Хорошо быть самим собой

Я открыла глаза, операционная просматривалась смутно. Глухие голоса, не разобрать. - Ну и как ты себя чувствуешь? – спросил смуглый доктор и кажется, улыбался даже, рядом с ним стоял другой побледнее, он не выражал никаких эмоций. - Немного странно. - Ты привыкнешь. У тебя будет другая жизнь. Ты будешь более уверенной. - Если только так. Но со временем все шло не как-то так, я давно уже жила в Праге и была под присмотром доктора Кипры. У меня было ощущение, что меня преследуют и мне казалось, что я слышала голоса. Что бы отсеять эти страхи я завела кошку, Звездочку. Я и до этого славилась своей любовью к ним. Занималась только ею, что бы не обращать внимания на побочные действия недавно перенесенной операции. Паранойя не проходила, я боялась всего. Особенно полицейских после Инцендента, они с аугами делали все, что им заблагорассудиться. Недавно прогремел взрыв на станции Ружичка. Погибло много людей. Соотвественно вину перевалили на КПА. Я испугалась, нас начнут прессовать более жестко и никто не заступиться за нас. Неужели в этом мире нет справедливости. Ведь не виноват ветеран войны, что у него оторвало руку во время войны, но он хочет быть полноценным человеком, от этого он человеком быть не перестает. Мало что в жизни бывает, люди сошли с ума. После событий на станции у нас появился довольно странный сосед, он меня заинтересовал не меньше, чем то, кто устроил взрыв на станции. Это был высокий мужчина в черном плаще до колен, лица его я не успевала разглядеть. Появился он буквально через несколько часов после взрыва, он шел, шатаясь, и хватался за голову, рука у мужчины была протезирована и блестела и снова я не смогла разглядеть его через глазок в двери. Он надвинул очки на глаза, но зато волосы почти черные, взлохмаченные, с зачесом назад, из-за этого получалось вроде гребня что ли. Голоса его я никогда не слышала, только тяжелые шаги, жил он этажом выше, напротив. Окон с моей стороны не было, и я только могла наблюдать за тем как он уходит из дому и приходит. Он никого не интересовал кроме меня, ну барыг со второго этажа, так как он покупал у него оружие. Значит, серьезный человек. Я пошла за продуктами, наказав кошке сидеть дома. Голоса снова проснулись и они не давали мне покоя. Я шла по улице, думая о своем из раздумий меня выхватила крепкая хватка. - Пропуск – передо мной стоял полицейский, я дала ему пропуск, он посмотрел и вернул обратно – проходи. И тут я увидела, что знакомая фигура нырнула в метро, я за ним и даже успела сесть в тот же вагон, что и он. Он стоял отчужденно от других, и тогда я смогла его разглядеть, незаметно для него. Лицо немного бледное, глаза скрыты под очками и оставалось только догадываться, какие они, бородка, да она самая, то, что и завершало его внешность и делало его непохожим на других. Выправка как у военных, может он где-то работал или служил и на вид ему больше тридцати. Шрам с левой стороны пересекал бровь. Лицо было серьезным, изредка оглядывал вагон, я прятала взгляд, но здесь друг до друга дела нет. Протезы черные, блестящие и… красивые, дорогие, скорее всего. Кто он есть на самом деле? Кем работает? - Станция Пэлисейд – объявило радио в вагоне, потом и на станции. Сначала вышел он и я с потоком людей, точнее аугов, даже вагоны раздельные. Эта станция не отличалась чистотой, как и все другие, листовки везде, пищевой мусор и попрошайки, просящие на дозу нейропозина. Плохие времена нынче. Шел он недолго и зашел в какую-то лавку под названием «Прага Довоз». Он работает здесь? Слишком просто для него. Я прошла мимо, но заметила какую-то женщину средних лет, а может и старше, которая крутилась возле этой конторки. Мне это показалось подозрительным. Купила продукты, и лекарства от головной боли, ибо после операции они у меня были регулярно. Потом поехала домой, кошка мирно спала на этажерке. Услышав заветный хруст пачки из-под кошачьего корма, она, задравши хвост, побежала на кухню. - На, ешь моя хорошая. Я выпила несколько таблеток и пошла в комнату. Пыталась уснуть, но никак не получалось. Мужской голос твердил о свободе. Голова от этого раскалывалась и я снова начала боятся, снова казалось, что меня преследуют. - Когда же это закончиться. Доктор Кипра попросил меня подойти к нему для обследования. Ведь что-то пошло не так. Явно, что-то пошло не так. Снова шаги, я метнулась к двери, он, это он, поднимался к себе и кажется, торопился. Потом к окну, вот он исчез за дверью. Трагедия. Пропала Звездочка, она нырнула в небольшую щель в окне и все. Я начала искать ее, но нигде ее нет. Спустя сутки я пошла в полицию, но противный лысый детектив не желал принимать у меня заявление, лишь покрутил у виска пальцем. - Делать мне больше нечего, как кошек искать – буркнул он сквозь пышные усы. Я ушла, не помня себя от горя, дома я начала плакать. Звездочка была моим утешением, теперь ее нет, остался лишь ошейник с ее именем, который я сняла перед купанием. Она не давала мне сойти с ума, теперь все. Этим же вечером я провалилась в глубокий сон. Я ничего не помнила, были какие-то крики, но это лишь сон. Это же наваждение постигло меня, когда я вышла искать Звездочку, и снова я ничего не помню, словно черное покрывало укутало мое сознание. Я стояла у двери дома, а рядом шныряла полиция. В проулке лежал обезображенный труп женщины. Меня трясло как при лихорадке, и я боялась, снова пристальный взгляд, но никого не было кроме свидетелей. У трупа находились, тот лысый полицейский и еще один, он осматривал тело. Лысый представился детективом Монтагом. Я не могла и слова сказать ему, я боялась, не доверяла ему и людям. В проулке появился знакомый незнакомец, поблескивая протезами и очками, он осматривался, что-то искал, а потом подошел к Монтагу. Разговор был долгим. Я услышала, что девушку звали Анжела Ганн, она была журналисткой. Есть подозрения, что ее убил муж. Правда, бывший. Другой свидетель подкинул ему идею, что это политик Радко Перри. После недолгого отсутствия незнакомец вернулся, и снова к Монтагу. Я боялась, мне было страшно, я могла оказаться свидетелем убийства, но я не смогу ничего путного сказать. Теперь он подошел ко мне, впервые. Внутри смешали все эмоции и чувства в то числе и страх. - Дарья, Дарья Мышка? – голос у него был приятным. - Да. - Я Адам, Дженсен. - Сосед? Мы соседи. Я вас много раз видела – Адам, вот что за имя у этого знакомого незнакомца. - Расскажи что случилось? - Я просто вышла искать свою пропавшую кошку, Звездочку, она пропала недавно. Я даже в полицию ходила – я еле выдавливала слова – но этот человек не принял заявление о пропаже. Я не смогу сказать точно, что здесь произошло, но тебе я могу доверять. - Почему? Можно было бы поговорить и с Монтагом. Тем более я бывший полицейский. - Но ты такой же, как и я. А эти как мальчишки из школьных футбольных команд, после школы не знают, что делать, вот и, получая власть, делают, то, что хотят. - Я был главой дискуссионного клуба – ответил он, мне хотелось общаться с ним дольше. - Это другое, безобидное. - Так что же произошло или хотя бы помнишь, как он выглядел? - На нем был плащ, черный или темно-синий, я не помню, еще голос хриплый. Говорил что-то о то, что он освобождает ее или возрождает. Противный голос, вселяющий страх. - Мне очень страшно, а что если я следующая. - Успокойся. Я дам тебе код от своего инфолинка, и ты сможешь связаться со мной в любое время. Если что вспомнишь, сообщи мне. - Спасибо сосед. - Если честно, то и мне этот Монтаг не понравился, все хочет спустить на тормозах и упечь бывшего мужа Анжелы. Резона убивать, у него нет. Давай, до встречи. - До встречи. Он ушел уверенной походкой хищника. «Он следующий» прохрипел голос в голове. И теперь я с ужасом поняла, что это моих рук дело. Тот, кто сейчас у меня в мозгу, управляет моим телом, вот что за операция, в моем теле живет чудовище. А я не могу его остановить. Я схожу с ума, это чудовище стало сильнее, перекрывает мой разум. Он убьет его, я не хочу этого. Не нужно больше жертв, нельзя. Он не виноват, что такой, мистер Дженсен не виноват. Чудовище упорно просило крови, на время брало контроль над моим телом. Доктор Кипра обеспокоен моим поведением и просил приехать, но я, нет не я, этот монстр не стал этого делать. Он хочет крови. В городе введен комендантский час и военное положение. На улицу выходить нельзя, убьют сразу. Смотрела в окно, улица освещена красно-синими проблесковыми маячками. Моя паника усиливалась, но оно не сможет выйти незаметно для других, и если меня убьют, то для меня это будет облегчением. Я в последний раз провалилась в бездну и очнулась в темном коллекторе, без куртки. Везде капала вода, было сыро и холодно. Сидела я на стуле, в руках, что-то холодное. Посмотрела, пистолет. Неужели, все-таки он заманил его сюда и собирается убить и истерзать его. Нет, нет. «Сиди тихо - прошипел голос, - он идет, я слышал, как открылась крышка люка, и его шаги, я их знаю наизусть, как и ты. Скоро я освобожу его» Мама. Я видела., Адам вышел из ветки коллектора и шел в мою сторону. Не надо, не иди. Это ловушка. Я хотела предупредить, но монстр говорил за меня. - Он здесь, помоги мне. - Где? – он был спокоен. - Везде, разве ты не видишь? - Нет, но знаю, что ты больна и тебе нужно лечение, убийца внутри тебя. ТЮМ пересадило тебе нейрочип жнеца Своботко, и теперь он продолжает убивать, но уже твоими руками. - Смотри-ка какой догадливый – не по своей воле я направила на него пистолет, он немного отшатнулся, он был без того плаща и его аугментации выглядели более внушающими страх, но монстра это не остановило – я освобожу тебя. Он назвал пароль, но ничего не случилось. - Доктор Кипра надоумил? А потом, началась борьба, нет, это охота. Но мой сосед исчез посреди зала, а потом удар и все. Больше ничего. Очнулась я снова в больнице в палате. Я была одна. Мне предложили сменить чип, но я не согласилась. Не согласилась и тогда, когда выписывалась. - Как же так? - Знаете лучше быть собой, это надежнее. За свои поступки отвечаешь. Я ушла домой, а мистер Дженсен еще не съехал, я видела его много раз. Все кончилось, я хотела бы уехать, но пока что не знаю куда. За окном прекрасная погода и светило солнце, это не могло вызвать у меня улыбку. - Как хорошо быть собой. В дверь позвонили. За дверью сосед. - С выздоровлением тебя. - Спасибо. - Как ты, лучше? - Намного, голова не болит, и отдаешь себе отчет за свои действия. Этот кошмар уже позади. - Да и вид более здоровый. Мне твоя помощь нужна, подойдешь? - Хорошо. Он ушел, я взяла ключи со стола и, забыв о беспорядке дома, направилась к нему домой. Прежде я видела его квартиры, а она поразила меня, большая такая. - Можно? - Проходи – услышала я с конца коридора, который вел, как я поняла в спальню. Я стояла в гостиной, осматриваясь. - Так что за помощь? - Вот она – он стоял позади, а в руках у него Звездочка. - Звездочка. - Пока ты лежала в больнице, она ночевала у твоей двери, вот и подобрал, что бы не проголодалась и не замерзла. Садись. Я села на диван, держа кошку в руках, она мирно мурлыкала. Впервые этот человек в футболке. - Так, что все-таки произошло? - Тебе имплантировали чип серийного убийцы, там были качества, что бы ты была более уверенной, но произошел побочный эффект, и привел к ужасным последствиям. Прости, что пришлось, тебя ударить. - Ничего, все хорошо. - Воды с лимоном? - Да, очень пить хочу. Мы выпили по стакану прохладной лимонной воды. И кто он я так и не узнала, он не разглашал этого, возможно это большая тайна, и лезть в нее не стоит. - А что произошло еще, пока я была в больнице? - Ничего значительного. - Отношение к нам не изменилось? - Немного ослабло, но госпожа Кассан как всегда выдаст правду в ином свете. - Я давно не смотрела новости. - Половина, а может больше это ложь чистой воды. Информация хороший товар, и с этим товаром можно делать все что хочешь. - А по сути люди те же самые. - Никто не отменял богатство и бедность. На лицо люди разные, а внутри все одинаковы. Еще пара дежурный фраз о сути человека, о нашем мире. Он был интересным и умным собеседником, но мне казалось, что его что-то сковывало внутри. Может, по долгу службы он испытал боль и разочарование, он устал. В конечном счете, я впервые набралась смелости и поцеловала в губы человека, которого мало знаю. И это моя смелость, настоящая с лимонным привкусом, за которую я в ответе, и о последствиях этого поступка я не пожалела. Женщинам свойственны безумные поступки.