -Ошибка. Ядерные реакторы отсутствуют. Ошибка. На лбу девушки выступила испарина. Она поняла, что реакторы находились под тем медицинским отсеком, который она выбросила в космос. Она не сможет приземлиться без них. Ну точнее сможет, но мягкой посадки ей ждать не стоит. Велика вероятность полного крушения. Времени на раздумья не было. — Мама, покажи рельеф посадочной местности. -Вывожу голограмму. Дениэлс быстро начала искать новое место посадки. «Попробую посадить корабль на воду.» — подумала она. Это был единственный шанс. -Место посадки изменено. Корабль вошёл в атмосферу. Защитная оболочка еле выдерживала напряжение. -Слишком высокая температура! Слишком высокая температура! — бортовой компьютер извещал об опасности, но Дениэлс ничего не предпринимала. Некоторые Системы отключились, и ей придётся сажать корабль вручную. Девушка вцепилась в панель управления, нажимая на кнопки: «Только бы успеть, пока пламя не добралось. Температура на корабле была огромная. Защита была повреждена. Все системы вышли из строя. Дениэлс буквально падала с неба, заточенная в кусок железа. Она уставилась в стекло перед ней: все было в огне. Но вдруг она вышла из плотного слоя атмосферы, где происходило возгорание, и увидела планету. На несколько мгновений девушка застыла и смотрела на множество необыкновенных цветов, которые мелькали у неё перед глазами, ещё непонятно было, где вода, а где земля. Системы корабля выключились, Дениэлс снова смогла управлять им. Она тут же начала приземлять корабль на воду. Оставалось всего несколько секунд до того, как корабль врежется в ровную гладь воды внеземного цвета. Дениэлс знала, что корабль начнёт тонуть, и возможно есть такие повреждения, что вода попадёт внутрь, поэтому она с неимоверной скоростью подбежала к люку, и, совершенно не думая, что с ней будет, выпрыгнула из него с достаточно большой высоты. Раздался оглушительный грохот, гул, скрип и множество других звуков, повествующих о крушении. Тело Дениэлс ударилось об воду с такой силой, при которой человек не смог бы выжить. Она на несколько секунд потеряла сознание и контроль над своим телом, не понимала, где верх, а где низ, и неслась в пучину за кораблём. Перед глазами все было цвета пурпурной воды, плавали осколки корабля, пузыри, царил ужасный хаос. Дениэлс пришла в себя и поняла, что надо плыть, куда угодно, но плыть, иначе её унесёт в бездну вслед за «Заветом». После нескольких секунд барахтанья конечностями девушка увидела свет наверху и устремилась к нему. В лёгких почти не осталось воздуха, и она задыхалась. Из последних сил Дениэлс вытолкнула своё тело на поверхность. Она открыла рот, жадно глотая воздух. Немного повисев ещё на поверхности в полном шоке, восстанавливая дыхание, девушка огляделась, и тут же поплыла к берегу. До бесконечности долго разгребая водную гладь, колыхаемую волнами, Дениэлс смотрела на берег, который, как казалось, стоял на месте или даже отдалялся, но она продолжала механически плыть. Наконец, кончики пальцев её ног коснулись заветного дна. Песок был был мелкий и мягкий, словно сахарная пудра, которая через секунду была готова раствориться. Вот уже её ступни погрязли в нем, и девушка смогла встать. Ещё немного и вода стала ей по талию. Она тяжелой походкой упрямо шла к берегу. Волны, ударяющие ей в спину, сбивали с ног, но Дениэлс, захлёбываясь в воде, снова поднималась и продолжала свой путь. Берег был уже совсем близко. Дениэлс свалилась на колени и медленно ползла по песчаному дну, до и дело уходя с головой под воду, накатываемую волнами. Девушка почти не видела куда двигается. Когда она ощутила подъем Дениэлс стала яростно хвататься за песок, вытаскивая своё тело из воды. Вот она уже смогла нормально дышать, и сделав ещё несколько неуклюжих движений, перевернулась на спину. Дышать было все ещё тяжело. По всему телу разливалась ужасная боль от удара. Дениэлс, как частичный андроид, не могла устать, но она чувствовала себя уставшей, насколько она могла понять значение этого слова. До этого полузакрытые глаза распахнулись и узрели невиданную красоту внеземного неба. Нежно-голубые облака застыли на небе перламутрово-розового цвета, а вода приобрела более сиреневый оттенок. Вдали виднелись спутники, контур которых освещался какой-то яркой звездой. Если запрокинуть голову, то можно было увидеть эту огромную сверхновую звезду. Планета выглядела удивительно, и её красота завораживала. Дениэлс не могла оторвать глаз от раскинувшегося перед ней зрелища. Он переизбытка чувств в груди все сжалось, снова стало трудно дышать. На глаза накатились хрустальные слезы, но вскоре разлились океанами по её вискам. Губы и брови дрожали, выражая одновременно восторг, боль, восхищение, страх и множество других эмоций кипящих в ней, но которым она не могла дать объяснение. Дениэлс никогда не видела неба. Жалкие воспоминания земной женщины были ничтожеством по сравнению с тем, что она видела сейчас. Это было невероятно, от этого захватало дух. Особенно если видишь это впервые в жизни. «Все, что со мной случилось, все, что я сделала, вся боль, которую я терпела, и этот ужас, доводящий до дрожи, и потери, оставившее шрамы в моей душе, все это стоило того, чтобы просто увидеть это небо. Я готова умереть за то, что сейчас чувствую. Это стоило всех моих страданий. Я до обливающегося чёрной кровью сердца скучаю по Девиду и жалею, что так жестоко с ним поступила, но может, не сделав этого, я бы и не добралась никогда до этой планеты, не увидела ничего другого, кроме металлических коридоров и далёких звёзд через стекло иллюминатора. Сейчас я свободна. Я словно выбралась из клетки. Возможно создатели будут совсем не рады мне, и через несколько минут я буду мертва, ну и пусть! За эти несколько мгновений настоящей свободы стоит умереть.» — мысли Дениэлс бежали в голове нескончаемым потоком. В этот момент во вселенной не существовало никого, кроме неё. Она чувствовала что является её частью, частью чего-то столь великолепного, необыкновенного, потрясающего до глубины души. Дениэлс готова была раствориться триллионами атомов в ней. И стать ещё ближе. Её тело будто рассыпалось, становлясь неотделимым от белоснежного песка, перекатывающимся сквозь пальцы. Её ноги перестали ёрзать и она приоткрыла рот, но почти на дышала. Дениэлс достигла состояния полной гармонии. И теперь и она, и этот песок, и сиреневый океан, и лазурные облака, и эта планета и далекие звезды- все было одним целым. Время словно остановилось. Дениэлс могла лежать так вечность, всю которую она имела, но вдруг в далеке показался космический корабль. Он появился на горизонте, словно поднялся из воды, а может так и было, и стремительно приближался к берегу. Дениэлс не обратила на него никого внимания, а продолжала неподвижно лежать, устремив свой взгляд в небеса. Даже когда корабль приземлился, а из него вышли пришельцы, Дениэлс не пошевелилась. Создатели подошли к ней, окружили и стали с интересном рассматривать совершенно не реагирующее на их прибытие существо. Они о чем-то посовещались на своём языке и, аккуратно подхватив девушку под руки, понесли на свой корабль. Вскоре к этому месту прибыл ещё один корабль, который был больше первого, и навис над местом крушения «Завета». Прибыло ещё несколько подобных кораблей и все они стали вытаскивать «Завет» из сиреневых глубин. Дениэлс к тому времени была уже далеко от этого места. Она лежала на какой-то космической кушетке, а вокруг неё снова столпились инженеры и о чем-то разглагольствовали. Вдруг она резко поднялась, оглядев всех присутствующих. Они замерли. Дениэлс медленно встала и подошла к одному из пришельцев. Он так же сделал шаг ей навстречу. Она не отрываясь смотрела ему в глаза. Создатель поднял руку и прикоснулся к её щеке, изучая новое для него существо. Дениэлс чувствовала что-то невероятное, словно нашла своих родственников где-то на краю вселенной. Связь была ещё сильнее, чем с тем существом на корабле, которое она запомнила навсегда. Девушка протянула ладонь, и пришелец протянул ей свою в ответ, прикоснувшись к кончикам пальцев, давая понять, что она не чужая здесь.