Понять сестру: Хаширама и Тобирама

Наруто стояла напротив своего учителя, внимательно всматриваясь в его глаза. С того момента, как он похитил её из её семьи, прошло три долгих, мучительных года, наполненных болью, страданиями и постоянными тренировками. И, как бы сильно девочка не ненавидела своего вынужденного учителя, она должна была признать, что от его обучения достаточно много пользы. Печать Бьякуго на её лбу в форме ромба голубого цвета тому прямое доказательство. Изначально он просто экспериментировал с этой печатью, пытаясь подобрать подходящего носителя для подобной печати. К сожалению или к счастью, но лишь у Наруто хватает достаточно чакры и выносливости, чтобы хотя бы активировать саму печать. Мужчина был очень доволен. А ещё у неё оказался мокутон - стихия, единственным обладателем которой до сегодняшнего момента считался её старший брат, Хаширама. Но в один из дней, когда беловолосый в очередной раз испытывал приготовленный им наркотик, его неожиданно откинуло от девочки, которая смотрела на него сумасшедшими глазами, а из-под земли вокруг неё буквально на глазах росли деревянные шипы. Рошоре подумал, что из Сенджу получиться идеальное оружие. Сильное, смертоносное, и, что самое важное, верное ему, но все его попытки "приручить" светловолосую раз за разом проваливались. Наруто не просто не доверяла ему - она чисто на интуитивном уровне чувствовала, когда он пытается врать или увиливать от ответа. Что ж, этого вполне можно было ожидать. Учёный и сам знал, что всё будет далеко не так просто, как ему хотелось бы. - Ну-с, покажи мне хотя бы одну технику, - произнёс Анаме, немного кровожадно улыбаясь. Наруто видевшая подобны оскал едва ли не ежедневно, обречённо вздохнула. Нужно размяться и просто немного попрактиковаться. Её древесные техники далеки от идеала, а для исполнения её желания ей понадобиться весь возможный арсенал техник и Бьякуго с мокутоном в том числе. Руки почти привычным движением складывают печати одной из самых любимых техник Наруто, при использовании которой противник лишается возможности двигаться, так как его тело оплетали острые лозы с ядовитыми шипами, которые по команде впивались в кожу противника. "Благодаря" Анаме, который не пожалел захваченных пленных, дабы дать девочке развить свой улучшенный геном, она и создала эту технику. Благо, что хоть на детях он не давал ей практиковаться - уже и это её несказанно радовало. - Мокутон: Техника ядовитых лоз, - в ту же секунду из-под земли вырвались зелёные лозы и в мгновение ока они оплели тело Рошоре, лишая того возможности двигаться. Две лозы выпустили шипы, на кончиках которых виднелись фиолетовые капли яда. Анаме довольно рассмеялся, даже не предпринимая попыток вырваться - пусть опыта у Наруто было не очень много, но контроль чакры, как и у всех Сенджу, был отменным. Да и количество чакры девочки поражало уже сейчас. Хаширама устало упал на мягкую траву рядом с Мадарой, который, спустя два часа с начала их совместной тренировки первым не выдержал и сейчас с усталой, но довольной улыбкой лежал на спине, смотря в голубое безоблачное небо. Такое же голубое, как и глаза Наруто... Хаши едва заметно прикусил губу, стоило мысленно вспомнить о младшей сестре. Три года поисков ничего не дали, но ни Буцума, ни Таджима, ни тем более их наследники не собирались просто так сдаваться. Да и что-то ему подсказывало, что его имото жива. Может, и не совсем здорова, но определённо жива. И это вселяло определённые надежды. - Опять думаешь о ней? - не отрывая взгляда от неба, спросил Мадара. Ему не нужно видеть лицо друга, чтобы понять ход его мыслей. В этом весь Сенджу - он выкладывался на все сто процентов, пытаясь стать сильнее, чтобы спасти свою сестру. Такая преданность, такая искренность вызывали уважение и желание подсобить, помочь чем-нибудь. - Да. Я слишком привык сравнивать небо и её глаза, а по-другому совсем не получается. Знаешь, если бы вы встретились, ты бы ей понравился, - неожиданно заявил Хаширама с лёгкой улыбкой на губах. Он был уверен, что Мадара действительно понравился бы Наруто. Ну, или его волосы. Мадара на это лишь многозначительно хмыкнул.