Отпуск или уживаются ли часовщики с вампирами

      Аловолосая вела гостей по коридору, несколько узковатому и простоватому для таких-то хором. Никаких тебе мраморных статуй, лепнин в стиле барокко, позолоченных подсвечников, хрустальных люстр. Просто деревянный пол (у семьи Сакамаки были какие-то иностранные корни, и они предпочитали более европейский интерьер), белый потолок, стены, правда они были прикрыты бархатными алыми портьерами. На вопрос Ляхтича: «Почему это наму уделили самое нищебродское место в доме» (за который он, естественно, получил тычки в спину попеременно от всех членов ОД) Каору сказала, что это крыло просто давно не используется, и перед тем, как пускать гостей ремонт сделали только в самих комнатах.       В номера, находящиеся в конце коридора, вели деревянные двери с табличками, где были выгравированы имена гостей. Те весьма удивились тому, как заморочились хозяева. Хотя если у них есть ещё какие-то силы, кроме крушения стен, то для них это было бы не супер сложно.       Каору раздала всем ключи от номеров, гости стали расходиться по комнатам. Фэш обводил взглядом таблички, ища своё имя. То, почему-то, всё не попадалось на глаза. Вот они остались в коридоре одни: он и та аловласка. От этого было как-то неловко, хотя причина была непонятна. Девушка замялась и опять покрылась краской, так что её лицо стало сливаться с волосами. Фэш про себя подметил, что у неё это выходит мило и улыбнулся обнажилась свои чудесные ямочки на щеках. (Мы-то знаем, что мило краснеющие девушки ему особенно симпатизируют :)))) Это ещё больше вогнало Каору в краску, если, конечно, ещё сильнее вообще можно было покраснеть. Вдруг девушка, собрав всю свою решимость в кулак, резко подошла к парню. Тот даже не успел понять, что вообще произошло, как аловолосая обвила руками его шею и поцеловала. Целовалась она, кстати, ничего. Её губы имели какой-то вишнёвый привкус, наверное помада. Сначала Фэш вообще обо всём позабыл и уже собирался ответить на это безмолвное проявление чувств, но голову вдруг прошибло, словно током: «А как-же Василиса?». Брюнет оттолкнул девушку в сторону, та бы даже упала если бы сзади не было стенки, да и за портьерой не было пустоты, а то свалилась бы вместе с корнизом.       Стало жутко стыдно. Василисы нет рядом всего несколько часов, а он уже целуется с другой! Он сам от себя подобного не ожидал. Он встречался с Огневой, любил её больше жизни, даже кольцо втихаря мастерил, чтобы ей предложение сделать. А как всё обернулось? Как он мог? Полезла первая, конечно, девчонка, но он, он же хотел ответить, он не сразу её оттолкнул. Голубоглазый почти физически почувствовал, как на его плечи ложится тяжёлый груз предательства, и как совесть оскалилась, явив острые зубы, готовясь к вкусному обеду.       Аловолосую, конечно, совесть не мучила. Она была обсолютно свободна, а о том, что у парня есть девушка и понятия не имела. Она чувствовала немую злость, разлившуюся по телу. Не на парня, что её оттолкнул и отвергнул, но на себя. О чём она вообще думала? Она знает его минут двадцать от силы. Кому приятно целоваться с абсолютно незнакомым человеком? Она должна была предвидеть такую его реакцию, тут и обижаться не на что. Если бы она действовала постепенно, то у неё был бы маленький шанс на то, что голубоглазый ангел ответит ей взаимностью, но сейчас все её мечты об этом разбились в дребезги. Об собственную дурость!       Вдруг из-за угла послышался чей-то ехидный голос: --- Эх, Драгоций, Драгоций. Как тебе не стыдно. А как же твоя ненаглядная Василиса? Но я её обязательно обрадую. Думаю, она будет вне себя от счастья.       В принципе ничего особенного и не было сказано. Несколько минут назад он сам себе говорил почти те же слова. Но угроза рассказать, да и желание вы сместить злобу на себя на ком-нибудь имели эффект. Фэш сжал кулаки и уже готовился напроситься на своего извечного врага и соперника, у него в голове пронеслась мысль: «Зачем эту тварь вообще расчасовали?!» ---У него есть девушка…?