Полукровка

Прошли недели. Лис, то и дело пропадал на несколько дней, а потом возвращался к своей новой подруге, что так ему верила, что так о нём заботилась. К счастью Томоэ, Нанами не кормила его тем же, чем люди кормят своих питомцев, а нормальной едой. Сама девушка ела очень мало и редко. Всё же она ёкай, хоть и не подозревающая, что полукровка, и еда ей не нужна, однако вкусненького иногда хочется. И кто же устоит перед ароматом жаренной в кляре рыбки, рецепт которой узнала от, того самого путешественника, что поведал ей легенду о сыне луны. Так же не устоишь перед манящим запахом разных сладостей, только не приторных на вкус. Если слишком сладко, то это не вкусно или, как выразилась Нанами: «Оружие по уничтожению всех вкусовых рецепторов!». От этой фразы Томоэ, именуемый как Хикеру, убежал и тихо ржал в кустах, чтобы его не услышала недоуменная девушка. А ведь наша юная ёкай заботилась не только о нём, а и о людях. Это и раздражало и восхищало серебристого. Нанами стала известной целительницей. Люди приходили к ней, а она лечила их травами, разными отварами и в крайних случаях своей кровью, но так, чтобы никто не видел. Она могла или в напиток на капать несколько капель, или на повязку, которую прикладывала пострадавшему на рану. Ей все были благодарны, но люди не знали, что она ёкай-нэко. И хорошо, что не знали! Так спокойнее. Жили они можно сказать весело. Лис редко поддавался девичьим ласкам в виде почёсывания за ухом и приятных касаний ладоней на его шёрстке. Кицунэ по ночам принимал свои истинный облик и нависая над девушкой разглядывал каждый миллиметр её лица, а «спящая красавица» спокойно продолжала видеть сны. Он всё думал: «Что, если я позволю себе немного больше?» После этого лис отдёргивал себя от этой мысли и мог уйти. Но если-бы Нанами, только знала, куда уходил её милый друг. Если-бы она, только знала, что он делал в эти дни отсутствия… Сегодня Томоэ снова ушёл от девушки. У него сегодня есть маленький пунктик в его графике, который помогает отвлечься от мыслей, неподобающих великому и кровожадному ёкаю:«Развлечения с Акура-Оу.» Как обычно. Люди тщетно пытаются сбежать, безрезультатно молят о пощаде, в пустую стараются достучатся к жалости лиса. А, что он? А он ничего! Ему вообще на всё плевать. В последнее время ёкай не может сбросить дурацкое наваждение. Волей случая, Акура-Оу спутал названия города и деревни и Лису достался на растерзание целый городок… — Уже нет… (А: Перебил. Мой. Рассказ. — Не перебивай драный лис! — вспылила я. — Не лезь под горячую руку автор. Сама поставила меня в, такое положение. Вот теперь и не трать свой словарный запас… Хех. Если он есть. — Ну нахал! Я тебе ещё устрою! — Посмотрю, как ты это мне устроишь…горя в моём огне. — в когтистой руке заиграло синие пламя. А в фиалковых глазах полыхали недобрые огни. — Ладно тебе, только в повествование от моего лица не лезь ок? — Вот, так-то лучше. Давай пиши, что видишь. События ждать не будут… — Так говоришь будь-то я-твоя служанка и летописец. — Так оно и есть. А теперь живо за работу и если мне не понравится сгоришь к чертям!!! — вскрикнул он. — А потом я тебя воскрешу и заставлю всё переписывать. — Всё-всё! Пишу! — Умничка. И побольше уважения. — Слушаюсь. — ответила я понурым голосом. Продолжим. И так на чём я остановилась? Ах да. …городок. И теперь… Т-т-ты, что натворил?! И, как мне это описывать?! Я же ужастики не смотрю. — Ты что-то сказала? — Н-нет. — Тогда займись делом. — Угу… — Не слышу. — Хорошо. — Вперёд.) …Развевающиеся на ветру серебряные волосы лиса были пропитаны липкой жижей, смесью крови и плоти убитых. Наконец-то ему удалось победить усталость и отвратительное чувство, которое с каждым шагом пожирало его все сильнее и сильнее, не давая вздохнуть даже без отвратительного наваждения. С меча гроздьями стекали ярко-алые капли крови, оставляя после екая дорожку бурого цвета, впитываясь в прожжённую землю. На деревьях, покрытых сажей и копотью, почти сгоревших от жара лисьего пламени, до сих пор тлело это неистовое чёрно-синее пламя. Звериный, почти обезумевший оскал выдавал лиса-ему это очень даже нравилось, настолько, что в голове играла приятная мелодия. Наверное, он сходил с ума медленно, но верно, пробираясь через дебри разума прямиком в окровавленный рай безумства и наслаждения. — Ё! Брат! — послышалось за спиной лиса. Серебристые уши резко дернулись в сторону звука, а хвост маятником начал метаться из стороны в сторону, в полной мере выказывая настрой демона. — И это ты мне говоришь, что я порчу твои вещи! Смотри-ка, сам же уничтожил свое кимоно. Я теперь и не представляю какого оно было цвета до того, как ты тут… — парень огляделся, — развлекся, немножко так… Томоэ почувствовал, как когтистая рука его друга упала на плечо и тут же отпрянула, когда неприятная, липкая жижа оказалась на пальцах демона. Акура-Оу или, как его называли в Изумо, «Кровавый король» делил пьедестал почета и славы «самого ужасного и могущественного екая всех времён» с Томоэ. (А: Как я уже говорила в предыдущих главах.) Вместе они могли бы истребить несколько городов, а может и больше за день, если-бы не пришлось шагать до них пешком. Лис часто говорил своему другу, что его вещи, которые Акура-Оу брал буквально через день, умирают на нем за несколько секунд, поэтому картина, как блондин собственноручно уничтожил свое драгоценное кимоно, сильно развеселила красно-волосого. -Мне можно. Это же мои вещи.-Спокойный тон Томоэ всегда наводил на его друга тоску, как если бы тот читал ему скучную лекцию на протяжении нескольких часов, что делал часто.-Но я тут совершенно не развлекся. Они слишком быстро умерли. Томоэ разочарованно вздохнул, убирая меч в ножны. От скольжения поверхности меча по ножнам, запекшиеся капли крови резко взорвались, довольно эффектно сопровождая уборку меча красным «мини-фейерверком». — Ясно… — Смотрю ты уже справился. Почему не пришёл? — как всегда холодно спросил лис, не поворачиваясь к другу лицом. — Тут, такое дело…я спутал названия деревни и города. Но вижу не зря! — Кровавый Король был, как всегда весел. — Ты прав. Ладно, что дальше по списку? — Ого! Давно я не видел тебя в таком настроении. Кажется, что-то случилось? Тебя за уши не вытащишь поиграть, а тут: целый город уничтожил и тебе ещё мало… — Я всегда делаю, что хочу. Но мне в последнее время стало, как-то скучно. — Тогда…как насчёт того, чтобы навестить одно интересное местечко, подобное Кварталу красных фонарей? — Зачем? А хотя…идём. — лис направился к выходу из, некогда великого города в, котором проживали чуть больше десяти Омедзи. Томоэ быстро расправился с «великими воинами» — Я тебя не узнаю…но мне нравится! — тихо проговорил парень и пошагал вслед за братом, чтобы показать ему дорогу к тому самому «местечку». *** Сегодня Нанами было совсем не по-себе. Странное чувство, то ли тревоги, то ли угнетения. Вскоре, северный ветер донёс запах запёкшейся крови и гари. Девушка поняла: «Или сегодня будет много работы или…не будет вообще.» — от этих мыслей потекла слеза. Нэко не любила убийства, а если быть точнее, то люто ненавидела! Она не раз слышала ужасающие рассказы о Кровавом Короле или Серебряном Лисе, о их «развлечениях». Девушка всегда презирала тех, кто мог вот, так просто отобрать чью-то жизнь. Поэтому она и исцеляла, хоть людей, хоть духов, хоть ёкаев. Даже, если-бы она увидела раненного Томоэ или Акура-Оу, то обязательно спасла. Не может она оставить раненого на произвол судьбы. Она всегда говорила так: «А что если я и есть-произвол судьбы, только хорошей судьбы…». Странно, что не говори. Но, так и есть. Ёкай с чистой душой…бред. Существующий бред в виде прекрасной юной нэко, что, сама того не зная, живет с самым ужасным демоном всех времён… — Снова Хикеру, куда-то ушёл… — потянула она тяжело вздыхая. — Хоть-бы с ним ничего не случилось… Прошло несколько недель, а девушку одолевало ощущение опасности за жизнь её нового друга. И вот, когда она в очередной раз пошла искать его и дошла до реки, то… — О Боги… — ошарашено прошептала она при виде серебристого ёкая с лисьими ушами и хвостом, который был весь в своей крови и лежал, уставившись в небо пустым взглядом. Спустя секунду, Нанами увидела рану, огромную рану. — Ты жив?! — спросила она подбежав к нему и опустилась на колени около его головы. Он обратил внимание. Медленно перевёл взгляд на девушку, узнал в тумане разума знакомый голос и очертания лица. Лис хрипло вздохнул. — Значит, живой. — она с помощью магии перенесла себя и демона в свою обитель. Всё-таки тренировки с магией не прошли даром и девушка смогла «телепортировать» ёкая прямо на свой футон. Сама же быстро стала доставать всё необходимое для лечения раны. Времени на скрытие своего дара не было и она быстро, но аккуратно спустила с плеч парня пропитанное кровью кимоно. Она не замечала, что лис не спал и не терял сознание, что он всё видел, что он узнает её тайну. А Томоэ наблюдал и старался уловить и её встревоженный, но серьёзный взгляд Нанами, и движения её умелых рук, что сейчас промывали рану. Теперь нэко взяла кинжал и перерезав вену на ниже кисти, прислонила запястье к большой ране ёкая. Кровотечение из плеча остановилось и девушка сделала парню перевязку. Теперь надо и себе руку забинтовать, что она и сделала после того, как немного отлила в чашу, для отваров. Нанами сделала лекарственный напиток и добавила в него несколько капель своей крови. Заставила лиса выпить это снадобье. Так, как он был в не лучшем состоянии, то она аккуратно влила напиток ему в рот, после чего тот глотнул. Жгучая боль утихала и Томоэ уснул, а целительница, которая устала и потеряла, а точнее отдала немало крови, приведя кимоно демона в прежний вид, магией, уснула рядом. Голова на руках, руки на футоне около плеча ёкая, а вся остальная часто тела граничила между матрасом и полом. Да…весёлая выдалась ночка. А ведь, когда всё закончилось…чувство тревоги за её друга куда-то прошло… Но девушка спишет всё на усталость следующим утром…если сможет что-то сообразить, проснувшись в… Ай не буду рассказывать раньше времени. Всё в следующей главе, а пока перенесёмся на несколько часов назад. *** Лис шёл по лесу намереваясь вернуться к девушке, что называет его Хикеру, но внезапно появившийся Текехая со своим божественным мечом обломал идиллию. Завязался бой, но Томоэ проиграл, неудачно сломав свою катану и получив удар, рассёкший плечо. Лис смог сбежать. Он знал, куда можно прийти, чтобы исцелить рану, но силы покидали и теперь, морально и физически разбитый лис лежал на берегу реки. Раненое плечо больно сдавливало от сильной потери крови. А крови он потерял немало: Томоэ чувствовал, как его кимоно вместе с хаори промокли насквозь в месте, куда Текехая нанёс свой удар.Запах собственной крови смешанный с влажной землей душил раненого екая. Надо же было потерпеть поражение, причем по собственной глупости: нельзя было, так недооценивать противника, тем более самого Бога Войны с божественным мечом. Теперь лежи, истекая кровью и ожидай своей судьбы. Как оказывается можно легко лишиться жизни, подобно человеку за свою неосторожность или излишнюю самоуверенность, даже столь сильному екаю как он. Неподалеку стали доноситься звуки шагов, точно не зверь: они не ходят на двух ногах, лис почувствовал знакомую энергетику, вне всякого сомнения «Нанами…» — Вот она подбегает к нему и о чём-то спрашивает. Лис переводит взгляд. Её глаза наполнены тревогой. В момент всё меняется и вот он уже не на сырой земле, а на мягком и тёплом футоне. Её действия…всё как в тумане, но одно он видит точно: она разрезает вену и прикладывает своё раненое ей же запястье к его рассечённому плечу. Её прикосновения, её биения сердца. Всё это дарит приятное тепло и покой. И вот он уснул, а проснувшись той же ночью увидел, что она спит рядом. Приобнимает девушку. «Я всегда, так реагирую на тебя, на твои объятья. Что же я испытаю, позволив себе большего?» — в уме спросил у самого себя Томоэ и с жадным упоением вдохнул запах нэко. Лис уткнулся носом в её шею и со странной умиротворённой улыбкой погрузился в сон. (А: Ой что будет на утро…)