Мечты о спокойной жизни были совсем иными

      Настроение поднять может все что угодно: для кого-то это может быть спонтанный подарок, для другого — человек, прогулка, книга, а для Йошикаге Киры в этот день стала погода, не смотря на то, что утро было крайне гнусным.       Крепкий сон был прерван грохотом снаружи. Боль, что резко ударила в виски, заставила мужчину сильно зажмурится, медленно хватаясь за голову. Вчерашний день, прошедший крайне суматошно и тяжело, а так же минимальное количество сна давали о себе знать, а от мыслей, что все может сегодня повториться, Кире становилось тошно.       Все таки одна вещь заставила его хоть немного улыбнуться. Медленно откинув одеяло и перевернувшись на другой бок, он поднял глаза на свою новую возлюбленную.        — Доброе утро, дорогая, — Кира всегда старался не показывать признаки плохого настроения при девушках, особенно той, что с ним недавно, поэтому произнес слова как можно ласковей, — ты как всегда прекрасна... — слабая улыбка появилась на губах, он оперся на локоть и медленно, крайне осторожно, подтянул к себе поближе девичью руку, на которой был аккуратный маникюр, сделанный ее хозяйкой позавчера.       Губы легонько коснулись тонких пальцев и блондин положил свою девушку обратно, накрыв запястье легким одеялом, — Извини, стоит поторопиться, — он уже скинул ноги с футона, и запустил пятерню в светлые локоны, которые сильно спутались за время сна, — возможно, этот день будет тоже трудным.       Взгляд бросился на часы, — Шесть утра... — вздохнув, Йошикаге легким движением заправил одеяло за собой, но не до конца, он сюда еще вернется, не уходить же одному на работу?       Утренний душ должен был взбодрить, сегодня это было не так. Накинув полотенце на бедра, Кира взял кружку уже готового кофе, опуская взгляд на сотрясаемую гладь жидкости. Обычно, к этому моменту утра, он уже приятно улыбался, слушал по радио хорошую песню и, попивая бодрящий напиток, смотрел в окно. Опять же, сегодня все иначе: шторы закрыты: накануне пришлось — лучи восходящего солнца мешали спать, да и кофе вышел мерзким и быстро был вылит в раковину.       Глубокий вдох. Убийца прикрыл глаза, прислушиваясь к звуку медленно льющийся воды из крана, попытался вновь взбодриться, протерев лицо ледяной водой. Все тщетно. А ведь нельзя позволить чему-либо вывести из себя, потерять рассудок. Не смотря на то, что убийство, совершенное пару дней назад, принесло Кире море удовольствия, чувствовал он себя сегодня вновь опустошенным, хотя сильно надеялся, что это ненадолго.       Так и есть. На удивление, стоило ему надеть туфли и закрыть дверь за собой, как чувство усталости и тревоги прошли. Спокойствие — вот что наконец почувствовал Йошикаге за эти два дня, и сейчас, он куда лучше ощущал его на улице, нежели дома. Хотелось еще долго так стоять, держа в правой руке портфель, левой придерживая пиджак, и смотреть, просто смотреть на природу города, на приятное солнечное утро.       Кира любил этот город, он до конца был уверен, что именно тут исполнится его мечта — спокойная жизнь, и в эту минуту в голове пролетела мысль, что в этом он уже уверен.       Ноги сами неспеша тронулись по той же дороге, что каждый день приводит его к месту работы. Взгляд медленно гулял по сторонам. Спокойно, тихо, мало людей, даже школьники не так часто попадаются на глаза.       Постепенно тяжесть прошлого дня спадала, в Кире стала появляться надежда, что сегодня все будет куда лучше, и пока все этому благоприятствовало, как казалось.        — Будешь хорошо себя вести — вечером обеспечу прекрасную прогулку, — приятно улыбнувшись, он наклонил голову, заглядывая во внутренний карман пиджака. Грудь грела прекрасная женская рука, такая красота, так сильно притягивающая Киру, стала причиной удара лбом о стоящий впереди столб. Кроме небольшого синяка под локонами, замешательство привело к тому, что он стал замеченный тем, кем очень бы не хотелось.        — Йошикаге!        Голос раздался настолько неожиданно, что прикрывая пиджак, Кира ненароком ударил себя. Он прекрасно знал, кто его зовет и сейчас старался подавить желание проигнорировать все, спокойно продолжая свой путь, словно ничего не было, но вместо этого заставил ноги развернуться, а губы растянуться в приветливой улыбке.       Сбоку, за небольшим забором, стояла престарелая женщина, ничего не подозревающая соседка убийцы. С ней единственной Кира поддерживал хорошие отношения, на случай, чтобы хоть кто-то мог сказать полиции " был чудесным, отзывчивым соседом! Не мог он такое совершить! " и старушка-божий-одуванчик идеально на эту роль подходила. Иногда она просила помощи мужских рук, Кира ей не отказывал, как и сейчас предчувствовал, сделает тоже самое.        Доброе утро, — учтиво. Мужчина уже стоял от забора госпожи Аяно, предвкушение того, что поход на работу может затянуться, заставил немного помяться. Старушка же добродушно всплеснула руками, приветствуя соседа. Выглядела она обеспокоенно, такой Кира видел ее впервые, значит наконец что-то действительно важное, а не помощь с выбором рецепта для приготовления пирога внучке, — Ох, как же хорошо, что ты тут шел! — она явно была уставшей и взволнованной, говорила с трудом, местами делая паузы между слов, — мой котик, мой милый Никки, забрался на такую высокую ветку! — руки бабушки сами поднялись ввысь. Трагично рассказывать она умела более чем отлично, так что Кира уже представлял, как снимает ее пушистое животное с самого высокого баобаба в мире. Но сама затея никак не нравилась ему. Все предвкушение настоящих проблем рассеялось, некая горечь легла на душу, скорее, не касательно дикой трагедии старушки Аяно, а больше потому, что придется потратить время на такой, как казалось Кире, пустяк, — Вы уверены, что он не сможет сам слезть? — серьезность в голосе подавила еще большее желание молча развернуться и уйти, однако описание происшествия продолжилось, теперь уже с большей трагичностью в голосе, — Конечно нет! Бедный, мой бедный котик, он сидит там уже час! — Ладони бабушки крепко прижались к груди, словно удерживают сердце, которое вот-вот оттуда выскочит, — Йошикаге, миленький, спасите моего Никки!       Ломаться, смотря в эти умоляющие глаза, долго не пришлось. Сердце у Киры не сжалось после этой трогательной истории, просто он знал, что его все равно от сюда не отпустят, а лишний раз время тянуть нельзя. И после глубокого вздоха, он наконец кивнул, — хорошо, мисс Аяно, я вам помогу, только прошу, успокойтесь, я более чем уверен, что с вашим котом все в порядке, — В ответ же последовало такое восхищенное оханье, будто он только что согласился подарить соседке новый особняк, а не снять питомца с дерева, — твоя доброта просто бесконечна! — убирая слезы с краев глаз, бабушка готова была кинуться обнимать ее спасителя прямо через забор, благо вовремя этот самый спаситель развернулся к калитке, заходя уже на территорию участка Аяно.        — Пойдемте, пойдемте же скорее! — как могла, старушка поспешила за дом, Кира же привычным шагом шел за ней. Может, конечно он вчера родился, но вот то, что кошки прекрасно перебираются по деревьям без чужой помощи, знал точно. Приходилось прикусывать язык, дабы не выдать этот факт обеспокоенной хозяйки хищного существа.        <<Ох, оказывается, вас тут немало...>>, — про себя подумал Кира, проходя мимо соседской беседки. Он точно насчитал пятеро кошек, различной окраски, породы, сидящих и на ступеньках, и на лавочках, и даже на крыше постройки. Проходящий по участку чужак стал объектом пристального взора пушистых хищников. В ответ они получили столь же неодобрительный взгляд. Именно питомцы старой Аяно не понравились Кире, хотя к кошкам он относился без всякой ненависти. Причина этому была ясна.        — Вот, вот здесь! — взволнованный голос бабушки отвлек от всех мыслей. Они оказались у раскидистой яблони — места происшествия.        Задрав вверх голову и внимательно осмотрев все ветки, Кира не сразу заметил рыжий ком, лежащий почти на самой кроне дерева. Повернутая к ним кошачья морда приятно жмурилась на солнце, всем видом показывая, что на испуганного он точно похож меньше всего на свете. Йошикаге сразу стала ясна причина, почему животное так захотело залезть повыше, все же именно в том месте лучи солнца так приятно его согревали. А вот старушка явно этого не понимала и все время продолжала отчаянно рассказывать, как переживает за свою кошечку.        Пожалев в сотый раз, что согласился на это, Кира перебил отчаянные рассказы Аяно, попросив принести лестницу, ведь даже если высота ветки была сильно преувеличена, сам мужчина достать питомца не сможет. И на удивление хозяйка быстро отреагировала, кивнула и поспешила в дом, пока <<спаситель>> мог снять пиджак, испачкать который прямо перед работой не хотелось, и аккуратно, как только может, за время отсутствия лишних глаз, повесть его так, что бы его девушка осталась незамеченной.        Идея казалась все глупее и глупее. Все это время, пока мужчина, положив руки на талию, пытался разобраться, куда лучше опереть лестницу, два зеленых глаза неотрывно смотрели на него свысока, как в прямом, так и в переносном смысле слова. Уже казалось, что кот просто смеется над ними.        — Вот, ох, как вы и просили! — бабушка появилась из ниоткуда за спиной. Взяв старую деревянную лестницу, они, а точнее уже один Йошикаге, принялся за второй пункт дела, — если отсюда еще упаду... — лестница стояла крайне неустойчиво, на рыхлой почве сильно упиралась в землю. Затея оказалась куда неприятнее, чем предполагалось.        Понадеявшись, что спустится целым и, еще желательно чистым, Кира не спеша принялся укорачивать расстояние между ним и котом, — Кис, кис, кис, — подавляя желание дернуть за хвост наглое толстое животное, которое уже вовсю отлупило им по лицу мужчину, Кира как мог пытался привлечь кошачье внимание, чтобы животное к нему хотя бы мордой повернулось. По-другому схватить питомца было крайне трудно, а двоих ветка не выдержит. Но мало того, что рыжий наглец не повернулся на зов, тот еще как назло перелез на конец ветви, преспокойно сворачиваясь калачиком там, продолжил, как ни в чем не бывало, греться на солнце.        Проклятье... — грубо ругаясь сквозь зубы, Кира сдерживал себя, что бы не отпилить чертову ветку вместе с наглым животным. Конечно, в первую очередь, препятствовала этому бабушка, которая все время кругами ходила возле дерева, охая и ахая, да и в обморок чуть не упала, когда ее кисонька подняла свою пятую точку и перешла на еще более опасный конец ветки.        Стоило только открыть рот, что бы <<вежливо>> послать кота и сообщить хозяйке, что время все же поджимает, по спине убийцы пробежал едва-едва уловимый холодок, а после наоборот, стало приятно тепло. Сзади опустилась большая тень, и что-то легонько коснулось лопаток. Кира сглотнул всю накопившуюся злость, закрыв рот, заставил себя замолчать, а точнее не выговорить все, что так хотелось.        Две большие ладони плавно опустились на плечи убийцы, ему показалось, что вокруг настала полная тишина. На самом же деле, он перестал обращать внимание на весь шум, даже на старушку, что продолжала топтаться внизу. Killer Queen плавно парил за спиной хозяина, выглядывая из-за плеча того. Только вывернув шею назад, Кира заметил, что тот с неким любопытством за всем следит.        Пристально смотря на кота, станд немного вытянулся вперед, теперь грудью касаясь головы мастера, на что тот в свою очередь усмехнулся, — сородича увидел? — говорить приходилось совсем тихо, ведь соседка станд-юзером не была, что значит при неаккуратности вопросов на подобии: <<Ой, с кем вы там разговариваете?>> не избежать. Но благо бабушка была занята более важным делом, так что ни только слов, мыслей своих не слышала.        На ехидность KQ никак не отреагировал, только прижался сильнее к спине. Киру сразу удивило появление станда, так как давно не призывал его. Даже во время последних убийств помощь Killer Queen особенно не требовалась, так что много вопросов возникло, — Ты чего? — не смотря на то, что KQ не умел разговаривать, в силу того, что вместе они уже немало, Кира привык говорить ему что-либо, даже не дожидаясь ответа, а так как было это не только со стандом, то давно стало обыденностью.        Неожиданно руки резко покинули плечи хозяина. Причина тому стало то, что животные и впрямь могут видеть много того, что не способны видеть большинство людей. Мирно лежащий минуту назад кот теперь вскочил на лапы, а рыжая шерсть встала сразу дыбом. Казалось, по всей округе слышно его шипение.        — Killer Queen... Не надо, — Йошикаге старался говорить как можно спокойнее и тверже. Станд послушался его, но не совсем правильно понял — вместо того, что бы испариться в воздухе, он отплыл в сторону. Коту же это показалось резким, так что следующие пару секунд убийца и его станд молча наблюдали, как вопящий комок шерсти с грохотом валится на траву, вновь вскакивает и с пробуксовкой несется в сторону густых кустов, влетев в них так, что до чертиков напугал соседку, — Кисонька моя! — ничего не сказав помощнику на прощанье, старушка понеслась доставать свое чудо из кустов. Кира не стал упускать такой хороший момент, что бы тихо уйти из злосчастного места. Такой чудесный конец его более чем устроил, конечно хотелось еще раз сказать бабушке, что с такой высоты кот без проблем способен слезть сам, но это было бы пустой тратой слов и времени, — Можно сказать, ты очень выручил, — довольная улыбка вернулась к Кире обратно. Перекинув через руку пиджак, он плавно закрыл за собой калитку, уверенно продолжая свой путь.        — Что такое? — остановившись в конце забора, мужчина застал довольно странную картину: Killer Queen никуда не исчезал. Пролетев немного за мастером, он остановился недалеко от выхода, вновь неотрывно смотря вдаль. Кире было сложно разглядеть, куда именно глядит станд, но тот не стал скрывать того, что очень любопытно, — ну ладно, — Кире оставалось только пожать плечами и развернуться обратно, оставляя KQ и соседку.

***

       Несмотря на все надежды, день прошел еще хуже чем вчера: на работе весь день были слышны только крики и указания, постоянно жаловались, куда-то торопили. Лучшей минутой дня для Йошикаге стала минута ухода из офиса. Весь день он был как не в своей тарелке даже там, где присутствует каждодневно. Ощущение пустоты окутало с самого прихода на работу и не покидало на протяжении всего времени.        Домой он возвращался с закатом, ведь по закону подлости очередь в магазине не особо хотела двигаться. Но оказавшись наконец на улице, можно было громко выдохнуть, хотя очень хотелось кричать. Ноги медленно плелись по направлению к дому, просто не было сил быстрее идти, но вскоре желание лечь раньше полуночи превысило усталость, и спустя пол часа Кира закрывал за собой входную дверь.        — Прости меня, — мужская рука вновь нежно обхватила женскую, — сама знаешь, как сегодня было тяжело, подождем пятницы, ладно?        Девушка стала покоиться на краю кровати, пока хозяин дома приводил порядок на кухне. С утра осталась посуда, что надо было домыть, хотя куда больше хотелось лечь спать, даже не переодеваясь.        — Вот и все, — стоило только протянуть руку, чтобы убрать последнюю тарелку, как шум на улице заставил рефлекторно повернуться к окну, — какого... — тихо прошептав, Йошикаге бросился на улицу.        Перед его глазами предстало интересное зрелище. На еще слегка раскачивающимся дереве, свесив ноги и легонько ими болтая, Killer Queen преспокойно сидел на ветке, задрав голову к небу.        — Не объяснишь, что происходит? — на слова мастера KQ сразу опустил вниз голову, а после спрыгнул. В отличии от любителя полазать по деревьям, которого они встретили утром, Киру станд сразу послушал и уже через секунду был рядом. Вот только довольно странно начал приветствовать хозяина.        — Ты чего это? —Кира еле устоял на ногах, когда в его грудь резко врезались, обхватывая руками вокруг талии, прижались так, как будто бы Killer Queen — девушка, что после долгих лет ожиданий наконец встретила своего солдата, именно такое сравнение сразу пришли Йошикаге на ум, — с чего такие нежности? — попытка оттолкнуть станд от себя не венчалась успехом. Сильные руки сжали Киру так сильно, что стало трудно дышать, — ты меня задушишь, — хрипло выдав, мастер попытался развернуться спиной в объятьях и вернуться в дом. Это KQ позволил сделать, только не расслабив хватку.        Так они дошли до дверей и вошли внутрь. Killer Queen даже не дернулся. Уже казалось, что ему, по какой-то неведанной причине, стало страшно, что Кира бросит его. От этого у последнего появилось лишь больше вопросов и подозрений, — слушай, я и вправду не знаю, что тебе пришло в голову, но это немного странно, хотя не мешает.        Станд так и не услышал своего хозяина, на что тому оставалось только устало вздохнуть и продолжить вечерние дела, будучи в крепких объятиях.        А ведь он и не подозревал, что это только начало.