Я Гвендолин

Вчера я «впервые» узнала, что ген путешественника именно у меня, а не у Шарлотты. А почему в кавычках? Дело в том, что я знала обо всем. Еще задолго до рождения. Я реинкарнировалась или как это еще назвать из другого мира. В моей жизни я была обычной девушкой, с обычными проблемами, любила читать фэнтези и классику. Мир, в котором я сейчас, был сюжетом фэнтезийного романа для подростков. Как и все крутые попаданцы я хотела всех обдурить и уйти в закат. Но сбегать от хронографа пока было опасно. Я конечно обучена всему, что все еще учит Шарлотта, но все же… Попала я в семилетнюю девочку, разобралась в ситуации и сразу пошла уговаривать мать этого ребенка отправить меня на спец обучение. Я занималась танцами, фехтованием и конным спортом, иностранными языками и историей. Время на развлечения у меня не было, но судьба все же свела меня с лучшей подругой Лесли. Умна она была не по годам. Мне то ладно 18 лет, а ей всего 13. Я рассказала ей о непростой судьбе Монтроузов. О настоящей матери и путешествие в прошлое. Лесли была в восторге. Хотя я владела ситуацией и ждала своего телесного шестнадцатилетия, все же искала пути отступления. Нужно было срочно создать свой хронограф и я искала все записи дедушки Лукаса. У него был дневник, который я нашла в сундуке с хронографом от родителей. Я не могла его использовать, мне нет 16 и еще не произошел первый прыжок. Вы скорее всего подумаете, зачем этой девчонке еще один хронограф? Но мне нужен не еще один, а его уменьшенная, индивидуальная копия. Мини хронограф для рубина. Принцип создания у меня был, нужно было его только переработать для моего хронографа. Я все еще не могла его собрать, а мое шестнадцатилетие уже завтра. Все конечно же думают, что это День рождения Шарлотты. А я и не против. Я очень много думала над всей ситуацией. Меня обучили всему, что должен знать носитель гена и даже больше. Я секретно от всех занималась магией. Осознанные сны, астральные путешествия, медитации. Все, что я хотела знать еще в прошлой жизни. Я считала себя супер героиней. Пока владела ситуацией, имела способности, деньги и скоро создам часы, которые не будут ограничивать мое существование только в Лондоне. Я смогу путешествовать как мечтала. С Шарлоттой я общалась нормально. Один раз я спросила, что бы она сделала если ген оказался у меня? Нет, она бы не расстроилась. Она сказала, что эта подготовка к миссии отнимает ее жизнь. Она хочет иметь друзей и путешествовать. «Гвендолин, эта жизнь не по мне. Это конечно здорово, быть участником событий тех лет, повидать дедушку снова, но я не могу так больше. Я устала. Не понимаю, как Гидеон держится. Мы вместе хотим слетать во Францию не ради задания, а просто гулять, как все туристы. И если бы ген был у тебя, я была бы рада, но я тебе такого не желаю.» Я тоже себе такого не желала, но вышло, что вышло. И приходиться выкручиваться из всей ситуации. Настал важный день. Я приготовила красивое платье, пальто, сделала прическу и отправилась по магазинам. Купила для себя книгу «Эмма» автора Джейн Остин. Шарлотте золотую цепочку с кулоном весов. Вообще удивительно, что все же мы родились в один день. Позвонила Лесли и мы накупив попкорна и чипс, пошли в кино. Мой День рождения мы празднуем вдвоем каждый год, а потом идем ко мне домой на вечеринку в честь Шарлотты. Она не очень любит праздновать его толпой, но что делать, тетя Гленда невыносима. Этот год особенный, поэтому приедут люди из ложи и соответственно людей будет больше обычного. Шарлотте я могла только посочувствовать и поддержать, когда она устанет от всех. До дома оставалось два квартала, а меня затошнило. Лесли это заметила. — Гвен, если там людей будет не очень много, оставайся на месте или стой поближе к тому зданию, оно тогда еще существовало. Главное не волнуйся и будь… Лесли пропала. — … осторожна. — прошептала я за подругу. Кажется я оказалась в 1980 году или слегка позже. Это я узнала по марке машин и одежде людей. Я выделялась только короткостью своего платья, меня почти не замечали. Это хорошо, постою на месте. Надеюсь, что когда вернусь, не упаду на Лесли. Пока у меня было время, я решила сделать пару фотографий, подруга будет счастлива. Через десять минут я снова почувствовала приступ тошноты. Я оказалась в своем времени, Лесли благоразумно отошла от места происшествия и ждала меня около здания магазина. Она заметила меня и скорее побежала навстречу. — О Господи, Гвенни, я так волновалась. Ты просто исчезла и… Хорошо, что ты цела. Как ты? В какое время попала? Надеюсь, что не зимой? Ты могла простудиться или… — Все хорошо. — я улыбнулась чтобы ее успокоить. — Я была примерно в 1980 годах. Так хотелось увидеть дедушку. — Понимаю. Пойдем скорее, мы и так задержались. Шарлотта может обидеться, что мы оставили ее одни с тетей Глендой. — Это точно, но тетя все еще не может одобрить нашего общения. Она считает, что я могу испортить Шарлотту и она внезапно начнет смотреть сериалы. Мы засмеялись, тетя может одобрить только книги, если это не бульварные романчики. Хотя мы все прекрасно знаем, что она читает только их. — Хорошо, что она не знает о том, что мы смотрим Сверхъестественное. Будет скандал. За такими разговорами мы дошли до дома. Шарлотту я не видела со вчерашнего дня. Чтобы не портить сюрприз и не поздравить раньше подарка. Она была в гостиной, приветствовала троюродного дядюшку у которого я и имени не помню. Мы с Лесли подарили подарки, а Шарлотта впервые за вечер улыбнулась по настоящему. — Скоро должен придти Гидеон, я вас познакомлю. Он отличный парень, только сначала может вести себя чопорно и высокомерно. — Я уверена в этом. Не беспокойся, я не буду стебать твоих гостей. Поэтому не буду с ними говорить, а ты как-нибудь выкрутись. — Ну хоть так. Скажу, что ты не любишь собрания людей. В гостиную вошел молодой человек, я знала Гидеона раньше, только он меня никогда не видел. Возможно Шарлотта рассказывала обо мне. Он подошел ближе и поцеловал руку Шарлотты. Она представила нас с Лесли, а он поклонился. — Мы пойдем, Шарлотта. Твой гость не заставит тебя скучать. И уведет, когда ты устанешь от людей. Я кивнула Гидеону и мы с Лесли отправились в комнату для фотографий. Из комнаты отлично видна гостиная и открывала обзор на Гидеона и Шарлотту. — Она не очень любит незнакомцев? — услышала я Гидеона. — Не совсем, она как и я не любит большого скопления народа. А тебя она знает с девяти лет. Может ты не помнишь. Дальше я не слушала. — А он красивый, этот де Виллер. — Да, ничего не изменилось. — Так это правда? Ты знала его? — Ну, не очень. Мы тогда с мамой и Шарлоттой гуляли по магазинам. Шарлотта увидела Гидеона, ему тогда покупали новую скрипку. Нас познакомили и я сразу зашла в магазин сувенирных украшений. Гидеон меня почти не видел. — Сколько ему было лет? — Может 12 или 13. Я не знаю, когда у него день рождения. Разговор прекратился, из гостиной послышался вскрик тети Гленды. Я выбежала из комнаты, Шарлотта упала в обморок. Я знала, что это могло случиться, с утра ей было плохо. На всякий случай у меня были нюхательные соли. В ближайших аптеках вообще не продавали нашатырь. Гидеон держал Шарлотту, я быстрее подбежала к ним. — Лесли, открой пожалуйста окна. От этих людей ничего кроме криков не добиться. Лесли побежала к окнам. А я приблизила соль к носу Шарлотты. — Очнись, дорогая. Шарлотта, давай же. Она резко вдохнула и закашлялась. — Как ты себя чувствуешь? Принести воды? — Нет, не нужно. Я хочу полежать. — Я провожу тебя. Может вызвать скорую? — про головокружение я даже не стала спрашивать. А толку? Кружится? Ладно, сходим к врачу, но ведь тетя Гленда и Гидеон сразу соберутся забрать ее в ложу. А ей нужен покой. Вообще не понятно чем она больна. — Шарлотта, ты не беременна? — шепотом спросила я. — Нет, я проверяла три раза через каждые пол часа. — Хорошо, одной проблемы меньше, но тебе нужно сходить к врачу. — Да, я знаю. Но почему ты ни разу не спросила про головокружение и тошноту? — Сегодня произошло кое-что странное. Прежде чем мы пришли, меня вдруг начало тошнить и внезапно все поменялось и я оказалась в 1980-х годах. — Ох, Гвенни! Как же так! Твоя мама расстроится, она ведь так не хотела тебе такой жизни. И почему ты так спокойна? Ты ведь совсем не готова к такому. — Не волнуйся, выкручусь. Только пока никому не говори, ладно? Мне еще нужно кое-что сделать, прежде чем все узнают. — Я сделаю все, чтобы тебе помочь, это очень опасно. — Спасибо, ты понимаешь что-нибудь в инженерии? На следующий день Шарлотту забрали в ложу, хотя я молила леди Аристу отправить Шарлотту на обследование. Она видела, что я волнуюсь, но не понимала из-за чего. Для нее обморок Шарлотты был признаком того, что скоро она отправится в прошлое. Здоровье Шарлотты будет под угрозой если не расскажу, что ген у меня. Сегодня было воскресенье и я с пяти утра сидела за чертежами для собственного мини хронографа. После обеда чтобы не попасть в прошлое неконтролируемо, я элапсировала 9 ноября в 1960 год 9 часов вечера. А еще мне нужно было увидеть дедушку. Я прислушалась, никого не было. Пошла в кабинет Лукаса, удача оказалась на моей стороне. — Гвендолин, здравствуй. — Привет, Лукас. — я обняла его, чуть ли не плача. Хоть он был мне не родным, но был мне очень дорог. — Не грусти, дорогая. Теперь ты сможешь приходить ко мне, когда захочешь. — Да, я как раз здесь для этого. — Я знаю. В 1924 ты пришла с просьбой оставить записи чтобы создать персональный хронограф. — Да, у меня есть твой дневник с записями и чертежами. Но у меня ничего не выходит. Осталось совсем мало времени, когда ложа узнает, что я рубин, у меня не будет возможности. И мне сегодня нужно им все рассказать, Шарлотта больна, но никто не принимает это в серьез, все думают, что это просто симптомы гена. — Сейчас я все тебе разъясню. Я не написал все в дневник, боялся, что он может попасть не в те руки. Но написал много, чтобы ты успела понять принцип действий. Хорошо, начнем. Нам хватило полчаса на все объяснения, оставшееся время мы пили чай и дедушка познакомил меня с мистером Бернхардом. Оказалось, что он незаконнорожденный младший брат дедушки. Вернулась я вовремя, мама сказала, что через час на ужин придут люди из Ложи с Шарлоттой. Мне хватит времени усовершенствовать свою заготовку необычных часов. Я не заметила как пролетело время. Мама постучалась в комнату. — Гвендолин, гости придут с минуты на минуты. Спускайся и приведи себя в порядок. — Да, мама. Она ушла, а я вздохнула с облегчением. Иначе ее ждала странная картина. Дочка сидит на полу, везде разбросаны листы с чертежами и рубинами. Я сделала свой драгоценный хронограф. Это были часы на цепочке из белого золота диаметром 10 сантиметров. Я заправила их своей кровью и с отличным настроением пошла в душ. Одела коктейльное платье розового цвета, собрала волосы и спустилась в столовую. Гости только пришли и начали рассаживаться. Среде них был Гидеон. Не хотела я при нем говорить, что ген у меня, но придется, иначе Шарлотте будет хуже. Когда начались разговоры, я заметила, что мама покраснела. Ах, точно, здесь же мамин бывший ухажер Фальк Де Виллер. Почему же они пришли? Ладно, думаю начать разговор. — Шарлотта, ты так и не сходила? — Нет, у меня не было времени. Целый день была в ложе. — Прости меня, мне нужно было сразу все рассказать. Мне было действительно стыдно. Шарлотта дорога мне, она ведь сестра, хоть и не родная. — Ты не виновата, не беспокойся. Не думаю, что что-то серьезное. — О чем вы там шепчетесь? Больше двух говорят вслух. — сказала бабушка Медди. — Я говорила, что зря леди Ариста не отправила Шарлотту на обследование. Ложа конечно же важна и вы все думаете, что у нее головокружения и обмороки из-за проявления гена, но что если не так? Ей нужно в больницу, все может оказаться куда серьезнее. — Не завидуй, Гвендолин. Скоро Шарлотта отправится в прошлое и симптомы пройдут. — сказала тетя Гленда. Вот что за человек? Ей вообще плевать на дочь? — Гвендолин права, Гленда. Это может быть не только проявление гена. — Но… — начала тетя. — Завтра ты не пойдешь в школу, Шарлотта. А отправишься в больницу. — перебила леди Ариста тетю. — Молодец, Гвендолин. Я горжусь, что ты заботишься о сестре. Но откуда мысли, что признаки не из-за гена? — спросила мама. Она пыталась, сказать это тихо, но услышали все. Шарлотта взяла меня за руку, хотя это я должна ее поддерживать. Все смотрели на меня, а я покраснела. Я ведь даже не представляла, что сказать это будет сложно. — Я… — так, спокойно. Не съедят же меня, в самом деле. — Я должна была сказать вам еще вчера. Но мне было страшно и думала, что мне никто не поверит. Начала я придумывать историю. — Скажи им, не бойся. — прошептала Шарлотта. — Вчера я была в 1980-х годах. — Ох, нет… — сказала мама. — это я во всем виновата. Прости меня, Гвенни. — Мама чуть ли не плакала. — Этого не может быть! — твердо сказала тетя Гленда. — Грейс, ты что-то скрыла? В чем ты виновата? — спросил Фальк. — Грейс? — позвала леди Ариста. Мама смотрела только на бабушку и не повернулась к Фальку. — Я соврала акушерке, что наша семья связана с сатанинской сектой, в которой многое зависит от гороскопов. И ребенок, рожденный 7 октября, обречен, и его будут использовать в ритуалах. У нее было доброе сердце и она подделала документы. — Но зачем? Почему ты все скрыла? — Я боялась за Гвендолин, боялась, что она повторит судьбу Люси. Я не хотела такого своему ребенку. — Но она же теперь совсем не подготовлена. — подала голос Шарлотта, единственная в этом доме, кто поверил мне безоговорочно. — Она знает французский, этикет с 17 по 19 века, умеет фехтовать и обучена конной езде. — мама не сказала всего, видимо хотела чтобы у меня было преимущество. Я умела не только фехтовать, у меня были знания в тэквандо и борьбе. Еще я знала немецкий, русский (из прошлой жизни), латынь. Еще я танцую, умею петь и играть на пианино. И владею начальной магией. Телекинез там, внушение. Вот удивлю своего будущего парня, если это будет не Гидеон. Его ничем не удивишь. Не задумывалась, как поступить если влюблюсь в него. Чему быть, того не миновать. — Если ген действительно у Гвендолин, то много проблем не будет. Ты умеешь танцевать гавот, мазурку? — обратился ко мне Гидеон. Я кивнула. Тетя Гленда пылала от возмущения. — Ничего она не умеет! И как вы вообще могли им поверить! — перешла тетя на визг. — Мама, я верю ей. Она знала, что скандала не избежать, но все же сказала правду. Это же Гвендолин, она могла скрывать свою проблему месяцами и ничего не говорить даже мне. — Это правда? — с удивление спросил Фальк. Все одновременно кивнули, кроме тети Гленды. Теперь была удивлена я. Неужели я такая скрытная и все проблемы решала сама? Задумалась, я рассказывала Лесли, но не проблемы, а секретную историю своей семьи. Гидеон пялился на меня, а я не знала куда себя деть и отвернулась. — Вам нужны доказательства чтобы внести меня в хронограф. Не думаю, что это произойдет сегодня, сейчас я не чувствую головокружение и тошноту, как вчера. — Планы меняются. — сказала мама. — Завтра с утра ты едешь с бабушкой в ложу, а я с Глендой и Шарлоттой в больницу. Раз ген у тебя, то у Шарлотты может быть что-то серьезное. Симптомы уже неделю и это опасно. Я разволновалась, что если у нее неизлечимая болезнь? Я шмыгнула носом. — Не волнуйся за меня — прошептала Шарлотта и улыбнулась. — Все будет хорошо? — я улыбнулась в ответ. Перед сном я одела свой хронограф на шею, я уже укладывалась, но в комнату вошла мама. — Дорогая, я знаю, что все это страшно. Но ты готова ко всему и ты это знаешь. Не выделяйся, не слишком показывай свои знания. И не доверяй им, особенно Графу, который основал это сборище фанатиков. — Я буду осторожна, но ты же понимаешь, что они будут отправлять меня на задания? Люси и Пол украли хронограф с кровью всех путешественников и подговорили леди Тилни не давать кровь никому. Они готовы сделать все, чтобы собрать кровь всех из двенадцати. — Ты знаешь слишком много, Гвенни. Это опасно. — Мама, — тихо сказала я. И очень серьезно посмотрела ей в глаза. — Я знаю все. — И даже, что ты… что ты не… — Да, но я люблю тебя. Меня вырастила ты, а их я не знаю. У них будут другие дети, меня они не любят. — Не говори так, милая. Они любят тебя больше всего на свете. — мама плакала, у нее был огромный стресс. Я обняла ее и когда она успокоилась, поцеловала и пожелала хороших снов. Утро было пасмурным. Я одела черные джинсы и бордовый свитер. Еле отыскала черные кроссовки. Завтракали молча. Тетя Гленда была зла, леди Ариста как всегда серьезна, мама выглядела так будто вот-вот заплачет. Мы с Шарлоттой волновались и видели нервозность остальных. Завтрак закончился, Шарлотта и я были уже у выхода. Улыбнулись друг-другу. — Удачи. — сказали одновременно и засмеялись. Хоть как-то разрядили обстановку. — Идем, Гвендолин, такси ждет. — позвала меня леди Ариста. Когда мы приехали, бабушка заговорила. — Не волнуйся, все будет хорошо. И с тобой, и с Шарлоттой. — Да, я надеюсь, что ничего серьезного. Мы помолчали. — Лукас, твой дедушка был магистром ложи и как-то заговорил, что ты очень смелая девушка. Тебе тогда было два года и я не совсем поняла его. Но теперь, все встало на свои места. Когда увидишь его, скажи, что я люблю его. — Конечно бабушка, он всегда это знал. — я грустно улыбнулась. Я могла его увидеть в любой момент, но леди Ариста — нет. Меня начало подташнивать, закружилась голова, но я постаралась удержать себя в этом времени. Тошнота слегка ослабла, но не исчезла. Мы вошли в главный зал ложи. Здесь было красиво, как и описано в книге. Нас ждали. — Добрый день, леди. — Кажется это скоро произойдет, — сказала я прикрыв глаза. — Тебе плохо, Гвендолин? — голос Фалька доносился сквозь вату. Внезапно стало темно. Я поняла, что в прошлом. Сейчас глубокая ночь, совсем не понятно в каком я году. Я присела на диванчик и достала из рюкзака йогурт с круассанами. Даже порадовалась своей предусмотрительности. Через 30 минут вся еда кончилась, а я все еще не вернулась. Одев рюкзак, я решила что-нибудь захватить в будущее. На столе лежали хроники хранителей, книжки, трубка для курения и множество сундучков и ключей. Мне приглянулся золотой ключик с зелеными камушками на длинной цепочке, интересно от какой он шкатулки? Я почувствовала, что сейчас вернусь обратно. Одела кулон на шею и побежала в то место откуда появилась. К счастью приземлилась я на ноги. Огляделась, появился Гидеон, мистер Джордж и доктор Уайт. — Гвендолин, ты пойдешь с доктором Уайтом. Тебе нужно сделать прививки и сдать кровь для хронографа. Чтобы тебе не было так страшно, Гидеон пойдет с тобой. — А леди Ариста? — Я взглянула на нее. — Мне нужно поговорить с ней. Как закончите, ты поедешь домой. Когда мы шли, я пялилась на привидение мальчика. Кажется его звали Роберт. Он выглядел таким грустным. Очень хотелось его обнять. Мне было плевать, что обо мне подумают, я заговорила с ним. — Привет. — он посмотрел на меня с удивлением. — Ты меня видишь? — Вижу, а как тебя зовут? — Гидеон и Уайт смотрели на меня во все глаза. — Что? Я экстрасенс. — Правда? Я Роберт. — спросил мальчик. — Почти, я вижу тех, кто не смог уйти. — А много таких? — внезапно спросил Гидеон. — Нет. За всю жизнь я встречала двадцать. И один был вообще не человеком. — А кем? — спросил мальчик и Гидеон одновременно. — Ну, это была горгулья и когда я называла его призраком он обижался. Он считал себя демоном. Мальчик вздрогнул. Я посмотрела на него. — Не бойся, Роберт. Он был совсем не страшным. Скорее веселым, и пытался уговорить купить для него собачку. Это я пересказывала книгу, на самом деле призрака-демона мне еще предстоит встретить. За весь разговор доктор Уайт выглядел подавленным. — А как зовут тебя? — Гвендолин, но можешь звать меня Гвен. — Вот мы и пришли. — Сказал Гидеон. У меня взяли кровь, сделали прививки. — Принеси медицинскую карточку завтра, если успеешь найти. — Хорошо. Мистер Уайт, думаю, вам стоит поговорить с ним. Хоть Вы его не слышите, он слышит Вас. — Я быстрее выбежала из комнаты, чтобы он не сказал что-нибудь язвительное. Гидеон повел меня дальше и сказал, что нужно зайти к мадам Россини. Эта милая женщина встретила меня как родную. Обмерила, сказала, что у меня прекрасная фигура и обещала сшить пару повседневных платьев просто так. Я естественно была рада. Какая нормальная девушка откажется от собственного модельера. Когда я вышла, Гидеон ждал меня. — А давно ты разговариваешь с… Он видимо не мог выразить словами, то что слышал. — С призраками? Сколько себя помню. — Роберт он какой? — Невысокий мальчик, где-то девяти лет. В форме моряка или что-то вроде того. — Это сын доктора Уайта? — Да. — Ответил он. — Мы пришли, рад был увидеть тебя. Тогда ты сбежала и мы не поговорили. — Теперь у нас много времени и наговориться и вообще для всего. Как же я хочу чтобы ген был не у меня. — Конечно я соврала, преимущества гена радовали меня. Тем более у меня есть свой мини хронограф, который облегчит мне путешествия по странам. Но что-то же сказать нужно. А может Гидеону сделать такой же? И когда все это закончиться, он сможет познать мир и общаться с девушками. — Я бы тоже этого хотел. Пока, увидимся завтра на элапсации. Дома никого не было. Я сделала домашнюю работу и решила проверить свой хронограф. Отправилась в 1960 года 10 ноября в 9 часов. Буду приходить к дедушке каждый день. — Привет, дедушка! — Его я нашла в библиотеке. — Здравствуй, Гвендолин. Зови меня Лукасом. Как-то неудобно, когда ты зовешь меня дедушкой. Ты надолго? — На три часа. Я хотела узнать, в какой год ты увидел меня в первый раз? — Думаешь стоит говорить? А возможно, ты отправилась именно в этот год чтобы передать мне письмо из-за моих слов. — Это же не страшно. Мы создаем свое будущее, верно? — Конечно. Я увидел тебя в старом подвале ложи. Тогда было 12 августа 1924 года. Ты появилась в полдень, как снег на голову. Мы засмеялись. — Неужели я упала прямо на тебя? — Я представила себе эту ситуацию. — Да, я даже испугался. Подумал, что на меня напали. Так мы просидели почти три часа. Я начала чувствовать признаки прыжка, как Лукас сказал: — Гвендолин, я прошу тебя больше не приходить в это время, ты можешь встретиться с собой. — Хорошо. — Приходи каждый день начиная с 1924 года, я буду тебя ждать. И я исчезла. Молодого дедушку я не могла воспринимать в серьез. Он был обычным, симпатичным парнем. Веселым и умным. С такими мыслями заснула, не дождавшись Шарлотту. На завтрак я спустилась отличным настроением. Но все омрачилось, как я заметила обстановку в столовой. Тетя Гленда была хмурнее тучи, бабушка Мэдди серьезна, что ей вовсе не свойственно. А мама была встревожена. — Что с Шарлоттой? — я испугалась. — У нее обнаружили опухоль головного мозга. Она была едва заметна и если бы мы не знали, что искать, то не обнаружили. Все благодаря тебе, Гвендолин. Мы бы списали все это на ложные симптомы. Все этого ждали и у Шарлотты могли начаться ложные признаки. — Ты молодец, Гвендолин. — Сказала леди Ариста. От нее я никак не ожидала похвалы. — Спасибо тебе. — Вдруг сказала тетя Гленда. На глазах у нее стояли слезы. Она конечно волновалась, ведь Шарлотта ее единственная дочь. — Врачи сказали, что операция пройдет хорошо и через неделю все будет как прежде. — Это здорово, когда можно ее навестить? — Сегодня перед элапсацией Гидеон заедет за тобой в школу. Он тоже хочет навестить Шарлотту. Лесли ждала меня в Старбаксе. Я рассказала ей все, что произошло. — Ну и жизнь у тебя, подруга. Сплошное приключение. Не думала написать книгу? — На самом деле, да, думала. Я изменю имена персонажей и Графа. Иначе эти люди из ложи не очень будут рады. Ты там конечно же тоже будешь. — О! Спасибо! Я буду твоим редактором. День прошел как обычно. Только Граф буйствовал на истории. Гордон стал возмущаться из-за двойки по сочинению. Гидеон приехал ровно после моего последнего урока. Народ столпился у входа. — Удачи, подруга. Охмури этого красавчика. — А зачем он мне? И кажется он влюблен в Шарлотту. А ей я ничего плохого не желаю. Когда я шла прямо по направлению к лимузину, от входа послышались громкие вздохи и приговаривания. Гидеон открыл мне дверь и девочки запищали. — Это твои подруги? — Нет, моя уже идет к выходу. Дальше ехали молча до самой больницы. Гидеон о чем-то говорил с врачом, а я зашла в палату Шарлотты. Казалось, что она спит, но как только дверь закрылась, Шарлотта открыла глаза. — Привет. — сказала она и ободряюще улыбнулась. — Привет, Гидеон сейчас зайдет. Он тоже пришел. — Я знаю, мама с утра сидела со мной. Сейчас пошла на обед и опять будет мучать себя здесь. — Она беспокоится. — Да… Гидеон тоже поговорил с Шарлоттой и пообещал принести ей книг и мы уехали. Я чувствовала себя удрученно. Гидеон что-то заметил и пытался со мной заговорить, а я только огрызнулась. Стало так жаль себя и Шарлотту. Я знала, что все будет хорошо, но эта ситуация меня с ума сводит. — Гидеон, попроси остановить возле кафе. Я возьму еду для элапсации. — Хорошо. Хотелось съесть что-то вкусное. Я взяла три порции суши, один молочный коктейль и два моккачино. Объемся и буду счастлива. — Ого! Ты столько съешь? — Мне нужно много еды, когда нервы на пределе. Но одна порция для тебя. — Спасибо. Разговор как-то не клеился. Когда подъехали к ложе, у входа стоял мистер Джордж. — Здравствуй, Гвендолин. Отлично выглядишь. Сейчас провожу тебя к мадам Россини, вы с Гидеоном должны отправиться к графу. Не понимаю к чему спешка, но хранители настаивают. Зачем я в это себя втянула? Могла бы жить в Париже со своими часами и ни о чем не беспокоиться. — Почему они не могут подождать несколько месяцев пока я не освоюсь? Прошлое никуда не убежит. — У них нет времени, они все старики. Ждут не дождуться пока не откроют секрет хронографа. — Просто чудесно. — Не волнуйся, Гидеон поможет. Мадам Россини встретила меня душевно. Позволила мне поесть и не пускала мужчин, которые пытались нас поторопить. — Красота не требует спешки! — говорила она на французском. Она одела меня в прекрасное платье синего цвета, сделала локоны и собрала их в пышную прическу. — Вы можете меня сфотографировать? — спросила я специально на французском, чтобы ей было приятно. — О, конечно, моя дорогая. Будет, что показать маме и Лесли. От мамы я не собиралась скрывать, что эти варвары отправляют меня к графу. Гидеон вошел со стуком, как подобает джентльмену. Он был красив, нечего сказать. — Гидеон, сфоткаешься со мной? — Конечно, ты прекрасно выглядишь. После фотосессии мадам начала ругать Гидеона за чулки, а я спрятала телефон и маленький ножечек в корсет. Мои глаза хотели завязать, а я была категорически против. Фальк начал терять терпение. — Нет! Я не позволю. Или эта чертова повязка полетит в мусорку или я ухожу. И плевать, что меня будет засасывать в прошлое в любой момент. Моя кровь у вас уже есть, так что я не нужна. Я уже начала разворачиваться, как Гидеон взял меня за руку. — Дядя, повязка ни к чему. В прошлом будет та же дорога, Гвендолин все равно ее запомнит. — Я знаю. Гвендолин, я доверяю тебе, но не все зависит от меня, извини. — Я принимаю ваши извинения. — сказала я с важным видом, будто королева. И засмеялась. Мужчины засмеялись вместе со мной. — Но повязку не надену ни при каких обстоятельствах. Мне ваш хронограф, как птице третья лапка. — Расскажете мне, какое тайноведение проходила Шарлотта? — Ну, это скорее танцы и повторение истории. — И никакой магии? Жаль, я думала, ее тут учат как правильно произносить заклинания на латыни. — Латынь есть, но никаких заклинаний. Хронограф был такой же, как и у меня дома. Они назвали пароль дня, в который мы отправляемся. Для меня они специально повторили его несколько раз. А я продолжала прикидываться глупенькой девчонкой. Гидеон отправился первым, он исчез в голубоватом сиянии. Следующая была конечно же я. — Мисс Гвендолин, приятно оказаться в прошлом? — спросил Гидеон. В руках у него был самый настоящий факел, который вонял гарью. — Было бы в двойне приятней, если бы мы уже выбрались отсюда. Гидеон на это ничего не ответил. Видимо занят своими мыслями. Когда мы оказались на улице, я пожалела, что раскрыла себя. Жила бы себе спокойненько на острове, читала бы книжки. Так нет же, на попе ровно не сидится, ей всегда хочется приключений. Вонь стояла ужасная, было грязно и противно. Всюду стоял запах гниения, воняло мочой и еще чем похуже. Вспомнив, что я в 18 веке, мне стало совсем плохо. Черт, я же учила историю, мне вдалбливали ее еще из прошлой жизни, но дурацкая подростковая романтичность затмила разум. Что же, сама виновата, придется перетерпеть. Так как Графа не было, нам пришлось ехать через Этот город. Гидеон видимо не разделял моего отношения к прошлому. В его глазах горел огонь, видимо, душа желала приключений. Встреча с Графом прошла быстро и без изменения канона. Эта жаба пыталась меня придушить, а я притворилась, что у него это получается. На обратном пути нас ждала засада, которую я ждала, но не была к ней готова. Сначала Гидеон приказал мне сидеть в карете, которая была неуправляема. В бое он вроде как побеждал. Сначала. Потом ему выстрелили в руку. И я поняла, что это совсем не по сценарию книги и ринулась на подмогу. А этот придурок, позвольте заметить, после того как я ему жизнь спасла, начал на меня наезжать. Ну, а я что? Я тоже человек! — Ты идиот? Чем ты думал, когда приказал оставаться в карете, которую ведет мертвый кучер? — Этот самоуверенный мудак заявил, что я всего лишь девчонка и ничем бы ему не помогла, а только мешалась. То есть, что я ему жизнь спасла ничего не значит? Врезала ему в глаз, чтобы понял, что за себя постоять я точно способна. Из прошлого я вернулась злая, уставшая и грязная. Всех кто лез ко мне, я посылала в грубой форме. И Гидеон входил в это число. Позже мне наверняка это аукнется, нужно помедитировать. Когда я могла здраво мыслить, позвонила Лесли и рассказала, что Гидеон не такой каким кажется. И в этот момент я поняла, что не канон. Точно не канон. Гидеон — мерзавец, Шарлотта — прелесть, тетя Гленда признала, что со мной можно иметь дело. А Гвендолин, то есть я, вообще попаданка. Что меня еще ждет? Милый Граф? Эгоистичные родители? Хотя по моему так и есть. Обычно, матери не могут бросить своего ребенка после рождения в течении недели или даже больше. А Люси просто оставила меня, не подготовила, даже никаких подсказок! Дурацкая подростковая перестройка. Меня вообще не должна волновать Люси. Я ее не знаю. Но может с ней можно иметь дело. Как вообще быть с хронографом Лукаса? Нужна ли мне кровь Гидеона или ну его? Порошок бессмертия не хотелось отдавать непонятно кому, тем более Гидеону мерзавцу Де Виллеру. Как же быть? Вот в чем вопрос. Ой, мне же Шекспира еще учить. Следующий день я провела как в тумане. Смогла уснуть только к часу ночи, встала пораньше чтобы повторить стих. Кофе никак не хотел помогать. Еще этот мистер Уитмен, Граф, если кто не помнит, прицепился. Видите ли я выучила не тот стих. А мне на тот момент было на все плевать. Хотелось высказать, все что я думаю о нем, о ложе, которая отнимает время у беззащитных детей. Но я промолчала. И думала, не заразилась ли я чем-то в прошлом. Может меня укусил комар, который переносит бешенство? От моих чудоковатых предположений отвлек Джеймс. Местное приведение. Парень был очень мил и приветлив. Жалко было его безумно, умереть таким молодым — это так ужасно. — Где же прекрасная Шарлотта, мисс Гвендолин? — Она приболела, скоро вернется. — Как же так. Столь прекрасному созданию нельзя болеть. — Я ей так и передам, дорогой Джеймс. Знаете, думаю я могу вам помочь проснуться от этого бреда. Но должна спросить, была ли я Вам знакома раньше? Представьте меня в парике и платье. — Да, припоминаю. Очаровательная мисс Джем*. Помню, танцевал с юной мисс на балу. — А Вы помните чей был бал? И когда? — Дату к сожалению не помню, я увлекся чудесными напитками. Она вошла в зал, когда начали играть инструменты. Бал был у мистера и миссис Пембертон** План действий все никак не хотел формироваться в моей голове. Записывать что-то подобное было опасным. Я помню как волновалась, когда в комнату книжной Гвен ворвались адепты ложи, все перевернули, да еще и угрожали. Может купить дом в прошлом или например остров, как в третей части фильма. Эх, размечталась, кто же меня отпустит так далеко. И денег так много у меня нет. Или стоит пока плыть по течению, а потом действовать по ситуации? * Мисс Джем. Gem — драгоценный камень. ** Пембертон — выдуманные персонажи.